Глава 24. Незваные гости

В замок мы прибыли лишь к ужину. Проведя весь день в дороге, я жутко проголодалась и теперь готова была съесть слона. Но так как слоны в Северной Нормандии не водились, я с радостью приняла тарелку жаркого от старушки Зое.

Сегодня Вобла не ужинала со всеми, выбрав одиночество, поэтому атмосфера на кухне царила почти домашняя. Паскаль ужинал с другими стражниками, а остальные слуги — на кухне и я с радостью присоединилась к ним.

Обитатели замка обсуждали прошедший день и вспоминали разные смешные ситуации из их общей жизни. Я только молча слушала и делала выводы. Кухарку тут все обожали, но она была пожилой и, судя по всему, ей было трудно справляться со своими обязанностями. Лакей Жак оказался чуть моложе, но тоже уже в почтенном возрасте, поэтому его обязанностью в замке было зажигать и гасить свечи, топить камины и помогать Франсуа одеваться, когда тот был дома. Двум горничным — худощавым затравленным девчушкам Мари и Анне досталась вся работа по уборке замка. Видимо, они плохо справлялись со своими обязанностями, так как просто не могли охватить весь объем работы. Поэтому по углам висела пыль, а тщательно мылись лишь господские покои. Наверняка, Вобла и тут сэкономила, хотя могла бы нанять и пятерых для поддержания чистоты дома.

После ужина я поднялась к себе в каморку. Никакого освещения, кроме огарка свечи, в моем распоряжении не было. В печке едва тлели два поленца. Заняться было нечем. А потому я разделась и улеглась в кровать. Рано ложиться и вставать с рассветом — не о том ли ты, Катюша, мечтала в прошлой своей жизни? На, получай сполна!

Интересно, сколько придётся ждать приезда Франсуа? Подумав, я решила, что хочу уехать обратно на постоялый двор тетушки Ги. Но «повелитель» приказал дожидаться его возвращения и я, как бесправная рабыня, должна была ожидать сиятельную особу. Что ж, раз он так хочет, я подожду, но выскажу Франсуа по приезде всё, что о нём думаю. Пока я представляла, как буду бросать в лицо виконту обоснованные аргументы, вспомнились его тонкие губы, поджатые в усмешке. Все-таки, как ни крути, но мужчинам тонко очерченные губы идут больше, чем женщинам. Размышляя об этом, я и уснула.

Новый день начался в замке строго по расписанию. Противная Жанна, проходя мимо моей комнаты, несколько раз ударила по двери кулаком, от чего я подскочила в своей неудобной, грубо сколоченной кровати и ошарашенно уставилась в окно. Там едва забрезжил осенний рассвет. Вылезать из-под нагретого за ночь одеяла не хотелось, но пришлось себя заставить.

Завтрак был по обыкновению молчалив. Сегодня Вобла снизошла до слуг, а потому охотников вести оживленные беседы не нашлось.

Жанна мерила кухню шагами и под мерный перестук ложек по дну тарелок вновь пела свою заунывную песню о том, что скоро вернется обожаемый ею хозяин, а потому к его приходу следует быть наготове.

Моя роль в этом замке была весьма странной. Я не была ни гостьей, ни слугой. Просто сидеть и пялиться в окно или слоняться по темным коридорам я не видела смысла. А потому решила сама предложить помощь Зое. Все-таки за месяц пребывания на постоялом дворе я научилась помогать кухарке. Поэтому и сейчас решила обратиться к Жанне с предложением.

— Мадам Деборо, позвольте мне помочь Зое на кухне? И ей полегче, а мне будет, чем заняться в течение дня. — предложила я.

Жанна скривилась, будто искала в моих словах подвох.

— Что ж, — как-то растерянно проговорила вобла, — если Зое считает, что с вас будет прок, помогите.

В этот момент я поняла, как сильно они с Луи походят друг на друга.

— Спасибо. — выдавила я и поднялась из-за стола.

***

К вечеру я совсем выбилась из сил. От усталости не хотелось даже шевелиться. Все-таки тяжелая физическая работа — это не совсем то, к чему я привыкла, пусть в этом времени я уже находилась и довольно длительное время.

Мы собирались ужинать, повариха Зое как раз раскладывала горячее жаркое по деревянным мискам, когда на кухню неожиданно отворилась и в тёмном проёме показался здоровяк Андре. Он сурово обвел взглядом присутствующих и остановившись на мне, сказал:

— У ворот замка стражники, прискакали из Руана по указанию самого Фистона.

Слуги зашептались.

— И за кем же они приехали? — спросила Жанна, просияв. Кажется, она знала, какой ответ последует. Что ж, не надо быть семи пядей во лбу, чтобы догадаться — они примчались из города, и несмотря на поздний час ради меня.

— За миледи. Извините, госпожа Катрин, но велено вас сопроводить. Паскаль сейчас подойдёт. У вас есть пару минут, чтобы взять необходимые вещи и одеться.

Меня заколотило от страха. Хорошо, что в кухне царила полутьма — надеюсь, никто не заметил моих дрожащих рук.

Зачем меня вызвали? Куда повезут и с какой целью!? Эти и ещё тысяча вопросов роились в голове.

— Пойдёмте, миледи, я провожу вас. — сказал здоровяк и я кивнула.

Под торжествующий взгляд Воблы, которым она меня наградила, я вышла из кухни. Слуги молчали, лишь старушка Зое тихо пожелала мне удачи.

У ворот меня, наспех одетую в тёплое платье и подбитый шерстью плащ, догнал Паскаль. Видимо, он нёс службу на дальней точке крепостной стены замка и потому едва успел к моему скорому отъезду.

— Что за срочность? — запыхавшись спросил молодой человек у старшего из стражи, что прибыла за мной. Вид у провожатых был суровый и недовольный. Вместо того, чтобы отдыхать от службы, их отправили на ночь глядя за какой-то девицей.

— Ничего не знаю. Мне приказано городским прево привезти мадам в город. А там уже господин Фистон будет решать судьбу бедняжки.

Мне совсем поплохело. Что значит, решать судьбу? Что значит, бедняжки? Франсуа, будь он неладен, приказал прево меня только допросить. Я затравленно посмотрела на Паскаля, ища поддержки и разглядела в его глазах почти болезненное сочувствие.

— Катрин, не печальтесь. Я всё выясню. Сейчас я не могу оставить пост, но утром, как только освобожусь, то сразу же приеду в Руан и выясню, по какому праву вас забрали.