Глава 8

Земля уходила из-под ног. Перед глазами всё плыло. Я почти не закрывалась и не жмурилась, когда нас осыпали зерном, монетами и цветами. Нужно было бы поберечься, но я всё никак не могла справиться со своим страхом. Дайрат всё так же крепко сжимал мою ладонь, не собираясь отпускать меня ни на миг. И когда ступени резко взяли крутой поворот, подхватил меня и даже прикрыл собой от жадных и злых взглядов, от всего того, чем нас так богато осыпали.

Унимая дрожь, сморгнула слёзы и посмотрела прямо в лицо Дайрату. Знакомый взгляд, от которого мурашки по коже и внутренности леденеют. Кровь отхлынула от лица, я чувствовала, как холодеют щёки, как дрожат губы, как сводит дыхание.

Он всегда смотрел так на меня. С самого первого момента. С той самой встречи в храме.

Я говорила с наставником, когда двери в зал открылись и внутрь самым бесцеремонным образом не зашёл высокий молодой мужчина. Его тёмные одежды были расшиты серебром и сильно выделяли своего владельца среди прочих людей. Всё сразу неловко замерли, провожая его внимательными и осторожными взглядами.

Мужчина же в ответ презрительно ухмылялся, его синие глаза казались самой мрачной бездной. Мне сразу же подумалось, что подойди к воде, она покрылась бы ледяной коркой, а цветы — сразу пожухли. От него словно исходили странные, жуткие волны.

Опустив взгляд, я даже не решилась рассматривать его, хоть любопытство было очень сильным. Искоса посматривая на наставника, видела, как он бледнел и гневно раздувал ноздри. Такому гостю никто не был рад.

— Наставник Лэш мне нужно срочно переговорить с вами… — спокойный тон мог лишь сначала ввести в заблуждение. В голосе мужчины были странные нотки. Самодовольства. Власти. И презрения. Я чувствовала это кожей. То, как он ненавидел всех тех, кто присутствовал сейчас в этом зале. Наставников, служителей и меня. Сжавшись, невольно опустила голову ниже и сделала робкий шаг назад.

— Конечно, Дайрат. Вы подождёте, мне нужно договорить с моей ученицей?

— Это она подождёт. А наш разговор слишком важен, чтобы я тратил своё время на какую-то…

Не выдержав, в гневе подняла голову и посмотрела в лицо мужчине. Какая-то? Я могла бы с удовольствием воспользоваться своей властью. Даже князь сделает всё, что я скажу. Стоит только заикнуться. А он… Совершенно не уважает ни храм, ни Богов, ни тех, кто верно и исправно служит им.

— Это Сэвайя, будущая Видящая, — наставник Лэш коснулся моего плеча, словно пытаясь смягчить мой оправданный гнев.

— Да мне плевать на это, — мужчина громко и отчётливо произнёс эти слова, будто презрительно выплюнул их. Буравя меня холодным, мрачным взглядом, кривил рот усмешкой. Дайрат выпрямился, расправив плечи. Ему было действительно всё равно. — Меня это не волнует.

— Сэвайя, прости меня.

Наставник Лэш сдержано выдохнул, утешающе сжал моё плечо и удалился с Дайратом. Какими же взглядами провожали этого человека, словно у него на спине была нарисована мишень. Только ленивый не выказал ему своей ненависти и презрения. И в то же время все его дико боялись. Он одним своим присутствием подавлял волю и внушал панический ужас.

Вот и сейчас я не знала, что же мне делать. Внешне Дайрат казался внимательным и учтивым. Но его глаза…

Тёмно-синие, почти матовые от злости, они напоминали небо перед грозой. Стоило ему посмотреть на меня, как я готова была поклясться, что видела в его зрачках отблеск молний.

Зачем он согласился, если я ему настолько… противна? Ведь противна же. И даже знаю почему.

Тогда, в тот вечер, в той тесной комнатке, когда Йонхет открыл для меня новый и непонятный мир наслаждений, Дайрат нашёл нас. Мы так увлеклись, что даже не заметили, как он вошёл.

Йонхет ничего не понял, когда Дайрат схватил его за шиворот и с лёгкостью откинул к стене. В полумраке всё выглядело очень устрашающе. Дайрат был выше Йонхета почти на голову и гораздо шире в плечах.

Я испуганно вскрикнула и прикрылась шалью. От стыда щёки онемели, а во рту пересохло. Поправляя платье, смущённо отводила взгляд и корила себя за такую преступную неосмотрительность.

— Ты что творишь? — Йонхет рассерженно зашипел, потирая ушибленную голову. Он даже и не думал вставать, так и лёжа возле стены. — Что позволяешь себе?

Дайрат сверкнул глазами, окинул меня уничижающим взглядом и схватил Йонхета за грудки. Поднял его с пола и с такой силой ударил об стену, что я едва не оглохла от пугающего хруста костей. Приподняв Йонхета, снова с силой приложил его об холодный камень. Ловко увернувшись от удара, тихо и спокойно проговорил:

— Дурак. Даже ругаться с тобой не хочу. Ты меня утомил. Нагадишь, а мне потом расхлёбывай. Чем тебе обычные девки не угодили, что ты решил… — многозначительный взгляд на меня, — попортить и её? Совсем умом двинулся?

— Это ты умом двинулся! Недоносок! Больной ублюдок! — Йонхет вспыхнул и попытался вновь ударить Дайрата. На этот раз он не промахнулся.

У меня дыхание перехватило. Беспомощно сжимая край шали, наблюдала, как краснеет Дайрат в этом неверном и тусклом свете, пробивающимся внутрь комнаты из галереи.

— Как ты меня назвал?

— Ублюдок! — Йонхет язвительно улыбнулся.

Дайрат отпустил княжича ровно на миг. На очень короткий, опасный миг. Его тяжёлый кулак с хрустом лёг на лицо Йонхета. Затем ещё и ещё. Последний удар пришёлся в грудь. Йонхет задохнулся и согнулся пополам.

Тяжело дыша и поправляя растрепавшиеся волосы, Дайрат зло процедил:

— Только попадись мне ещё на глаза. Убью.

Я жалась к шкафу, в надежде раствориться во тьме, исчезнуть. Как же мне хотелось оказаться как можно дальше от этого невероятно сильного и злого мужчины.

Вспомнив обо мне, Дайрат с такой яростью вцепился в мою руку, что я закричала от боли.

— Закрой рот, потаскуха.

Он буквально вышвырнул меня из комнаты. Летя вперёд, я только и успела что беспомощно вскрикнуть. Ударившись об стену, испуганно замерла и дрожа всем телом, прижалась лицом к холодному лицу.

— Тоже мне, Видящая. Пошла вон отсюда! И чтобы я не видел тебя рядом с ним. Иначе тебе придётся не только Богам доказывать свою невинность, — от холодного и спокойного тона внутри всё сжалось, а сердце и вовсе замерло. — Если она у тебя ещё осталась.

Тяжёлые, удаляющиеся шаги немного успокоили меня. Утирая слёзы, я посмотрела вслед мужчине. Он сложил руки за спиной, всё ещё гневно сжимая кулаки. Не оборачиваясь, с такой быстротой шёл, чуть ли не бежал.

И вот теперь этот человек ведёт меня в свой дом. Теперь он будет называть меня женой, а мне придётся звать его мужем.

Многообещающий взгляд живо всколыхнул былое и странным образом вернул туда, где я пряталась за шалью и заворожённо наблюдала за его яростью. Как он прерывисто и тяжело дышал, как зло поджимал губы и заливался румянцем.

Если и бы и были звери в человечьем обличье, то у них был такой же взгляд и выражение лица как у Дайрата, старшего брата Йонхета, незаконорожденного сына князя.

Мир плыл и качался перед глазами. Иногда мне казалось, что мучительные мгновения тянутся бесконечной нитью, отсрочивая мою неминуемую гибель. Я не выживу… Не переживу!

Застолье было недолгим. Мне и кусок в рот не лез. Я смотрела в этот бушующий поток человеческих лиц и видела только взгляды: жестокие, холодные. Таким же был взгляд Дайрата. Но при этом я чувствовала, что весь страх и ненависть были предназначены не только мне.

Дайрата здесь не любили. И меня теперь тоже будут ненавидеть только потому, что я стала его женой. Ну а все тонкости нашего замужества никто не узнает.

Столы и арки, украшенные цветами, стояли прямо под открытым небом не так далеко от святилища. Столы не ломились от еды, наоборот всё было очень скромно. Дайрат явно не хотел затягивать всё до поздней ночи. Солнце только скрылось за горизонтом, а Дайрат уже давал молчаливые указания.

Пригубив медового взвара, я испуганно посмотрела на своего мужа. Он хмурился, переглядываясь с Эдвингом. Тот же словно чего-то ждал, последнего приказа.

Тоскливо обвела взглядом пляшущих людей и обернулась назад. Невдалеке, на крутом склоне чернели остатки поместья. Обширное и когда-то красивое, теперь оно наполовину сгорело и щерилось подпалёнными остовами.

Когда я только приехала сюда, то сразу заметила его. Пока Эдвинг распрягал лошадей, а Сира подгоняла малочисленную прислугу, я получила возможность осмотреться.

Поместье было неподалёку, но крутая, осыпавшаяся от времени лестница говорила о том, что добраться туда довольно сложно. Невольно задумалась, почему же мой будущий муж живёт в таком месте. Ведь тот дом, перед которым я стояла, казался просто крохотным по сравнению с поместьем. Он был даже меньше родительского дома. Основательный, крепкий, но лишённый какой-либо красоты, выглядел немного… странно.

Сира не стала мне ничего объяснять, только провела меня на маленькую женскую половину дома, сказав, что это временно.

Вот музыка смолкла, и Дайрат крепко сжал мою ладонь.

Поджав губы, я тихонько вздохнула и поняла, что всё. Время пришло. Мы встали из-за стола и направились к дому. Протоптанная дорожка медленно, но уверенно вела нас наверх по большому, но пологому холму.

Трава приятно шелестела, а тонкие цветочные запахи совсем меня не успокаивали. Дайрат не торопился, но он с такой силой сжимал мою ладонь, что я с трудом удерживалась от слёз. Ноги не держали меня. То и дело запинаясь, ловила на себе раздражённый взгляд Дайрата. Мягче он не стал. И чем дальше мы уходили от других людей, тем быстрее таяли его вежливость и сдержанность.

Перед самим домом Дайрат рывком подхватил меня на руки. Испугавшись, вцепилась в его шею. Он насмешливо посмотрел мне в глаза и, заметив там слёзы, недовольно поморщился.

Перед нами открыли двери, и мужчина переступил порог, всё так же держа меня на руках. Не выдержав всего, закрыла глаза и отвернулась от Дайрата. Тёмные комнаты сменялись одна за другой, пока вдруг не стало гораздо светлее. Приоткрыв один глаз, увидела, что мы в узкой, невысокой, но всё же просторной спальне.

Кровать, украшенная цветами и травами, была застелена белоснежным покрывалом, расшитым серебряными и красными нитями по самому краю.

Сердце ухнуло вниз, когда Дайрат осторожно опустил меня и прикрыл двери за нами.

Всё выглядело так, будто… Будто… Но как же быть? Йонхет, он же обещал мне! Дал слово!

— Ты так и будешь стоять истуканом?

— Что? — глупо переспросила Дайрата, погруженная в свои мысли и страхи.

— Так и будешь стоять у дверей? — сиплые нотки в его голосе заставили меня приподнять голову и посмотреть на мужа. Выглядел он недовольным, уставшим и злым. Буравя меня тяжёлым взглядом, стоял рядом и внушительно возвышался надо мной. — Да?

Сглотнув вязкую слюну, я понимала о чём он говорит, но верить не хотелось. Может… может, это всё для отвода глаз?

За дверью послышались знакомые девичьи голоса, затянувшие очередную песню. Только в этот раз добавились ещё и мужские.

Протянув руки к Дайрату, замерла, затравленно посмотрев на дверь.

— Думала, что нас оставят одних? — мужчина не выдержал, схватил мою ладонь и положил на застёжку плаща. — Давай быстрее. Я не хочу с этим затягивать.

Вздрогнув, выдернула руку и отошла назад.

— Йонхет обещал мне… — мой голос сильно дрожал, когда я решилась обратиться к Дайрату. — Он обещал мне, сказал… сказал, что ты меня не тронешь.

— Правда? — мужчина недовольно свёл брови и сам расстегнул застёжку накидки. Затем последовали завязки сюртука. — Мой братец любит обещать невыполнимое. Ты поверила ему?

Я с дрожью наблюдала за тем, как неторопливо раздевался Дайрат. Мне нужно было сделать это самой, но от ужаса я напрочь забыла обо всех этих обрядах.

— Дайрат, — впервые обратилась к мужу по имени, — ты же понимаешь, что это невозможно. Ты же знаешь, кто я…

— Знаю, — сдержанная улыбка сильно напугала меня. — Ты моя жена. Или ты хотела сказать, что ты Видящая? Да? Именно это?

Дайрат присел на край кровати и начал стягивать сапоги.

— Да. Это… — всхлипнув, медленно шла назад, пока не упёрлась спиной в стену. — И ты знаешь, что мне нельзя…

— Знаю. Но тебе это не помешало развлекаться с Йонхетом. Или с ним Боги тебе разрешили?

— Йонхет меня не трогал…

Взгляд Дайрата был слишком красноречивым: он совсем мне не поверил. Более того, вспомнив об этом, лишь сильнее разозлился. Глаза стали почти чёрными. Оставшись в одной рубахе, Дайрат пнул сапоги и встал, опасно приближаясь ко мне.

— Дайрат, прошу… Не надо!

— Сэвайя, — он подошёл ко мне и осторожно снял венок с моей головы, — ты сама согласилась. Ты стала моей женой. И, кажется, тем самым отказалась от своего дара, разве нет? Я что-то пропустил?

— Я не отказывалась! Я согласилась на том условии, что… что Йонхет освободит меня от клятвы.

— Вот, значит, как… — Дайрат стянул шаль, взъерошив мои волосы. — Мне он об этом забыл сказать. И хочу тебя расстроить: отказываться от тебя я не собираюсь, — откинув мои косы за спину, требовательно коснулся плеч.

— Я не хочу… — выдохнув, едва уняла дрожь. — Не хочу! Можно же что-то придумать. Можно?

— Утром сюда зайдут. В любом случае. И я даже был согласен оставить втайне ваше маленькой развлечение. Но теперь всё будет по-другому, — пальцы Дайрата вцепились в шнуровку, потянув её на себя, — ты моя жена.

— Возьмёшь меня силой? — всхлипнув, повысила голос.

— Нет, — Дайрат расправился с завязками, и платье с шелестом упало на пол. Стыдливо прикрывшись руками, сжалась и повернулась к мужчине боком. — Зачем? У тебя есть всего два пути: разделить со мной постель как жена, либо выйти за дверь опозоренной и отвергнутой. Тогда твоя жертва будет и вовсе бесполезной, и Эрисса не станет княжной.

Мужчина потянул меня за собой, направляясь к кровати. Белое, свадебное покрывало теперь казалось мне смертным саваном.

Меня загнали в угол.