Глава 12

Утро следующего дня началось с волнительной новости: одна из невест покидает отбор по приказу ноэр-гана.

– Не удивлена, что это Адель, – сказала Рамина. – Она всегда такая недовольная. Какому мужчине такое понравится?

– Но ноэр-ган с ней даже не общался, – заметила я. – Вдруг бы она преобразилась рядом с ним?

Сожаления по поводу ухода этой Адель я не испытывала, просто старалась  проанализировать, что двигало женихом сделать такой выбор. Возможно, если удастся понять логику ноэр-гана, получится выработать какую стратегию. Она же пока оставляла желать лучшего. Точнее, ее не было вовсе, и это ужасно удручало. Каждый час разлуки с дочкой отрывал по кусочку моего сердца, а надежда, что скоро все изменится, пока никак не крепла.

Вчера я была так счастлива провести с Анютой хоть несколько минут наедине! Потом весь день ходила окрыленная, лелея воспоминания об этом. И еще больше преисполнилась решимости победить в этом треклятом отборе! Надо только что-то придумать…

Может, подстроить «случайную» встречу? Как советовала Рамина.

– Думаю, это после вчерашней встречи с нирой Фаэлиной, – предположила Тина. – Я же говорила, что после нее кто-то уйдет, вот так и случилось. Не приглянулась ей эта Адель, вот и посоветовала ноэр-гану ее выгнать. Но ничего… Она уже все равно хорошо устроилась. Слышала, несколько предложений к браку ей уже поступило.

– Сегодня тоже встреча с нирой Фаэлиной, – вспомнила я. – Получается, и после нее может кто-то вылететь.

– Не исключено, – кивнула Тина. – Есть даже вероятность, что ноэр-ган переложил на нее обязанность отсеивать невест на первом этапе.

– Первый этап? – я впервые слышала об этом.

– Да, – отозвалась Рамина. –  Он закончится через четыре дня балом Огня. После него должно остаться шесть невест. В течение следующей недели уйдет еще три. И останется финальный этап из трех невест. Там ноэр-ган и определится.

– Вы не говорили мне об этом, – с легкой укоризной произнесла я.

– Я думала, ты знаешь, – сказала Рамина. – Об этом все ведь знают.

Тина же, которая знала обо мне намного больше, посмотрела на меня виновато и проговорила одними губами:

– Прости.

– А ты хоть танцевать умеешь? – вдруг спросила меня Рамина.

Я встрепенулась.

– Ну… – протянула растерянно. – Смотря что.

– Хотя бы парные танцы. А еще  Пламенный танец, который должны будут исполнять невесты перед ноэр-ганом в конце бала, – по мере того, как вытягивалось в удивлении мое лицо, голос Рамины становился все тише.

– Ясно, – заключила она со вздохом. – Придется учить. Начнем сегодня же. Сейчас.

Я глянула на нее встревоженно.

– Времени и без того в обрез, – категорично заявила на мой взгляд Рамина.

Она оказалась весьма дотошным, но терпеливым учителем. А еще очень требовательным. Мы разучивали танцы до самого вечера, почти без передышки, поэтому к прогулке с нирой Фаэлиной я была выжата словно лимон и валилась с ног.

– Завтра продолжим, – добила меня Рамина. – А теперь давай готовиться к прогулке. Если эта тетушка такая влиятельная, что по своему желанию может отправить домой невесту, то надо постараться ей понравится.

И с этим трудно было не согласиться.

По всей видимости, жизнерадостной старушке нравились улыбчивые девушки, поэтому я, отправляясь на прогулку, всеми силами пыталась придать своему лицу радостное выражение. И даже наряд по совету Тины надела более кокетливый: с кучей милых рюшечек и оборочек. Похоже, остальные невесты пришли к такому же выводу, поскольку точно также пестрели яркими одеждами и давили из себя улыбки. Никто не обсуждал уход первой невесты, но некоторые девушки заметно напряглись. В частности Кудряшка, которая время от времени начинала нервно кусать свои губы.

И только нира Фаэлина, явившаяся с опозданием, лучилась искренним позитивом.

– Сделаем кружок по парку, а после я отведу вас в одно интересное местечко, – загадочно пообещала она и подхватила под руку вначале Дейллу, а следом неожиданно и меня. – Красавицы, следуйте за нами! – крикнула остальным и повела нас по дорожке.

Дейлла справилась с ошеломлением куда быстрее меня и через секунду уже улыбалась во все тридцать два.

– Ну рассказывайте, как вам здесь? Все ли нравится? – завела разговор Фаэлина.

– Ой, все так прекрасно! Я в полном восторге! – тут же затараторила взахлеб Дейлла. – Такие покои, блюда… Этот парк… Я будто уже стала нирой-ган! – в этот момент она запнулась, осознав, что сказала что-то не то, и поправила себя торопливо: – Я хотела сказать, что к нам ко всем относятся на высшем уровне.

– Я поняла, милая, – Фаэлина, усмехнувшись, похлопала ее по руке. – Все поняла… А вы, нира? – она повернулась ко мне. – Что скажете?

– Скажу, что все замечательно, спасибо, – ответила я в полной растерянности. Вот что она хочет услышать? Какой ответ будет правильным?

– Вас никто не обижает? – спросила тетушка дальше.

– Нет, конечно, нет, – я удивилась такому вопросу. – Разве кто-то может здесь обидеть?

– Ну мало ли, – та весело пожала плечами. – И во дворце люди разные…

– Я могу за себя постоять, не волнуйтесь, – я чуть улыбнулась.

– Вот и отлично, – кивнула Фаэлина.

Еще некоторое время мы шли вместе, старушка задавала пространные вопросы, мы кое-как отвечали на них. Периодически Фаэлина вовлекала в разговор и других девушек. Незаметно мы оказались с другой стороны дворца, около резных деревянных дверей.

– Вот мы и пришли, – Фаэлина оставила нас с Дейллой и надавила плечом на дверь. Та со скрипом открылась. – Заходите.

– Это и есть то интересное  местечко? – бойко уточнила Керлин.

– Именно, милая. Зал Галлео.

Девушки стали заходить внутрь, и я тоже с долей опаски переступила порог. На меня пахнуло прохладой большого зала, а глаза после солнечного света еще несколько секунд привыкали к его сумраку. Фаэлина щелкнула пальцами, и по периметру загорелись свечи, и на стенах с фрескам заплясали тени. Зал оказался пустым, лишь по самому центру стояло нечто с мой рост, покрытое алым шелком.

Внезапно из тени колонн вышел мужчина. Ноэр-ран. Я вновь определила его безошибочно, мне даже не нужно было  убеждаться в отсутствии кольца с красным камнем. А вот остальные невесты взволновались, подобрались, некоторые возбужденно зашептались между собой, думая, что это сам правитель. Я же не могла взять в толк, зачем сюда опять вместо ноэр-гана пришел его брат. Ведь куда логичнее было увидеть здесь самого жениха, если уж на то пошло. Правда, эти мысли были не главными: куда больше меня тревожила причина, по которой нас привели в это место. Зал Галлео… Галлео, как объяснила мне Вирга, это бог огненных оханов. Возможно, здесь что-то вроде его храма?

– Вижу вы удивлены и растеряны, – улыбка коснулась губ Фаэлина. – Сейчас я вам все объясню, и волнения уйдут.  Да, и я попросила племянника помочь мне. Геральд, прошу, – она сделала знак ноэр-рану.

– Геральд? – раздался позади чей-то разочарованный вздох. Похоже, Кудряшка.

Тот коротко кивнул и сдернул покрывало. Под ним оказалось зеркало, овальное, в тонкой сияющей золотом раме.

– Это Око Галлео, – продолжила с улыбкой Фаэлина. – Великий ноэр-ган просто захотел полюбопытствовать, насколько силен ваш огненный дар. Он хотел бы сам присутствовать здесь же, но, увы, важные  государственные дела потребовали его внимания. Поэтому он делегировал это мне и Геральду.

Девушки вновь возбужденно зашептались, несколько невест и вовсе приободрились и стали спокойнее, лишь у меня земля ушла из-под ног, а окружающий мир померк. «У меня нет никакого дара», – набатом билась в голове одна только мысль. Я не охана. И, кажется, сегодня это откроется.

Неужели все было напрасно?

– Думаю, вы сами понимаете, что чем одареннее супруга, тем сильнее и одареннее получатся наследники, – продолжала как ни в чем не бывало Фаэлина.

– Значит, сегодня тоже кто-то уйдет? – из-за грохота собственного сердца я не поняла, кто из невест это спросил.

– Возможно, – отозвалась тетушка.

«Кажется, это буду я», – отчаяние все больше душило меня. Даже на чудо не было никакой надежды. А сердце уже отсчитывало секунды до моего разоблачения.

– Ну, кто первый готов взглянуть в Око Галлео? – поинтересовалась Фаэлина.

– А как быть мне? – вдруг раздался голос Эланы Вайрис. – Мой бог не Галлео, а дар – не огненный.

– Ничего, милая, – улыбнулась тетя. – Око все равно покажет все, что надо. Так кто же первый?

– Можно, я? – рыжеволосая Дейлла, не успев договорить, уже мчалась к зеркалу.

Стоило девушке приблизиться, ее отражение окутало желто-оранжевое сияние, похожее на то, как изображают ауру.

– Прекрасно, – сказала Фаэлина, а Дейлла удовлетворенно усмехнулась.

Было бы странно, если бы следующей в бой не ринулась Керлин Фрагги. Ее аура оказалась сочно-оранжевого цвета, словно апельсин. По всей видимости, это было еще лучше, потому что девушка с превосходством глянула на свою соперницу Дейллу.

Самой насыщенной, почти красной, неожиданно оказалась аура блондинки  Патрисии Лин, а вот бледнее остальных сияние было у зазнайки Лайзы. Она, осознав это, побелела.

Элана Вайрис шла к зеркалу предпоследней, и ее спокойствию, граничащему с равнодушием, можно было позавидовать. В отличие от огненных оханов аура Эланы отсвечивала коричневато-желтым, неярким, но очень глубоким плотным цветом, и судя по выражению лица тетушки жениха, с ней было все более чем в порядке.

– Рамина, осталась ты, – позвала меня нира Фаэлина. Ноэр-ран тоже смотрел на меня выжидательно и напряженно.

– Да, – я на ватных ногах проследовала к зеркалу.

Если до этого момента я лихорадочно прогоняла в мыслях различные сценарии исхода своего провала, то теперь в голове было пусто.

Я остановилась перед зеркалом и, собрав остатки воли в кулак, глянула в него. В первую секунду ровным счетом ничего не происходило, зато потом… Мое отражение заискрилось золотисто-желтым, и среди этих всполохов внезапно появились язычки малинового оттенка.

– Надо же, – протянула Фаэлина удивленно.

Действительно… Надо же…

А ноэр-ран, будто тоже в неверии, подошел ближе, встал за моей спиной – и сам засиял оранжевым. С точно такими же малиновыми язычками. И мои, и его малиновое всполохи тотчас потянулись друг к другу, словно пытаясь соединиться. Наши с ноэр-раном взволнованные взгляды встретились в зеркале. А в следующий миг он сделал шаг в сторону, и его отражение исчезло. Потом же оказалось, что больше никто,кроме нас с ним не видел того, что творилось в те секунды в зеркале.

– Твой дар не так силен, но, кажется, необычен и очень чист, Рамина, – с улыбкой произнесла Фаэлина. – Точно ты только родилась . Да, такой отпечаток бывает у детей.

Я же не в силах была поверить ни глазам, ни ушам. А сцена с ноэр-раном и вовсе теперь казалась игрой воображения. В голове билась лишь одна мысль: «Я спасена? Да? Я же спасена?»