Глава 16

Стена практически бесшумно съехала в сторону, не подняв ни пылинки в воздух, что ещё раз подтвердило вывод. Из тёмного проёма пахнуло сыростью.

— Давайте вашу руку, Клара. Здесь крутая и крайне неприятная лестница.

— Спасибо, не навернусь. Я не в дурацком платье.

— Предпочитаю быть уверенным. Знаете, сколько смельчаков поломало на ней кости? К вашему сведению, одним из бедолаг был принц Ишимар. Не хочу потом объясняться перед Сенатом за ваши травмы или даже смерть. Вы почти регент! Чтобы замять инцидент, понадобится неимоверное количество бумаг.

Я неодобрительно хмыкнула:

— Это вряд ли. Скорее всего, канцлер скажет вам спасибо за избавление от конкурентки и по-тихому выпишет премию. Если вообще узнает. Я выскользнула из дворца под покровом ночи, никому не сообщив, куда иду и с кем встречаюсь... Вы можете сделать со мной всё, что захотите, и тела никто не найдёт.

— Заманчиво, — мне послышалась улыбка в ответе. — Допустим, я смогу, но к Веовису не будьте так строги. Он хороший человек.

Ага, сегодня мне уже выпал шанс убедиться в его «хорошести», и кто знает, какие интриги он плетёт в эту самую минуту.

Немного поколебавшись, я вложила свободную ладонь в протянутую руку. Во второй всё ещё сжимала кочергу и расставаться с ней не собиралась. Мало ли какая напасть? Аверон что-то говорил о летучих мышах.

Ступени действительно оказались неудобными — чересчур узкие и высокие. Теперь, когда я воочию увидела их состояние, ни в жизнь не позволю племянникам гулять здесь.

— Пригибайте голову, Клара. Часть потолочных плит повело со временем, сейчас они держатся только на честном слове.

— Давно хотела спросить: вы знали Ишимара лично? Всё-таки вы с ним двоюродные братья и разница в возрасте между вами лет пять-шесть, не больше.

— Пересекались пару раз на государственных праздниках. Мы с Веовисом выросли не во дворце, поэтому ничего интересного рассказать не смогу. О жизни принца лучше расспросить лорда Тагира, они были лучшими друзьями.

Ступени закончились едва ли не через целую вечность. Поразительная глубина!

Эшер несколько раз с нажимом щёлкнул пальцами. В ответ на его жест на стенах вспыхнули редкие бледно-голубые светильники, озарившие просторную пещеру, некогда в самом деле бывшую залой. Мраморный пол под ногами прекрасно сохранил искусную мозаику, а вот состояние светильников оставляло желать лучшего — почти все из них разбиты и искрят, будто умирающие звёзды посреди бескрайней тьмы космоса, где играет на флейте слепой султан демиургов. Вокруг нас заплясали жуткие изломанные тени, от вида которых по коже прошёлся холодок. Я тут же выпустила руку Эшера и обняла себя за плечи.

— Ну и место вы выбрали для занятий! — что удивительно, мой голос не разнёсся эхом.

— Разве вы ничего не чувствуете?

— Только холод.

— Хм... — Эшер сделал несколько задумчивых шагов. — Возможно, вы просто не можете понять, что именно должны чувствовать.

— Если вообще способна. Лорд Эшер, прежде вы никого не обучали управлению эфирными потоками, верно?

— Я владею теорией и крайне настойчив в достижении цели, этого достаточно в большинстве случаев. — Он погасил принесённый с собой фонарь и поставил его на пол аж в десяти метрах от меня. — Для начала положите кочергу. Как видите, бояться здесь нечего. И не будьте такой зажатой!

— Не могу, здесь холодно.

— Потому что вы в одном белье, а на улице поздняя осень. Держите, — Эшер снял свой сюртук чёрно-зелёного цвета и протянул мне. — В деле освоения эфира Мироздания важны комфорт, настрой и желание. О формулах поговорим позднее.

— Разумеется! Свет без математики в Райме никак не зажечь, кто бы мог подумать?

Однажды почивший Ланарк показывал мне учебный материал, собранный специально для малыша Аверона, и уже тогда пугающие и совершенно нелогичные на вид формулы в нём сумели произвести неизгладимое впечатление.

— Эфир Мироздания — один из элементов первоначального вещества, — Эшер начертил в воздухе круг из пяти символов, обозначающих воду, землю, огонь, воздух и энергию, а в центр между ними поместил шестой — эфир. Затем все символы соединил линиями подобно молекуле. — Он есть неотъемлемая часть пространства, если по-простому — мост. Через его потоки мы связываем материальный мир с невидимым. Эфир Мироздания был всегда, тем не менее люди далеко не сразу научились взаимодействовать с ним. Согласно самым древним документам, сохранившимся в библиотеке дворца, изначально его воспринимали как нечто бесполезное, всего лишь удивительное дополнение к подлунному миру. Так продолжалось долгие тысячелетия, пока некий человек по имени Фолк не догадался направить один из эфирных потоков на пьезокристалл. И в момент, когда вспыхнул чистый, яркий и совершенно безвредный свет, изменилось всё! С тех пор началась качественно новая эра в истории человечества...

Эшер описывал возможности использования эфира Мироздания едва ли не вершиной развития, когда как у меня на его счёт были сомнения. Я выросла в мире победившего материализма и рассматривала всё невещественное с изрядной долей скепсиса.

Эфир удобен, спору нет, но вреда от него не меньше, чем пользы. Грубо говоря, люди добрались до «магии», и научный прогресс существенно затормозился. Ещё бы! Теперь стало возможным заполучить кучу полезного, не прилагая к его достижению почти никаких усилий. Конечно, в Райме знали об электричестве, но никто не занимался его пристальным изучением. А какой без электричества технический прорыв? Медленный! По официальным данным, возраст цивилизации в этом мире (считается с момента появления первой письменности) четырнадцать тысяч лет, а они до сих пор не изобрели даже простейший двигатель внутреннего сгорания!

Я скучала по комфорту своего мира, но Райм не хуже. Он просто другой.

— Если присмотреться особым образом, мы видим эфир лёгкими, едва уловимыми всполохами жидкой молнии. Где-то его больше, например, в моём фонаре, где-то практически нет, как в светильниках на этих стенах. Он имеет голубоватый оттенок с жёлтыми прожилками, свойственный всему, что способно испускать свет. Попробуйте, Клара. Расслабьтесь, отпустите мысли блуждать и смотрите на фонарь. Сфокусируйтесь на нём одном. В мире лишь вы, всё остальное несущественно.

Я последовала инструкции. Нужно просто смотреть, больше ничего...

Эшер не торопил меня, стоял и даже не шевелился, словно мог помешать.

Минута прошла или целый час, но фонарь в моих глазах оставался таким же тёмным. Вместо желанного результата пришло окончательное понимание того, что я никогда в жизни не увижу хвалёный эфир, разве только под конской дозой галлюциногенных грибов, о чём и сообщила самоназванному учителю.

— Хорошо, учтём, — кивнул Эшер, не собираясь сдаваться после первой же неудачной попытки. — Раз вы не видите эфир, будем ориентироваться на другой орган чувств. У человека их шесть, хоть с одним да получится.

— Предлагаете унюхать эфир, как эр-джера след кролика?

— Если не сработает осязание.

Не успела спросить, как можно пощупать цвет эфемерной субстанции руками, когда вспомнила Сиренол. Однажды мне удалось найти замаскированную бомбу в школе чем-то вроде предчувствия. Только я не цвет «видела», а чувствовала тепло. Быть может, сейчас тоже получится?

Ладненько, что я ощущаю, кроме холода? Сырость? Безусловно. И ещё... лёгкое покалывание в кончиках пальцев.

Сперва я решила, будто мои руки попросту окоченели, но чем сильнее сосредотачивалась, тем больше оттенков улавливала. Покалывание одновременно походило на удар слабым током и онемение, возникающее перед обмороком. Очень странно и непривычно. Надеюсь, это не банальное самовнушение!

— Получилось? — совсем рядом раздался голос Эшера. Когда он успел подойти?

— Вроде бы, есть, — ответила чуть слышно, стараясь не вспугнуть хрупкое состояние. — Нечто... непонятное.

— Теперь постарайтесь удержать это нечто и попробуйте определить, что его вызвало, где расположен его источник.

— В фонаре? — я неуверенно закусила губу.

— У меня спрашиваете? — Эшер выгнул бровь.

— Не у фонаря же! Учитель, смею напомнить, вы. Какой от вас толк, если не знаете правильного ответа?

Глава Службы безопасности одарил меня сложным взглядом, но от комментариев не по теме воздержался.

— Да, в фонаре, — кивнул он с натянутой улыбкой. — В этом зале лишь два источника эфира: фонарь и светильники на стенах, но светильники очень древние и слабые, не каждый уроженец Райма сможет их почувствовать. Именно поэтому мы здесь — ничего лишнего.

— Ладно, что дальше? У меня уже пальцы затекли от напряжения.

— А зачем вы растопырили их когтями хищной птицы? Хотите потерять концентрацию? — Эшер беспардонно обхватил мои ладони и несколько раз легонько встряхнул их, напрочь сбив весь настрой. — Секрет успеха в расслаблении, ваши действия должны быть свободны и естественны, как дыхание.

— Свободно и естественно я сейчас могу только обругать вас, лорд Эшер. Со всем уважением к вашему положению, само собой, чтобы не попасть на штраф за оскорбление должностного лица.

С его губ сорвался смешок:

— Прямолинейности вам не отнять. Не лучшее качество для будущего регента.

— Зато честное. Давайте представим, будто я расслабилась.

— Ну, давайте, — лорд вздохнул с некоторым раздражением. Руки мои, однако, не выпустил, а сама их вырывать я не стала. Так теплее. — Теперь попробуйте передать желание зажечь свет фонарю, используя пойманное ощущение как проводник. Плавно и аккуратно.

— Не лучше тогда подойти поближе?

— Мы стоим где надо. У вас всё получится, Клара, — глаза Эшера из светло-голубых сделались совсем темными и бездонными, когда как зал, похоже, сильно уменьшился в размерах. — Отбросьте сомнения и просто верьте.

И я поверила. Только не в свои мифические силы. Детство под надзором шеренги малообразованных психиатров из бесплатной клиники напрочь выбило из меня надежду на волшебство. Творить магию могут другие, но не Клара. Я поверила в нечто более реальное — в упрямую убеждённость Эшера на мой счёт.

Что интересно, не понадобилось никаких усилий. Фонарь просто взял и вспыхнул маленькой ослепительной бомбой! По счастью, стекла в нём не было. Хватило того, что железный корпус раскурочило немыслимой фигурой, откинуло на стену, откуда срикошетило в нашу сторону и чувствительно ударило Эшера по ноге.

— Как так? — я озадаченно посмотрела на яркий огонёк, сверкающий в обломках, затем обвела всё пространство залы и остановила взгляд на главе Службы безопасности: — Ведь не вы его зажгли, правда?

Он качнул головой:

— Благотворительность не в моих привычках. И тем более не в моих привычках действовать так грубо, — процедил сквозь зубы, потирая ушибленное колено. — Я же просил аккуратно, разве это так сложно?

— Простите, — повинилась без особого раскаяния. — Вероятно, забыла добавить «пожалуйста» в конце мысленной формулировки.

— Больше не забывайте.

— Значит... у меня вышло, да?

— Похоже на то.

— Ха!

Не став прятать счастливую улыбку, я крутанулась вокруг себя от переизбытка эмоций. Невероятно, у меня получилось создать свет буквально из ничего! Будто огромная гора свалилась с плеч — эфир Мироздания подвластен Кларе Лисичкиной, всё-таки подвластен, и отныне я не человек второго сорта, у меня есть полноценное будущее в Райме!

Странное покалывание в кончиках пальцев сменилось ощущением гордости за саму себя и искренней благодарности к мужчине напротив. Не важно, какие цели он преследует, без него я бы не справилась.

— Спуститесь на землю, эдера. Это лишь крошечный и самый лёгкий шаг на пути к экзаменационному минимуму, — Эшер не дал насладиться победой даже полминуты. Изверг. — Дальше будет сложнее.

— Так чего мы стоим? Надо продолжать!

— Нет, на сегодня достаточно, мы здесь уже полтора часа. В следующий раз я захвачу сразу несколько фонарей, а вы наденете тёплую кофту. Или сразу шубу. Я, знаете ли, порядком замёрз без своего сюртука.

— Спасибо, — с улыбкой вернула ему одёжку. — Извините за ногу. Честное слово, не планировала калечить вас.

— Верю, хоть и с трудом. У вас так горели глаза, словно вы безумно обрадовались!

— Не принимайте на свой счёт. Я обрадовалась не вашей травме, а собственному успеху.

— Смею надеяться, — ворчливо отозвался он. — Позвольте дать совет во имя безопасности окружающих: не пытайтесь зажечь свет где-то в другом месте. Серьёзно. Пока ещё слишком рано для экспериментов. В лучшем случае вы пережжёте всю эфирную проводку во дворце, а в худшем устроите пожар.

— Никакой самодеятельности, обещаю!

— Вы способная ученица. Немного упрямая, но отнюдь не безнадёжная.

Эшер протянул руку и коснулся моего подбородка, медленно стирая невидимую грязь. Затем его ладонь скользнула на плечо, провела по спине и замерла на моей талии. Уже через мгновение я оказалась прижатой к крепкому мужскому телу. Воздух между нами стремительно нагрелся, опалив кожу, в крови зажёгся огонь, а захлестнувшая волна куда более земных чувств понравилась мне гораздо сильнее, чем триумф недавнего успеха с эфиром. Я увидела вспыхнувшее в глазах Эшера желание и глубоко вдохнула в предвкушении.

— Мне повезло с учителем, — прошептала в ответ.

— У него, как вы помните, столичное образование и хорошая должность.

Если высокородный зазнайка промедлит ещё две секунды, поцелую его сама. Только сегодня и только в качестве исключения.

Один...

И тут мир содрогнулся! К несчастью, самым натуральным образом. Раскатистый гул многократным эхом отразился в бесчисленных коридорах, скрытых в глубинах подземелий, стены прорезали десятки трещин, потолочные плиты над лестницей неприятно заскрипели и, кажется, сдвинулись с места, а большая половина древних светильников заискрила в последнем припадке и потухла.

Следом наступила зловещая тишина.

— Что это было? Землетрясение?

— Взрыв, — севшим голосом уточнил Эшер.

Быстро подняв искорёженный фонарь, он схватил меня за руку и побежал к лестнице. Её потолок стал значительно ниже, теперь приходилось пригибаться, чтобы не стукнуться лбом. Если бы взрыв повторился, нас бы замуровало, подобно фараонам древности.

Мы выскочили из усыпальницы Парли в тёмную ночь. Прохладный, почти морозный ветер принёс запах дыма и встревоженные крики людей. С левой стороны сквозь деревья сада пробился огненный отблеск. Вскоре картина прояснилась чуть больше — катастрофа произошла в здании Сената, но масштаб её не соответствовал поднявшейся панике. Взрыв, а это действительно был он, с корнем вынес массивную дверь, которая сейчас бодренько догорала. Других разрушений нет.

Не знаю, сколько в Райме террористов, но даже не сомневаюсь, что сегодняшняя акция дело рук группировки «Солан». Нутром чую! Кому ещё может понадобиться ломиться в Сенат? Там нет ничего ценного, одни бумаги.

Мы с Эшером прибыли на место происшествия спустя минут десять с момента взрыва, не больше, однако возле здания Сената уже собралась едва ли не половина обитателей дворца. Парни из Службы безопасности не подпускали любопытных зевак слишком близко, но и с концами разогнать не могли — у каждого из присутствующих километровые должности. Что само собой разумеется, моих племянников в толпе не было. Правильно, незачем светиться на месте преступления.

Капитан Валир встретил появление начальника с заметным облегчением. В текущей ситуации только у главы Службы безопасности хватит полномочий вытурить лишних людей подальше от пострадавшего здания. И у канцлера, разумеется, но Веовиса здесь тоже нет.

Короткий доклад капитана пролил свет на случившееся: около пятнадцати минут назад сигнализационные руны передали сигнал подозрительной активности возле дверей Сената, следом за которым сразу же грянул взрыв. Дежурный наряд офицеров тотчас отправился на проверку и... обнаружил только ювелирно выбитую наружу дверь. Согласно протоколу, всё здание было моментально накрыто защитным экраном, хотя внутрь никто не проникал — «выслеживающие клубки нитей» остались без движения.

— Не похоже на нападение, — капитан задумчиво почесал затылок. — Скорее всего, произошёл несчастный случай с охранными ловушками. У некоторых из них подходит к концу срок службы, они могли сдетонировать. Портативный анализатор уловил в воздухе следы активированной селитры и соляной серы — основной компонент ловушек типа «А-1608», мы используем их только здесь.

— А руны среагировали на проползающего мимо енота? — Эшер сразу включился в работу, вновь превратившись в слугу закона с непроницаемым лицом и холодным разумом. — Я знаю, как взрываются «А-1608», их ударной мощи не хватит пробить дверь из укреплённого дуба. Тащи сюда всех имеющихся экспертов. Максимум через час на моём столе должен лежать список с полным составом найденного взрывчатого вещества и перечень лиц, кто выходил из злосчастных дверей за последние сутки. Выполнять!

Воспользовавшись суетой, я подобралась почти вплотную к эпицентру взрыва, но выведать ещё больше подробностей не удалось. Эшер про меня не забыл и первым делом приказал одному из своих офицеров сейчас же проводить любопытствующую эдеру до её комнаты.

Но совсем без результата я не осталась. Насколько успела заметить по общему настрою и обрывкам фраз, ни одна живая душа не заподозрила, что авторами «несчастного случая» могли быть принцы и принцессы Парли. Во дворце знают о пиромании близнецов лишь понаслышке, собственными глазами их работ не видели, и если ребята не оставили следов, есть неплохой шанс оставить сегодняшнее вредительство анонимным. Анонимным для широкой аудитории. В свою же очередь я собираюсь устроить племянникам такой нагоняй, что они надолго забудут запах дыма!

Вернувшись в королевское крыло, поудобнее устроилась на диванчике в холле королевского крыла и принялась ждать детей. Мимо не пройдут.