Глава 5. 31 декабря. Ночь

— Шалунья? — удивилась я.

Никто еще меня так не называл. Наоборот, муж всегда говорил, что я зажатый синий чулок, не готовый на интимные эксперименты. Я действительна была не готова. Вроде бы и хотела, и морально собиралась весь день, а каждый раз все получалось обычно. Ну, не могла я расслабиться в машине (а вдруг знакомый увидит?), в примерочной кабинке (не дай бог! зайдет продавщица), на столе в офисе (начальство явится с проверкой). Да и дома всегда просила выключить свет и закрывала глаза.

— Да, шалунья, — эхом повторил за мной это слово Саша. — Ты как игривая снежинка, которая кружится под тихим ветром слегка и не знает, куда упадет.

— Интересная ассоциация, — заволновалась я. — Снежинка. Надо же! Значит, я такая же холодная, как и она?

— Нет, ты теплая снежинка. Оранжевая. Вот как этот солнечный мандарин.

Мы пили шампанское и говорили ерунду, и оба понимали, что это пустой, ни к чему не обязывающий треп. Ни он, ни я не делали попытки увидеть друг друга или рассказать о себе. Зачем? Это случайная встреча, случайная беседа с попутчиком, с которым, возможно, меня больше никогда не столкнет судьба.

Мелодии менялись, а время, казалось, остановилось. Стук стаканов, лопающиеся пузырьки, тихий волнующий голос и мандарин, разломанный на дольки — а я чувствовала себя абсолютно счастливой. Ушла боль, исчезли горькие мысли. Москва, муж, офис, предательство — все осталось там, далеко, а здесь только он и я.

В какую-то минуту я посмотрела на экран телефона.

— Ой, скоро Новый Год.

— Хочешь, поставлю время на таймер?

— Давай. Только шампанское кончилось.

— Я принесу еще.

— Я с тобой.

Держась за руки, чтобы не удариться в темноте, мы вышли в пустой коридор и заглянули в соседнее купе. Я посветила фонариком, а Александр нырнул и вытащил еще одну бутылку.

— Нам хватит?

— А у тебя еще есть?

— Целая коробка. Везу друзьям.

— Вези. Нам больше не надо.

Мы вернулись в мое купе. Я шла впереди с фонариком и бутылкой в руках, а Саша держал меня за талию. У входа он легко приподнял меня и перенес на руках через порог. Я не испугалась, почему-то ни на каплю не засомневалась в этом человеке, такое доверие нему испытывала.

Заиграла плавная мелодия, совершенно мне незнакомая, но такая зовущая, что у меня все внутри затрепетало. Я вскочила, схватила Александра за руку и потянула танцевать. Я не знала, кто он, куда едет и почему один. Не видела его лица. В узком пространстве купе мы просто топтались на месте, но были так близко друг от друга, что магия сказки окутала нас целиком. Я чувствовала сильные руки на своей талии, вдыхала волнующий запах парфюма, смешанный с ароматом кожи, и у меня кружилась голова от волнения и ожидания чуда.

Под моими руками, которые лежали у него на груди, перекатывались крепкие и упругие мышцы. «Наверняка качается», — прилетела из уголка сознания мысль и тут же исчезла. Разве это сейчас важно?

Не понимая, что делаю, я приподнялась на цыпочки (Саша оказался очень высоким) и поцеловала его в колючую щеку. Сигнал был понят правильно. Его губы коснулись моих. Сначала легко, словно меня погладило крыло бабочки, потом уверенней, и вот уже поцелуй захватил нас целиком.

Мои ладони нырнули под свитер и прошлись по кубикам живота. Кожа Александра мгновенно отреагировала: она словно замерзла, покрылась пупырышками. Он оторвался от моего рта.

— Ты уверена?

— Да, — выдохнула я, поражаясь своей смелости, и снова потянулась за поцелуем.

Теперь он был долгим и страстным. В моей душе начался пожар. Сначала появился крохотный огонек, лишь ласкающий оголенные нервы. Он постепенно усилился, и вот я уже вся пылала от нестерпимого желания. Изо рта вырвался протяжный стон. Я вздрогнула и отпрянула. Неужели это я?

— Ты хочешь остановиться?

— Нет!

Саша снял с меня свитер, потом пришел черед футболки. Я почувствовала прохладу на коже и задрожала. Его пальцы ухватились за застежку бюстгальтера и замерли, словно спрашивая разрешения. Я повела плечом, сбрасывая лямку и освобождая жаждущие полушария от оков.

Пальцы сами взялись за ремень на его брюках, он расстегнул пуговицу на моих джинсах и потянул вниз молнию. Я помогла ему снять пуловер. Его кожа тоже горела, и этот жар перекинулся на меня. Дыхание вырывалось из горла с шумом, я лихорадочно хватала раскрытым ртом воздух и мечтала оказаться в его объятиях.

Саша толкнул меня на диван. Я коснулась края постели коленками, села, упала на спину и дернула его на себя.

А потом… потом мы провалились в преисподнюю. Мое сознание отключилось. Я парила, рычала, стонала и всхлипывала и, кажется, царапала его спину ногтями. Он был нежным и яростным. Вгрызался в мое тело так, словно это был последний день нашей жизни.

Где-то далеко, в другом измерении, сработал сигнал таймера: полночь, Новый Год. Я поймала эту ускользающую мысль уголком сознания и тут же отпустила ее: губы Саши снова накрыли мои.

Сколько продолжалось это безумие, я не знала. Мы устали и едва шевелились. Просто лежали на узком диване, тесно прижавшись друг к другу, чтобы случайно не свалиться на пол. Уже засыпая в кольце рук, я спросила:

— А ты откуда?

— Из Москвы, — сонным голосом ответил он и прижал меня к себе.

— Угу…, — пробормотала я и улетела в мир сладкого сна.

Утро разбудило ярким солнечным лучом, щекочущим глаза сквозь незашторенное окно. Я подняла веки и тут же зажмурилась. На душе было спокойно и легко. Я сладко потянулась. Мои руки вынырнули из-под одеяла, и тут я поняла, что на мне нет одежды. Паника ударила по голове, но тут же нахлынули воспоминания. Ночь, шампанское, неизвестный мужчина, волшебство.

Я села, оделась, умылась, но не вышла из купе: при солнечном свете на меня навалилось раскаяние. Черт! Что я наделала? Зачем мне все это? Как теперь посмотреть в глаза мужу?

«Стоп! — пришла новая мысль. — А почему я должна мучиться угрызениями совести? Я просто ответила предательством на предательство. Мы квиты».

Я встала: теперь можно и посмотреть на соседа. В дверь постучали.

— Да, заходите! — обрадованно крикнула я и пригладила волосы рукой.

— Завтракать будете? — в купе заглянула проводница.

— Да, — но, видимо, в моем голосе было столько разочарования, что она засмеялась. — Ваш сосед ночью вышел. Теперь в этом вагоне только вы и я.

— Вышел? Как вышел?

— Очень просто. У него билет был до Тюмени. Хороший мужик. Мне бутылку шампанского оставил. Хочешь плесну в стаканчик?

— Нет, не хочу.

Проводница вышла, а меня с головой накрыло разочарование, слезы навернулись на глаза. Почему-то оказалось очень важным то, что я не разглядела его лица.

— Как я его найду в многомиллионной Москве? — всхлипнула я и тяжело задышала, пытаясь остановить истерику.

— Т-ю-ю-ю, ты чего ревешь, дуреха? — Ирина принесла поднос с чаем и бутербродами и поставила его на стол. — Мужик понравился?

— Нет, что вы, — встряхнулась я.

— Да, не стесняйся ты! Я бы за таким на край света пошла. Погоди, я сейчас.

Ирина выскочила из купе и тут же вернулась с бутылкой шампанского.

— Я не буду.

— Не ломайся! Первого января сам бог приказал опохмелиться. Мы по чуть-чуть, а то ты что-то расклеилась совсем.

Действительно, после нескольких глотков меня отпустило. Ирина ушла. Электричество в вагоне восстановили, жизнь, казалось, вернулась в привычное русло. Я посмотрела в окно на пролетающие мимо заснеженные деревья и вдруг поняла: пора возвращаться, пришло время для серьезного разговора с мужем.

Я воткнула зарядник в розетку и включила телефон: экран засветился. В журнале входящих вызовов были пропущенные звонки от друзей, мужа и родителей. В журнале сообщений много смс. Я начала с них и стала читать поздравления с Новым Годом.

Все знакомые беспокоились о том, куда я пропала. Внезапно я увидела сообщение с неизвестного номера. Сначала проигнорировала его: мало ли кто может написать! Банк, например, поздравить. Но потом меня словно стукнуло в грудь. Я открыла.

«Спасибо за восхитительную ночь, моя шалунья Юлечка. Очень надеюсь на нашу новую встречу».

Я смотрела на эти слова, а слезы капали и капали на экран. Буквы расплывались перед глазами и становились большими и радужными. Поезд начал торможение: большая станция. Появилась связь, и я, не соображая, что делаю, нажала на номер, вызывая абонента. Сердце колотилось, как бешеное, рука с телефоном дрожала.

Вот в ухе раздался щелчок, и приятный женский голос спросил:

— Да, я слушаю, — раздались звуки борьбы и отдаленный голос, весело смеясь, крикнул: — Ох, Сашка, подожди! Мне звонят. Кто это?