Глава 52

На площади многолюдно. Столпившиеся у стены женщины с ужасом посматривают в сторону долины. Слышны всхлипы и стоны, раздаётся детский плач. Старуха обнимает внука – из большой семьи они выжили только вдвоём. На худеньком юноше висят доспехи, но в глазах решимость. Каждый из горожан изменился. Каждый из мужчин стал достоин звания воина. Вот только нас осталось так мало! В отряде Риаса тоже потери… Нет сомнений, что грядущая битва будет проиграна, но никто не опускает меча. Любой готов сражаться за жизни тех, кто остался в убежище. Даже Цельс. Сейчас я едва узнаю в мужчине, что стоит передо мной, скользкого типа, который похитил и связал меня. Обветренное лицо потемнело от загара и копоти, черты заострились, взгляд мрачен. Моё предложение советник выслушивает без малейших признаков интереса. А потом переводит взгляд на Эона, что стоит за мной. – Вы привыкли подчиняться руководителям и бояться кардов, – вновь завладеваю его вниманием, – но теперь всё изменится… Если доверитесь мне, то не будет сражения. Мы выиграем ещё до начала битвы. Эмус, который бросил вас в убежище и сбежал, поплатится за все свои преступления. – Если бы это сказал он, – неохотно отвечает Цельс и кивает на Риаса, который молча стоит рядом, – я бы прислушался. Но что можешь ты? Слабая женщина! – Не совсем, – хитро прищуриваюсь я. Перевожу взгляд на тайс, который опускается неподалёку от нас, и вскидываю руку: – Риас, прикажи кардам выйти, но не выключать… – Двигатель, – понимающе заканчивает илин и широкими шагами приближается к тайсу. – Джэна, – подходит ко мне верховная жрица. Я с волнением всматриваюсь в её осунувшееся лицо. – Жрицы здесь, как ты просила. Киваю и вновь оборачиваюсь к тайсу. Все карды покинули его и отошли в сторону. Сложив ладони, я взываю к Эеридис в привычной молитве, но стараюсь направить слова не к небу, а к аппарату. Ничего не получается, и в толпе раздаются шепотки. Цельс хмыкает: – Что за представление? Тут один из импульсов касается тайса, и даже отсюда видно, как начинают искриться приборы. Мгновение – и раздаётся взрыв. Женский визг, скрежет металла о камень, запах гари. Наступает тишина, которую изредка нарушает шипение пламени, бегущего по осколкам. – Джэна! – вскрикивает верховная жрица и вдруг срывается с места. – Смотри! Бежит к искорёженному тайсу, а я испуганно охаю и делаю шаг. Риас поднимает руку, останавливая меня, а его подчинённый перехватывает возбуждённую женщину. Но жрица вырывается из хватки карда и опускается на корточки. Когда она поднимается и, повернувшись, идёт к нам, я замечаю странный предмет в её руках. Круг, плетённый из толстой проволоки, на которой кровавыми каплями застыли алые кристаллы. По спине бежит холодок, а жрица замирает напротив меня. – Это он, – шепчет. Поднимая руки, осторожно опускает необычное украшение мне на голову. – Венец императрицы, который я видела. Это благословление, девочка моя! Пожимаю её ладони и смотрю на горстку притихших горожан. – Сегодня никто не погибнет! – заявляю громко и уверенно. – Я, ваша императрица и признанная дочь Эмуса, даю слово. – Готовимся к осаде? – уточняет один из воинов. – Нет, – качаю головой. – Я выйду к своему «отцу», который предал вас всех, и потребую ответить за совершённые преступления. – Безумие, – ведёт плечом Цельс. – Одна хрупкая девушка против целой армии?! – Со мной вера и милосердная Эеридис, – смело улыбаюсь ему. – Ещё я, – скупо бросает Риас. – И мы, – добавляет верховная жрица. – Я тоже, – требует Эон. Но я останавливаю его: – Вам не позволит здоровье. Доверьтесь мне, главнокомандующий. Пока я веду переговоры с Эмусом, вам предстоит найти способы обвести Алия вокруг пальца. Обсудите это с моим главным советником. – Императрица, – вежливо кланяется преобразившийся Цельс. – Сделаю всё возможное. – И невозможное, – добавляю строго. – Скорее всего, вам придётся подняться на станцию. Советник бледнеет, но возражать не спешит. Лишь поджимает губы, не желая признаваться в страхе. Невольно улыбаюсь: казалось, этот человек не боится ничего и никого. Но ужас быть «отжатым» и лишённым воли сковывает даже его. – Никто не причинит вам вреда, – давлю обещанием. – Слово императрицы. – И главнокомандующего, – поддакивает Эон. Он тоже меняется на глазах, превращаясь из загнанного собственной жадностью в угол человека в уверенного руководителя. Общая цель объединяет нас. Окрыляет. Не говоря больше ни слова, двигаюсь к воротам. Жрицы выстраиваются по обе стороны от меня в ряды и стараются не отставать. Последним идёт мой илин. Карды порываются следовать за своим командиром, но Риас останавливает их одним жестом. Ничего в нашем отряде не должно вызывать тревоги со стороны противника. Маленькая хрупкая девушка не может остановить войну? Увидим. Некоторое время мы идём в тишине. Лишь шуршат под ногами камешки и ветер шелестит жухлой травой. Давно не было дождя. Небо чисто, но воздух вокруг сгущается, как перед грозой. От тёмной, словно туча, армии отделяется небольшая группка и движется навстречу. – Эмус, – тут же узнаю возглавляющего шествие мужчину. – За ним илин, – негромко сообщает Риас. – В его отряде кардов в два раза больше, чем в моём. – Поняла, – едва заметно киваю. Я волнуюсь, сомневаясь, что сумею подчинить их всех. Скорее всего, моего дара хватит на нескольких небесных воинов. Но что делать с остальными? Карды не имеют своей воли и действуют лишь по приказу. Они раздавят наше маленькое войско, не моргнув глазом. Этого нельзя допустить! Но как?.. – Сосредоточься на нём, – советует Риас. – Если заставишь его служить тебе, то и карды будут под твоим подчинением. Как это получилось со мной. Выдыхаю с некоторым облегчением. Это выход! Если карды из отряда Эмуса будут на нашей стороне, тэтиэнцы безропотно сложат оружие. Только мне не нужно их признание в собственном поражении. Я желаю объединения наших сил против общего врага. Беспощадного. Жестокого. Жадного. Мёртвого бога Атиная и его чёрных воинов.