Сорок первая глава

POV Андрей

Очнулся рывком. Будто вынырнул из вязкой болотной воды.

Голова чугунная и не понимаю где я.

Так. Спокойно.

Последнее, что помню, это то, как выбрался из машины после аварии. И как полз в сторону от воняющего бензином автомобиля, не очень понимая, куда.

Значит, я всё правильно сделал и, судя по всему, сейчас в больнице.

Глаза не раскрывались. И во рту пересохло.

Спокойно.

Сейчас как-нибудь подам знак и дождусь помощи.

Главное – я живой!

Странно, что ничего не болит. Попытался шевельнуть рукой. Оу! Болит! И это хорошо! Теперь ногой! Ащ-щ-щ-щ!

Запищал под ухом какой-то прибор.

Отлично!

Голоса людей приближались, и вскоре я стал различать отдельные слова. Мужчина выговаривал капризной женщине, что она плохо выполняет свои обязанности.

Влажная тряпка плюхнулась мне на лицо, и я вздрогнул всем телом. Больно!

– Аккуратнее! – проворчал мужской голос и добавил, – молодой человек! Вы меня видите?

Это мне? Моргнул раз, другой, фокусируясь на размытом лице перед глазами.

– Сколько пальцев? – не отставал мужик.

Хотел послать его, но из горла вышел какой-то хрип.

– Ангелина Викторовна! Дайте мне, я сам! – мужчина осторожно обтёр влажной салфеткой мой рот и просунул трубочку сквозь губы. – Один глоток!

– Где я? – голос не слушался, и звук вышел странным.

– Реанимация Чебоксарской городской больницы. Как вы себя чувствуете? – спросил врач.

Сознание норовило уплыть, и половины того, что говорил мне доктор, я не расслышал и не понял. Неважно. Потом переспрошу. Я понял, что меня доставила скорая после аварии с повреждениями. Делали какую-то операцию. Что-то удалили, но жить буду. Ерунда.

– Когда? – вклинился я с главным.

– Что когда? – сбился с речи врач.

– Когда попал сюда и когда выпишут? – хватило сил усмехнуться.

– Не так быстро, молодой человек. Вы в больнице с часа дня субботы. Сейчас вечер понедельника. Ночь вы проведёте здесь на всякий случай, а к утру мы переведём вас в палату, – терпеливо ответил врач.

– Мне нужно позвонить. Можно мой телефон? – прохрипел, усилием воли удерживая себя на краю сознания.

– С ума сошли? Нет, конечно! Ничего не случится за вечер. Завтра позвоните! В сознание толком не вернулся, а уже к телефону тянется! Что за люди? – возмутился доктор, – отдыхайте, молодой человек. Вам ещё с полицией объясняться.

Врач ушёл, приговаривая по дороге, а я в изнеможении прикрыл глаза.

Ладно!

Следующее моё пробуждение уже было более осознанным. Я смог приподнять голову, пошевелить руками и ногами. Болело всё, но раз болит, значит, есть в наличии. Что там этот эскулап говорил про операцию? На правой стороне вроде болит больше. Я, похоже, рёбра себе переломал и повредил что-то ещё. Неважно!

Пожалел, что поехал машиной, сразу, как выехал на трассу. Нужно было лететь самолётом. И быстрее, и удобнее. А теперь предстоит двенадцать часов дороги. И приеду уставший. Что я там нарешаю в таком состоянии?

Ладно. Не поворачивать же теперь обратно?

Жаль, что Асенька не согласилась поехать со мной! Очень не хотелось оставлять её одну. Да и в дороге вдвоём было бы проще.

Отец странно вёл себя в последнее время. Явно что-то задумал. Начал чаще говорить о наследстве и активно предлагает стать его замом, перенимать потихоньку дела. Намекает на укрупнение бизнеса в ближайшем будущем. Ну хоть торговать мной на брачном рынке перестал. Во всяком случае, больше не говорит об этом.

Ночная дорога усыпляет. Однообразное мелькание за обочиной. Ооднообразно ложится под колёса асфальт. Однообразно слепят фары встречных машин.

Включил радио погромче, но там тоже однообразно играло что-то музыкальное.

Остановился на заправке выпить кофе и немного размять ноги. Посмотрел на часы и, прикинув свои силы, прикорнул на два часа в машине.

В Казани приехал уже на пепелище. Злой. Всё что могло, сгорело, а остальное залито пеной и водой, и безнадёжно испорчено. Отчихвостил местное начальство, накрутил хвост персоналу и пошёл выяснять, что случилось.

Предварительно пожар возник от короткого замыкания. Это при том, что недавно мы проводили проверку.

Хорошо, что всё застраховано.

И я при этой мысли словно налетел на стену.

Застраховать мне настоятельно советовал отец.

И тут я совершил ещё одну ошибку.

Нужно было остаться в городе и найти гостиницу. Выспаться, а только потом ехать назад.

Но я был так взбудоражен видом разрушенного и развороченного цеха, что и не подумал о сне.

Ещё и Ася не отвечает на звонки!

Я сам не понял, как слетел в кювет. Вроде ничего не предвещало. А потом хлопок и меня повело. Скорее всего, налетел колесом на что-то, и резина так рванула.

Хорошо, что был пристёгнут. Но ремень безопасности больно врезался в плечо.

Сработали подушки безопасности, с силой сдавливая в неудобной позе.

И хорошо, что, перекатившись пару раз через крышу, машина приземлилась на колёса. И что не заклинило дверь.

Помню, что стало слишком тихо. И я в этой тишине слишком чётко слышал, как работает двигатель.

И очень сильно воняло бензином. Пробил подачу топлива. Попытался дотянуться до ключа зажигания, но бок стрельнуло острой болью.

Я вывалился из салона и пополз в сторону. На этом воспоминания заканчивались.

Плохо, что, когда я садился за руль, чтобы ехать в Москву, мне было жарко. Снял куртку и бросил её на заднее сидение. А там в кармане были документы.

Будут сложности с полицией.

Ну, ничего.

Главное, что я живой.

Как бы Асе позвонить? Она там, наверное, с ума сходит от беспокойства.