Глава 9

Домой мы вернулись за полночь, и уже в подъезде, как бы я ни пыталась проявить чудеса эрудиции и задержать Сашу на лишние несколько минут, тот был непреклонен, видимо, решил все-таки плана придерживаться. Хотя бы в конце, раз уж до этого момента он умудрился столько раз накосячить.

Оказавшись в квартире, прислонилась спиной к двери, ловя себя на глупой улыбке, которая никак не хотела стираться с лица, как бы сильно я не старалась опустить уголки губ. Сомневаюсь, что помог бы даже скотч.

Еще раз прокрутив в голове события вечера, все же отлипла от двери и пошла на кухню, вспомнив о том, что кроме завтрака с едой сегодня как-то не сложилось. Пока готовила бутерброды, подпевала запущенному на ноутбуке плэйлисту (а что, дома, в конце концов, никого нет, значит за сохранность нервной системы семейства можно было не переживать) и едва не выронила нож, когда вдруг раздался звонок забытого в коридоре мобильника.

Автоматически взглянув на кухонные часы, присвистнула. Половина первого. А потом улыбнулась, осознав, что в такое время мне мог позвонить только один человек, и со всех нок побежала на звук.

Однако я ошибалась. Как оказалось, не один.

— Антон, ты охренел?

— Мне кажется, ты слишком часто повторяешь эту фразу.

— Это ли не повод задуматься о правдивости слов? — вернулась на кухню и, взяв со стола чашку, удобно устроилась на подоконнике. В обычный день мама бы убила за подобный вандализм, но почти безграничная свобода… Да-да!

— Хорошо, на досуге обязательно этим займусь. — психолог из меня, конечно, выходил примерно такой же, как и математик, но все равно казалось, что Антон напряжен и позвонил он отнюдь не для того, чтобы сообщить, что в нашей дыре внезапно обнаружились курсы ночного дайвинга, или организовался автоквест.

— Что-то случилось? — решила проявить чудеса дружеской поддержки.

Парень не ответил, успела даже подумать, что он и не решил до конца, стоит ли мне рассказывать, хоть уже и позвонил, поэтому, сделав глоток чая, посмотрела на ночное небо и уверенно проговорила.

— Если ты сейчас продолжишь молчать, то моя вера в человечество пошатнется. Ну не бывает же таких моментов, чтобы ты не нашел, что наплести.

В трубке раздался короткий смешок, и я не смогла сдержать ответной улыбки, хоть Антон этого и не видел.

— В общем, Машк, у нас проблемы? — выдал, наконец, друг.

— У нас? — вышло даже более удивленно, чем я планировала.

— Ну, изначально я думал, что только у меня, но потом отец немного спутал карты…

— Отец? — нет, в «Что? Где? Когда?» меня бы точно не взяли…

— Отец, отец. — не слишком весело подтвердил парень.

— А Геннадий Петрович тут при чем?

— А Геннадий Петрович тут при всем! — на другом конце провода что-то звякнуло, и я уж подумала, что Антон начал разносить квартиру, или где он там находился, но в следующую секунду парень уже смеялся.

— Я тут разрываюсь между вызовом бригады из дурки и звонком на телефон доверия. Может, избавишь от мук выбора, скажешь, куда лучше?

— Идиотская ситуация получилась, Маш. Через две недели прилетает мама.

Не понимая в чем заключается идиотизм ситуации, пожала плечами и проговорила.

— Поздравляю!

— С чем? С тем, что в скором времени от вашего села скорей всего останутся одни руины?

Я вздохнула, понимая, что без наводящих вопросов мы далеко не уедем, а поспать все-таки хочется, поэтому поинтересовалась.

— С каких пор тебя начали волновать такие мелочи, как сохранность какого-то жалкого городишки?

Антон коротко хохотнул, наверняка, взъерошив волосы, а потом снизошел до объяснений.

— Понимаешь, мои родители в разводе.

— Мне жаль. — вставила дежурное, но парень быстро продолжил.

— А вот тут как раз нужно было радоваться. Ничего ты не понимаешь в психологии нашей семьи, Машка.

— Посвяти же меня, гуру.

— Наверное, развод родителей стал самым прекрасным событием моей молодости, я даже письмо президенту писал, предлагал праздник государственный по такому поводу сделать, но он почему-то не ответил…

— Удивительно…

— Последние несколько лет перед разводом родителей наш дом больше напоминал загон с хищниками. — Антон немного сбавил скорость, да и тон его стал гораздо менее уверенным, из чего мой внутренний так себе психолог сделал вывод, что парень не слишком любил откровенничать, да и делал это, наверняка, нечасто. — Я не помню, с чего все началось, зато окончание запало в душу на всю жизнь. Нет, ты не подумай, они, в целом-то, достаточно цивилизованные люди, в разных странах так вообще прекрасно ладят между собой. Жаль, что планет пригодных для жизни пока больше не нашли, кажется, в таком случае им бы даже разводиться не пришлось, на расстоянии несколько сотен тысяч километров они бы были идеальной парой.

Антон сделал паузу, а я не спешила отвечать, разрываясь между желанием отшутиться и сказать что-то серьезное, поэтому просто молчала. Так проще.

— Но иногда я, честно, не знаю, что на них находит… Короче, любят мои родители время от времени встречаться. Не спрашивай, никакой логики, как я не старался, в этом действии выявить так и не смог. Есть, конечно, несколько теорий о том, что им просто куда-то нужно выплескивать накопленный за год негатив, ну, или привычка свое берет, зависимость там какая-то. Или кайф они извращенный от этого ловят. Не знаю я, Маш…

— И одна из таких эпичных встреч должна состояться через две недели.

— Ты ж моя умница! — поразился Антон сообразительности. — Рука в трубку не влезает, так бы еще и по головушке погладил.

— И твоя мама приедет сюда?

— Ага, внезапная тяга к родной земле. Я пытался предложить более нейтральные варианты. Военный полигон в глуши от цивилизации, заброшенный аэродром… Но, увы!

— Ладно… Раз все стало так ясно и понятно, то осталось узнать ответ на единственный нелогичный вопрос. При чем тут я?

— Ну-у-у-у… Тут такое дело… — протянул друг.

— Какое дело?

— Помнишь, мы как-то моему отцу сказали, что немного встречаемся…

— Ты сказал! — мигом поправила парня и лишь потом сообразила. — Антон, ты охренел?!

— Стой-стой, не горячись, Маш! И трубку не бросай, я знаю где ты живешь! И, если дверь не откроешь, сяду на пол и начну выть! — затараторил парень.

— Почему ты не сказал, что мы расстались?

— Ну-у-у-у…

— Твое «Ну-у-у-у-у» только что вышло в топ моих раздражителей! Поздравляю! — даже с подоконника спрыгнула, предчувствуя то, что услышу дальше.

— Сперва как-то момент не подворачивался.

— А потом?

— А потом подвернулся, но тут отец про мать как раз рассказал, и я, короче, подумал, что разделить страдания на двоих будет куда проще.

— Твои страдания. — зачем-то уточнила.

— Ну теперь-то уже наши! — со смехом проговорил Антон, и настала моя очередь жалеть о том, что руку в телефон, как ни крути, не засунешь. — Ладно, Маш, я все помню про свободу выбора, равноправие и прочую лабуду, поэтому спрашиваю. Что ты хочешь взамен?

— В смысле? — вновь забралась с ногами на подоконник, понемногу успокаиваясь.

— Ты поможешь не свихнуться мне, я сделаю что-то для тебя. Все логично и даже практически честно!

Я не торопилась с ответом. В том, что помочь парню все-таки придется, не сомневалась. При самом плохом исходе он накачает меня транквилизаторами, привяжет к стулу и все равно заставит присутствовать на этом прекрасном ужине. Но, если честно, я бы согласилось помочь и по-хорошему.

Сейчас, конечно, я Антону об этом не скажу. Я же не совсем больная от такого предложения отказываться!

Немного поразмыслив, хитро улыбнулась самой себе, а потом уверенно выдала самый беспроигрышный вариант.

— Желание.

— Что? — Ха! Оказывается, его еще можно удивить.

— Одно мое любое желание.

— Абсолютно любое? — все еще не слишком уверенно уточнил Антон.

— Абсолютно!

Несколько секунд тишины, а потом короткий и какой-то удивительно легкий ответ.

— Ладно.

— Я не верю твоему равнодушному «ладно»! — среагировала мгновенно.

— В таком случае могу подняться. Кровью договор скрепим, или чем там тебе в голову придет. — парень рассмеялся, а я зависла на пару мгновений, потом медленно опустила взгляд на парковку перед подъездом и медленно проговорила.

— И ты все это время был здесь?

— А ты наблюдательная! — теперь я уже видела, что он смеется, глядя в то самое окно, на подоконнике которого я сидела. — Решил действовать наверняка, если бы все-таки пришлось выть под дверью…

— А почему не поднялся?

— Ну-у-у-у, мало ли ты там стилистику повторяешь… Дополнительные материалы изучаешь…

— Я уже говорила, что ненавижу твое «Ну-у-у-у»?

— Да, начинаешь повторяться.

Все же Антон был настолько Антоном, что злиться дольше нескольких секунд просто не удавалось, так что теперь я уже улыбалась.

— Так что, мы договорились? Или все-таки клятва на крови?

— Договорились. — усмехнулась, не сводя взгляд с темной фигуры.

— Тогда спокойной ночи, Маша.

— Спокойной ночи, Антон.

Он отключился первым, а я еще некоторое время сидела с трубкой у уха, наблюдая за тем, как парень садится в автомобиль и заводит двигатель, и лишь когда машина выехала со двора, спрыгнула с подоконника и направилась в душ, понимая, что после такого дня крепкий здоровый и очень долгий сон не является прихотью. Это необходимость.

А со следующего дня жизнь вернулась в обычное русло. Точнее, я пыталась делать вид, что она стала обычней обычного, а постоянное присутствие в ней Антона и Саши шло просто внезапным, но очень приятным бонусом, к которому я вскоре тоже обязательно привыкну.

Я уже практически не представляла себе ужины без соседа в нерабочие дни, и вечера с Кузнецовым, в то время, когда находилась в «Кожаном кролике». Последний, кажется, вообще испытывал восторг от пребывания в магазине, того и глядишь откроется второе дыхание, и вновь решит посвятить жизнь вибраторам. Ну нельзя с такой искренней улыбкой торчать в секс-шопе семь часов к ряду!

С понедельника началась сессия, которая заставила внести в планы некоторые коррективы. Я все меньше времени проводила вне дома, ограничивая совершения каких-нибудь очередных безумств с Антоном или прогулок с Сашей. Кстати, ночной автоквест в нашем «селе» действительно обнаружился. И, сколько бы я не объясняла, что принимать участие командой из двух человек — идея плохая, друга это не остановило. Ну, по крайней мере, мы не уехали в другой город, а о моем умении различать право и лево парень еще долго будет припоминать.

Наверное, правильней было бы тогда взять с собой Сашу, но здесь появилась первая проблема. Каждая пусть и не значительная фраза про Антона, произнесенная в обществе мужчины, заставляла его едва заметно кривиться. Отчасти я понимала такую реакцию, но, с другой стороны, не давала ни единого повода для ревности. Да и Антон не проявлял ровным счетом никаких поползновений в мою сторону, поэтому все подозрения, если таковые имелись, являлись абсолютно беспочвенными. Наверное, именно из-за этого в какой-то момент я стала опускать рассказы о парне. Просто для того, чтобы лишний раз не подливать масла в огонь, потому что от общения с невыносимым другом, как ни крути, отказаться не могла.

Тем временем дата званного ужина с родными Кузнецова неминуемо приближалась. Так сложилось, что она совпала с днем сдачи последнего экзамена и, если честно, я не знала, чего боялась больше. Четверки в зачетке или встречи с семьей Антона. После всех-то рассказов!

Утро перед экзаменом прошло в волнении, не спас даже звонок с напутствиями от Саши и сообщения общего содержания «не опозорься, Клюшка» от Антона.

Хоть я и отлично знала материал, мандраж брал свое, и, уже в автобусе, удалось окончательно убедить себя в том, что экзамен будет завален. Разочарованно вздохнув, пожалела, что Саше в универ сегодня нужно было раньше, его присутствие рядом сделало бы дорогу до вуза не такой мучительной.

Кстати, о разнице в образовательной иерархии я больше не вспоминала. Саша просто ехал на работу, а я на учебу. И было абсолютно неважно, что его место работы и мое, соответственно, учебы, совпадали. И так действительно стало гораздо проще, достаточно было просто один раз себя отпустить, и те запреты, которые еще несколько недель назад казались просто чудовищными, сейчас таяли словно мороженое в сорокоградусную жару.

Перед входом в университет встретилась с Катей. Хоть подругой в полной мере я девушку назвать и не могла, но такие приятельские отношения, которые, возможно, к концу учебы и перерастут в дружбу, меня вполне устраивали. Все же половина плеча, которую, в случае чего, подставят, лучше его полного отсутствия.

— Ну что, готова к труду и обороне? — оживилась Катя, оторвавшись от конспекта. Конечно, она тоже волновалась, хоть и старалась не подавать виду, но это перебирание кончиками пальцев края джинсовой жилетки выдавало ее с головой.

— Надеюсь… — получилось не слишком уверенно, но я старалась.

— Ладно, прорвемся! — одногруппница взяла меня под руку и потащила прямиком в храм знаний, не приемля никакого сопротивления, хотя порывы, честно говоря, были.

— Твои слова б и Светлане Артемовне в уши… — сподобилась на ответ, когда мы уже вошли в холл первого этажа, но вместо рассуждений о милосердии преподавательницы, замерла на середине мысли, увидев недалеко впереди Сашу, который милейшим образом обнимал нашего куратора.

К слову сказать, Елене Кирилловне не было и тридцати!

— Маш, да ты ж уже зачет сдала! Не испепеляй его глазами! — раздался над ухом возглас Кати, заставивший обратить на нее внимание.

— А?

— Ты сейчас Александра Николаевича сожжешь глазами! Чем же он тебе так не угодил?

— А… — я по-прежнему не отрывала взгляд от мужчины и женщины, которой он улыбался, и, кажется, начинала мысленно вспоминать, где на первом этаже располагались острые предметы, которыми, теоретически, можно было покалечить человека.

— Ма-а-а-аш, прием! Он уже на тебя смотрит! — слова Кати вроде как и были слышны, но заставить мозг отреагировать на них, я не могла.

Вместо этого медленно перевела взгляд с Елены Кирилловны на Сашу, который действительно смотрел на меня. Смотрел и улыбался!

Кажется, в момент, когда наши глаза встретились, его улыбка стала чуть шире, чем положено, а потом, также не разрывая зрительного контакта, мужчина достал что-то из кармана пиджака, на пару секунд отвлекся от меня, потом вновь поднял взгляд, чтобы уже в следующее мгновение, коротко кивнув куратору, зашагать в сторону лифтов. Оставив меня глупо стоять, сжимая отчего-то вибрировавший телефон в ладонях.

Ну, конечно, сообщение.

«У тебя такой вид, словно ревнуешь)» — Саша.

«Постарайся не откинуться на экзамене, нас ждут великие дела!»- Исчадье Ада.

Раздраженно зашипев, спрятала телефон в сумку и, не обращая никакого внимания на настороженный взгляд Кати, пошла сторону аудитории.

Наверное, здравый приступ злости добавил сил и уверенности в себе, потому как на экзамене я уже не волновалась. Словно робот ответила на все основные и дополнительные вопросы, лишь выйдя в коридор осознав, что сдала. Все еще не веря, заглянула в зачетку, словно выведенное в ней ровным подчерком «отлично» могло каким-то мистическим образом испариться.

Но нет, надпись была на месте, а это значило, что я благополучно закрыла вторую в своей жизни сессию и успешно закончила первый курс!

Судя по довольному визгу Кати, вылетевшей из аудитории следом, девушку тоже можно было поздравить.

— Маша-а-а-а! Первый круг ада позади-и-и-и-и! — схватив меня за руки, закружила по коридору одногруппница, не переставая смеяться.

Ее хорошее настроение было заразительно, поэтому уже через несколько секунд я тоже начала улыбаться и радоваться, ровно до тех пор, пока за спиной не раздалось строгое:

— Миронова!

Беспечное выражение с лица Кати стерлось так быстро, что я едва не прыснула со смеху. Кое-как сдержавшись, повернулась к Саше и, хлопая глазами, как можно более серьезно поинтересовалась:

— Александр Николаевич? Что-то случилось?

— Пойдемте, поможете мне. — мне показалось, или мужчина тоже с трудом сдерживал улыбку.

— Я тебя перед входом подожду. — многозначительно протянула Катя, словно отправляла меня на экзекуцию. Хотя, в ее понимании, наверное, так оно и было.

Кивнув, поспешила за Сашей, который уже зашагал по коридору в сторону кафедры. Однако до туда мы так и не дошли. Практически дойдя до лестницы, мужчина заглянул в открытую аудитории, улыбнулся самыми уголками губ, а потом посмотрел на меня:

— Миронова, прошу.

Пожав плечами, зашла в аудиторию, которая оказалась абсолютно пустой, и едва не пискнула, когда через несколько секунд руки Саши обвили мою талию, а губы коснулись шеи.

— Александр, блин, Николаевич… — хотела возмутиться, но, когда растворяешься в такой ласке, сопротивление абсолютно бесполезно.

— Что, Миронова? — дразнящим голосом спросил он, не отрываясь от моей шеи. В нем вампир что ли проснулся?

— Дверь… — подал прощальный голос разум.

— Закрыта. — снова легкая усмешка.

И уже в следующее мгновение Саша развернул меня к себе лицом и поцеловал. Нежно, но в то же время с напором, силой, давая понять, что именно он руководит процессом. А я… А я совершенно не сопротивлялась. Есть что-то крышесносящее в том, чтоб быть вот так прижатой к парте, совершенно не стесняясь и наплевав на все мыслимые и немыслимые правила. Когда-нибудь я и об этом напишу диссертацию. Обязательно напишу…

Через несколько лет, когда Саша все же оторвался от моих губ, стыд все же решил заявить о себе. Я осмотрела аудиторию, поправила изрядно растрепавшиеся волосы и заглянула в глаза мужчине. В глаза, где настолько ярко полыхало пламя, что уровень стыда поднялся еще на пару градусов.

Отлично! Я только что целовалась с преподавателем прямо в университете!

— Маша-а-а. — улыбаясь, протянул Саша. — Завязывай.

— Что? — спросила с недоумением, надеясь, что не стала слишком похожа на вареного рака.

— О боги-и-и-и, я же целовала-а-а-ась с преподавателем! В университете-е-е-е! — передразнил меня мужчина, заставив задуматься, не проговорила ли я последние мысли вслух. — Судя по глазам, примерно это сейчас происходит в твоей головушке.

— А вот и нет!

— А вот и врать ты так не научилась. — Саша хмыкнул и качнул головой.

Насупилась и даже попыталась отойти на пару шагов, как бы показывая всю собственную гордость и Сашину неправоту, но тут же была перехвачена.

Еще один короткий поцелуй заставил забыть о прошлых мыслях.

А? Что? Университет?

Какая разница где, когда целуют так.

— Ну вот, гораздо лучше. — мужчина рассмеялся, внимательно изучая глаза. Тоже мне психолог доморощенный! — Поздравляю.

Хотела поинтересоваться с чем, но вовремя осеклась, так безбожно тормозить было непростительно.

Требовательно попросив мозг работать, улыбнулась.

— Спасибо!

— Я бы очень хотел отметить это событие вместе с тобой, но, к сожалению, буду занят допоздна.

Я очень надеялась, что разочарование вышло достаточно искренним. Нет, я действительно хотела провести время с Сашей, но еще был ужин с Антоном, о котором так и не смогла сказать…

— Можем устроить ночной ужин. — предложила подходящий вариант.

— Можем. — Саша не стал спорить. — А еще можешь провести этот вечер с друзьями. Моя занятость — не повод отказывать себе в развлечениях.

— Я подумаю. — растянула губы в улыбке, хотя на душе скреблись кошки.

Впервые появившееся ощущение, что я действительно обманываю, обжигало изнутри, а пронзительный взгляд Саши, который, казалось, видел меня насквозь, лишь усугублял положение.

— Я позвоню. — проговорил мужчина, открывая дверь аудитории.

— Хорошо.

Бросила короткий взгляд. Улыбается. Как всегда. Абсолютно спокоен.

— Пока. — весело попрощался он, я же не могла похвастаться и граммом этой легкости.

Правда вертелась на языке, но нужные слова так и не смогли слететь с губ.

— Пока.