Глава 9. Дорога домой

– Неуклюжая Аана! Неуклюжая Аана! – раздавались крики то тут, то там. Дети играли в догонялки. Аана как самая маленькая из щенков вечно оставалась последней, и братья дразнились, не забывая ей про это напоминать. – Не пора ли остановить их? – спросил Литто, подводя своего оленя ближе ко мне. – Нет. Не пора, – ответила я. – Они просто играют. За детьми я присматривала, но останавливать язвящих мальчишек пока не видела необходимости. Это они не со зла, и даже Аана лишь смеялась в ответ, пытаясь догнать хоть одного из сорванцов. К вечеру первого дня пути мы достаточно отъехали от границ северного поселения оборотней, чтобы без страха отпустить детей побегать и размяться. Здесь их следы искать никто не будет. А если и найдёт, то кому нужны никому не известные щенки-оборотни? Прихвостни Берига искали нас с Литто, а не наших детей. – Нира! – позвала я. – Далеко ещё до посёлка? – Недалеко, – ответила Нира. – Судя по словам Уурга, он должен быть уже близко. Там, где река. Думаю, до заката доберёмся. Обернувшись на запад, оглядела небо. Солнце висело почти у самого горизонта. До заката не так много времени. Но если Нира сказала, что дороги осталось немного, ей можно верить. Присмотрелась и правда увидела далеко впереди стальной блеск речки. Моя тревога оказалась напрасной. Вскоре впереди завыли постовые волки, и Литто, выехав вперёд, представил им всех путников. Нас беспрепятственно пропустили в посёлок оборотней и даже больше: одним из постовых оказался Руф, который с удовольствием сопроводил наш небольшой караван прямиком к вожаку Стаи. – Рада тебя видеть! – сказала я, спрыгивая с оленя и обнимая здоровяка Руфа. – Рада, что вы добрались! Как ты? Как Юна? Руф заметно смутился и покраснел, даже голову в плечи втянул. Указал куда-то в сторону и пояснил: – Бушует… Юна. По дому соскучилась, но не могли мы уйти, пока вас не повидаем. Или хотя бы не узнаем, что у вас всё хорошо. – Ой, Руф, – сказала я, отмахиваясь от него рукой. – У нас и хорошо? А так бывает? – Ну да, верно, – отозвался Руф, и мы с ним вместе рассмеялись. – Здрасьте, дядя Руф! – хором произнесли близнецы, а за ними и Аана. Руф повернулся к детям, присмотрелся, прищурился даже. – Неужели это те карапузы, которых я в нашу последнюю встречу в платочек заворачивал? – Не знаем, – ответил за всех Рагнарр, довольно улыбаясь. – Давно это было. Забыли уже. – Руф! – раздался грозный женский окрик из-за дверей дома. – Ты почему про гостей не доложил? Зачем их во дворе держишь? Ночь близко, устали все, а ты… В голосе Юны отчётливо слышались знакомые нотки. Как же она похожа на мать. – И тебе здравствуй, Юна! – крикнула я в сторону дома. – Может, выйдешь, встретишь гостей? Дверь дома распахнулась шире, и на пороге показалась Юна. Она всё ещё недовольно хмурилась, но, увидев нас, застыла на месте и пристально оглядела всю нашу компанию. – Литто, Джессика, Норт… – Её взгляд остановился на Нире. – Тётушка Нира? Но как?! Откуда?! – Привет, юная Юна! – поздоровалась Нира, распахивая объятья. – Тётушка Нира! – Юна в два прыжка оказалась около Ниры и крепко обняла её. – Мы уж и не знали, что думать, тётушка. Ты пропала. Ушла и не вернулась. Ни весточки, ни страшной вести… – Так было надо, малышка, – ответила Нира, гладя Юну по голове, успокаивая. – Так надо. Но теперь всё хорошо. Я вернулась. Юна снова оглядела нас радостным взглядом. А затем нахмурилась и отругала себя: – Что же мы стоим у порога? Ну и хозяйка я! Проходите! Проходите скорее, представлю вас вожаку Боррогу. – Она посмотрела на Ниру. – Он будет рад тебя видеть, тётушка. – Боррог? Вот уж вряд ли, – ответила Нира, смеясь. – В детстве мы с твоей мамой ему жизни не давали. – О! Расскажи мне. Обязательно! – сказала Юна. Она увела Ниру в дом, и мы последовали за ними. Дети пристроились Юне в хвост: тоже хотели услышать историю, как две девчушки не давали покоя будущему вожаку Стаи. – Вот видишь, – шепнул Литто, беря меня под руку, – всё хорошо. Я улыбнулась. Всё хорошо, и сегодня этого было достаточно, а завтра будет завтра. * * * Вожак Боррог расположил нас у себя в доме. Свободных комнат было предостаточно. Уложив детей спать, я выглянула в окно. Незнакомое место, незнакомые оборотни. Здесь, в отличие от предыдущих посёлков, я даже не чувствовала себя дома. С другой стороны, в гостях у вожака Боррога мы надолго не задержимся. Уже завтра выдвинемся дальше. Наш путь пройдёт по границе земель оборотней и прямиком к людям. – Как думаешь, мы посетим княжеские земли? – спросила я и, увидев испуг на лице Литто, уточнила. – Не земли Великого Князя. А те, где вы разорили замок юной княжны. Те, где ты укусил меня, приняв за неё. – А-а, – протянул Литто. – Наша первая ночь вдвоё-ом! Замахнулась на него и хлопнула по плечу ладошкой. – Нашёл, что вспомнить! – А что! Ты была хороша! – Была? – грозно спросила я. – А сейчас уже не очень? На лице Литто возникло недоумение, затем понимание и за ними растерянность. – Ты всегда хороша, но тот момент был особенный, – затараторил он, пытаясь оправдаться. – Там же главное не то самое, а то, что мы впервые были вместе… – Да-да, и то, что ты охмурил меня, даже не спросив, хочу ли я быть с тобой. Снова замахнулась на этого хитрого подхалима, но Литто ловко перехватил мою руку и потянул вперёд, заставляя меня упасть прямо на него – к нему в объятья. – Джессика Белл, – начал он строго, – хочешь ли ты быть со мной? Возведя взгляд к потолку и громко фыркнув, решила, что этого будет достаточно для ответа. Что странно, Литто промолчал. Не начал ни ворчать, ни страдать по этому поводу. – Я люблю тебя, Джесс! – сказал он и поцеловал. – Теперь согласна, – ответила я шёпотом. – И ты согласна провести со мной всю свою жизнь до самого конца? Взгляд Литто завораживал, но в этот раз мне пришлось отказать самой себе попасть под их магические чары. – Если будем миловаться, а не продумывать маршрут, то «до самого конца» окажется совсем недолго, – ответила я и тихонечко рассмеялась. – Ладно, – сказал Литто, улыбнувшись. – Тогда давай продумывать маршрут, – он поднял руки, давая мне встать с его колен, однако, как только я это сделала, обхватил меня за талию и уронил обратно, – потому что с этой женщиной я собираюсь жить долго и счастливо! Рассматривая карты, мы решили обойти стороной земли княжны, откуда Литто увёз меня прошлой осенью. Я этому была только рада. В разговоре Боррог упомянул, что там повсюду снуют оборотни Берига. Когда замок князя был разорён, а княжна сбежала, оборотни так и не ушли оттуда. Земли остались без правителя, а это ли не лучший шанс захватить их. С теми землями, откуда я родом, Бериг пытался провернуть то же самое. – Как думаешь, вокруг моих родных земель тоже будет полно оборотней? – Вряд ли. – Литто внимательно разглядывал карту, лежащую перед на столе перед нами. – Глупо держать большую стаю оборотней там, куда Великий Князь отправлял армию. Если небольшой отряд ещё можно списать на оборотней без своей Стаи, то с организованной группой волков такое не пройдёт. – Почему? – спросила я, не понимая, куда он клонит. Литто поднял на меня удивлённый взгляд. – Война. Оборотням не нужна война с Князем. Это поставит под удар все наши мирные поселения на Юге. Мой отец, когда был жив, сотню раз говорил нам с братьями, что захватывать земли людей надо с умом. Подведём под войну – проиграем сразу. Можно даже не ввязываться, сразу уходить отсюда. – Хм… Всегда думала, что оборотни – большая и опасная сила, и людям с ними не тягаться. – Магия, – ответил Литто. – Вспомни, как один единственный ведьмак переломил ход сражения на твоих землях. А у Великого Князя целый полк магов да ведьмаков. От нас клочка шерсти не останется. – Значит, война оборотням невыгодна? – спросила я. Литто внимательно всмотрелся в моё лицо. – Что задумала, коварная Джессика? Признавайся. – Пока ничего не задумала, – ответила я. – Но это может стать хорошим подспорьем, если Бериг захочет с нами схлестнуться. Я отправлю письмо Великому Князю. Объясню ситуацию. Может быть он согласиться помочь нам. Теперь настала очередь Литто фыркнуть и возвести взгляд к потолку. – Великий Князь? Поможет нам? Зачем ему это? – Когда-то он неплохо знал моих родителей, – ответила я, пожимая плечами. – Может, Князь поддержит нас хотя бы ради памяти о них. Мордашка Литто стала выражать что-то совсем уж неописуемое. – Великий Князь хорошо знал твоих родителей? – недоверчиво спросил он, а после того, как я кивнула, уточнил: – Кто же ты такая, Джессика Белл? – Я простая горничная, сударь, – ответила я, отвешивая шутливый поклон. – К вашим услугам. Моим словам Литто не поверил. Пригляделся ко мне и фыркнул: – Когда-нибудь я всё равно узнаю, о прекрасная незнакомка, кто же ты на самом деле. Я рассмеялась и щёлкнула его по носу. – Когда-нибудь, когда-нибудь… А сейчас пошли спать. Впереди новый день – новые приключения. Я легко соскочила с колен Литто и пошла в спальню. А за спиной услышала недовольное бормотание: – Приключения… Когда бы такое и звалось приключениями, а не смертельными опасностями… * * * Наши проводы у вожака Боррога оказались самыми долгими. Он выделил нам лошадей и щедро одарил запасами: хватило бы и зиму перезимовать. Поводов для беспокойства совсем не было, но Боррог никак не унимался. Не хотел отпускать Юну – свою племянницу и беспокоился за Ниру, которую тоже считал своей роднёй. – Дорога дальняя. Проверьте, всё ли на местах, – в очередной раз повторил он, оглядывая наш отряд, давно собравшийся и готовый к любым неожиданностям, которые мы можем встретить в пути. Боррог проводил нас до окраины посёлка, откуда на юг уходила широкая утоптанная дорога. По ней лошади быстро донесут нас, куда надо. – Мы всё взяли, дядюшка. Дорогу знаем. Всё будет хорошо, – успокаивала его Юна. Она стояла рядом с Руфом, переступая с ноги на ногу и готовая сорваться с места, как только прозвучит команда выступать. – Не переживай. – Ну как же не переживать, кроха. Твоя мать мне потом хвост оторвёт, случись что с тобой! – воскликнул вожак Боррог и обратился к Руфу: – Ты береги её, сынок. Ни на шаг не отходи! – Не отойду, – заверил его Руф. – Головой отвечаешь! – строго добавил Боррог и всё же успокоился: кивнул Руфу, отошёл в сторонку и сложил руки на груди. – Я пригляжу за ними, сколько смогу, мудрый Боррог, – сказала я, проходя мимо могучего оборотня к своей лошадке. – Все готовы? – крикнул Литто. – Готовы, – нестройным хором ответили ему оборотни. – Выдвигаемся! Он подождал, пока я запрыгну в седло, и пришпорил коня, выезжая с территории посёлка первым. За ним последовали дети и я, а замыкать наш отряд будут Нира и Норт. Юна и Руф волками побегут по бокам. Так нам предстоит дойти до княжеских земель, где отряд разделится. Мы с Литто и детьми уйдём к людским землям на Юг, ко мне домой, а оборотни вернуться домой, на Север. Уверена, в поселении Ойры и Норрога закатят небывалый праздник по поводу возвращения домой Юны и Ниры. Интересно, так ли встретят меня в моих родных землях? Помнит ли там хоть кто-нибудь беглянку Джессику Белл? * * * Дорога проходила мирно. Гораздо спокойнее, чем я себе представляла. Юна и Руф, рыская по округе, заранее предупреждали о встречных путниках. Мы старались обходить как незнакомых им оборотней, так и тех, кого Руф или Юна хорошо знали. Просто для того, чтобы не вызывать подозрений. Ведь позже любой из них в случайном разговоре мог обмолвиться о том, что встретил нас, и так, один собеседник за другим, о нашем путешествии мог узнать тот, кто передаст всё Беригу, чего мы всеми силами пытались избежать. Через несколько недель пути, за которые мы прошли мимо нескольких небольших поселений оборотней, стараясь не показываться волкам на глаза, мы добрались до границы с людскими землями и остановились на последний привал. Завтра нам суждено было расстаться с оборотнями и отправиться на юг. Я спешилась, отдала поводья своей лошадки Литто и поспешила на пригорок, откуда было отлично видно, что нас ждёт впереди. Всюду, куда доставал взор, простирались леса. Они заполняли широкую долину перед нами, взбирались на крутые склоны гор по левую руку от меня, а по правую – уходили далеко к горизонту. Я знала, что дальше справа густой лес редеет. И чем ближе к землям княжны, у которой мне довелось работать горничной, тем он становиться мельче, обращаясь сначала в невысокий кустарник, а затем и в степные низкие травы. Мой взгляд снова обратился налево. За поросшими лесом горами был мой дом, и прямо сейчас, находясь так близко от него, я чувствовала, как сильно стремилась туда с того самого момента, когда судьба заставила меня уйти отсюда. – Дом… – шепнула я чуть слышно. – Лес будто горит, – сказал Литто, подходя ко мне. Я посмотрела на подсвеченные лучами заходящего солнца кроны, окрашенные оттенками жёлтого и красного. – Это просто закат. У нас дома говорили про такой «пылающий» лес, что он оберегает от зла. Хочется в это верить. Чтобы избежать зла Берига нам любая помощь понадобится. Литто подошёл ближе и обнял. – Может, вернёмся с остальными? – спросил он. – Ойра и Норрог спрячут нас. А вместе нам наверняка удастся придумать, как спастись. – Надоело прятаться и скрываться, надоело пытаться спастись, – ответила я. – Я не хочу такой жизни своим детям. – А если ты ошибаешься, и нас не пустят жить у тебя на родине? – Тогда и вернёмся, – сказала я, улыбнувшись. Обернулась к Литто и обняла его в ответ. – Спасибо! Спасибо тебе, что заботишься обо всех нас. – А как иначе? Должен же хоть кто-то решиться на это… – На что? – переспросила я, глядя на Литто с подозрением. – На то, чтобы заботиться о тебе, глупенькая, – подсказал Литто, щёлкая меня по носу. – Ты же ходячая неприятность. От меня он отпрыгнул вовремя, только хотела схватить его за ухо и как следует потрепать. – Ты даже поспорить с этим не сможешь, – добавил Литто, обращаясь в волка: так убежать от меня, как ему показалось, будет куда проще. – Вокруг тебя всегда сплошные неприятности. – А не ты ли источник этих неприятностей? Это же ты вечно вертишься вокруг меня! – сказала я, приподнимая бровь, но вдруг ойкнула и посмотрела Литто за спину, а дождавшись, когда он обернётся, прыгнула вслед за ним, обернувшись волком. Однако, так просто Литто было не провести. Мой прыжок не стал для него неожиданностью. Отскочив в сторону, он задорно махнул перед моей мордой хвостом и с криком: – Догони, если сумеешь! – бросился бежать. * * * Последний совместный ночлег прошёл просто замечательно. Все собрались у костра на ужин, а после Норт рассказывал детям древние легенды оборотней. Мне было тепло от жаркого пламени костра, хорошей компании, а ещё больше от того, что моя семья рядом. Спать все улеглись глубокой ночью, когда на небе загорелись звёзды. Литто вызвался дежурить первым, поэтому я осталась одна. Лежала и слушала шорох угольков, словно перешёптывание, и тихое сопение детей. А ночью мне приснился дом. Запах луговых трав, выжженных солнцем, шум древесных крон и потрескивание дров в камине. Проснувшись, я поняла, что треск раздаётся от костра. Нира добавила дров и собиралась готовить завтрак. Посмотрев в небо, увидела тонкий розовый налёт на облаках – приближался рассвет. – Доброе утро! – сказала я тихо, стараясь никого не разбудить. Нира кивнула в ответ. Жестом указала мне прилечь и ещё немного поспать, но я отказалась. Сонливости не было, а впереди меня ждал длинный день. Хватит разлёживаться! Несмотря на долгие посиделки накануне, все встали хорошо. Пришла пора прощаться. Мы столько пережили вместе, что, казалось, эти волки давно стали частью моей семьи. Юна хотела продолжить путь с нами, но сильно соскучилась по дому и детям. – Совсем уже, наверное, взрослые, сорванцы мои, – говорила она, когда мы прощались. – Повидаюсь с ними и сразу вернусь. – Мы вернёмся, – поправил её Руф, становясь рядом. Надо ли говорить, что этот здоровяк всюду следовал за Юной, не отходя от неё ни на шаг. Я взглядом указала Юне на него, спрашивая, избрала ли она его своим волком, а Юна лишь фыркнула. Понятно: так легко она Руфу не достанется. – Удачи вам обоим! – тепло пожелала я. – Не торопитесь к нам. Вполне возможно, что дома нам будут не рады, и придётся вернуться. – Мы всегда будем тебе рады, Джессика! – сказала Юна. – Ты же знаешь. – Я знаю. Юна дала знак Руфу и они, обернувшись волками, бросились в чащу. Нира и Норт направили в ту же сторону лошадей. – Не волнуйся, Джессика, мы присмотрим за ними, – крикнул Норт, прежде чем они скрылись за густыми зарослями. Я провожала волков испытывая лёгкую печаль. Расставаться не хотелось, но за друзей можно было только радоваться. Молодые Руф и Юна стали крепкой парой, а Норт и Нира – снова обрели друг друга после долгих лет разлуки. И теперь все они возвращались домой, а впереди их ждала счастливая жизнь вместе. Осталось и мне вернуться туда, где, возможно, меня тоже кто-то ждёт. В последний раз махнув рукой уходящим друзьям, я обернулась к нашему поредевшему отряду. Четыре ребёнка и мы с Литто – семья. Я очень рассчитывала, что у нас получится поселиться где-нибудь в родных землях и, возможно, прожить там долгую спокойную жизнь. Тяжело вздохнула, понимая, что судьба не оставит меня в покое так просто, и пошла собираться в дорогу. Припасы и вещи разложила по сумкам, их пристегнула к сёдлам, и сказала детям проверить, ничего ли они не забыли. А Литто пока затушил костёр и разбросал по привалу пепел – так наши следы будет сложнее почуять. Ещё до обеда мы спустились в долину, откуда нам предстоял долгий подъём в горы. Поворачивая лошадку в ту сторону, не сдержалась, бросила взгляд на земли князя. Где-то там стоял разорённый замок, откуда началось моё путешествие к оборотням. – Как думаешь, где сейчас княжна? – спросил Литто, проследив за моим взглядом. – Не думаю, а точно знаю, – ответила я. – Знаю, с кем она была, когда вы напали на замок. А значит сбежала она тоже с этим человеком. – И ты говоришь мне об этом только сейчас?! – возмущённо воскликнул Литто. – А что? Всё бросишь и побежишь за ней? – Нет… – растерянно ответил Литто. – Просто… – Просто «что»? – Просто мне казалось, что с княжны всё и началось, – ответил он, пожимая плечами. Посмотрел на меня и добавил: – Может, мне так лишь казалось? Я кивнула и задумалась. Если бы оборотням удалось схватить княжну ещё тогда, Бериг бы сделал её своей супругой и встал во главе захваченных земель. Может быть, ему даже хватило бы этого, и он не стал убивать отца и избавляться от всех возможных конкурентов на трон. Таких, как Литто и его братья. Может, может, может… – А может ничего бы и не изменилось, – вдруг сделала я свой вывод. – Вспомни, Бериг отправил твоих братьев на Север задолго до того, как вы напали на замок. Нет, точно! Ничего бы не изменилось. * * * За несколько дней мы успели пройти достаточно много, чтобы моя тревога поутихла. Странно, но в людских землях, где нам надо было скрывать свою волчью ипостась, я почему-то чувствовала себя спокойней. Может потому, что всё ближе был дом, а может и потому, что здесь шанс встретить оборотня был куда меньше. Люди не привечали в своих землях оборотней, и те не торопились сюда ехать. Вечером третьего дня мы добрались до границы моих родных земель. В горах быстро становилось холодно, поэтому было решено остановиться на постой пораньше. Дождавшись, когда дети лягут спать, Литто отозвал меня в сторону от лагеря на важный разговор. – Люди могут нас не принять, Джессика. Ты готова к этому? Они ненавидят оборотней. – И в этом, конечно же, нет вашей вины, – сказала я, осознавая, что только что поделила нас с Литто на «наших» и «ваших». Но иначе я не могла, иначе не объяснить того, что я хотела сказать. Литто замолк. Он тоже услышал мои слова и, кажется, огорчился. – С каждым днём мы заходим всё глубже в земли людей, – сказал он отстранённо. – С каждым пройденным шагом находиться здесь становится всё опаснее. Не понимаю, на что ты рассчитываешь, Джесс, но я тебе верю. – Он подошёл, взял меня за руки и заглянул в глаза. –Скажи мне, что у нас есть шанс, и последую за тобой дальше, не сказав ни слова. – Шанс есть, – ответила я, притягивая Литто к себе. – Верь мне. – Я верю… Я обняла Литто и спряталась в его руках ото всего мира. Уютно. Мой маленький дом. С того самого момента, когда я поняла, что люблю Литто, его объятья стали моим убежищем. – Там, за горами, моя родина, – прошептала я, чувствуя, что нужно объясниться. – Когда-то те люди знали меня как человека и доверяли мне. И я рассчитываю на то, что они поверят мне ещё один раз. – А они поверят? – Не знаю, – ответила я и прижалась к Литто сильнее. – Но шанс всё же есть. – Ну есть и ладно, – сказал Литто, – а не поверят, им же хуже: такую женщину упустят. Она и любить может так, как никто больше не умеет. И сковородкой стегать по заднице больно-больно. И очень часто делает это даже одновременно. – Он отстранился и посмотрел мне в глаза. – Ну вот кто ещё на такое способен? – Только я, – ответила я, приподнимаясь на носочках для поцелуя. * * * Дорога домой стала тревожнее. Из головы не шли слова Литто. Я не лгала, шанс был, но насколько же ничтожным был этот шанс, переплетённый из сотни хрупких «если». Однако, возвращаться обратно, чтобы попасть в лапы хищного зверя мне хотелось меньше всего. Не стоило забывать, что Бериг объявил себя вожаком Клана и все волки признали его власть. Любой из них обязан слушаться его, или ставить себя вне рамок закона, подвергая опасности своих близких. А мне меньше всего хотелось, чтобы кто-то пострадал из-за нас. Последний привал скрылся за поворотом, последний хребет был преодолён. Перед нами расстилалась обширная горная долина, полная бесконечных наливающихся урожаем полей, высоких перевалов и глубоких ущелий, грозящих невнимательным путникам неминуемой гибелью. Но я думала лишь о том, как я люблю эти земли! Мой родной дом. Остановив лошадку около Литто, указала ему на поросшее густым бором подножье ближайшей горы. – За тем лесом село Розовое. Нам нужно туда. Я постараюсь найти тех, кто знал меня когда-то. Они могут нам помочь. Хотя бы подсказать. – А это не опасно? Ходить в поселении, среди людей. А если они нас опознают? – Как? – спросила я, усмехнувшись. – У людей нет особого нюха. А во мне так и вовсе нет ни капли волчьей крови. Меня даже оборотни за человека посчитают. Придирчиво оглядев меня с ног до головы, Литто кивнул. – Твоя правда. Не опознают в тебе оборотня. Может, нам лучше в лесочке переждать? Не знаю, – потянул он с сомнением и мельком оглянулся на детей, ожидающих нашего решения, – нет у меня желания в село соваться. Я покачала головой. – Не выйдет. Лучше держаться вместе. А в том лесочке постоянно патрули ходят. – Я улыбнулась и добавила: – От таких вот наглых и коварных волков, как ты, село стерегут. Литто ничего не ответил. Скорчил мордашку, показывая, как относится к шутке, и, дав знак детям, пришпорил коня, выезжая первым. Пока добирались, обсудили план действий. Я пойду прямиком в центр села и буду искать тех, кого знала когда-то и кто сможет вспомнить меня и помочь. А Литто с детьми останутся на окраине, заедут в первый попавшийся постоялый двор и отдохнут, ожидая меня. Ночь мы проведём в селе, а наутро двинемся в путь. …Если я смогу узнать, где сейчас в родном краю обитают те, кто не против приютить меня и мою семью. Тяжело вздохнула и оглядела детей. Снова это страшное «если», полное неизвестности, а значит, опасное. До села мы добрались только к вечеру. Особо и не торопились, понимая, что впереди нас ждёт та же неизвестность, что оставалась позади. К вечеру дети присмирели да поутихли. Сказывался долгий путь и ожидание скорого отдыха. – Ну вот, – сказала я, когда мы подъехали к постоялому двору, – нормально отдохнём сегодня. Будет горячая вода и чистая постель. – Мама, а ты скоро вернёшься? – спросила Аана, не торопясь последовать за братьями. Сорванцы уже спешились и убежали в сторону открытых дверей гостевого дома, а дочь стояла около меня, не желая отпускать. – Скоро, доченька, скоро. Только проведаю одного старого друга, и сразу назад, – ответила я, обнимая Аану, чтобы её успокоить. – Всё будет хорошо, малыш, – добавил Литто. Я передала ему Аану из рук в руки. – Мама здесь всё знает, и быстро всё сделает. Во взгляде, что Литто бросил на меня, я тоже уловила тревогу, но в ответ лишь улыбнулась и поддакнула: – Я быстро, хвостом не успеете махнуть. Дождавшись, когда Литто с дочерью скроются за дверьми гостиницы, я накинула на голову капюшон походного плаща и двинулась к центру села. Именно там, чуть левее дома старосты, когда-то жил ведун Скальдо, лучший друг отца, и все мои надежды были возложены на него. Если он приютит нас, то люди его послушают, и мы сможем спокойно жить в этих землях, не боясь преследований. В селе было спокойно. Деревенский люд собирался по домам, ремесленники закрывали лавки, редкие прохожие гуляли вдоль улиц, не спеша вернуться под защиту толстых стен и запоров. Откуда-то слышалась музыка. Тайком поглядывая по сторонам, поняла, как же давно я не была дома. В моей памяти родные земли были заполнены враждебно настроенными оборотнями и усталыми, измученными постоянными нападениями людьми. Теперь же это вновь тот цветущий край, каким он и был в моём детстве. Даже патрулей на улице не было. Видимо, солдатам Великого князя удалось изгнать оборотней всех до единого. Усмехнулась этой мысли. Я здесь, а значит, всё же были оборотни на моей родной земле. И тут же заставила себя быть серьёзной: я добралась до места. Дом ведуна Скальдо выглядел совсем скромно. Как говаривал ведун, ему дом нужен лишь для того, чтобы было, где привечать гостей и поить их вкусным ягодным чаем. Отворив калитку, я подошла к двери и тихо постучала. Света в окнах не было. Может, Скальдо уже спал? Я прислушалась, но ничего не услышала. Постучала ещё раз, и снова в ответ лишь тишина. Решившись, толкнула дверь и вошла. – Скальдо! – позвала я. – Ты здесь? Никто не ответил, и когда мои глаза привыкли к темноте, я поняла, что пришла напрасно. Мебель, полы и все вещи в доме покрывал толстый слой пыли. Здесь давно никто не живёт. Я вышла на улицу и аккуратно притворила за собой дверь. Скальдо не было, и где искать его я не знала. Придётся искать тех, кто мне подскажет. Следующим пунктом в поисках стала самая популярная в селе харчевня. Она располагалась совсем рядом от центра, и я добралась туда за пару минут. Я бывала здесь в детстве пару раз, но помню только громкие звуки песен и сильный запах еды: острой и жареной. Впрочем, с тех пор тут ничего не изменилось. На улице около невысокого строения аппетитно пахло едой, а из окон слышались громкие голоса, кто-то даже пел. Я зашла и огляделась. Просторное помещение, сбоку стойка с бочками с разливными напитками, в дальней стене дверь, ведущая на кухню. Простое убранство, деревянный пол и такая же мебель. За ближайшим ко мне столом сидела та самая шумная компания, которую я слышала с улицы. Трое мужчин, судя по одежде, не местные, скорее всего заезжие торговцы, веселились вовсю. Кроме них здесь находились ещё пара человек, да из-за стойки приглядывал за порядком харчевник. Я направилась к нему. – Добрый вечер, красавица! – поприветствовал он, цепким взглядом осматривая меня с ног до головы. С лёгкостью распознав во мне путницу, указал на бочки за своей спиной. – Чего изволите? Или, может, ужина посытнее? – И вам доброго вечера, – ответила я. – Спасибо за предложение, но мне бы знакомого одного найти. Он жил тут когда-то. – Тут много кто жил, – хмыкнув, сказал харчевник, сразу теряя ко мне интерес. – Много кто уехал навсегда. Я горько улыбнулась. Мне он мог об этом не рассказывать. Я и сама уезжала отсюда, как думала, навсегда. – Моего вы, быть может, знаете. Или знаете того, кто его знает, – не отступалась я. Подошла к стойке ближе и положила на стол монету. – Ведун Скальдо? Я ищу его. Харчевник успел накрыть мою монету широкой ладонью, но затем услышал имя, и с него тут же слетело всякое безразличие. – Уходи отсюда! – грозно произнёс он, поднял монету и швырнул в меня. – И деньги свои забери! – Да мне только узнать, где… – Нет его больше! Сгинул он, – ответил харчевник и повторил: – Уходи! Я хотела сказать ещё что-то, но вдруг поняла, что в харчевне наступила тишина. Все замолкли и смотрели только на нас. Вернее, на меня. Но найти Скальдо мне было жизненно необходимо. Только открыла рот, вздумав уточнить, где ведуна Скальдо видели в последний раз, как тут же закрыла его обратно. Харчевник нахмурился ещё грознее и выглядел так, будто вот-вот ввяжется в драку. Мне никакого внимания привлекать не хотелось, а такого – и подавно! Развернувшись на месте, вышла из харчевни. Возвращаться в постоялый двор, где меня ждали Литто и дети, я пока не собиралась. Рано. Сначала нужно было подумать. Кто ещё мог бы приютить нас здесь, в землях, что когда-то были моими родными? Погружённая в раздумья я шагала по улице и сама не заметила, как вышла на окраину села. Вокруг стрекотали сверчки, с полей доносился запах свежескошенной травы, а на горизонте гигантским кострищем алел закат. Я залюбовалась на жгуче-красное небо, полной грудью вдыхая аромат душистых трав. После тихих улиц сверчки оглушали, поэтому шагов я не услышала. Резкий порыв ветра пошатнул меня волной жаркого воздуха и принёс затхлый, кисловатый запах перегара. Я обернулась. В тени ближайшего дома стоял мужчина. Я сразу узнала его: по запаху и по виду. Это был пьяница из местной харчевни. Я помнила его по замызганным штанам и рваному рукаву старой рубахи. – Кто ты? – без страха крикнула я. Бояться мне было нечего. Мужчина один, а во мне таилась сила волчицы. – Ты ищешь Скальдо? – спросил незнакомец хрипящим прокуренным голосом и махнул в сторону харчевни. – Я слышал. Там. В кабаке. Я кивнула и повторила свой вопрос: – Кто ты? – Я знаю, где тот ведун. Мне стало подозрительно, что пьяница уходил от ответа, и я приготовилась к худшему. Напряглась и мельком огляделась, выбирая, в какую сторону побегу, если придётся. – Я не знаю, кто ты. И не знаю, говоришь ли ты мне правду. Харчевник сказал, что ведун сгинул, – сказала я, внимательно следя за фигурой незнакомца. На его лицо спадала копна нечёсаных волос, и я даже не могла определить, местный он или нет. – Выйди на свет! – приказала я. Спорить незнакомец не стал. Он вытянул перед собой руки в знак мирных намерений и вышел из густой тени. Заходящее солнце высветило потёртости на старой одежде, а ещё тонкие черты лица, светлый цвет давно немытых волос и серые глаза, глядящие на меня то ли с просьбой, то ли с мольбой. – Не сгинул он. Живой, – прохрипел мужчина. – А если я скажу, где ведун Скальдо, вы дадите мне денег? За помощь, конечно же. Даже ведун Скальдо мне стал в тот момент не интересен. Я узнала стоящего передо мной пьяницу, и от этого мне стало совсем смешно. Я расхохоталась и бросила ему прямо в лицо: – А что, тех денег, за которые ты продал свою семью мерзким оборотням, тебе уже не хватает, братец?