ГЛАВА 19

ГЛАВА 19

Я сидела на диване напротив ноутбука и раз за разом вбивала в строку поиска инициалы лектора – Кайдалов С.В. Пока что мне удалось отыскать лишь некоторые из его старых авторефератов и неполный текст диссертации на какую-то чересчур заумную для меня тему. Ни в одной из соцсетей Сергей не обнаружился; складывалось такое впечатление, будто он сознательно скрывает личные данные от посторонних любопытствующих глаз. Само собой, меня это интересовало – в наше время почти у всех есть аккаунты в той или иной соцсети, у Кайдалова же не было ни одного. Я очень постаралась, чтобы убедиться в этом наверняка.

Ни одного. Но как же с ним тогда связываются?

У меня нет номера его телефона. Сергей ни разу мне не звонил, не просил мой номер, не предлагал записать свой на случай, если когда-нибудь он мне понадобится. Наверное, не хотел, чтобы однажды я стала слишком навязчивой и обрывала его драгоценную трубку кучей бесполезных звонков. Что ж, в этом определенно был смысл.

Я слезла с дивана, послонялась по квартире, задернула шторы – уже начинало темнеть – поискала телефон, а отыскав, убедилась, что мне никто не звонил. Машинально сунула мобильный в карман домашних штанов и снова уселась напротив ноутбука. Зашла на страницу Малыша, посмотрела его новые фотки, выложенные в течение пары последних дней. Ага, это явно с того вечера в клубе, куда приглашал меня Женька. На фотографиях группа «Homeless» в полном составе на сцене во время своего выступления, потом Макс в обнимку с Сашей, далее одна Саша, застенчиво улыбающаяся в нацеленный на нее объектив, снова Женька, Макс и Рома, Макс и парочка ребят из «Бомжей», Макс и Дима…

Дашку рядом с Димой, да и на остальных фотках, я почему-то не увидела и удивилась. Снимки с Женькой просматривала дольше остальных, с каким-то смутным интересом вглядывалась в черты его лица, машинально фиксировала растрепанные после выступления волосы, лучистые глаза, широкую белозубую улыбку… Я не сразу заметила, что и сама улыбаюсь.

Почему у нас ничего не вышло? Чего мне не хватало с ним рядом? Внимания… любви… Он ведь постоянно был чем-то занят, на меня находил время только параллельно репетициям «Бомжей», и то просто позволял посидеть где-нибудь рядышком, подождать окончания, а после немного погулять вместе, как парочка застенчивых старшеклассников, не знающих, как перейти черту и сделать финальный шаг навстречу друг другу. Все это было здорово и очень мило, но оказалось недостаточно, чтобы наши отношения получили шанс на развитие. Мне было мало того, что он мог мне предложить, хотелось чего-то не в пример большего.

Кайдалов способен обеспечить это неопределенное «большее»? Нет, не способен. Сергею это не нужно, ему я сама совершенно не нужна. Непонятно, с какой стати он продолжает уделять мне внимание, но я уверена, что это временно и вскоре выльется в более чем предсказуемую развязку. Нас не ждет никакое общее будущее, я не должна даже думать в этом направлении, и все же… все же…

Я снова прокрутила новые фотографии из клуба. На тех, где была Саша, Макс поставил отметку, ведущую сразу на страницу его девушки. Щелкнув по ссылке, я перешла к ее аккаунту.

На главной стояла фотография, на которой Саша позировала рядом с незнакомой мне улыбающейся девушкой-шатенкой. На Саше было темное пальто длиной чуть выше колен, нижние пуговицы небрежно расстегнуты, одна рука в кармане, другая сжимала ремешок темно-коричневой сумки. В отличие от своей спутницы, Саша не улыбалась и, как мне показалось, выглядела несколько уставшей. Обычный живой снимок, никаких постановочных фото.

Переместив мышку вниз, я поставила лайк под ее фото и щелкнула на «Добавить в друзья».

Саша появилась в сети уже после полуночи, приняла мою заявку, написала короткое сообщение, я не спала и вскоре ей ответила. Мы проговорили с ней до двух ночи, она рассказала мне о походе в клуб и выступлении набирающих популярность Homeless, я, в свою очередь, поведала о том, что теперь мы будем чаще видеться с Женькой. Саша предположила, что мы с ним еще можем помириться, но я тему не поддержала, и, думаю, она все поняла. Мы с Сашей договорились встретиться после пар, и я, выключив, наконец, ноутбук, отправилась спать.

***

Этой ночью мне вновь снился Кайдалов, и опять сон был из разряда 18+, только на сей раз я проснулась не в холодном поту, а с легкой улыбкой на губах и сладкой истомой по всему телу. Мне было приятно видеть во сне Сергея, более того, лежа в постели в ожидании повторного звонка будильника, я вдруг с отчетливым удивлением поняла, что не представляю рядом с собой никого другого. Никого, кроме него.

Пораженная этой внезапной мыслью, я широко распахнула глаза, чувствуя, как меня покидают остатки сна. Без всякой охоты выползла из постели, сунула ноги с вмиг похолодевшими пальцами в пушистые тапочки, небрежным движением сколола спутанные волосы наверх и побрела в ванную умываться. Однако мысль, с которой я выбыла из объятий сна, ни на секунду не хотела меня отпускать.

Хочу, чтобы он оставался рядом со мной как можно дольше. Я словно зациклилась на нем, перестав замечать других. То, что я поначалу приняла за симпатию и пагубное влечение, которые вскоре пройдут, на деле пустило корни куда глубже, почти, а может наверняка, к самому сердцу. Как такое могло произойти, когда я успела так сильно запасть на своего препода, что все вдруг в одночасье потеряло смысл? Было слишком легко им увлечься… Красивый, остроумный, притягательный, слишком сексуальный для неискушенной молоденькой студентки вроде меня. Непомерно тяжелое испытание, которое на моем месте не каждая бы прошла. Вот и я… срезалась.

Переключилась.

Остановившись напротив шкафа, я распахнула дверцы, внимательным взглядом окинула вешалки и забитые полки. Как из всего многообразия вещей, которые мне совсем разонравились, найти что-то сногсшибательное, такое, чтобы у него глаза на лоб полезли от восторга? Хотя это уже чересчур, достаточно будет легкого ступора с его стороны. Ну… допустим… пусть будет вот это платье.

Платье. На улице ощутимый холод, но я ведь на машине, к тому же, постоянно таскаться в блеклых джинсах, в то время как остальные мои сокурсницы расхаживают перед Кайдаловым расфуфыренные, словно павлины, не выделит меня в его глазах. Надо вносить разнообразие в свой внешний вид.

Добросовестно посетив первые две пары, я не вытерпела и полезла на сайт университета в расписание преподавателей. У Кайдалова сегодня стоит вторая пара, затем четвертая и пятая. Мне так хотелось его увидеть, до нетерпения, до легкого покалывания в пальцах и нервного зуда, что я решила не тащиться на скучную третью пару и после звонка сразу отправилась к заветной кафедре, надеясь, что он будет там и не успеет никуда уйти. У двери притормозила и, стукнув пару раз костяшками пальцев о гладкую поверхность, потянула ее на себя.

Сергей сидел вполоборота ко мне; с сосредоточенным видом водил шариковой ручкой по бумаге формата A4, на мое появление не слишком-то среагировал, кивнул как-то отстраненно и вернулся к своему занятию. Это показалось обидным; нахмурившись, я захлопнула за собой дверь и, подойдя ближе, оперлась ягодицами о край его стола.

– Сегодня первое апреля? – поинтересовался лектор, перевернув свой листок обратной стороной и вновь принимаясь по нему строчить.

– Промах, Сергей Викторович, – дернув плечом, я сложила руки на груди, борясь с желанием запустить их в его волосы.

– Мартина, такие люди с утра пораньше, еще и по своей воле редко объявляются в моей узнице без веской причины.

– Ты прав, причина есть, но не слишком веская.

Он заинтересовался. Медленно оторвал взгляд от своего дражайшего листка и, подняв голову, пробежался по мне глазами.

– Да-а?

Протянув руку, легонько погладил меня по бедру и, не сводя с меня глаз, откинулся на спинку стула. Я придвинулась ближе; теперь мои ноги касались его коленей.

– Твоя обновленная версия мне определенно по душе, – проговорил Сергей, усмехнувшись.

– Старая программа приказала долго жить, – парировала я, глядя в его блестящие темные зрачки.

– Это радует, но что-то подсказывает мне, что и с новым софтом нужно будет хорошенько повозиться, – он подался вперед и без труда усадил меня к себе на колени. Как это произошло, я объяснить затруднялась. Он был так близко, что я не могла отказать себе в удовольствии и провела кончиками пальцев по его небритой щеке, намеренно задела ногтем нижнюю губу. Кайдалов лишь улыбнулся.

– И сколько же времени займет… установка?

Сергей расхохотался, весело, заразительно, и я резко убрала руку от его лица, вмиг почувствовав себя редкостной идиоткой.

– Установка? – фыркнул он, отсмеявшись. – Если я правильно понял, ты имеешь в виду, как скоро я потеряю к тебе интерес? Замечательный вопрос, пожалуй, я даже отвечу. Скажем… один мой родственник всегда качал из интернета всякие полезные материалы при помощи удобной проги, назовем ее «Мастер закачек». С течением времени появились другие аналоги, более удобные и функциональные. В конце концов, появились всеми обожаемые торренты, при помощи которых можно перекачать хоть добрую половину Сети, и это не вызовет никаких накладок и неудобств. А мой родственник по-прежнему упорно пользуется «Мастером Закачек», не желая признавать ни аналогов, ни торрентов; позиция у него такая, понимаешь? Я не твой дружок-программист, но объяснил, как смог.

– Ты определенно не программист… – протянула согласно, а он подмигнул мне:

– Не заморачивайся, – после чего подхватил под ребра и принялся целовать…

***

С Сашей мы встретились после обеда в заранее оговоренном месте – кафешке неподалеку от университета. Подруга Макса выглядела очень свежо, может, из-за отсутствия огромных слоев косметики на миловидном личике. Пшеничные волосы собраны в аккуратный пучок на затылке, ресницы едва подкрашены темной тушью. Я заметила, что ей ближе естественность, и, как ни странно, это мне в ней очень нравилось.

Мы обменялись приветствиями, сделали заказ подошедшей официантке, после чего Саша решительно положила руки на стол и, придвинувшись ближе, загадочно мне подмигнула:

– Ну что, будем мирить вас с Женькой, или как?

– Нас незачем мирить, мы не ссорились, – с тихим вздохом напомнила я, меньше всего желая разговаривать с ней о Женьке.

– Да-да, помню, ты с ним порвала... Но я почему-то была уверена, что это ненадолго и… Постой, значит, ты не собираешься возвращать своего парня, так?

– Не собираюсь, – я пожала плечами. – Мне это не нужно, Саш.

– Наверное, я что-то не так поняла. Максим говорил, вы с Женькой только недавно познакомились и…

– Так и есть. Просто мы поторопились. Я поторопилась… – и замолчала, подыскивая верные слова. – Кажется, мне нужен другой.

– Что? – Саша даже подскочила на месте, так удивили ее мои слова. – Как это – другой? Когда ты успела?

– Дурное дело не хитрое, – улыбнулась я.

– Выходит, у Женьки нет ни единого шанса? – уточнила Саша, медленно помешивая только что принесенный кофе.

– Думаю, что нет, – я вторично пожала плечами.

– Макс хочет, чтобы вы снова были вместе. Я сказала, что его это не касается, но ты же знаешь Малыша, ему обязательно надо во все влезть. К тому же, они с Женей хорошо общаются, в том числе о… тебе.

Я приподняла бровь, демонстрируя удивление от того, что Саша назвала Макса его старым прозвищем, но заострять на этом внимание не стала.

– Вот только вмешательства Малыша мне не хватало, – застонала, представив, ЧТО именно может советовать предприимчивый Максим Палыч Женьке в их приватных беседах.

– Я придержу его пыл, – заверила Саша.

– Это будет не лишним.

– …Но с одним условием, – докончила Саша, хитро улыбнувшись. – Ты расскажешь мне, кто он, этот «другой».

Я представила, как называю ей имя своего лектора, и в тот же миг лицо Саши темнеет, искажается гримасой непонимания и изумления, затем она бросает на меня полный презрения взгляд, встает и молча уходит, как Дашка в тот вечер, когда ей открылась нелицеприятная истина о моем тесном общении с нашим преподом.

Наверное, все эти мысли как-то отразились на моем лице, потому что Саша вдруг перестала звенеть ложечкой по краям чашки и внимательно на меня посмотрела.

– Что с ним не так?

– Саш, я, наверное, пока не готова об этом говорить.

– Ты можешь говорить со мной о чем угодно, – заверила девушка. – Я не из болтливых, да и не имею привычки судить других.

– Просто ты не знаешь… – я осеклась.

– Тогда скажи мне, – мягко подтолкнула Саша. – Я же вижу, тебя что-то гложет. Обещаю, что никому ничего не скажу.

Я смотрела на нее долгим взглядом, примериваясь, стоит ли раскрывать свой секрет, и все же решилась:

– Он мой преподаватель. И, кажется, я из-за него совсем потеряла голову.

Не отвечая, Саша обхватила ладонями горячие стенки чашки и медленно поводила указательным пальцем по золотистому ободку.

– Что ж, это не смертельно, хотя и не совсем правильно, – наконец, заявила она, вновь подняв на меня взгляд. – Вернее, совсем неправильно. А он… знает?

– Мой препод? – вскользь усмехнулась я, Саша кивнула. – Нет. Я ничего такого ему не говорила, но… мы оба… в общем, мы уже переступили ту грань, за которую нельзя заходить.

– Вот как… – Саша выглядела растерянной, и все же ей удалось взять себя в руки. – Что ж, я попробую убедить Макса, чтобы он не лез со своей инициативой, куда не просят. А ты все-таки подумай… Отношения с преподом могут аукнуться серьезными проблемами, стоит ли оно того?

– Вот странно, – я мельком покосилась на пейзаж за окном. – Когда Дашка узнала о том, что я… в общем, об этом, то психанула и, кажется, перестала со мной общаться. У нее постоянно выключен телефон, я не могу ей дозвониться. Не понимаю: если это действительно причина меня игнорировать, почему ты все еще сидишь напротив и не уходишь?

– Это не мое дело, – Саша тускло улыбнулась. – Меня саму как только не называли после того, как мы с Максом стали встречаться. Кое-кто на полном серьезе считает, что я удачно окрутила привлекательного парня при помощи черной магии.

– Черной магии? – я фыркнула недоверчиво, чуть качнув головой.

– Да правда, правда. Некоторые думают, что по своей воле Макс ни за что бы не посмотрел на такую облезлую серую мышь, как я. Он симпатичный и популярный, лакомый кусочек для многих девчонок, на него все поголовно вешаются, а тут – на тебе – откуда-то выползла я. На что грешить, как не на черную магию?

– Забей, вокруг Макса полно неадекватов.

И я в каком-то смысле была одной из них.

– Да ничего, я уже привыкла к злобным взглядам и разговорам за спиной. Я не вписываюсь в окружение Макса, за это меня подвергают опале. А мне все равно. Главное, что нам хорошо друг с другом.

Я кивала в такт ее словам, разговор с Сашей странным образом поддерживал во мне веру в то, что я еще не совсем низко пала и могу поступать так, как считаю нужным, не оглядываясь на мнение доброжелателей вокруг. Если Саша сумела отбиться от недовольных, то и я смогу.

Ведь мне нравится… действительно нравится наша маленькая игра на двоих с Сергеем Викторовичем. Почему я должна отказываться от нее и тем более корить себя за то, что мне хочется продолжить?

Взглянув на часы, я поняла, что должна поторопиться, чтобы не опоздать на работу, попрощалась с Сашей и бегом припустила к своей машине.

***

В конторе, казалось, не угасая кипела жизнь: молоденькая секретарша четким голосом что-то выговаривала в телефонную трубку, несколько человек бойко сновали по коридору туда-сюда, главный дизайнер, которому меня успели представить в мой прошлый визит, шел впереди и разговаривал по мобильному. Парень у входа в приемную мельком мне улыбнулся и приветственно кивнул.

Я направлялась к выходу, сжимая под мышкой тонкую папку, полученную от девушки-дизайнера, к которой меня прикрепили. Позже мне нужно подправить кое-какие хвосты и выслать свой вычищенный вариант ей на электронную почту, но сейчас я была абсолютно свободна.

Когда до двери оставалось несколько шагов, навстречу мне вышел растрепанный Женька; создавалось впечатление, словно он только что побывал у сумасшедшего парикмахера, сделавшего ему головокружительный начес сразу в нескольких местах.

Не заметив у Женьки привычного ноутбука, я слегка удивилась и даже забеспокоилась. У меня не слишком много знакомых программистов, но этот просто-таки жить не может без своего драгоценного ноута.

– Привет, – на правах старого знакомого Греднев приобнял меня за плечо. – Уже уходишь?

– Да, – подтвердила, осторожно выбираясь из его объятий.

– Подожди, не спеши так, давай зайдем ко мне, попьем кофе, поболтаем…

– Мне нужно собираться на тренировку, – замялась я, бросив взгляд на большие настенные часы, украшавшие холл.

– Я помню, – заверил Женька. – Идем, обещаю не задерживать тебя дольше десяти минут.

– Ладно, – отказываться дальше было совсем невежливо, особенно если принять во внимание тот факт, что Женька со своей стороны всячески идет на компромиссы, чтобы сохранить наши добрые пошатнувшиеся отношения.

Мы прошли за перегородку в огромный зал, где у каждого программиста было свое рабочее место. Женька усадил меня на свободный стул возле своего стола и пошел за кофе. Повесив сумку на спинку стула, я с любопытством огляделась. Компьютер был включен, на экране виднелась куча раскрытых окон с разнообразными таблицами, схемами и сложными рисунками. Монитор обклеен разноцветными стикерами с клеевым слоем – должно быть, Женька писал себе напоминания. Впрочем, нет. Присмотревшись к одному из стикеров, я разобрала: «Женек, просеки фишку с Z8». Значит, вот так программисты общаются между собой. На гладкой поверхности хорошего дубового стола в хаотичном порядке были разбросаны какие-то диски, листочки, исписанные крупным корявым почерком, калькулятор, зарядное устройство от мобильного телефона, сам телефон тоже валялся поверх нескольких сваленных друг на друга справочников.

Вот он, рай программиста.

Вернувшийся Женька небрежно отодвинул в сторону справочники, на свободный участок стола опустил два стаканчика с кофе.

– Ну что, как тебе тут? – поинтересовался, опускаясь рядом со мной в свое кресло.

– Мне нравится, – я сделала глоток, обводя взглядом большой зал. – Здесь все так заняты… Не понимаю, как тебе удается совмещать работу, учебу, активность в студсовете и вдобавок ко всему репетиции с группой?

– Иногда трудно, иногда – терпимо. Я привык, даже научился распределять время в поисках свободной минутки, – и он подмигнул.

– У меня бы ни за что не получилось, – честно призналась я

– Просто, как мне кажется, нужно точно знать, чего ты хочешь, ведь когда есть цель, то средства к ее достижению сами выстраиваются в ровный ряд. Только воспользуйся ими.

– Ровный ряд, – не могла я не процитировать, а он в ответ засмеялся и вдруг посмотрел на меня внимательным взглядом, так, что мне стало слегка не по себе. Я тут же постаралась найти другую тему, чтобы не провоцировать Женьку на ненужные мысли.

– Слушай, я что-то не вижу твоего любимого ноутбука, где он?

– Вон же, смотри, – Женька мотнул головой и указал под стол. Чуть отъехав на своем стуле и наклонившись, я убедилась в правдивости его слов – ноутбук был там.

– Я уже испугалась, – проговорила шутливо, оттолкнувшись носком кроссовка от пола и вновь придвигаясь ближе. – Ты с ним никогда не расстаешься.

– А мог бы, – внезапно сказал Женя, голос его прозвучал слишком серьезно.

Очередной глоток кофе стал комом в моем горле; определенно, Женька выбрал самый неожиданный момент для того, чтобы завести ненужный нам обоим разговор. Я была не готова. Более того, мне казалось, что он все понял и больше не будет пытаться прояснить тему нашей неудавшейся попытки в отношения.

– Что – мог бы? – осторожно уточнила я.

– Расстаться с ноутбуком. И не только с ним, Марта.

– Зачем тебе это делать? – я прекрасно понимала, куда он клонит, но все еще давала Женьке шанс отступить от опасной темы.

– Если ты захочешь, я освобожу все свое время, – тут он сграбастал мою ладонь в свою и подался вперед, впиваясь в мое лицо пронзающим взглядом. – Ты была права, а я слишком поздно это сообразил.

– Жень, давай не будем, ладно? – я высвободила свою ладонь и попыталась подняться, но он меня остановил:

– Я понял, что не хочу тебя потерять. После того, как… в общем, у меня полностью изменились приоритеты.

– Жень, у меня тоже, – наверное, прозвучало жестче, чем следовало, однако я ничего не могла с собой поделать, моя реакция на Женькины попытки поговорить о нас была сплошь негативной. Потому что нет никаких «нас» и никогда не было. Есть только «я» и отдельно «он», в этой истории нет и быть не может счастливых пересечений.

– И я, стало быть, не вхожу в список твоих приоритетов?

– Не входишь, Жень, – резко ответила я, отступая от его рабочего места. – Прости…

– Да что, черт возьми, изменилось?! – он помнил, где мы находимся, поэтому вместо гневного крика я услышала лишь жалкое шипение.

– Все изменилось. Жень, прошу тебя больше не трогать эту тему, хорошо?

– Ты ничего мне не объяснила, просто поставила перед фактом, и сейчас снова хочешь избежать разговора. Это малодушно, не находишь?

– Да. Да, нахожу, – подтвердила я увереннее. – Но это ни к чему не приведет. Просто поверь мне. И… прости, я действительно должна бежать на тренировку.

Мой уход из конторы походил на трусливый побег, и отчасти так оно и было. Я сбегала от необходимости смотреть Женьке в глаза и что-то объяснять, видя его реакцию и желание сделать запятую из поставленной мною точки.

Я все понимаю, знаю, как это неправильно, но с другой стороны, что я могу сделать? Честно сказать Женьке о том, что в последнее время я не способна думать ни о ком и ни о чем, кроме своего преподавателя? Нет уж. Не смогу. Пусть все идет своим чередом. А я вновь смалодушничаю, забьюсь в тесную норку, чтобы слишком быстрый судьбоносный поток не мог меня закрутить, и буду сидеть тихо, позволю событиям развиваться так, как будет удобно кому угодно, только не мне.