Глава 6. Илья

У неё родинка под пупком — аккуратная круглая точка, цвета горького шоколада.

Просыпаюсь от ощущения, что целую её в эту родинку, чувствую запах жасмина, и мотор заходится от сильнейшего возбуждения. Не помню, чтобы в юности так вело. С рычанием накрываю голову подушкой. Пора доставать Илону из блока. Со дня рождения прошло больше недели, я не соскучился, но спорт уже не спасает.

Илона появляется ровно через два часа после моего звонка. Дёргает петлю пояса, удерживающую полы коротко платья, и даёт ему соскользнуть, оставаясь в том самом комплекте, фото которого присылала из примерочной. Чёрные ленты, сложно переплетаясь, очерчивают контуры груди, оставляя открытыми соски. Очень в её стиле.

— Так грустила без тебя, — томно шепчет, закидывая бедро мне на талию, — сволочь ты, Илья, порядочная, почему не звонил так долго?

Тело привычно реагирует, выполняя стандартный порядок действий: подхватить за талию, чтобы обняла ногами, поцелуи на шее, груди, пока перемещаемся на диван, и дальше приятная обоим механика…

— Фу, что это за пошлость?! — вскрикивает Илона, меняя тон голоса.

Явно про шары Неженки, которые так и висят в коридоре под потолком, навевая сны о хозяйке. Не обращая внимания, продолжаю курс на диван, но она выворачивает голову, читая вслух надписи: “Природа щедро тебя обделила”? “Желаю пофиг чего”? Сейчас увидит “Сучка крашена”, “Ебать, ты охуенная” и другие, указывающие на то, что адресат поздравлений женского пола, и секс сегодня у меня будет только церебральный.

Илона съезжает на пол, стучит каблуками к связке шаров, обходя парящий фиолетовый “остров” с разных сторон, и читает остальное. Чувство юмора у подруг Неженки ещё то. Илона не оценила.

— Смотрю, день рождения ты провёл отлично? — развернувшись, упирает руки в бока.

Сказывается модельное прошлое — даже сейчас она принимает позу, в которой смотрится шикарно. Бронзовая кожа, полная грудь, подтянутое тело, плетение полосок на трусиках, расходясь ромбом в промежности, открывает пикантный вид, прикрытый лишь ниткой чёрных жемчужин.

Всё это жирно перечёркивается брезгливым выражением лица и истеричными нотками в голосе. Полный антисекс. Опираюсь плечом на косяк, напрочь выпадая из настроения.

— Вполне, — отвечаю спокойно.

— И ты так просто об этом говоришь?!

О характере наших отношений напоминаю одним движением брови, но Илону это заводит ещё больше.

— Вот что у тебя за способность — всё портить?! — соблазнительно выгибаясь, наклоняется за платьем. — Значит так, — нервно накидывает лёгкую ткань, оставляя распахнутыми полы. — Пока ты это, — тыкает в шары, — не выбросишь, к этому, — хлопает себя по бедру, — не прикоснёшься.

Бля-я-я. Я не самый терпеливый человек, но есть несколько вещей, выводящих меня из себя по щелчку пальцев. Ультиматумы первые в списке. Принципиально не веду переговоров с террористами, уничтожаю сразу, иногда превентивно. Илона в эти воды так глубоко ни разу не заходила. И надо бы её возвращать в берега, если хочу сохранить умелую любовницу, только делаю совершенно другое.

Отталкиваюсь от косяка и иду обуваться.

— Ты куда? — настороженно спрашивает, отступая на шаг.

— Выбрасывать.

Оторопело моргает. Не ожидала такой быстрой капитуляции. Неуверенная улыбка растекается по красивому лицу. Повинуясь импульсу, прихватываю альбом с гравюрами Байроса, который в то утро привлёк Неженку.

— Книга зачем? — снова требовательно.

— Тоже выкину, — отвязываю ленты шаров, сгребаю связку ключей и ухожу в сторону лестницы, бросив дверь открытой.

Адрес Неженки торчит в истории навигатора и постоянно лезет в глаза.

Думал ли о ней? Да, каждый раз натыкаясь на шарики или задавая новый маршрут для поездки.

Хотел ли увидеть? Скорее нет. Закрыл для себя эту тему тогда на капоте — с ней не получится, как с Илоной, а по-другому я не готов, да и не интересно.

Сегодня же что-то замкнуло. Во время разговора с любовницей возникло странное чувство, новое. Как будто соскучился. Хотя я и по родным не скучаю, не говоря уже о случайных знакомствах.

Сон ещё этот. Наваждение. Решение поехать тоже в мою логику не укладывается, чувствую дискомфорт, но еду.

Доставка шариков, блядь.

На нужном этаже дверь не замкнута. В приоткрытую щель доносятся голоса:

— Порвёшь, дурачок, оно не так расстёгивается… — слышу тихий смех Неженки и басовитый бубнёж Андрюхи.

Это что за херня?!

Новая дверь открывается без скрипа. Квартирка настолько маленькая, что я оказываюсь буквально в двух метрах от воркующих голубков. Тонкая девичья рука лежит на столе ладонью вверх, Андрюха сосредоточенно ковыряется в области запястья, пытаясь расстегнуть браслет. Неженка болтает и улыбается.

С усилием хлопаю дверью и наслаждаюсь произведённым эффектом: они разлетаются в разные стороны, как нашкодившие подростки. Больше не весело? Андрюха первым приходит в себя и пялится на меня с живым интересом, растягивая губы в понимающей ухмылочке.

Реакция Неженки более занимательна. Несколько ярких эмоций быстро сменяют друг друга: испуг от грохота двери, глубокое удивление от моего появления, обида… Обида? Когда я успел? Вроде не за что ей обижаться… И по-детски чистая радость от связки шаров, которую держу в руке. Именно радость толкает её мне навстречу, но кинув осторожный косяк на Андрюху, останавливается. Как мило.

— Вот это сюрпри-и-и-з, — тянет Андрюха, поднимая брови, — неожиданно.

Ещё бы, блядь, сам не планировал, но даже рад. Теперь ясно, куда он мотался по вечерам эти дни. Замечаю на столе мини-букет из голубого цветка гортензии и коробку с зефиром, перевязанную синим бантом. Умиляюсь: неужто ухаживает? Обычно для женщин, с которыми спит, у Андрюхи из гостинцев только бухло и контрацептивы. Что, не даётся тебе студентка Снежана?

— Трахаетесь? — намеренно провоцирую, и Неженка ожидаемо покрывается алым.

Краснеют даже плечи, которые открывает лёгкий сарафан. В горящих возмущением глазах бегущей строкой упрёк “как я смею”.

Смею. Не хочешь таких вопросов — нехер пускать в квартиру кого попало.

— Как раз собирались. Да, Снежик? — скалится Андрюха, получая от неё такой же испепеляющий взгляд.

— Так и понял, значит, я вовремя…