Глава 27

Площадь шумела и ликовала, а мы с Дайратом молча наблюдали, как бархатный синт намертво связывает две судьбы: Йонхета и Эриссы.

Трудно сказать, о чём мы думали сейчас, но точно ни о чём хорошем. Я искоса наблюдала за тем, как бледнело лицо Дайрата. Глаза стали чернее ночи, в них не было ни блеска, ни жизни, привычной мне яркости. Словно тёмным саваном прикрыли. Кусая губы, он сердито раздувал крылья носа и, нахмурив брови, не мигая, смотрел на княжну, не сводил с неё глаз, ловил каждое движение.

Всё это время мы грешили не на того человека.

Глядя на счастливое и очень довольное лицо Йонхета, я размышляла о том, знает ли он, какой ценой достался ему этот венец? Что сделала для этого его мать?

Тихо выдохнув, уняла дрожь в руках. Мне вдруг захотелось крепко сжать ладонь Дайрата, но он не дался мне.

— Дайрат…

— Ты уверена в этом? — сиплый и гортанный голос мужа вызвал у меня настоящую панику.

— Я говорю лишь то, что видела. Поверь, её лицо трудно спутать с каким другим. Это она сделала, — закрыв глаза, передёрнулась от мерзких воспоминаний. Призрачная боль в животе напомнила о холодной стали меча, так легко вошедшей в живую плоть. Обхватив себя руками, почувствовала прилив дурноты. — Если бы я только догадывалась… Если бы только знала!

Теперь не было никакой возможности исправить сделанное: свадьба состоялась и Эрисса стала женой Йонхета. Он породнился с самым древним родом Видящих. Никто не оспорит его право на венец.

Даже Дайрат.

Как же исполнить предназначение? Как Дайрат станет князем?

Если только… Если только видение о смерти Йонхета — правда. Но мне этого совсем не хотелось! Не таким способом! Хватит смертей! Разве стоит этот жалкий кусок золота человеческой жизни? Сколько крови пролили за него, и сколько прольют?

Это цена власти?

Испуганно посмотрела на Дайрата.

Он тоже будет лить кровь? Он тоже будет губить, мучить и уничтожать?

Так какой тогда смысл?

Как бы мне хотелось очутиться сейчас на Голубой горе и не знать всего того, что знаю сейчас.

Дайрат хрипло выдохнул, будто… будто что-то произошло. Подняв глаза, вдруг увидела, что княжна смотрит прямо на нас. Пронзительный взгляд карих глаз буквально заглядывал в душу.

Хватило мига, чтобы понять, что она знает.

Едва сощурив глаза, княжна приподняла уголки губ и горделиво вскинула голову, властно смотря на Дайрата. Она совершенно нас не боялась.

Только вот взглянув на неё, моя головная боль только усилилась.

Звонкий гул нарастал в ушах. В глазах потемнело, и я вцепилась в руку Дайрата. Постанывая и едва дыша, чуть не завалилась вбок, уперевшись лбом в плечо мужа.

— Сэвайя?

Тихий, спокойный голос сводил меня с ума. Он разливался ядом в моём сознании, вызывая такую боль, что мне казалось, что ещё мгновение и я умру.

Рухнув, как подкошенная, в руки Дайрата, сквозь слёзы видела, как становится шире улыбка княжны.

Голос Дайрата смешался с голосом дракона, желающего докопаться до каких-то странных и неведомых ему тайн.

Сжав зубы, схватилась за голову. Боль стала просто нестерпимой. Горячая струйка обожгла кожу под носом и губы. Приоткрыв рот, почувствовала солоноватый вкус крови.

Дракон лез всё глубже и глубже, пытаясь понять, что же я видела.

Дайрат испуганно прижал меня к себе, поддерживая свободной рукой мою запрокинувшуюся голову. Он боялся сделать что-либо, лишь бормотал моё имя.

Глаза закатились сами собой: непрошеное видение лишь усилило мои страдания.

…Кровь… Она лилась рекой, её густые, тёмные потоки раскрашивали бардовым деревянный пол. Княжий венец блестел неподалёку. Пахло смертью и болью.

Путаясь пальцами в чьих-то волосах, чувствовала на себе взгляд злобных, алых глаз.

Непонятным образом дракон оказался в этом видении. Выдыхая клубы дыма, он тенью скользил в большом зале, протекая, как дымка, через предметы и людей.

Он видел то же, что и я.

Кто-то умер, но кто, мы не знали.

— Значит, вот кого они выбрали мне в противники? — свистящий голос дракона испугал меня не на шутку. — Решили, что ты справишься со мной? Я всё знаю о тебе, Сэвайя. О твоих тайнах… Ты так старалась скрыть их.

Запахло чем-то горячим и противным и через меня липким туманом прошёл призрачный образ дракона. Содрогнувшись, прогнулась всем телом и рухнула на колени, прямо в чернеющую под ногами кровь.

— Она зря спасла его. Он всё равно будет моим, как и ты, Сэвайя. Ты сильна, но сколько ещё выдержишь такой боли?

Яркие, цветные всполохи в голове едва не вырвали крик.

— Похвально, что они решили показать тебе кусочек того, что неминуемо случится: все сыны князя умрут. А ты… Ты будешь моей.

Кровь противно чавкала под ногами, когда я попыталась встать. Руки скользили по мокрому, пропитавшемуся кровью полу.

Подняв взгляд, увидела довольное лицо княжны. Она стояла поодаль и со знакомой, плотоядной улыбкой наблюдая за всем.

Дракон оставил меня в покое, теперь он обвил густым сизым дымом её.

— Вы обе хороши, но выберу я тебя…

Лёгкий шлепок по лицу мигом вернул меня к жизни. Кашляя и задыхаясь, видела перед собой бледные лица Дайрата и наставника.

— Боги, Сэвайя, ты до смерти перепугала нас… — Дайрат дрожащей рукой утирал кровь с моего лица.

— Что? Что ты видела? — наставник Лэш перебил Дайрата и больно вцепился своими длинными пальцами в моё плечо.

— Нам нужно уходить отсюда. Иначе случится что-то страшное.

Свадебный бой барабанов давно сменился радостными и весёлыми песнями: провожали молодожёнов.

— Нам не выбраться из города прямо сейчас. Придётся подождать, — Дайрат помог мне встать, всё ещё поддерживая меня.

Но уйти нам не дали. Едва народ хлынул вглубь города, продолжая праздновать свадьбу, как к нам подошли люди из дружины князя. Их было слишком много, чтобы Дайрат смог что-нибудь сделать.

— Княгиня Яринга ждёт вас.

Прятаться за Дайрата было бессмысленно. Утирая платком лицо, я затравленно озиралась по сторонам: такое «приглашение» не сулило ничего хорошего. И Дайрат, как никто другой это понимал. Утешающе сжав мою руку, он вёл меня незнакомыми коридорами под угрожающий лязг доспехов и оружием суровой охраны, сопровождающей нас.

Мне хотелось рассказать Дайрату то, что я видела, но каждый раз пытаясь открыть рот, испуганно выдыхала и сдерживала себя. Я всё ещё несу ответственность за свои слова. Хватит того, что, возможно, я подставила нас обоих: не стоило говорить Дайрату о княгине. Это можно было сделать в другое время, но я, поддавшись страстному желанию справедливости, выпалила суровую правду.

Что с нами теперь будет?

Вцепилась в пальцы Дайрата так, будто от этого зависела моя жизнь.

Холодный и пустой зал встретил нас неприветливо. Удивительно, но здесь, кроме княгини, никого не было. Она медленно прохаживалась возле окна, выглядывая на бушующую весельем площадь.

Княгиня Яринга была спокойна и также холодна. Несколько дёргано сцепив перед собой руки в замок, бросала на нас заинтересованные взгляды.

Словно подчиняясь её мысленному приказу, вёдшие нас мужчины молча кивнули и закрыли дверь. Дайрат было схватился за бедро, но меч отобрали почти сразу, как и спрятанный кинжал.

— Чувствуйте себя гостями, проходите, — княгиня обвела взглядом богато украшенные стяги вдоль стен и махнула рукой в сторону длинной и узкой скамьи. — Присаживайтесь.

Женщина одёрнула платье и сдержанно выдохнула, чему-то улыбнувшись. Встав к нам боком, продолжала разглядывать происходящее за окном.

— Значит, ты всё знаешь? — нахальный и самодовольный голос княгини пробрал до дрожи. — Не нужно лгать. Нет ничего плохого в том, что ты… — злобный взгляд карих глаз привёл Дайрата в настоящее бешенство, — всё узнал. Когда-то это должно было случиться.

Мы так и не решились подойти к скамье. Сделав пару шагов, замерли на месте, крепко держась за руки.

— Как мило, что любовь скрасила твоё одиночество, мой мальчик. Но она ничего не изменит. Я всё равно убью тебя. Пусть, — лицо женщины залилось краской гнева, — пусть он и был против.

— Нет. Всё будет так, как должно быть. Боги не хотят его смерти.

— Какая наивная дурочка! — звонкий, заливистый смех отдавал гнилью. — Неужели ты считаешь, что всё в этом мире происходит так, как хотят этого какие-то чудные Боги? Пора бы уже понять, что мы сами вершим свою судьбу. Разве нет?

Губы предательски дрожали, когда я, едва не замирая от страха, наблюдала за княгиней. Та, подхватив пышные юбки, медленно шла к нам. Я ощущала, как теплеет ладонь Дайрата, как он едва справляется с собой.

Наверное, сейчас ему хотелось вцепиться в шею княгини и изо всех сил её сжать.

— Тогда… тогда зачем показывать всё нам? — сделав шаг вперёд, поддалась внутреннему голосу и заслонила собой Дайрата, встав между ним и княгиней. — Зачем нужны эти видения, если они могут и не сбыться?

— Ты ещё не поняла? Плохо же подготовил тебя наставник, раз не объяснил самых простых вещей, — княгиня лукаво улыбнулась и подошла ещё ближе. — Именно поэтому вам, людям, дарована эта сила. Чтобы вести вас к тому концу, который нужен им. Этим Боги направляют вас по единственной дороге из сотни тысяч возможных.

— Но… — я сделала шаг вперёд, но Дайрат силой притянул меня к себе. — Но ведь мы можем не поверить, поступить по-другому или сделать всё с точностью наоборот.

— Это неважно. Самое главное это помыслы. Вы для них — открытая книга, а читать между строк не так уж сложно. Человеческие души… — в голосе княгини появились странные рычащие нотки, — они так слабы, так легковерны. Словно в руках податливая глина: лепи что хочешь.

— Зачем ты убила мою мать? — Дайрат уже не сдерживался, его крик сильно бил по ушам. — Зачем?

Обернувшись, увидела смертельно бледное лицо мужа, покрытое мелкой испариной. Глаза были просто чёрными и напоминали мне самую тёмную и опасную бездну. Сейчас Дайрат был готов на всё.

— Хм, этого Боги не могли знать, — княгиня прошелестела юбками и, оставляя за собой удушающе едкий и очень сладкий запах, стала обходить нас с левого бока. Не сводя с неё глаз, старались быть всегда к ней лицом. — Ведь мысль о таком разрешении проблемы пришла не человеку. А проблема была очень серьёзной: стань Лайла женой князя, то можно было бы забыть обо всех планах. Я очень хотела убить и тебя, но тут ты должен благодарить Богов — только их провидение спасло тебя.

Тихо и злобно выдохнув, Дайрат выпалил следующий вопрос:

— Чему она могла помешать?

— Рождению моего сына.

— Чтобы захватить власть?

Княгиня захохотала и чему-то захлопала в ладоши. Запрокидывая голову назад, она буквально заливалась смехом. Нехорошим, мерзким и очень противным. От него по коже шёл гадкий холодок.

Вздрогнув, мельком посмотрела на Дайрата: он выглядел таким же растерянным, как и я.

— Нет, власть тут ни при чём. Впрочем, она не была лишней, — княгиня успокоилась и пристально посмотрела мне в глаза. Я готова была поклясться, что увидела в её взгляде что-то знакомое и очень пугающее. — Да, Сэвайя? Ты же знаешь, в чём дело.

Мотнув головой, гневно мотнула головой.

— Как же, разве он тебе не говорил?

Всхлипнув, едва не оступилась, так захотелось прижаться к Дайрату и почувствовать себя защищённой.

— Впрочем, это уже неважно. Смешно, что попытки Богов всё исправить, посылая тебе видения, лишь помогли ему в поисках. И теперь княжий род может благополучно прерваться. Это станет отличным подспорьем в его изощрённой мести.

Дайрат до хруста сжал кулаки, оставив меня совсем одну. Одно короткое мгновение, и княгине должно было не поздоровиться. Он мог бы закончить всё одним ударом, но женщина вдруг ловко перехватила его руку и, вывернув её самым страшным образом, отшвырнула Дайрата с такой силой и лёгкостью, будто он был тряпичной куклой.

Глаза женщины вдруг засветились красным. Тем самым пугающим алым цветом, цветом боли, крови и смерти.

— Мама?

Хлопнули двери. В зал вошли Йонхет и Эрисса. Увидев лежащего в беспамятстве Дайрата и меня, перепачканную кровью, они испуганно замерли на месте.

— А вот и главные гости…

Хруст дерева был таким, что уши закладывало. Вся мебель, повинуясь чьему-то приказу, липла к дверям, загораживая единственный выход.

Княгиня оскалилась, огонь её глаз стал просто нестерпимым.

— Как жаль, что княжий род прервётся в такой счастливый день, — увидев дикий ужас в моих глазах, Яринга утешающе улыбнулась. — Не бойся, Сэвайя. Ты останешься жива.