Глава 11. На грани

Вылетев на открытое пространство, я мигом оценила ситуацию. Всё было плохо. Аана, сжавшись в крохотный клубок, лежала под кустом акации. Её братья, все трое, повисли на своём преследователе, схватив его, за что получилось. Оборотень был не очень крупным, это и спасло моих щенят. На какое-то время. Изловчившись, оборотень скинул со своей лапы Рагнарра, наступил на него и уже оскалил пасть, когда я, не помня себя от гнева, влетела в свару и вцепилась врагу в загривок. Оборотень взревел и беспомощно заклацал челюстями, пытаясь меня достать. Но и я не могла нанести ему никакого вреда: слишком уж толстая шкура у волков на загривке. Но я отвлекла оборотня от щенков, и Рагнарр тут же воспользовался этой заминкой. Он выскользнул у оборотня из-под лапы и отскочил в сторону. Но оборотню тут же попался Магнус, висевший на его боку. Оборотень цапнул его клыками и отбросил в сторону. Болезненный визг щенка придал мне сил. Рыкнув, я упёрлась лапами в землю, потянула оборотня на себя, оттаскивая как можно дальше от детей, и опрокинула себе под ноги. К сожалению, теперь оборотень легко мог добраться до моего горла, что он и попытался сделать. Я увела морду в сторону и почувствовала, как мощные челюсти щёлкнули совсем рядом, зацепив шерсть на шее. Неужели он промахнулся? Но размышлять было некогда. Его промах был моим единственным шансом. Прижав оборотня лапами, схватила его за горло и рванула вверх. Мерзкий звук рвущейся ткани заглушил оглушительный хрип оборотня. Пару мгновений, и передо мной оказался седой мужчина, руками зажимающий рану на шее, откуда хлестала кровь. – Пощади… – просипел он, но было уже поздно. Я сделала шаг назад и только сейчас заметила Рейввена, стоящего рядом. Мордочка щенка была перепачкана в крови. Вот значит кто отвлёк врага, не давая ему добраться до моей шеи. – Спасибо, – шепнула я Рейввену. – Ты как? – Аана, – ответил Рейввен, тяжело дыша. Подыхающий около нас оборотень меня больше не интересовал. Мне хватало того факта, что он больше не опасен для моих детей. Рагнарр жестом дал знать, что и с Магнусом всё в порядке. Обернувшись человеком, я подбежала к Аане, по-прежнему не подающей признаков жизни. – Снежинка! – позвала я и с облегчением увидела, как она мелко-мелко дрожит. Жива! Аана подняла голову, а в её глазах застыл такой страх, что у меня больно кольнуло сердце. – Мама, – тихо раздалось в ответ. Девочка встала на ноги и бросилась в мои объятья. Её тело сотрясали рыдания. – Я так испугалась, мамочка! Я не смогла… – Аана заревела, не в силах продолжать, а я старалась утешить её. – Я не смогла быть сильной, – закончила свою мысль Аана и подняла на меня взгляд. – Сильной, как ты. – Ох, моя девочка… Мне было жаль, что я не смогла уберечь дочь от зла, как и уберечь от этого всех моих детей. А ещё мне было очень жаль, что я не могу успокоить её, сказав, что всё кончено. У нас не было возможности даже перевести дух. Подняв Аану на руки, я огляделась. Мальчишки были наготове. Но теперь у нас не осталось ни одной лошади. Так от погони нам не уйти. Пока мы сидели на лошадях, наш запах был слабым, еле различимым, и легко терялся в других запахах. А идя по земле, мы оставляли для оборотней чёткий след. – Другого выхода нет, – сказала я детям. – Побежим до тракта волками. Так мы хотя бы сможем быть быстрее. Наше бегство продолжилось, но теперь всё было совершенно иначе. Дети столкнулись с тем злом, от которого мы бежали, и оно сильно напугало их. Если раньше они просто воспринимали всё всерьёз, то теперь понимали, что над нами нависла смертельная опасность. Больше нам никто не встретился, и путь до тракта прошёл относительно спокойно. Магнус не мог быстро бежать, а Аана вздрагивала и пугалась малейшего шороха, поэтому мне приходилось бежать рядом с ней. Но радовало то, что преследователи отстали. Мы слышали, как их волчья «перекличка» раздавалась всё дальше, и с каждым шагом казалось, что бежать становится легче. Остановив детей в последней лесополосе, я вышла вперёд и огляделась. Тракт был пуст. Не удивительно для времени суток: стояла поздняя ночь. Но нам на руку сыграл бы любой путешественник. Нам надо было спрятать следы. Идти к горам смысла не было. Мы же хотели сбить своих преследователей с толку и говорили, что поедем в земли Великого Князя. Мысленно представив перед собой местность, вспомнила, что через пару часов пути есть небольшая деревушка. Слишком маленькая, чтобы наносить её на карту. Она и возникла-то только как перевалочный пункт в горах. Если доберёмся до неё, сможем найти лошадей, а наши преследователи решат, что мы всё же ушли к Князю, как и говорили. – Идём обратно. Тут неподалёку есть глухая деревушка. Там мы сможем взять лошадей. Мальчишки хмуро кивнули, а Аана заметно вздрогнула. Я обняла её. Понимала, что дочка устала и хочет отдохнуть, но сейчас никак нельзя было останавливаться. Заметив мой взгляд, Аана опустила голову. – Я справлюсь, мамочка, – тихо сказала она, и мы тронулись в путь. Однако, судьба, то ли решив всегда действовать мне наперекор, то ли всё же решившись помочь, сказала своё слово, и до деревушки мы не дошли. На дороге перед нами послышался топот копыт и скрип колёс тяжелогруженных телег. Мы сошли с дороги и затаились в подлеске. Из-за поворота показались пара всадников, а за ними несколько телег. Торговцы. Не радуясь заранее, чтобы потом не разочароваться, я наказала детям затаиться, а сама вышла на дорогу так, чтобы меня сразу же заметили. Всадники о чём-то посовещались, а затем один из них пришпорил коня и помчался ко мне. Я застыла, глядя на то, как бликует в свете луны его оружие. Лишь бы всё обошлось. Бежать ещё и от людей мне не хотелось. И уж точно не у себя на родной земле. – Кто ты? И что здесь делаешь? – И вам доброго вечера, путник! – поздоровалась я, поклонившись. – Беда у меня. Мы с детьми ехали в горы к родственникам. В деревеньку под названием Источники. Но оборотни, вот окаянные, отобрали у нас лошадей. Вы не возьмёте ли нас с собой, если нам по дороге? – По дороге. Частично, – отозвался всадник. – А дети-то где? Я махнула малышам, они вышли из-за деревьев и подошли. Увидев, что я не вру, всадник заметно расслабился, даже рукоять меча отпустил. – Сейчас узнаю, – ответил он и поскакал назад. Вскоре к нам приблизился весь караван, и я смогла познакомиться с его владельцем. Им оказался светловолосый коренастый мужчина – типичный житель западных земель, как и члены его свиты. Он представился Оллесом и с радостью согласился взять нас с собой. – Только мы до Источников не пойдём. Нет там дороги хорошей для наших телег. – Это ничего. С предгорья мы легко доберёмся сами. Спасибо вам! – Не за что, – Оллес пожал плечами. – Как не помочь? Мы всё же люди, а не звери. Должны друг другу помогать. Дети забрались в телегу, а последней поднялась я. Оллес помог мне. Расположившись между мешками с товарами, я вдруг услышала, как расчихалась Аана. – Детка, с тобой всё в порядке? – шепнула я. – Да, мама, – ответила дочь. – Просто тут перец в мешке. Я принюхалась и поняла, откуда доносился такой странный запах, как будто нос уткнулся в тарелку с отличной солянкой. Торговец вёз специи. – Иди ко мне поближе, – шепнула я дочери, принюхиваясь. Я сидела среди мешков с травами. – И я к вам, – шепнул Рейввен. Он переполз к нам, а за ним и близнецы. Телега дрогнула и тронулась с места. Я обняла детей. Завтра нам снова предстоит дорога в неизвестность, но сейчас, хотя бы на какое-то время, мы были в безопасности. * * * Торговец Оллес оказался добрейшей души человеком. К утру его караван довёз нас до самого предгорья. Оллес выдал запасов в дорогу и пожелал удачи на прощанье. – Точно не хотите отправиться с нами? – уточнил он, с искренним беспокойством оглядывая наш крохотный отряд. – Мне кажется, я слышал неподалёку волчий вой. – Не беспокойтесь. С нами всё будет хорошо, – ответила я, улыбнулась и добавила: – В здешних лесах водятся и обычные волки. Оллес нехотя кивнул, соглашаясь, махнул рукой своим людям, и караван двинулся в дальнейший путь. А мы с детьми остались стоять на перекрёстке трёх дорог. Волчий вой я тоже слышала, но бояться было нечего. Этого волка мы все отлично знали. За нами шёл Литто. Совсем скоро он присоединился к нам. – Всё в порядке? – спросил Литто, первым делом обняв меня и осмотрев каждого из малышей. – Да. У нас всё в порядке. Мы столкнулись с оборотнями, но удалось уйти почти без потерь. – Почти? Я взглядом указала ему на Магнуса. Сын задрал рукав и показал отцу исполосованное когтями плечо. Раны выглядели ужасно, но на деле оказались неглубокими и довольно быстро заживали. Один минус: Магнус не мог быстро бежать, когда обращался волчонком. – Смотри, пап! У меня шрамы будут! Настоящие! – радостно затараторил сын. – Не будет, – ответил Литто, в задумчивости осматривая затягивающиеся раны. – На оборотнях такие царапины заживают без следа. – Вот и я ему говорю, – добавила я. – А он не верит. Магнус насупился. Шрамы, по его мнению, украшение боевого волка, а он себя считал именно таковым. Я заметила, как Рагнарр мельком показал близнецу язык. – Пойдёмте дальше, – позвала я всех. – Нам нужно подниматься в горы. К обеду доберёмся до первой деревушки, а оттуда направимся в наш конечный пункт назначения. Жаль, что у нас не осталось лошадей. С ними было бы быстрее. Лошади и сумки с вещами остались там, где на нас напали оборотни, мы шли налегке. В небольшом мешочке было только те запасы, что дал нам Оллес. Благо, что до деревни путь лежал недалёкий. Бредя по мирным улицам небольшой деревушки, мы с Литто обсуждали, что можем выменять на еду. Краем уха я услышала шипение близнецов и тихое, приглушённое ворчание Рейввена в ответ. Я придержала Литто и повернулась к детям. – Мальчики? – строго спросила я. Сыновья замерли на месте, словно я застукала их за чем-то нехорошим. Значит, надо присмотреться. Руки близнецы сразу поубирали за спины, а Рейввена так и вовсе заслонили собой. – Что у вас там? А ну, показывайте! А не то отцу расскажу, и он с вами разговаривать будет. Покрасневшие вмиг мальчишки с надеждой взглянули на Литто, – разговора с отцом они боялись явно меньше разгневанной меня, – и, поняв, что он их не спасёт, протянули мне кулаки с зажатыми в них монетами. – Откуда? – продолжила допрос я. Близнецы разошлись в стороны, открывая Рейввена. Второй раз вопрос я задавать не стала. Рейввен поёрзал на месте, пряча взгляд, и тихо что-то пробурчал под нос. – Громче! – Я нашёл. – Нашёл?! Рейввен вздрогнул, а близнецы отошли ещё на шаг дальше, когда грозность моего голоса достигла критической отметки. – Нашёл у того оборотня, которого ты убила, – громче повторил Рейввен. Так. Значит, пока я осматривала Аану и бинтовала рану Магнуса, этот мелкий пострелёнок шарил у убитого по карманам. – Джесс, это деньги на еду, – шепнул из-за спины Литто, осторожно трогая меня за рукав. – Он обобрал труп! И мы оставим это просто так? Я повернулась к Литто, и, если бы не его человеческий облик, тут же увидела плотно прижатые к голове уши. – Ну не идти и возвращать же их обратно… – Но ведь это… Это!.. Я шумно выдохнула и постаралась привести эмоции в порядок. Литто прав вдвойне: нам нужны были деньги, а мёртвому они уже точно не пригодятся. Да, Рейввен не отличался послушанием, но этот его поступок был уже слишком… Развернувшись к детям, строго погрозила близнецам и выговорила Рейввену: – То, что ты сделал – неправильно! И когда у нас выдастся спокойная минутка, отец обязательно с тобой поговорит на эту тему. Но сейчас мы спешим, и я ограничусь только словами, Рейв. Ты меня понял? – Это плохо. Я понял, – понурив голову, ответил Рейввен. – То-то же! Прикинув, сколько денег оказалось в нашем распоряжении, я удивилась. Надо же, какое большое содержание получают оборотни Берига. Хотя это вполне могли оказаться средства, отобранные у простых людей или, что ещё хуже, украденные. Мысленно простив сыну его проступок, сделала себе напоминание обсудить с ним этот случай позже. На сколько же все наши дети разные. Аана не отходила от меня ни на шаг, слушалась во всём, хоть порой и упрямилась, близнецы хулиганили, но в первую очередь соблюдали все правила, и только Рейввен рос самым непослушным и самым самостоятельным из всех. – Ладно. Тогда идём в харчевню. Нам нужно восстановить силы, прежде чем мы тронемся в путь вверх по горам. Рейввен не двинулся с места, а его рука прикрыла рубаху. Понятно. Прячет что-то ещё. – Идите, – сказала я Литто, передавая ему все деньги, что забрала у мальчишек. – Мы с Рейввеном вас догоним. Только сначала серьёзно поговорим. Дождавшись, пока все уйдут, я отвела Рейввена в сторону и спросила: – Что ещё? Показывай! Оказалось, что Рейввен разжился не только кошельком умершего, но и парочкой его вещей и какими-то бумагами. Я пролистала парочку. Вероятно, это послания Берига. Или кто там ещё раздавал приказы в этой Стае?.. – По дороге мы прошли кладбище, – сказала я Рейввену. – Ты возьмёшь всё это и отнесёшь туда. И лучше всего закопаешь. Мы не воры, сынок, чтобы обирать людей. А обирать мёртвых людей грех куда больший. – Он был оборотнем и пытался нас убить, – буркнул Рейввен, не поднимая головы. – Ты меня понял. – Я подождала, а затем добавила: – Понял же? – Я понял, мам. Я больше не буду, – ответил Рейввен, а у меня возникло стойкое ощущение, что я слышу не в последний раз. – Ладно, – сказала я, сдаваясь. Обняла сына и указала в сторону кладбища, что мы прошли. – Тебя подождать? – Нет, мам. Я догоню. Рейввен явно оживился, почуяв, что разборки подошли к концу. Наблюдая, как он бежит в указанную сторону, нахмурилась. Рейввен был неисправим и не поддавался никаким увещеваниям. Воистину, все дети разные. * * * Сытно пообедав и передохнув с дороги, мы собрались в путь. Припасов много брать не стали, нам оставалось совсем чуть-чуть до нужного места. Редкие деревенские собаки при появлении Литто нещадно лаяли, поэтому местные относились к нам настороженно, но проблем не создавали. Мало ли людей в горах путешествует. Только раз харчевщик спросил меня о том, зачем нам понадобилось идти с детьми в такую глушь, на что я ответила, что хочу показать малышам родные земли. Он кивнул и больше ничего спрашивать не стал. Горный народ немногословен. Дорога становилась всё круче, ведя нас вверх в горы. После половины пути мы пройдём перевал и начнём спускаться в долину, спрятанную от лишних глаз за заснеженными горными пиками. Не долгий, хоть и не самый простой путь прошёл на удивление легко. Мы забрались на вершину перевала, откуда открывался восхитительный вид на зелёную равнину перед нами, а затем начали спуск. До деревни оставалось совсем немного. – Тебе ещё что-нибудь сказали о том, как найти Скальдо? – спросила я Литто. – Нет. Только то, что он в этой деревне. – Литто подозрительно прищурился и огляделся. – Показалось. – Он обратился ко мне: – Харчевница сказала, что здесь его совсем легко найти. – Надеюсь. Теперь, когда до нашей цели оставалось всего ничего, и меня не отпускало беспокойство. Я, как и Литто, стала прислушиваться к окружающим нас шорохам и звукам. А вскоре заметила, что дети делают точно так же: вертят головами из стороны в сторону и шумно принюхиваются. – Стойте! – громко сказала я. Не может быть такого, чтобы шесть оборотней чуяли беду, а её не было. Должно что-то быть. Не могли мои коварные подруги: судьба и удача сделать мне подарок и привести, куда надо, без проблем. Мы замерли у поворота дороги. Вокруг шумел ветер, путаясь в верхушках пронизанного солнечными лучами соснового леса. И никого. Никого? Стоило в этом засомневаться, и лес в тот же миг наполнился звуками. Из прогалин и низин повыскакивали воины, прикрытые хвоей, и с заряженными арбалетами наперевес. Спереди и сзади на дорогу, используя привязанные к ветвям тарзанки, выскочили воины с мечами. Путь был перекрыт. – Стоять! – приказал один из воинов. Меч в его руках настолько неестественно блестел, что сразу становилось ясно – магия. Я пригляделась и рассмотрела на некоторых воинах знакомые амулеты. Такие мог сделать только один человек – ведун Скальдо. Одно радовало: мы явно добрались до нужного места. – Что вам нужно?.. – спросил Литто, заслоняя нас собой. – Это ты скажи, волк, что тебе надо в наших землях? – перебил его воин. – И не смей меня обманывать! Все окрестные собаки указали на тебя. – Он внимательно осмотрел нас с детьми и презрительно сплюнул на землю. – Ещё и людей за собой тащишь… Стыдоба! – Это моя жена, – возразил Литто, на что мне оставалось только закатить взгляд к небу: и когда он научится сначала думать, а потом говорить. Взгляд воина остановился на мне. Он нахмурился, спросил: – Обращённая что ли? Чего собаки не гавкают? – и, не дожидаясь ответа, дал знак своим подчинённым: – Всех уничтожить! – Подождите! – воскликнула я, чувствуя, как мёртвой хваткой вцепилась в меня Аана. – Хотя бы выслушайте. – Да зачем? – ответил воин, лениво помахивая заколдованным клинком из стороны в сторону. – Я за этот год стольких баек от вашей блохастой братии наслушался, до конца жизни будет, что внукам рассказать. – Ты верно сказал, – продолжала я, несмотря на его слова, – мой супруг оборотень, а я обращённая. Но я была человеком и пришла к людям за помощью. – Здесь никто тебе не поможет, серая… – Скальдо поможет! – выпалила я, и воин, наконец, заинтересовался. – Мой отец был дружен с ведуном, а больше мне рассчитывать не на кого. Ведун Скальдо мне поможет. Воины вокруг нас засмеялись, но главный из них, казалось, задумался всерьёз. Он подошёл ближе и, обойдя Литто, оказался около меня. – Глупо надеяться на человека, который ненавидит таких, как ты, всей душой. – И я когда-то была такой же, – сказала я. – И я пострадала от нападений оборотней. Они убили дорогих мне людей и разорили эти земли. – Я указала себе под ноги. – Я родом из этих гор, и я никуда не уйду, пока вы не проведёте меня к ведуну Скальдо! – А тебе и не надо никуда уходить, я просто прикажу убить тебя, и всё… – Ну так прикажи. Только не забудь потом придумать оправдание перед своей совестью, за что ты погубил ни в чём не повинных людей, обратившихся к тебе за помощью. – Не людей, а оборотней. – Я наполовину человек, и всегда им останусь! – А наполовину волк! – Но рождена и воспитана была человеком и горцем! Люди вокруг нас больше следили за перепалкой, чем за нами, чужеземцами. Если бы мы хотели бежать, это был бы отличный шанс. Но я знала, что мне удастся переубедить этого воина. К тому же глупо бежать, когда до конца нашего пути осталось совсем чуть-чуть. – Да какой из тебя горец! – фыркнул воин. – Ты ничего не знаешь о том, кто мы и как живём! – А ты меня проверь! – А и проверю! Мы уставились друг на друга, как два осла, не способных разойтись на узкой горной тропке. Воины вокруг уже опустили оружие и с интересом ожидали развязки. Их вожак приосанился, пристально посмотрел мне в глаза и задал свой вопрос: – Расскажи мне, что ты обо мне знаешь, дерзкая девчонка, а я решу, знаешь ли ты горцев вообще. – Да что про тебя рассказывать, – протянула я, пожимая плечами, а когда воин уверился в своей победе, добавила: – Кеннет Ивар ты, по прозвищу Змеелов. Родом с Сосновки, что тут, в горах, Рыжей Сосновкой зовут. И семья твоя известные охотники-беркутцы. Таких нигде по ту сторону гор не сыскать. – Широко улыбнувшись, наблюдала за тем, как воин меняется в лице. – Да и по эту, пожалуй, тоже, – добавила я чуток похвалы и спросила: – Мне продолжать? – Продолжай, – ответил ошарашенный воин. – Пару лет назад твоя семья на защиту земель отправилась. Великому Князю служить. Сам граф Корунд вас благословил. А когда на родные земли волки напали, ты и вернулся, полагаю. И уже родных себе людей защищать остался. Молодец! – Прищурившись, склонила голову к плечу и спросила: – Всё верно говорю, Кеннет? – Верно. – Кеннет хмыкнул и обвёл взглядом своих людей. – Верно говорит? – Верно-верно, – закивали мужики. – Но к ведуну я тебя всё равно не пущу, серая, – добавил он. – Ты ведь так и так остаёшься волком. Хоть и наполовину. – Пустишь, конечно, – возразила я. – Тебе ведь интересно, кто я такая. – Шпионка, небось, – воскликнул Кеннет и захохотал. – Оттуда и знаешь всё обо мне так хорошо. – Он просмеялся и негромко спросил: – А откуда ты всё обо мне знаешь? – Вот по дороге к ведуну Скальдо я тебе всё и расскажу. А про то, кто я такая, тебе сам ведун скажет. Кеннет насупился, но мне было ясно, что это он уже только для виду. – Ладно. Отведу тебя к ведуну. Но только связанными! И только тебя одну! – Я согласна, – ответила я, и, чувствуя дрожь Ааны, попросила: – Детей только с отцом не разлучайте. Напугали их оружием, окаянные! Так дайте хоть возможность успокоить. Кеннет слегка покраснел, пристыжённый, и кивнул, соглашаясь. * * * «Обычный вечерний обход, и такие потери… Вожак за такое не похвалит», – именно такие мысли крутились в голове у Воркуса, когда он подвёл итоги погони. Странные чужаки, обернувшиеся волками, оказались ещё и теми самыми людьми, которых они поджидали здесь, в далёких от волчьей родины людских землях. Та женщина. Этот слизняк Джонас, зовущий себя «человеком», сказал, что она его сестра, чьего появления вожак Бериг приказал ждать. А значит, от получения награды его, Воркуса, отделяет совсем немного. Всего-то и делов, что отправить весточку Беригу и сообщить, что женщина нашлась. А то, что она снова сбежала, не его, Воркуса, забота. Он её дождался. Куда она идёт ему тоже известно. В земли Князя, куда оборотням путь заказан. Воркус запечатал послание и отдал ждущему в сенях посыльному – самому быстрому из волков, что был в его распоряжении. – Передашь Беригу лично в лапы, – приказал он и на всякий случай пригрозил: – Головой отвечаешь! – Слушаюсь! Передам! Посыльный юркнул в ночную тьму, и уже вслед ему Воркус прокричал: – И нигде не задерживайся! Вернувшись в избушку Джонаса, который собирал для него информацию в людском посёлке, Воркус с неприязнью посмотрел на тело Уэйда – оборотня, убитого в погоне. Та девчонка обернулась и перекусила ему хребет. «Девчонка!» – скептически поддакнул сам себе Воркус. Он сел обратно за стол и подумал, стоит ли об этом упомянуть в очередном послании вожаку Клана? По-всякому выходило, что не стоило. Раздражённо ударив по столу кулаком, Воркус ещё раз посмотрел на труп Уэйда. Тот носил при себе важные бумаги. Даже ему никогда не говорил, что в них. Мол, только два оборотня об этом знают: он и Бериг. Как только он увидел сегодня тело Уэйда, неподвижно лежавшее на перепачканной кровью траве, то первой его мыслью сразу стало изучить содержимое тех бумаг. Но они пропали. Взяла ли их та девчонка или вытащил какой-то более расторопный ворюга, но факт оставался фактом: бумаги были утеряны. И даже не зная, что в них содержалось, Воркус собирался до последнего отмалчиваться перед вожаком Беригом. Будто бы он и не знал ни про какие ценные бумаги. Будто бы он и не хотел завладеть ими сам. – И будь что будет, – прошептал Воркус, гася свечу на столе.