Глава 42

Ночью я проснулась от ощущения чьего-то дыхания у себя на лице. Замерла, стараясь не выдать, что проснулась, прислушиваясь, пытаясь понять, кто проник в мою спальню.

Вчера я успела только принять ванну и наскоро поужинать, прежде чем без сил прилегла на кровать в ожидании модистки, которая должна была прийти для последней примерки платья. Да так и заснула. Даже Литу не дождалась. Не знаю, мастерица приходила или нет, меня никто не беспокоил. Чуть приоткрыла глаза, чтобы понять, что в комнате совершенно темно — глубокая ночь.

— Светлая, — знакомый шепот пошевелил волоски у моего уха, — почему ты сбежала?

— Эймерас? — тут же подскочила я. — Как ты тут оказался?

Я усиленно моргала, стараясь рассмотреть хитара в темноте.

— То есть как это? — вполне себе искренне удивился Эймерас, щелкая пальцами, отчего над нами тут же вспыхнул небольшой огненный шарик. — А с кем ты обряд проходить собралась?

Мужчина отодвинулся, окидывая меня всю хмурым недоуменным взглядом.

— Что? — спросонья соображалось туго. — Эймерас, что-то я ничего не понимаю…

— Так, ладно. Тут, наверное, есть и моя вина, — задумчиво протянул он. — Светлая, прости, я вчера не успел тебе сказать. Но я собирался, ты сама меня остановила.

— Что сказать? — упавшим голосом поинтересовалась я.

— Нет, это просто невероятно! — закатил глаза Эймерас. — Ниара, ты знаешь все и обо всех, а о себе ничего! Ты правда собиралась пройти обряд неизвестно с кем?

— С повелителем, — моргнула я. — Согласно договору. Эймерас, я тебя не понимаю.

— Ниара, позволь представиться, — дурашливо поклонился хитар, сидя на у меня на кровати. — Мое имя Шерис Роменор Эймерас!

На всякий случай ущипнула себя за руку, пытаясь убедиться, что точно не сплю, и все это мне не снится.

— Ты ведь не шутишь сейчас? — шепотом уточнила я.

— Да какие уж тут шутки! — закатил глаза лор.

А я медленно начала прозревать. Так как лор Роменор неоднократно упоминал, что его сын все еще учится, у меня закономерно сложилось мнение, что мальчик совсем мал. Ведь Сила у хитаров просыпается обычно в юном возрасте, в районе пяти-восьми лет, реже десяти. Не позже. Обучение обычно тоже занимает от трех до пяти лет, в зависимости от выбранного направления и силы стихии. А вот высшие лоры проходят обучение как раз в Академии для высших, единственной в Карахаре и расположенной аккурат в Торроне, где мы и познакомились с Эймерасом, и куда Акбаль Роменор приехал навестить сына и к нам заодно зашел на ужин. Вторая стихия у высших проявляется как раз-таки в зрелом возрасте. Обычно это случается после тридцати. Отец рассказывал, что у него вторая стихия пробудилась в тридцать пять, а сразу следом и третья. Так что связать молодого хитара, с которым познакомилась на улицах Торрона и сына лора Роменор я даже не подумала. А тут еще и имя, которым представился Эймерас. Это его третье имя, оно есть только у высших. Первое имя дает отец, второе — имя рода. Обычные хитары ограничиваются этим набором. И только высшие имеют привилегию и могут выбрать для себя еще одно, третье имя. Чаще всего оно известно только очень узкому кругу лиц, только самым близким позволено так обращаться к лору. К тому же ситуация, когда в одной семье есть одновременно два лора — отец и сын, да такого просто не бывает!

— Лор Акбаль Роменор твой отец? — обвиняюще ткнула пальцем в грудь хитара.

— Да.

— И он ведь погиб?

— К сожалению.

— Прости, — подрастеряла я свой пыл.

— Это случилось несколько лет назад, — пояснил Эймерас. — Мы едва успели попрощаться.

— Ты заставил меня думать, что меня ждет обряд с незнакомым, пугающим меня лором! — я стукнула негодяя кулачком по груди. — Да я едва смогла смириться с этим! Как ты мог?

— А ты мне изменила накануне обряда! — смеясь обвинил Эймерас.

— Что? — опешила я. — Изменила тебе с тобой?

— Ты ведь не знала, что я это я! — еще больше развеселился хитар, уворачиваясь от моих атак.

— Эймерас, я тебя ненавижу! — выдохнула наконец.

— Ты меня любишь, — схватил меня за руки новый император. — Как и я тебя, Ниара. — Он привлек меня ближе. — Счастье мое, ну кончай дуться, посмотри на меня. Прости. Я был самонадеян. Поступил дурно. Но у меня были на то причины.

— Какие же?

— Расскажу за поцелуй, — заявил этот провокатор.

— Ну уж нет! Никаких больше поцелуев! — вырвалась и скрестила руки на груди. Прищурила глаза, все еще злясь и чувствуя себя жутко глупо.

— Я люблю тебя, Ниара, — двумя пальцами поднял мой подбородок Эймерас. А потом легонько коснулся моих губ своими. — Люблю тебя, — снова шепнул он. — Я очень испугался, когда не обнаружил тебя рядом сегодня. Больше никогда не оставляй меня, — попросил он тихо. — Я не смогу без тебя жить. Я не мог посвятить тебя в свой план, потому что не был уверен, что все получится. А еще я не знал, как поведет себя клятва. Магические клятвы жутко непредсказуемые, они могут даже убить носителя за нарушение условий.

— Иногда я чувствовала удушье при мысли, что нарушу условия и не явлюсь на обряд, — призналась я, кладя голову Эймерасу на плечо.

— Признаться честно, Светлая, я никогда не планировал становиться императором. Вот даже в мыслях не было! Пока ты не сказала, что это единственный способ сделать тебя своей женой. К тому же, беспроигрышный, отказаться-то ты не могла, поклявшись, — рассмеялся он.

— Я люблю тебя, — посмотрела мужчине в глаза. — И в любом случае согласилась бы.

— Завтра, — выдохнул Эймерас с улыбкой. — Все случится уже завтра.

— Кстати, а что ты делаешь в моей спальне? — нахмурилась я.

— Пришел убедиться, что ты снова никуда не сбежишь, — чмокнул меня в нос Эймерас.

— А где твои покои? Соседние?

— Я во дворце еще ни разу не ночевал, — признался новый император. — Сразу после поединка совет, потом выяснилось, что ты исчезла. Ну, я и сорвался на поиски.

— Бедненький, — потерлась носом о колючий подбородок хитара. — Устал?

— Очень, — кивнул он. — Так что давай немного поспим, до утра осталось не так много времени.

— Ты собираешься спать здесь?

— А где же еще?

— Эймерас, ты вообще представляешь, какие про меня слухи по дворцу ходят? А если тебя утром тут служанка застанет, меня со свету сживут!

— Я не дам тебя никому в обиду, Светлая, — серьезно заявил хитар. — Вышвырну из дворца всех, кто посмеет косо на тебя посмотреть!

— Всем рты не заткнешь, — вздохнула я. — Ладно, придется потесниться, — притворно проворчала, укладываясь обратно. — Ты хоть купался?

— Не-а, — зевнул Эймерас. — Только приехал — сразу к тебе пошел. Мне Джорк вестника отправил, а то я бы тебя в Каритассе продолжал искать.

— И даже не ужинал?

— Не хочу. Утром поем, устал неимоверно, — признался император, сбрасывая обувь и сюртук и пристраиваясь рядышком со мной.

А я вдруг почувствовала себя преотлично. В таких родных теплых объятиях, рядом с самым лучшим хитаром в мире. Так спокойно, так уютно мне не спалось, пожалуй, что никогда.