Глава 19

Морозный воздух ворвался в комнату, едва Люся приоткрыла окно. И она сразу же услышала ту самую музыку — печальную и ускользающую, из далёкого осеннего дня, когда Люся была совсем другой. До того, как с ней случился весь этот ужас…

Она быстро сунула босые ноги в угги, схватила пуховик и выскочила из квартиры.

Автомобиль — серебристая космическая капсула — стоял около Люсиного подъезда, мужчина курил в открытое окно. И вместе с сигаретным дымом из салона вылетала музыка. Грустная мелодия разливалась по двору, смешивалась с ледяным воздухом, огибала стволы деревьев. Волшебный голос певицы скользил по дорожкам, проплывал над сугробами, поднимался вверх — туда, где сияло в мутной пелене бледно-розовое солнце.

Люся подскочила к машине.

— Здрасте, скажите, а что у вас за музыка? Кто поёт?

— Привет.

Водитель — а это был представительный мужчина с седой шевелюрой — с интересом осмотрел Люсю. Тут было на что посмотреть, так как за минуту до молниеносной вылазки во двор Люся примеряла новые шёлковые шортики для занятий кикбоксингом, а кроме того, её кисти были обмотаны боксёрскими бинтами. Получив зарплату, девушка покуражилась в магазине спорттоваров и стала обладательницей персонального боксёрского мешка. Правда, этот цилиндрический монстр, обтянутый синей кожей, пока стоял на полу в углу комнаты — надо ещё как-то его повесить. Люсе уже не хватало клубных тренировок, она хотела заниматься ежедневно.

Седовласый господин, подождав, когда умолкнет последний аккорд, остановил запись, вытащил из панели флэшку и протянул её Люсе.

— Держите. Это Сезария Эвора.

— О! Спасибо. Насовсем отдаёте? Или я сбегаю быстренько на комп скину? — Люся топталась у машины, голые ноги кусал мороз.

— Да не смешите. Забирайте!

— А как же вы?

— Не волнуйтесь за меня, — усмехнулся мужчина. — Боксом занимаетесь? Бегите, а то простудитесь.

— Большое спасибо! — страстно поблагодарила Люся. У неё уже зуб на зуб не попадал.

Она в два прыжка одолела расстояние до подъезда. Сзади раздался автомобильный гудок. Люся оглянулась. Седовласый господин высунул в окно большой палец, поднятый вверх.

— Ножки — супер! — крикнул он вдогонку.

Люся махнула рукой и скрылась за дверью подъезда.

Ангелина Ивановна (69 лет, пенсионерка): Ну, Люська! Мороз тридцать градусов, а она раздетая по двору шлындает. Да ещё и шортики какие-то напялила блестящие! Воспитываю её, воспитываю… Всё зря!

Вернувшись домой, Люся бросилась к компьютеру, вставила флэшку и увеличила громкость динамиков. Так как ладони всё ещё были стянуты синими лентами, она действовала не очень ловко. Сначала зазвучал гитарный перебор, и тут же вкрадчиво застучали барабаны, и полилась мелодия, завораживая и сдавливая грудь в невыносимой тоске. Люся опустилась на диван, всхлипнула и вытерла навернувшиеся слёзы. Через минуту она уже рыдала в голос, оплакивая свою несчастную участь. Почему нельзя вернуться в тот день, когда она впервые услышала эту песню? Вернуться и ощутить себя прежней — весёлой и солнечной? И не пойти на то свидание, всё отменить, переиграть…

***

«Надо же, второе кафе за день, — удивилась Даша. — Веду светский образ жизни!»

Сейчас она сидела в «Неаполе» вместе с Пашей и Люсей.

А утром пила кофе в кофейне рядом с домом — туда её пригласила одна приятельница, Анастасия. Настя только что вернулась из Америки, где гостила у детей-студентов, и жаждала узнать последние городские новости.

Бизнес-леди, владелица крупного интернет-портала «БэлльФам», переполошилась, услышав, в какую историю попал Дашин брат.

— Три месяца в больнице! — ахнула она. — Кошмар! Но сейчас, надеюсь, всё в порядке?

— Вроде бы, — вздохнула Даша.

Если б ещё заставить её непокорного братца соблюдать режим! Нет же! Несмотря на то, что сегодня воскресенье, умчался ни свет ни заря в гараж: нарисовался клиент.

— Как ты справилась? Наверное, нужны деньги? — Анастасия тут же потянулась за сумкой.

Даша перехватила её руку.

— Не надо! Всё нормально, ничего не надо. Слушай, ты же специалист, дай совет.

— На какую тему?

— Мне предложили сделать сайт.

По красивому лицу Анастасии пробежала лёгкая тень.

— Ну вот, — обиженно надула она губки. — На моём сайте ты работать не хочешь, собственный решила завести! Понятно!

— Ты же видела моих кукол?

— Конечно. Твоё хобби.

— Сайт будет полностью посвящён этой теме. Что ты об этом думаешь?

— А что тут думать? — пожала плечами Анастасия. — Хочешь — делай! В чём проблема-то?

Портал «БэлльФам» существовал уже долгие годы, у него была огромная аудитория, многочисленные рекламодатели. Он приносил Дашиной приятельнице хорошие деньги. Анастасия являлась опытным игроком в этом бизнесе, а сомнения дилетанта были ей непонятны.

— Делай сразу десять, — посоветовала она.

— Что — десять? — не поняла Даша.

— Десять сайтов открывай.

— Зачем?!

— Если хорошо всё организовать, они будут сами себя раскручивать, вертеться и приносить прибыль. Но этим, конечно, надо заниматься.

— Наверное, мы говорим о разных вещах.

— Ты хочешь один-единственный сайт — и просто для души? — поняла Анастасия.

— Да!

— Вообще никаких проблем. Вперёд! Так, значит куклы… Придумай дизайн, разработай структуру… Главное, конечно, интересное наполнение, контент — и народ к тебе потянется. Но с этим у тебя точно проблем не будет. Я, конечно, в кукольной сфере не ориентируюсь. Дочки у меня нет, а сама я завязала с куклами лет в девять, наверное.

Даша вспыхнула, услышав в последней фразе шпильку в свой адрес.

Алиса К. (39, психолог): Как славно, когда человеку удаётся сохранить детские увлечения, сберечь их, как что-то драгоценное и хрупкое, не отдать их на растерзание быту и жизненным неурядицам!

Анастасия Д. (42, бизнес-леди): Нет, вы подумайте, она ещё и шьёт! Причём, великолепно. Это не девушка, а шкатулка с сокровищами!

…Через пару часов после встречи с приятельницей позвонила Люся.

— Ты не приедешь ко мне с Андреем — грушу надо к потолку приладить, — каким-то подозрительным голосом пробубнила она в трубку.

— Люся! — возмутилась Дарья. — Груша! Сколько она весит, твоя груша?! Наверное, тонну! Андрею сейчас нельзя поднимать тяжести. Кроме того, он уже в восемь утра умчался в гараж.

— Да мы бы сами её подержали. Андрей бы только потолок продырявил. Кстати, я неправильно выразилась. Это вовсе не груша, а боксёрский мешок.

— А в чём разница?

— Груша похожа на грушу, а мешок — это толстое бревно.

— А что у тебя с голосом? Ты как-то странно хрипишь.

— Всплакнула немножко.

— Почему? Что случилось? — сразу же переполошилась Даша.

— ПМС.

Этот ответ успокоил Дашу. В тисках предменструального синдрома барышне позволительно не только всплакнуть, но и развязать третью мировую войну.

…Но Даша, несмотря на отказ, всё-таки в этот день добралась до подруги, но не с братом, а с Пашей.

Директор компании «Таран» возник на пороге квартиры нежданно-негаданно — снежный, свежий, морозный. Ворвался без предупреждения, и это уже стало для него привычной схемой поведения. Увидев милого друга, Даша обрадовалась так сильно, что ей пришлось себя одёргивать. В последнее время она решила постепенно дистанцироваться от Павла, пока их отношения не зашли слишком далеко.

Уже и так.

Дистанцироваться от Калинина можно было только в принудительном порядке, сделать это легко и просто у Даши не получилось бы. Она грустила, обдумывая свой план. Она уже не представляла, как будет обходиться без преданного фаворита, без его восторженного внимания, заботы. Без его милых эсэмэсок, день ото дня всё более грамотных.

Из смс-сообщения Павла К.: «Читаю «Сто лет одиночества». Систематизирую главных героев. Немного запутался».

Из смс-сообщения Павла К.: «Читаю Джека Лондона. Капитально тащусь!»

Из смс-сообщения Павла К.: «Купил твор смет мол ябл апел сок колб сыр конф туал бум. А что ещё ты говорила?»… «Даша, последняя смс была не тебе!»

Павел появился в Дашиной жизни — и изменил её. Гораздо легче и приятнее жить, когда знаешь: есть на планете человек, готовый с горящими глазами примчаться по первому зову и подставить крепкое плечо, взять на себя груз твоих проблем. К тому же, Павел, видимо, дни и ночи проводил в раздумьях, чем бы ещё порадовать одноклассницу.

Сегодня он опять пришёл с подарком.

— Надо-надо! Католическое рождество на носу, — с ходу отмёл он все Дашины попытки отказаться от презента.

— Ты что, католик? — засмеялась Даша.

— Нет, православный. Но мы не должны… — Паша призадумался, подбирая слова. — Мы не должны игнорировать праздник коллег.

— Мне нравится, как ты говоришь, — улыбнулась Дарья. Она взяла блестящую коробку, украшенную бантом.

Из речи одноклассника исчезли бесконечные «чё» и «блин», так же, как с шеи испарилась вульгарная цепь-анаконда. Интересно, что сейчас Дарью вовсе не раздражало Пашино косноязычие, но, возможно, впоследствии оно стало бы для неё утомительным. Калинин, словно предвидя это и планируя их будущее, работал с речью, развивался.

Но у них двоих нет совместного будущего, напомнила себе Даша, и почувствовала, как проваливается в чёрную яму.

— Ты одна? — спросил Паша. — А где мелкий?

— Свинтил в гараж.

— Свинтил? — улыбнулся Паша. — Мне нравится, как ты говоришь! — повторил он Дашину фразу. — Открывай скорее, чего ты ждёшь!

Даша начала осторожно распечатывать коробку. Внутри оказалась… очаровательная куколка-эллоувайн.

— Ах! — выдохнула Даша. — Какая прелесть!

— Нравится? Нравится? — с надеждой заглядывал ей в глаза щедрый волхв.

— Паша! Но ведь это дорого! — в отчаянье воскликнула Дарья.

— Нет, ты скажи, тебе нравится?

— Нравится ли мне… Конечно, нравится! Но я не могу принять такой дорогой подарок.

— Колечкина! — возмутился Паша. — Ты чё ваще базаришь?! То есть, я хотел сказать, да не парься ты… Нет, опять не то… Минутку, — Паша сконцентрировался. — Даже если бы я подарил тебе… э-э… остров в Тихом океане, то… то и тогда это было бы… недостаточно дорого, чтобы… чтобы… соответствовать… чтобы выразить… О, Господи! Проще пробурить пятьдесят метров скальной породы, чем объяснить, что думаешь! Короче! Колечкина, не вздумай отказываться. Возражения не принимаются.

Татьяна Дмитриевна: Я горжусь Павликом. Он способный ученик и делает потрясающие успехи. Идёт напролом, как танк. На днях мы изучали сложноподчинённое предложение и страдательный залог.

Павел К.: Ух, ты! Въехал с полпинка! Итак, страдательный залог. Я люблю Дашу — Даша любима мной. Я обожаю Дашу — Даша обожаема мной. Я хочу Дашу — Даша… А тут как? Ай, ладно! Всё равно хочу.

— Паша-а-а-а, — проныла Дарья. Она не могла отвести взгляд от чудесной куколки, рассматривала её, не дыша. — Что же мне делать?

— Отправь к девочкам. Посади на диванчик. Пусть общаются.

Даша прижала куклу к груди.

— Спасибо, — растрогано произнесла она. — О-о, какой подарок!

Их разделял метр. Больше всего на свете Даше сейчас хотелось повиснуть на шее у милого одноклассника, обвить руками его крепкую шею, поцеловать в прохладную и всё ещё румяную с мороза щёку. Но она сдержала порыв.

— Спасибо! — повторила она.

— А поехали куда-нибудь? — предложил Паша. — Приглашаю тебя в ресторан. Ты меня постоянно кормишь, а я тебя нет. Посидим.

— Ой! Давай заедем к Люсе!

— Она что, хорошо готовит? И у неё есть что-то… м-м… экстремально вкусненькое? — насторожился Паша.

— Просто ей надо повесить грушу. Боксёрскую. То есть, мешок!

— Поехали, — сразу согласился Паша. — Повесим. А потом — в ресторан, д’акор?

— D’accord, d’accord, да, согласна, — кивнула Дарья.

***

Вот, каким образом они втроём очутились в кафе «Неаполь».

— Ой, а это не тот самый перекрёсток, где Андрюша долбанулся? — спросила Люся.

— Точно. И мы с Дашей прочесали все фирмы и конторки на той и на этой стороне. Искали, у кого установлены внешние видеокамеры.

— Да, я знаю, Даша мне говорила.

— Пицца здесь великолепная.

— И сколько раз вы вдвоём приезжали на этот «пятачок»? — скептически прищурилась Люся.

— Мы и со счёту сбились, — вздохнула Даша. Она поняла, почему подруга нахмурилась. Надо отказаться от идеи дружеских вылазок, когда речь идёт о женатом мужчине.

Никакой дружбы.

Никаких совместных авантюр.

— Наверное, именно здесь вы и заканчивали каждый поход, — предположила Люся, осматривая интерьер кафе.

— Как ты проницательна! — хором ответили Даша и Паша, и изумлённо уставились друг на друга.

Паша удивился сам себе. Всего месяц назад он сказал бы «Чётко сечёшь, подруга», а сейчас почему-то выдал нехарактерную для себя фразу, да ещё точь-в-точь повторяющую Дашино выражение.

— Приплыли, голубки, — вздохнула Люся. — Уже говорим хором, как после десяти лет счастливого брака.

Даша пригорюнилась, а Пашино лицо, напротив, расплылось в довольной улыбке.

Официантка принесла в два приёма четыре огромных деревянных блюда. Пицца выглядела нарядно и живописно: полоски жёлтого перца, чёрные колечки нарезанных маслин, красные кружки салями, золотистый сыр. Компания взволнованно задышала: все вдруг поняли, что страшно проголодались, пока вешали спортивный инвентарь.

— И давно ты занимаешься кикбоксингом? — поинтересовался Паша.

— Третий месяц, — улыбнулась Люся.

— А где?

— Спортклуб «Катакомба» прямо рядом с моим домом.

Люсе было чем гордиться. Вчера она впервые уложила на ринг тренера, вызвав восхищение публики. Всё вышло совершенно случайно. Петя, собираясь продемонстрировать новый приём, произвёл мидл-кик, но способная ученица увернулась, захватила рукой его ногу, отвела в сторону, совершила контрудар под опорную и дополнила атаку злобным апперкотом. Секунда — и тренер очутился на полу. Ошарашенное выражение на его лице тут же уступило место восторженной гордости: моя школа!

Едва Паша приладил боксёрский снаряд к потолку в Люсиной квартире, хозяйка инвентаря тут же ринулась его испытывать. Гости тоже приложились пару раз к кожаному мешку, поколотили, попинали…

— Третий месяц, — повторила Люся.

— И с чего ты вдруг занялась спортом… Это так странно! Не понимаю, — пожала плечами Даша.

Раньше Люся практиковала одно-единственное хобби — охоту на женихов. Вернее, это было даже не хобби, а суровая необходимость: проще дождаться момента, когда завершится полураспад урана, чем когда к тебе в квартиру вдруг совершенно случайно въедет принц на белом коне.

А теперь у Люси появилось другое увлечение — каждый вечер она проводила в клубе. И прекратила все разговоры о поисках будущего мужа. Это казалось Даше очень подозрительным. С другой стороны, она думала, что кикбоксинг — это аллегория Люсиного существования. Подруга с самого рождения дралась с судьбой, отстаивая своё место под солнцем. Пиналась, уворачивалась, колотила кулаками изо всех сил. Она никогда не получала подарков от фортуны…

— Спорт — это здорово! Уважаю, молодец, — кивнул Паша Люсе.

— У меня уже мышцы! — похвасталась спортсменка. — Хочешь проверить? Давай-давай! Хватит лопать, — Она поставила локоть на стол, предлагая спутнику принять участие в импровизированном турнире по армрестлингу.

Паша, отправив в рот новый кусок пиццы, протянул свою лапу. Он аккуратно взялся за Люсину ладонь, с жалостью посмотрел на её запястье — хрупкое, тонкое.

— На старт, внимание, начали! — скомандовала Даша.

Люся затрепыхалась, Павел устрашающе сверкнул глазами, зарычал, напрягся… Звезда кикбоксинга, безусловно, победила! Уложила противника чуть ли не носом в пиццу.

— Силища немеряная, — с восхищением подтвердил Паша. — Стальные мышцы! Ну, ты и зверюга!

Люся подпрыгивала на стуле:

— Я победила! Я победила! — радостно верещала она.

Даша подумала о том, что уже давно не видела подругу улыбающейся. В последнее время Люся постоянно грустила, но сейчас Паше удалось её развеселить.

— Ой, смотрите, свадьба! — вдруг воскликнула победительница, указывая в окно.

Все обернулись и увидели под заснеженным «Куполом Радости» процессию. Праздничная, возбуждённая публика выстраивалась в два ряда на ступеньках архитектурного сооружения под объективом видеооператора. Дамы были в вечерних нарядах и наброшенных на плечи шубах. На фоне сахарных сугробов и елей, засыпанных снегом, яркие шёлковые платья — лимонное, бирюзовое, розовое — смотрелись особенно красиво. Зато невеста в облегающем белом платье, жемчужно-белой норковой накидке и белых перчатках совсем потерялась, слилась с фоном.

— Надо же, невесту не видно, — сказала Даша, специалист в вопросе цветовых сочетаний. — Растворилась. А летом или осенью она стала бы главным акцентом композиции! Осенью… Послушайте, а ведь тогда, в сентябре… Когда этот подлый Репников влетел в Андрея… Тут, наверняка, стояла целая очередь из желающих сфотографироваться под «Куполом»?

— Точно! — поддержал Паша. — Суббота. Самый свадебный день.

— И погода была чудесная, я помню, — кивнула Люся. — Наверное, ни одна свадьба не проехала мимо.

— Как я раньше об этом не подумала! — хлопнула себя по лбу Даша. — Так. Что необходимо сделать? Раздобыть координаты всех, у кого в тот день состоялась торжественная регистрация брака. Возможно, они стали свидетелями аварии, когда приехали фотографироваться на фоне «Купола».

— Почему же они не откликнулись на твоё объявление? — спросила Люся. — Ты и «бегущую строку» по телику давала, и кучу денег на газету истратила.

— Вероятно, они просто ничего не видели.

— Я составлю список всех молодожёнов. Беру это на себя, — хлопнул ладонью по столу Паша. — Раздобуду через одну хорошую знакомую. Она как раз в загсе и работает.

— Сколько у тебя «хороших знакомых»! — ревниво заметила Дарья.

— Да уж бабы точно по нему сохнут, — усмехнулась Люся. — Смотри, какой лапочка, — она потрепала Калинина по щеке.

— Бабы! Скажешь тоже, — хитро улыбнулся Паша. — Я и слова такого не знаю. Девушки! Барышни!

Даша скисла. Подруга откровенно флиртовала с Павлом и не скрывала этого.

Людмила В. (28, сотрудник НПО «Полинэкс»): В тот день мы сидели втроём в кафе, ели суперскую пиццу… А эти двое глаз оторвать друг от друга не могли. Я изжарилась, как индейка, в их совместном биополе. Что они вытворяют? Им нельзя быть вместе! Пусть скорее разойдутся в разные стороны, пока трясина не засосала!

Даша мстительно подумала, что обязательно устроит Люсе головомойку за её наглое поведение. Но тут же затосковала, вспомнив о Пашиной жене. Ей-то она головомойку устроить не может! А блондинистая чучундра, наверняка, тоже гладит Калинина по щеке. И не только по щеке. Страшно представить, какие безумства она себе позволяет…

— Значит, ты сможешь раздобыть телефоны тех, кто зарегистрировал брак в ту субботу? Думаешь, тебе удастся достать эту информацию?

— Я же говорю, у меня знакомая в загсе.

— Но нам нужны сведения по всем загсам города.

— Организуем! — успокоил Павел. — Только если…

— Что?

— Конец года, все в цейтноте. Не знаю, сможет ли она прямо так сразу… Вы случайно не забыли, какой скоро праздник?

— Совершенно не чувствуется, что через три дня Новый год, — пожаловалась Люся. — Настроение совсем не праздничное.

— Это заметно, — сказала Дарья. — Ты какая-то кислая. Хорошо, Паш, договорились. Как только твоя знакомая преодолеет новогодний кризис и сможет составить для нас список молодожёнов, я сразу же всех обзвоню и опрошу.

— Сильно-то не обольщайтесь, — заметила Люся. — Вы на этом перекрёстке тысячу офисов прочесали, и какой результат? Нулевой! А вдруг и с молодожёнами то же самое выйдет? Будете рыть землю носом, добывать телефоны, приставать к людям с вопросами. И выясните, что никто ничего не видел.

— Мы должны попытаться.

— Второй вариант. Вам улыбнётся удача, и вы, в конце концов, найдёте свидетелей аварии. И они, Даша, скажут тебе, что «жигулёнок» поворачивал налево и не пропустил белую «ауди». Значит, Андрей сам во всём виноват.

— Андрей утверждает обратное. Это Репников мчался на большой скорости, да ещё и на красный свет. Я верю брату и хочу доказать его невиновность.

— Андрей, может быть, ничего толком и не понял. Всё произошло в одно мгновение. Нет, я вовсе не утверждаю, что Андрюха вешает нам спагетти на уши. Но он сам мог поверить, что ни в чем не виноват. А это вовсе не так.

— Ты готова поверить Репникову, но только не моему брату! — возмутилась Даша.

— Глупости! Но такой вариант тоже возможен, разве нет?

— И что же, мы должны оставить любые попытки выяснить правду, только из-за того, что истина может оказаться менее привлекательной, чем неведение?

— Чего? — хором спросили теперь уже Люся и Паша.

— Ничего! А вдруг виноват Репников? Тогда мы вернём все деньги за лечение, да ещё и за машину что-то заплатят! Я надеюсь.

— Репников в любом случае выйдет сухим из воды! Ничего ты ему не докажешь!

— Девочки, — осторожно вмешался Паша. — Вы прямо здесь будете стреляться, или мы сначала выйдем на улицу? И я не совсем уловил, из-за чего сыр-бор. Я добуду списки молодожёнов, Даша всех обзвонит. Найдём свидетелей — отлично! Не найдём — по крайней мере, мы сделали попытку. Вот и всё.

Подруги, насупившись, смотрели друг на друга. Они обычно не ссорились, но сейчас обе испытывали недовольство — и это не имело никакого отношения к теме ДТП. Даша распсиховалась из-за откровенных заигрываний подружки с Пашей. Да, сама она не имела никаких прав на этого парня, однако, увидев, как Люся флиртует с её одноклассником, ощутила себя раненной тигрицей, у которой прямо из-под носа утаскивают пойманную антилопу.

А Люся кипятилась от того, что в очередной раз убедилась в несправедливом распределении земных благ. Ей очень нравился Паша. Классный мужик! Как быстро и ловко он повесил боксёрский мешок — так, словно всю жизнь только этим и занимался. Отодвинул в сторону девушек (те суетились рядом, желая помочь): брысь, без вас справлюсь! Стопроцентно положительный персонаж: мужественный, обаятельный, да ещё и хозяйственный. Добрый — это сразу видно. И не чуждый романтики — закончив работу, подобрал с пола какую-то стружечку: смотри, Даша, на цветок похоже, правда? Колечкина говорит, прекрасный и заботливый отец…

А какой у него шикарный белый джип!

И надо же — это сокровище дважды недоступно. Во-первых, женат, во-вторых, влюблён в Дашу. Почему всё самое лучшее достаётся другим? А ей — одни уроды и маньяки?

…Они вышли из кафе и остановились, вдыхая морозный воздух. Тихо и медленно падали пушистые хлопья снега. К «Куполу Радости» подъехал новый кортеж — длинный лимузин с кольцами и колокольчиками, а следом ещё несколько автомобилей в лентах, бантах и воздушных шариках.

— Чего стоим, барышни, скорее в машину, — приказал Павел. — Мороз двадцать градусов!

— Какая ерунда! Утром было тридцать, — вспомнила Люся.

Надо бы рассказать друзьям, как она носилась по двору в шортиках для кикбоксинга — и хоть бы хны! А сейчас все они одеты по полной программе, да и потеплело капитально, экватор, можно сказать…