Глава 11

Не одна я соскучилась по запаху дождя. После плотной трапезы мы с детьми дружно решили прогуляться в саду и задержались в нём почти на час. Наслаждались прохладным воздухом и видами стремительно темнеющего неба. Душу ненадолго охватило подзабытое чувство покоя. Как же мне не хватает предсказуемости завтрашнего дня! От предсказуемости до стабильности один шаг, а стабильность все любят.

Увы, но я оказалась не в состоянии предсказать даже сегодняшний вечер. По возвращении в личные комнаты меня ждал сюрприз. Двоякий. С одной стороны приятно увидеть симпатичного мужчину у себя в гостях, но с другой — настоящая катастрофа!

На диване возле чайного столика сидел лорд Эшер собственной персоной. Слева от него чашка уже выпитого кофе, справа мои учебные тетрадки. Похоже, он успел познакомиться с их содержимым и сейчас в нетерпении постукивал кончиками пальцев по подлокотнику.

Сколько, интересно, он ждёт здесь?

— Добрый вечер, Клара.

— И вам не болеть, лорд Эшер. Конечно, вы можете войти. Располагайтесь, чувствуйте себя как дома, — проворчала я, скидывая туфли. Босые ноги с удовольствием ступили на мягкий, тёплый ворс ковра. — И кофе налейте.

Уловив недовольство в моём голосе, Запорожец — сертифицированный дворецкий, одна из главных обязанностей которого не пускать в дом посторонних — виновато сиганул под кресло. Его не обманули, не стукнули заклятием и даже не помутили разум порошком звёздной листвянки. Призрачных котов по своей природе нельзя уговорить, как несмышлёного ребёнка, и друзей они не заводят, тем не менее, мой открыл дверь Эшеру совершенно добровольно.

— Не осуждайте дворецкого, эдера Клара. У него не было выбора.

— Как вы это провернули? — кивком указала на пушистый хвост, оставшийся торчать снаружи.

— Воспользовался служебным положением, — Эшер закинул ногу на ногу непринуждённым жестом.

— Разве так можно?

— Только так и можно. Единственный законный способ вынудить призрачного кота открыть дверь без согласия его хозяина — предоставить удостоверение Службы безопасности и заверенное эфирными печатями постановление о нарушении границ частной собственности. Мне, как главе Службы, ничего этого не требуется.

— Правда?

— Правда. Просто раньше я не злоупотреблял вашим гостеприимством.

— Вот оно как? Весьма благородно, знаете ли. — Пройдя в гостиную, я устроилась в кресле напротив мужчины и расправила уставшие плечи. Суставы чуть слышно хрустнули. — Отчего же сегодня злоупотребили?

— Появился подходящий повод, не требующий отлагательств. Думаю, вы понимаете, почему мне не хотелось дожидаться вас в общем холле, эдера. Время для деловых визитов не самое удачное, могут пойти нелицеприятные слухи.

Разумная предосторожность с его стороны. Я, кстати, тоже знаю одну предосторожность — шпингалет! При случае попрошу дворцового плотника приколотить к двери банальную задвижку. Защита простенькая, но зато гарантированно убережёт от гостей с постановлениями, хотя бы на то время, пока я внутри. Не хотелось бы однажды проснуться посреди ночи и обнаружить на своём диване незваного гостя.

— Пришли ругать меня из-за скандала с леди Матанарой?

— Ничуть, — Эшер качнул головой. — Ваши разногласия с казначеем меня не интересуют. Во всём, что касается приснопамятной леди, я на стороне канцлера.

— Тогда произошло что-то нехорошее?

— Для кого как.

— Лорд Эшер! — я не выдержала его небрежного тона. Он на моей территории, а не у себя в кабинете, чтобы вести себя настолько по-хозяйски. — Сегодня у меня был крайне бестолковый день, не хочется ещё и на ночь глядя разгадывать намёки. Говорите прямо: почему вы здесь?

Он подался вперёд с интригующей полуулыбкой:

— Потому что хотел увидеть вас.

Я постаралась проигнорировать легкую дрожь, пробежавшую по телу в ответ на его слова.

— А если серьёзно?

— Если серьёзно, то вас забыли ознакомить с указом о назначении экзамена. Разумеется, совершенно случайно. — Из принесённой папки Эшер выудил сияющий эфирными печатями пергамент и протянул мне. — Прочтите, напишите «согласна» в графе с вашим именем и поставьте подпись.

— Вот оно что, — я не сдержала разочарованного вздоха с явственными нотками зубовного скрежета. — И почему не удивлена? Давно пора поменять государственный девиз Райма с «Неугасимого света Вечности» на «Неугасимый свет Бюрократизма».

— Даже короли подчиняются правилам, на то они и написаны.

— Почти не сомневаюсь.

— Почти?

— Почти.

Подпись в указе не шибко вяжется с «поводом, не требующим отлагательств». Сама не знаю зачем, но мне хотелось, чтобы визит главы Службы безопасности преследовал гораздо более личную цель. В идеале, только личную! Всякий раз его присутствие вызывало смятение в душе и электрическое покалывание в кончиках пальцев. Меня тянуло к Эшеру гораздо сильнее и настойчивее, чем к кому-либо прежде, и я находила этот признак весьма тревожным. Тревожным и опасным, особенно в тот момент, когда уже решила для себя не допускать больше интрижек с мужчинами, которых плохо знаю, и конкретно с лордом Эшером. Они, интрижки эти, слишком дорого обходятся.

— Забирайте, — поставила требуемую закорючку и вернула документ. — Могли бы послать секретаря. У вас их сразу двое, не так ли? Главе Службы безопасности не престало заниматься такими мелочами лично.

— Отчего же? У меня невообразимо широкий перечень должностных обязанностей.

Эшер убрал указ обратно в папку, однако уходить не спешил. Лениво осмотрев роскошную комнату, его пронзительно голубые глаза остановились на моём лице. В их взгляде не было ни капли мягкости и всё же он оставлял тёплые следы на коже.

Мы смотрели друг на друга довольно долго, прежде чем я отвернулась, чувствуя странную неловкость от осознания, что мы сейчас одни за закрытыми дверьми, а парой метров левее спальня.

— Что-то ещё?

— Хорошо бы кофе, но вы не предложите.

— Много кофеина на ночь вредно, — кивнула на его давно опустевшую чашку. — Говорите уже.

— Слышал, вам назначили репетитором некого эдера Пэйфера.

— Правильно слышали, — подтвердила я, слегка нахмурившись. — Весьма компетентный господин с превосходной подачей учебного материала, мне определённо повезло с ним. Представляете, он читал лекцию по памяти и за весь день ни разу не заглянул в учебник!

На лице Эшера отразилось не то сожаление по поводу моей доверчивости, не то ужас по поводу скудности реальных знаний о Райме.

— Он в самом деле вас устроил?

— А почему не должен? — мне стоило немалых усилий сохранить бесстрастное выражение. — У Пэйфера столько рекомендаций!

Всё-таки, что-то в моей реакции выдало фальшь. Эшер снова улыбнулся и немного расслабился.

— Попробуйте обойтись без притворства, Клара. Со мной оно ни к чему, да и вы в нём не сильны.

— Значит, — вздохнула, — вы точно знаете, кого мне подсунули в репетиторы. Подробности рассказывать не буду.

Он кивнул:

— Мне по должности положено быть в курсе всего, что творится во дворце.

— И как, хорошо получается?

— С переменным успехом. Здешние стены хранят много секретов, так много, что даже самый осведомлённый человек не знает и половины из них. Но случай с вашим учителем на тайну века определённо не тянет. Эдеру Пэйферу дали инструкции научить иномирянку как правильно провалить экзамен и даже не потрудились облачить приказ в личину намёка. Думаю, помешала спешка. Времени осталось мало, поэтому действовать пришлось быстро.

— Так и знала! — фыркнула я, ударив кулаками по кожаным подлокотникам кресла. — Кто его нанял?

Эшер качнул головой:

— Давайте сегодня не будем обсуждать подковёрные интриги. Время позднее.

— Ну да, конечно. Когда дело заходит о действительно важных вещах, вы как всегда уходите от прямого ответа.

Эта черта господина лорда бесит меня почти так же сильно, как его любовь к официальным бумагам и жуткий, ничем неистребимый бюрократизм. Удивительно, как при всём этом он умудряется оставаться более нормальным, чем многие их тех, кого мне довелось встретить в Райме за недолгие полтора месяца?

— Канцлер Веовис подсуетился, я права?

— Клара...

— Он, кто же ещё? Не потому ли вы отказываетесь сообщить имя интригана? Семья, всё-таки.

— Вы не обязаны заниматься с тем, кого вам назначили, — Эшер проигнорировал сарказм. — По закону у вас есть право выбора репетитора или, если захотите, возможность подготовиться к экзамену самостоятельно.

— Вот как? Оказывается, меня много с чем «случайно» забыли ознакомить.

— Советую воспользоваться услугами эдера Ферана. Проверенный человек, хороший репетитор, я за него ручаюсь. У него, правда, нет рекомендаций аристократических домов и по памяти материал он не читает, зато не перевирает факты и сумеет подготовить вас должным образом по всем дисциплинам.

Я не стала скрывать скептицизм:

— Зачем вы мне помогаете?

— Простите?

— Сначала указ принесли, теперь репетитора советуете. Вы ведь считаете, мне не место на троне, даже пытались напугать последствиями. Так дали бы завалить экзамен и никаких больше проблем.

Эшер вскочил на ноги, хмуро нависнув надо мной. Его глаза вспыхнули гневными искрами, а зубы сжались так плотно, что я услышала скрип эмали и инстинктивно вжалась в спинку кресла.

— Трон, снова речи о троне! Эдера Клара, вы способны думать о чём-то ещё с таким же неотступным упорством?

В висках молоточком застучала боль. Сперва она напоминала ту, что возникала всякий раз в ответ на злость Эшера, но потом усилилась и превратилась в подобие той, которая охватила меня в Сенате. Не в силах терпеть её, я шумно втянула воздух и схватилась за голову.

Заметив моё состояние, глава Службы безопасности резко замолчал. Через секунду боль отступила так же внезапно, как началась.

— Простите за эту вспышку. Обычно мне лучше удаётся держать себя в руках, — сказал он гораздо спокойнее. — Я пришёл к вам не ссориться и могу уверить: не взирая на все наши политические разногласия, в конечном итоге моя помощь совершенно искренняя.

Своим противоречивым поведением Эшер вконец запутал меня. Если хочу сохранить разум, лучше не строить теорий на его счёт и просто... довериться? Логика и опыт всей прошлой жизни советовали проявить осторожность, однако интуиция подсказывала, что глава Службы безопасности единственный человек во дворце, помимо племянников, на кого я могу положиться. Пусть не во всём, но в деле выживания однозначно.

— Хорошо, — я взяла себя в руки. — Пусть будет Феран.

На губах Эшера промелькнула улыбка с лёгким налётом вины за недавнюю «вспышку».

— Значит, договорились. Не такое сложное решение, чтобы разводить по его поводу дискуссию, верно?

— Но у меня есть кое-какой вопрос... деликатный.

— Задавайте.

— Этот ваш репетитор, он...

— Мой друг, мы вместе заканчивали институт. Что вас беспокоит, Клара?

— Он научит меня управляться с потоками эфира Мироздания? Я не владею ими, помните?

— До сих пор?

— Иначе бы не спросила.

С минуту Эшер смотрел на меня недоумённым взглядом, почти таким же диким как в тот раз, когда я призналась, что не знаю букв алфавита. Лицо его заметно потемнело. Ещё бы! Проблема-то серьёзная. Если Сенат узнает о ней, регентом мне не бывать даже после сотни успешных тестов по истории, географии и иже с ними. Без владения потоками жить в Райме не сахар. На эфире здесь завязано буквально всё: он приводит в действие бытовые приборы и промышленные механизмы, помогает в сфере обслуживания, садоводстве, медицине, строительстве и многом другом. Не умея пользоваться им, можно забыть о полноценной самостоятельности.

— Если это шутка, то очень не смешная.

— Разве похоже, что я шучу, лорд Эшер? Тема-то серьёзная.

— Именно. Ваши дед с бабкой владели потоками ничуть не хуже любого жителя Райма. Эдера Рита, насколько мне известно, тоже. Вероятно, вы недостаточно тренировалась.

— Может, и так, — зло проворчала сквозь зубы. Достало чувствовать себя человеком второго сорта. — А может, дело во мне. Я много раз пыталась зажечь свечу, но до сих пор ни единой искры. Видимо, пошла в отца.

— Но ведь вы видите эфирные печати на документах.

— А толку? Видеть не значит уметь пользоваться.

— Хм...

— Что «хм»? Опять скажете, недостаточно тренировалась?

— Не скажу.

— Но подумаете.

— И не подумаю.

— Да вам и не надо! У вас на лице написано, что мои перспективы дрянь.

— Так и написано?

— Чётко, как никогда прежде.

— Слушайте, Клара, дело не в вас, — Эшер мягко дотронулся до моего подбородка, заставляя посмотреть на себя. — Дети в Райме учатся управлению потоками с младенчества, как родной речи, поэтому не замечают сложностей. Для вас же эфир Мироздания подобен иностранному языку. Нельзя сразу взять и заговорить на нём с первой попытки, особенно без посторонней помощи. Просто вас некому было научить.

— Так эдер Феран сможет или нет?

— Думаю, сможет.

— Отлично!

— Погодите ликовать, эдера. Давайте не будем рисковать и оставим вашу... как бы сказать?.. особенность в секрете от посторонних. Пусть в Сенате и дальше считают, что вы уже научились управляться с эфиром, иначе вместо формальной проверки вам устроят всестороннее испытание.

— Тогда, что вы предлагаете?

Немного подумав, Эшер двусмысленно улыбнулся:

— Себя.

— Себя? — мои брови изумлённо взлетели вверх.

— Феран надёжный человек, однако себе я доверяю гораздо больше. У меня получится научить вас элементарным основам эфира Мироздания ничуть не хуже, а дальше вы с лёгкостью справитесь сами.

— Да-да, главное добиться первого результата, уже слышала.

— Будем заниматься по ночам в часовне-усыпальнице Парли.

Выбор места удивил, но я не показала виду. Перспектива идти ночью на местное кладбище немного пугала, даже не смотря на то, что никаких тел там нет.

— Почему не здесь? — поинтересовалась с некоторой беспечностью. — В моих комнатах гораздо удобнее и ближе.

— В ваших комнатах слишком красиво и, — Эшер в который раз придирчиво огляделся, — дорого. Изумительная отделка, узнаю руку Веовиса. Жалко, если что-то испортим.

— Да, интерьер шикарный, у канцлера без сомнений прекрасное чувство стиля. Но разве мы обязательно должны что-то портить?

— Не мы, а вы. Вряд ли у вас сразу получится контролировать количество используемого эфира. Одна маленькая неточность способна запросто пережечь светильники в комнате, а то и всю проводку в крыле. В часовне же портить нечего. Просторно, тихо и самое важное — безлюдно. По ночам в усыпальницу заходит только епископ Сарим, но он будет молчать.

Я с любопытством сощурилась:

— С чего бы? Сплетни олимпийский вид спорта в Райме, а епископу, насколько мне известно, всё равно, кто станет регентом, лишь бы королевство получило правителя.

— Поверьте мне, он никому не скажет ни слова, — в голосе Эшера прозвучало железное убеждение, на раз избавляющее от сомнений.

— У Службы безопасности имеется компромат на него?

— Нет, хотя я бы всё равно не сказал вам. Так... — с нетерпением глянув на циферблат часов, будто только вспомнил о времени, Эшер подхватил папку с указом и оправил форменный камзол. — На эту ночь у меня остались кое-какие дела, поэтому занятия начнём завтра. Сумеете добраться до часовни?

— Без затруднений.

— Хорошо, — он улыбнулся. — Жду вас сразу после полуночи. Добрых снов, эдера Клара.

— Добрых, лорд Эшер.

Как только глава Службы безопасности вышел за дверь, я дотянулась до кувшина с водой и прямо из горла сделала несколько больших глотков. На коже до сих пор ощущалось тепло его пальцев, а глубоко внутри трепетало приятное волнение. Мило. Было бы мило. Хлопоты множатся едва ли не с каждым часом, меня не должны заботить ощущения. Я обязана быть стойкой! Стойкой и благоразумной. Совсем недавно один мужчина уже притворялся очаровательным, а потом попытался сжечь нас с детьми в башне...

Пусть визит Эшера не хило взбудоражил, но он принёс главное — надежду. Упавший было дух приободрился, меня наконец-то научат управлять потоками эфира!

Спустя минуту из-под кресла выполз Запорожец. Похлопав по месту рядом с собой, я позвала его составить компанию. Дворецкий принял приглашение, свернулся клубком возле коленей и мягко заурчал. Счастливчик! Он не в пример быстро адаптировался к условиям нового дома — шерстка блестит, усы торчком, вид довольный. Ему пришлись по душе порядок, чистота, дорогая обстановка и сравнительно небольшое количество подконтрольных дверей и окон. Живи и радуйся.

— Мя?

— Не грузись, — я рассеянно погладила мордочку дворецкого. — Он бы в любом случае зашёл, у тебя не было выбора.

— Мя.

— Нет, я не поэтому расстроилась. Как думаешь, Сенат удивит нас ещё чем-нибудь?

— Мя!

— Ты прав, они могут.

Едва переоделась ко сну, как в дверь постучали. Запорожец без подсказки пропустил в комнату Аверона с тетрадками и палитрой красок в руках. Малыш только сейчас вспомнил о домашнем задании, и кто, если не тётя, поможет ему быстренько во всём разобраться? К завтрашнему дню он должен решить пять примеров, выучить простенькое стихотворение и нарисовать вазу. Хорошо хоть никаких гербариев и поделок! Нам без них хватило занятий до часу ночи. Затем я проводила Аверона в его собственную спальню и рассказывала сказку про царевну-лягушку, пока он не уснул. Младшему племяшке тяжелее всех дался переезд во дворец. Он пытался казаться таким же храбрым и самостоятельным, как близнецы, но на деле ему очень не хватало простых семейных радостей.