Глава 21

— Так, что тут у нас?

— Всё прекрасно!

Люсина маленькая квартирка сверкала, как обычно, чистотой. К тому же, девушки повесили на стены гирлянды, а в углу сияла разноцветными огнями и источала хвойный аромат ёлка.

Настоящая ёлка с игрушками была Люсиным подарком самой себе на Новый год. То, чего она не знала в детстве, когда бродила, словно брошенный щенок, по зимним улицам, дрожала от холода в драном пальтишке и с завистью заглядывала в чужие окна. Там горел тёплый свет, и собирались за праздничным столом родители и дети. Нормальные родители, радостные дети.

Сейчас Люся смотрела на пушистую красавицу, мерцающую огоньками, и думала о том, что её детская мечта сбылась. И даже несколько! Она всегда мечтала жить в уютной и удобной квартире — и она у неё есть. Она мечтала о новогодней ёлке — и вот, пожалуйста!

Надо думать о хорошем, напоминала себе Люся, и постепенно вытеснять из памяти кошмары уходящего года. Но как же это трудно! Летом — многообещающие отношения с Борисом, а потом тотальное фиаско. Осенью — катастрофа с Николаем.

Как долго ещё ей придётся зализывать раны?

… - Надеюсь, ты не будешь приставать с вопросами, почему я скучная и грустная?

— Ты не грустная. Ты скорбная и трагическая, — уточнила Даша. — Я не понимаю, что с тобой происходит.

— Стоп! Вот ты опять начинаешь! В таком случае я отказываюсь встречать с тобой Новый год.

— Смелое заявление. Куда ты денешься с подводной лодки? С кем же ты будешь встречать?

— Например, с Ангелиной Ивановной и её тремя котами.

— Гениально. Ставлю десять к одному, что твоя соседка умеет ещё круче выносить мозги, чем я.

— Это верно. Но она довольно милая. А котики у неё и вовсе чудесные.

— Надо же! Ты ведь их ненавидела.

— Нет! Мне только не нравился запах. А сейчас я заказала Ангелине через интернет пять тонн наполнителя для кошачьего туалета. Нашла подешевле и заставила её купить. И ещё мы организовали у неё генеральную уборочку. И вуаля — теперь в квартире у мадам пахнет розами.

Девушки — обе нарядные, в вечерних платьях и украшениях — накрыли стол: бутылка шампанского (а про запас — красное ламбруско), тарелка бутербродов с икрой и коробка шоколадных конфет. Люся всегда в вопросах еды придерживалась принципов минимализма — лучше истратить деньги на новое платье, считала она, чем на пакет продуктов. Дарья готовила масштабно и изобретательно — её брат любил поесть. Но так как у них был спланирован девичник, то о традиционном холодце, оливье, селёдке под шубой разговора и не шло.

— Как жаль, что Андрей не захотел праздновать с нами! — вздохнула Даша.

— Зарыдала старушка-мать. Смеёшься? Чего ему с нами сидеть? Он будет веселиться в подростковой компании — с Данилой, с девочками.

— Да уж. Данила пообещал закатить грандиозную вечеринку. Надеюсь, обойдётся без последствий… Люся! До наступления Нового года осталось буквально несколько часов, — торжественно объявила Даша. — А я ещё не расплатилась с долгами. Вот, держи! Хочу тебе вернуть, — она протянула подруге деньги. — Спасибо, что поддержала в трудную минуту.

— О, — смутилась и одновременно обрадовалась Люся. — А ты уверена? Вдруг они тебе ещё понадобятся? Я же над душой не стою.

— Бери! Не хочется оставлять долги на следующий год.

— Но вы справитесь?

— Андрюшка каждый день что-то приносит. И это помимо зарплаты! Ещё и зарплата потом будет, прикинь?

— Классно!

— Знаешь, это совершенно удивительное и необычное для меня ощущение — получать от мужчины деньги. Я привыкла, что пока сама их не заработаю, они мне в руки чудом не свалятся. И вот… Я просто в экстазе!

— Да, — вздохнула Люся. — Не зря ты столько уродовалась, тащила на себе брата. Теперь получаешь отдачу. Тебе повезло.

— Но если Репников выиграет суд… Тогда, конечно, придётся туго. Но я оглядываюсь по сторонам и вижу людей в гораздо более стеснённых обстоятельствах. Грех ныть и жаловаться на судьбу, когда вокруг столько несчастных. Калеки, беспризорные, бомжи… Или семьи, опустившиеся на самое дно нищеты… Самое страшное — все они лишены надежды, они не могут исправить ситуацию. А мы с Андреем можем всё! И у него, и у меня — стабильная работа, есть квартира, гараж. Да если подумать — мы полностью в шоколаде! Главное, что Андрей выписался из больницы, и с его здоровьем, вроде бы, тьфу-тьфу, полный порядок.

— Да, здоровье — это самое главное.

— Всё остальное — ерунда.

— Мне нравится твой оптимизм.

— И потом, я всё-таки надеюсь найти свидетелей среди тех, кто снимал свадьбу под «Куполом Радости». Пусть только Паша принесёт мне списки…

Тут Дарья сделала хитрое лицо.

— К вопросу о Паше… Он вручил мне два загадочных конверта. Это подарки, один — для меня, другой — для тебя. Сказал не открывать до двенадцати.

— И для меня?!

— Какой он чуткий, правда? Решил тебе тоже что-то подарить.

— Так ты не забывай! Я же не кто попало. А единственная подруга его любимой женщины.

— Ты думаешь, я — его любимая женщина?

— Что тут думать? Ежу понятно! Давай скорее посмотрим, что он для нас приготовил! Я уже умираю от любопытства! — потребовала Люся.

— Но Паша сказал — открыть после боя курантов. Это сюприз!

— Не будь формалисткой. До двенадцати ещё целый час. Я умру от любопытства.

— Действительно, какая разница — сейчас или через час. Я, если честно, тоже умираю от любопытства.

Даша отправилась в прихожую и достала из сумки два больших почтовых конверта. На одном было нацарапано — «Люсе», на другом — «Даше».

— Сразу видно, когда он писал твоё имя, то сгорал от нежности и страсти, — с завистью заметила Люся. — А моё написано совершенно равнодушным почерком.

Даша с сомнением осмотрела оба конверта.

— Не вижу никаких различий. Тут четыре буквы. И тут четыре буквы.

— Ты слепая и бессердечная, если не улавливаешь разницы.

— Ну и ладно. Вскрываем?

Девушки осторожно распечатали конверты. Внутри они нашли другие — поменьше размером и более нарядные.

— Сертификат на десять персональных тренировок в спортивном клубе «Катакомба»! — ахнула Люся. — Десять! Персональных! Тренировок!!!

Она завизжала и закрутилась волчком по комнате, рискуя снести праздничный стол или ёлку. Потом упала на диван.

— Ах! Какое счастье! Ну, Паша… Удивил! — восхитилась она. — Вот это подарок так подарок!

— Ой, а я-то тебе гель для душа приготовила, — засмеялась Даша.

— Спасибо, Дашечка! — благодарно кивнула Люся. — Гель для душа тоже пригодится!

— Но это, конечно, не сертификат на персональную тренировку.

— Вот скажи мне, как он угадал, а? Ведь мы с ним виделись… сколько? Два-три раза? И попал прямо в яблочко! Я мечтала об этих тренировках. Но они мне не по карману. А тут… Десять персональных тренировок! Вау! Ух ты! Обалдеть! А что у тебя?

— Даже страшно смотреть. Не представляю, что Паша придумал для меня на этот раз.

— Открывай скорее!

В Дашином конверте лежало какое-то официальное письмо на бланке с логотипом.

— Ой, да тут по-английски! — удивилась Люся. — Ничего не понятно! Читай скорее!

Даша пробежала письмо глазами. У неё был вид человека, близкого к помешательству.

— Нет, не может быть…

— Да что тут?! — теребила её Люся. — Скажи скорее! Ах, почему я так и не выучила английский!

— Дорогая мисс Кольцова, — перевела Даша. — С огромным удовольствием сообщаем вам, что вы зачислены на курсы дизайна и истории костюма…

— Курсы? А почему по-английски пишут?

— Люся… Это в Лондоне!

— Ого!

— Это самый известный и крутой арт-колледж. Его заканчивали многие знаменитые модельеры. Помнишь, я тебе о нём рассказывала?

— Помню! Тебе с твоими талантами туда прямая дорога! И что же? В этот волшебный колледж можно так запросто попасть?

— Это летние курсы. Принимаются все желающие. Кто в достаточной степени владеет английским, а также в состоянии оплатить счёт. Удовольствие-то не из дешёвых.

— А на сколько дней?

— На весь июнь.

— Потрясающе! Как раз возьмёшь трудовой отпуск.

Даша покачала головой.

— Не знаю, можно ли принимать такие дорогие подарки!

— Не ломайся! Бери, раз дают. И тебе хорошо, и мужику приятно — угодил, порадовал.

— Мне бы надо вообще прекратить отношения с Пашей. Пока это не завело нас слишком далеко.

— Но на курсы надо съездить обязательно. Я же помню, как ты о них мечтала! Но какой же он проходимец, этот Калинин! Как чётко он всё улавливает!

— Он флюгер. Настраивается на одну волну с человеком, вызывающим у него симпатию, и ощущает малейшие движения его души.

— А с виду увалень! Смотри, ты за всю жизнь не получала столько настоящих подарков, как за эти несколько месяцев! Что тебе дарили родители? Я хорошо помню! Химическая энциклопедия, подарочное издание биографии Дмитрия Менделеева, набор реактивов для домашних опытов… Я тоже недалеко ушла. Сегодня заготовила для тебя шампунь.

— Спасибо! Шампунь всегда кончается. Это хороший подарок!

— Это не подарок, а так, — отрезала Люся. — А вот Паша тебя одарил сокровищами. Сначала — что? Мешок с дорогими тканями и кружевом.

— Да!

— Потом — кукольная мебель. И эллоувайн. А теперь ещё и курсы… Ох, Дашка… Такого бы мужа заполучить! Он бы с утра до вечера вокруг тебя прыгал.

— Но мы же не знаем, как Паша обращается с женой. А вдруг с ней он злой и равнодушный? — с затаённой надеждой произнесла Даша.

— Не верится, что он вообще способен быть злым и равнодушным. Вокруг жены, я не сомневаюсь, тоже скачет зайчиком. Сейчас эта блондинистая чучундра, наверняка, как и ты, рассматривает подарки. Примеряет норковую шубу и бриллиантовый браслет.

— Ты права, — загрустила Даша. — Он очень добрый. Не мог же он оставить без подарка жену…

Звонок в дверь прервал их диалог. Девушки удивлённо переглянулись и отправились открывать. На лестничной клетке они обнаружили Ангелину Ивановну в блестящем парике из зелёного «дождика». Она держала в руках несколько мисок-контейнеров, составленных одна на другую.

— Быстренько, быстренько, — скомандовала она, и в квартиру тенью прошмыгнули три её кота. Пенсионерка деловито проследовала за ними. — Девочки! С наступающим, мои ласточки! Ах, какие вы красивые! А на столе-то пусто! Непорядочек! Я так и знала, будете голодать… Молодые, глупые… Вот, у меня тут селёдочка под шубкой… — Ангелина Ивановна по-хозяйски расставляла миски на столе. — А ещё холодец. И, конечно же, оливье. Куда ж без салатика!

Люся и Даша застыли в дверях комнаты. Вторжение соседки стало для них неожиданностью… Люся полагала, что в новогоднюю ночь старушка будет мирно спать у себя дома, придавленная тремя кошачьими тушками.

Ангелина Ивановна, закончив сервировку, неуверенно оглянулась на девушек.

— Вы же никуда не уходите, нет?

У Люси сжалось сердце. Она поняла — соседка боится немедленной депортации. Она не хочет встречать праздник в пустой квартире, в обнимку с приятными, пушистыми, но бессловесными котами. Поэтому и наготовила еды на целую роту, и говорит без умолку…

— Ангелина Ивановна, вы как раз кстати! — улыбнулась Даша. — У нас девичник. Присоединяйтесь!

— Не прогоните? — расслабилась соседка. — Вот спасибочки!

…Пока били куранты, и в фужерах пузырилось шампанское, а за окном грохотал салют, Люся молилась Деду Морозу: «Милый дедушка, пожалуйста, позволь мне забыть всё плохое, что случилось со мной в этом году. Я хочу всё зачеркнуть, хочу перевернуть страницу. Я не могу жить с этим камнем на сердце. Пусть всё останется в уходящем году. А новый я начну с чистого листа!».