Глава 26

Тусклое осеннее солнце озарило мир бледно-жёлтыми лучами. В воздухе кружили редкие снежинки, с океана дул пробирающий до костей ветер. Лёгкое пальто, накинутое поверх простого платья, не спасало от колючих укусов морозного утра. Выйдя из здания Сената, я остановилась и позволила холоду остудить мысли, разгорячённые жаркими дебатами и приватным предложением епископа Сарима.

Интересно, а сам Эшер в курсе задумки дяди? Или они вместе её придумали?..

В расписании на сегодняшний день у меня стояло аж восемь часов занятий с репетитором Фераном. Их придётся отменить. Опрометчиво и несознательно пропускать уроки второй день подряд, но вряд ли я сейчас смогу сосредоточиться на занятии.

Как поведали стражи-конвоиры, Служба безопасности инициировала массовую проверку дворцового люда. Канцлера убил кто-то из своих. После вчерашнего случая с Калами охрана была усилена, а призрачные коты изначально науськаны пропускать в помещения дворца только постояльцев, поэтому под подозрение попали практически все — от кухарки до членов Верховной Семёрки.

С минуту подышав холодным воздухом, я свернула в сторону правой башни, меч на флаге которой бесстрашно царапал небо.

— Куда вы, эдера? — спросил лейтенант Норкс.

— Догадайтесь.

— Не лучшая идея. Лорд Эшер занят, ему не до светской беседы.

— А кто сказал, что я за светской беседой?

— У вас занятия, — напомнил лейтенант Сайрус.

— Знаю без подсказок, — я не сбавила шага. — Вас приставили ко мне охранять или подрабатывать секретарями?

— Вообще-то, — деловито уточнил страж, — нас приставили с многими целями и да — в том числе секретарскими. Лорд Эшер предупредил, что с вашим кристаллом связи какие-то проблемы, и вы не можете им пользоваться.

— Ваш шеф сама забота! Значит так: либо шагаете молча, либо остаётесь тут. Выбор за вами.

Норкс хотел прокомментировать приказ, но вместо этого просто кивнул.

— Эдера Клара, постойте! — сзади раздался голос.

— Ёлки-палки, будто проклял кто...

Заслышав своё имя, я скрипнула зубами. Очередной сенатор, жаждущий внимания тёти наследников Парли! Впору просить «секретарей» охранять меня не только от неведомых врагов извне, но и от внутренних.

Глубоко вздохнув, медленно выдохнула и повернулась к спешащему мужчине. Спустя несколько секунд со мной поравнялся лорд Тагир в форменном тёмно-сером костюме с незабудкой в петлице и камеей на шее. Хватило одного взгляда на его меланхоличное, вечно спокойное лицо, как раздражение само собой схлынуло. Он ничем не заслужил резкости в свой адрес.

— Да, лорд Тагир?

Поправив очки на переносице, лорд выразительно скосил глаза на моих конвоиров.

— Они...

— Моя охрана, — обречённо качнула головой.

— А-а, понимаю. Разумная предосторожность, учитывая события последних дней. Мы могли бы поговорить наедине?

— Конечно. Парни, оставьте нас ненадолго.

— Простите, но нет, эдера Клара. Хотите поговорить, пожалуйте под крышу здания.

— Давайте без маразма, а? Живо сдайте на десять метров в сторону, чтобы не видно и не слышно, или я озверею!

Что-то в выражении моего лица подсказало лейтенантам подчиниться без дополнительных инструкций. Уже через мгновение они нырнули в сад, оставив нас с главой Службы региональных отношений посередине дороги между зданием Сената и башней Службы безопасности.

— Поскорее бы от них избавиться.

— Вижу, вы на взводе, — уголки губ Тагира дрогнули. — Тогда обойдусь без долгих вступлений.

— Будьте добры, — благодарно улыбнулась.

— Выходите за меня замуж.

— За... замуж?

Наверное, я надышалась пыльцой заморского растения в оранжерее, когда пряталась ночью, и сегодняшний день мне снится. Это бы многое объяснило.

Лорд Тагир кивнул с привычно отстранённым видом:

— Раз канцлер мёртв, а от эдера Джерана вы прилюдно отказались, место вашего жениха вполне могу занять я.

— А...

— Нет, это не я убил лорда Веовиса и теперь вовсе не пользуюсь случаем. Моё алиби Служба безопасности уже проверила.

Ситуация требовала ответа, а я не знала, что сказать. Его предложение капитально застало меня врасплох.

Лорд Тагир тактично отвлёкся на чирикающих возле дороги птиц, дав мне время собраться с мыслями.

— Можно сперва узнать, какой вам интерес? Только не говорите о внезапно вспыхнувшей страсти! Ночью вы уже рассказали мне о погибшей девушке, любви всей вашей жизни.

— Верно, я не люблю вас, в сущности, мы едва знакомы. Но я вас уважаю и не хочу притворяться, заигрывая с чувствами. Причина моего предложения самая банальная и меркантильная из всех возможных в данном случае.

— Трон, ну конечно. Дело в троне.

Удивительно, как эта мысль не пришла мне в голову первой? Надо же, Клара, соберись!

— Да, в троне.

— Очень честно и очень смело, — заметила я не то в разочаровании, не то в облегчении. — Власть сильнейший наркотик. Такое впечатление, будто все вокруг спят и видят себя во главе Райма. Одним нужна новая династия, другим реорганизация, третьим регент-марионетка. Из каких будете вы?

Лорд Тагир тихонько усмехнулся:

— Всё немного не так, как вы представили, эдера, — он взял меня под руку и медленным шагом направился вперёд.

— Неужели?

— Королевская власть мне не нужна. Я самодостаточный и, с определённой точки зрения, счастливый человек. У меня есть титул, заслуженный, а не доставшийся по наследству. Есть хорошая должность и кресло в Верховной Семёрке, заработанные умом, а не протекцией родственников. Есть недвижимость, купленная на собственные деньги, а не полученная в подарок от родителей. Поиски любовницы, как вам известно, меня не интересуют. Продолжение рода с кем бы то ни было тем более. Я предлагаю чисто номинальный брак без обязательств, кроме внешних, обозначенных рамками приличий, а так же без постели и политики. Это лучший вариант из всех существующих для вас, учитывая сложившиеся обстоятельства.

Поразительно, с какой практичностью лорд Тагир описывает преимущества фиктивного союза! Обоснованно и хладнокровно, словно говорит о покупке вазы в комнату, а не о браке без возможности развода.

— Тогда почему? Почему вы хотите стать моим мужем? Должна же быть какая-то выгода для вас.

— Выгода есть, — он легко улыбнулся. — Мне нужны деньги и неограниченный приоритет в продвижении сугубо личных интересов на высшем уровне.

— Виноградники, я правильно понимаю? Слышала, ваши земли не приносят дохода. Вообще никакого дохода. Без серьёзных финансовых вливаний и активной протекции королевской семьи они обречены, а вы пойдёте по миру уже через несколько лет.

Тагир кивнул, на сей раз без улыбки.

— Ни убавить, ни прибавить. Да, более приземлённой цели ещё поискать и она не добавляет благородства, но мне плевать. Я с вами честен, как был честен с Ишимаром. Принц доверял мне и ни разу об этом не пожалел. Последуйте его примеру.

Мы остановились у входа в башню Службы безопасности, где учтивый лорд дежурно поцеловал мне руку и попрощался. Здесь слишком много людей, чтобы продолжать столь деликатный разговор, к тому же, он сказал всё. Кон за мной.

Не думала, что после епископа Сарима меня удивит сегодня что-то ещё. Смятение просто невероятное, а чувства в полном раздрае. Захотелось в Сиренол к простым проблемам, вроде тех, где взять деньги на еду и как уговорить директрису не выгонять детей Солан из школы. С ними я бы справилась...

Неприметный наряд сыграл на руку: никем не замеченной я быстрым шагом пересекла просторный холл, наполненный суетящимися безопасниками, поднялась по винтовой лестнице к кабинету главы Службы безопасности и по старой дурной привычке толкнула дверь спустя секунду после символического стука.

***

Эшер Ридан сидел за столом, опустив подбородок на сложенные в замок руки, и лениво наблюдал за сияющим ворохом документов, кружащих вокруг и требующих срочного к себе внимания. Помимо бумаг, в комнате витало весьма ощутимое недовольство. Глава Службы безопасности всё ещё пребывал в гневе, но уже не таком явном, как в тронном зале.

Я тихо закрыла дверь, отрезая звуки суматохи из коридоров, и несмело прошагала к рабочему столу. На моё невежливое вторжение Эшер отреагировал поднятием бровей и только. Лейтенант Норкс был прав — сейчас ему не до светской беседы. Каким бы противоречивым и неоднозначным не был канцлер Веовис, он приходился Эшеру двоюродным братом, одним из немногих оставшихся в живых родственников и, не смотря на разногласия последних лет, хорошим другом.

— Клара, как вы сюда попали? Я дал указание беспокоить меня только криминалистам.

— Мне никто не сказал.

— А сами вы не спросили, — он со вздохом протёр лицо ладонями, возвращая себе фирменный невозмутимый вид. — Зачем пришли? Мне сейчас очень хреново и я не желаю разговаривать ни о чём постороннем.

— Знаю, но... — Внезапно нахлынувшее сочувствие вытеснило боевой настрой. Подойдя ближе, я сжала ладонь Эшера, показывая, что не намерена спорить. Он дёрнулся, но в последний момент передумал убирать руку. — Хотела сказать, что мне жаль.

— Жаль? Вот как? Только накануне днём вы обвинили Веовиса в покушении на свою жизнь и богиня знает каких ещё грехах. Не надо фальши.

— Её нет. Мне действительно жаль. Пусть мы с канцлером не разделяли взглядов друг друга, смерти ему я не желала. И ничего плохого тоже.

Только справедливого возмездия, добавила про себя, если он действительно был виновен в гибели моей сестры и её мужа.

— Хорошо, — Эшер примирительно кивнул. — Соболезнования приняты, можете возвращаться к своим делам. Эдер Феран уже заждался, а жутко не любит неуставных опозданий.

— Как можно думать об учёбе в такой день?!

— День этот, между прочим, один из последних перед вашим экзаменом.

— Ай, не напоминайте! Бравые лейтенанты Норкс и Сайрус уже опередили вас. Кстати, нельзя ли их убрать? Такое чувство, будто я заключённая.

— Нет, нельзя. Пока заказчик покушения на вас и убийца канцлера не будут пойманы, они останутся.

— Но потом уберёте?

— Уберу.

— Обещаете?

— Право слово, Клара, прекратите думать о пустяках и сосредоточьтесь на учёбе! Не сдадите экзамен с первого раза, пересдачи не будет, и тогда Сенат с радостью назначит регентом при Калами лорда Ольмера или леди Матанару, а то и вовсе меня, не приведи богиня. Без того проблем хватает, чтобы добавлять к ним дела трона.

— Ночью вы не были столь категоричны. Я видела вас с канцлером в тронном зале и слышала часть разговора. Точнее, спора...

— Вот как? — брови невозмутимого главы Службы безопасности изумлённо взлетели вверх. — Вы же не считаете, будто я мог всадить нож в спину брата?

— Нет, никогда.

— Веовиса убил кто-то из наших товарищей, — голос Эшера звучал ровно и твёрдо, однако в каждом слове без труда слышалась ледяная ярость. — Спонтанно, без плана, на эмоциях, поэтому я найду мерзавца уже сегодня. Мы с вами, дорогая эдера, не в Сиреноле. За более чем десять в Службе безопасности я знаю здесь каждый камень, каждое дерево, каждый угол. Вся охрана во дворце налажена под меня. Да, о вашей ночной вылазке в бывший зверинец за щенками мне тоже известно. Надо упоминать, что вы в очередной раз пошли против закона?

Мне захотелось хлопнуть себя ладонью по лбу. Снова (и, надеюсь, в последний раз) мы с детьми переоценили свою сноровку в проведении тайных операций и недооценили навыки дворцовых безопасников.

— Против закона или нет, но вы, лорд Эшер, прекрасно знаете, что щенки ни в чём не виноваты.

— Именно поэтому никто не будет их искать, где бы они не прятались. Две пропавшие собаки сейчас наименьшая из неприятностей Райма.

— С этим уж точно не поспоришь. Выходит, обвинения с них сняты?

— Нет, конечно.

— Как прикажете понимать? — я грозно нахмурилась.

— Не спешите возмущаться, Клара, вы в королевстве не первый день. Раз было обвинение, должен состояться суд.

— Разумеется, бюрократия наше всё!

— Таков порядок: сперва оправдательный приговор, вынесенный по всем правилам, только потом свобода.

— А казнить, получается, можно без бумаг и суда? В Сенате, например, даже разбираться не стали.

— Имеют право, — просто ответил Эшер. — Решения Сената выше решений суда, будущий регент должен это знать.

— Понятно всё с вами, — устало выдохнула сквозь зубы. — Надеюсь, решения регента выше решений Сената?

— Выше, но пока вы не регент, лучше отдайте щенков добровольно. Сенат подписал приказ о казни, а это значит, их не ловить будут, а сразу отстреливать.

— Спасибо, откажусь. Уж лучше мы с ребятами рискнём, чем снова поверим правосудию по-раймски. Кстати, что слышно о Мако? Если вы такой осведомлённый в делах безопасности дворца, как говорите, почему до сих пор не нашли его?

— Так мы нашли. К сожалению, мёртвым, так что теперь у нас двое убитых. Это ещё одна причина, по которой я приставил охрану к вам и детям. — Поднявшись с кресла, Эшер прошёл к ближайшему шкафчику, чтобы выудить из него графин с водой и два стакана. — Будете?

— Пожалуйста.

На самом деле, пить мне совсем не хотелось, однако вода вполне подходящая причина задержаться в кабинете подольше. Здесь... спокойно, а там, снаружи, меня ждут сенатские лизоблюды и цирк с абсурдным замужеством. Пусть на минуту-другую, но так заманчиво о них забыть!

— Проблемы не уйдут, даже когда я стану регентом, правильно?

— Скорее всего, — Эшер не стал врать. — Мы живём в самое смутное время за последние три столетия. Вам с Калами придётся хорошенько постараться, чтобы вернуть спокойствие в Райм. А теперь... — он усадил меня в своё кресло и подался вперёд, упершись руками в подлокотники, таким образом заключая в ловушку. В голосе зазвучали тяжёлые нотки собственничества, голубые глаза приобрели цвет грозового неба. — Теперь расскажите мне о предложении Тагира.

Едва уловимый мужской аромат с нотками гвоздичного парфюма защекотал нос. Стоит поддаться самую малость, и я потеряю бдительность.

— Каком предложении? — переспросила, подавив желание облизать вдруг пересохшие губы.

— Том самом.

— Откуда вы о нём?.. Ах да, лейтенанты доложили, — догадливо покачала головой. — То-то они показались мне пронырами. Шпионы, блин, виртуозного подслушивания! Это, чтоб вы знали, господин лорд, абсолютно недопустимо. Предосторожность благоразумна, но лезть в личную жизнь сильно за гранью разумного.

— Такова их работа.

— Раз так, значит, рассказывать нечего, вы уже знаете всё.

— Кроме вашего ответа, — Эшер хищно прищурился. — Вы ведь не считаете, будто Тагир питает к вам какие-либо чувства, помимо корысти? Всегда и во всём он ищет выгоду исключительно для себя одного. Карьера для него важнее людей, даже тех, кого он зовёт друзьями.

— Знаю. Тагиру хватило благоразумия с самого начала быть откровенным. Ясность в отношениях, знаете ли, подкупает.

— Получается, вы хотите пойти за него?

— Почему нет? — я нервно дёрнула плечом. — Он предложил выход из той ямы, куда загнал меня обожаемый вами Сенат.

— Это не ответ.

— Какая разница? Я в любом случае обязана выйти замуж в самые ближайшие дни и хорошо бы за человека, который не станет меня напрягать, раз по-другому выбирать времени нет. Ёлки-палки, да почему я вообще оправдываюсь?! Вы заведуете Службой безопасности, а не Службой нравов, если такая в Райме имеется.

— Не имеется. Раз вам настолько всё равно, — произнёс обманчиво ровным голосом, — выходите за меня.

Я страдальчески закатила глаза. Ну здорово, цирк с замужеством добрался до меня даже здесь! Вот тебе и спокойное место.

— Мило. Именно о таком предложении мечтает каждая девушка. «Раз вам настолько всё равно», блеск!

— Клара...

— Я двадцать четыре года Клара! Удивительное дело, то же самое предложил мне епископ Сарим аккурат до встречи с лордом Тагиром... Погодите, — в мозг ударила холодная, как сегодняшнее утро, и внезапная, как взрывы близнецов, догадка. — Поняла. Да, поняла! Вы с вашим дядей-интриганом сговорились ещё в первый день, как мы с племянниками приехали во дворец. Это всё план, продуманный, коварный и циничный план!

— Любопытный вывод. И в чём состоит этот «коварный» план, позвольте поинтересоваться?

— Позволю, почему нет? — постаралась придать лицу спокойное выражение, когда как кровь вскипела от ярости вперемешку с горькой обидой. — На заседании Сената под номером 70520 от 27 ноября 1100 года по Времени Парли епископ предложил устроить мне экзамен, прекрасно понимая, что вы не останетесь в стороне и поможете мне его сдать. В благодарность я, подобно трепетной даме, проникнусь к вам симпатиями, а когда Сенат вспомнит о законе, обязывающем будущего регента вступить в брак до коронации, безропотно выберу вас в мужья. Плести интриги не легко, но мы же во дворце, здесь нет случайных людей.

— Какие витиеватые умозаключения, — губы Эшера изогнулись в недоброй усмешке. — Но не без изъянов. Во-первых, никто не помнил о чёртовом законе до того момента, как архивариус озвучил его.

— Не доказуемо.

— Во-вторых, мой дядя не пророк.

— Он психолог, это страшнее.

— А в-третьих, вы прониклись симпатиями ко мне задолго до помощи с экзаменом.

— Разве что дружескими, — спешно уточнила не моргнув глазом.

— Я вам не верю, — жёстко ответил Эшер, наклонившись ещё ближе.

Его взгляд пронизывал насквозь. Глава Службы безопасности смотрел на меня так, словно готов был съесть — медленно, смакуя каждую косточку, — отчего мне стало не по себе. Осознание того, как сильно я желала, чтобы он коснулся меня, вызывало панику. Между нами давно уже не просто искры, однако пешкой в чужой игре я быть не хочу, даже если игра эта интересная.

Попробовала встать, но Эшер не двинулся ни на сантиметр.

— Господин лорд, вы так и будете нависать надо мной?

— Да.

— Ладно, устанете первым.

— Это вряд ли, вид больно хорош. В отличие от ваших поразительно глупых выводов.

— Оправдывайтесь сколько угодно, но мои выводы складные, а вовсе не глупые. Тем более, не поразительно глупые.

— Клара...

— Едва ли не в каждую нашу встречу вы обвиняли меня в том, что я сверх меры жажду трона, когда на самом деле это вы с дядей повернуты на нём.

— И снова...

— Да, снова! Что ж, ваш план официально провалился.

— Проклятье, Клара! — вскинулся Эшер, добавив неуместное для лорда ругательство. — Вы и дальше собираетесь строить домыслы или всё-таки хотите услышать мою версию? Мне есть что сказать.

— Да знаю я, что вы скажете. Епископ занялся сводничеством у вас за спиной, а сами вы жертва его козней.

— Суть верна, хотя жертвой я бы себя не назвал. Мой дядя знатный интриган, как все и каждый в Сенате, но своими планами он ни с кем не делится, так больше шансов на успех. Вдобавок, у меня своя голова на плечах и свои желания, в списке которых приснопамятный трон стоит на самом последнем месте.

— Что же тогда на первом?

— Вы. Я хочу вас.

— Ну, знаете, лорд Эшер! — я задохнулась то ли от возмущения, то ли от его слов... то ли от взгляда, опалившего кожу. Не помню, чтобы кто-нибудь смотрел на меня с таким неприкрытым вожделением, и это странным образом выбивало из колеи, будто неведомая сила настойчиво вытаскивает ковёр из-под ног.

— Знаю, — легко улыбнулся наглец, заметив, как округлились мои глаза. — Сарим тоже это знает и в своей манере желает мне счастья.

— Диктуя условия?

— Так бывает. Высокий статус со временем извращает представления о приличиях.

— Есть вероятность, статус тут не главное.

— Выходите за меня, Клара. Безо всяких оговорок и фиктивных договорённостей. Вы ведь не намерены отрицать, что я нравлюсь вам?

— Да, нравитесь, — ответила без увёрток и уточнила справедливости ради: — В те моменты, когда не говорите о законах, правилах, отчётах, справках, документах и протоколах.

— Уже кое-что.

Его близость, аромат, тёплое дыхание и голос, проникающий вглубь души, завораживали. Притяжение между нами становилось все сильнее, почти неодолимым. Оно настоятельно призывало поддаться чувствам вопреки всему. Однако поверить в искренность Эшера не получалось. Неприятно осознавать, но сейчас я лакомый кусочек отнюдь не как женщина, а как будущий регент, которому, к слову, противопоказано быть таким легковерным.

— Всё это трогательно, господин лорд, только бесперспективно. Вы, — чувствительно ткнула пальцем в его солнечное сплетение, — противник монархии, а я волею обстоятельств её ярая сторонница и никогда не выступлю против интересов племянников. Калами хочет быть королевой, причём не просто одной из лучших в истории Райма, а самой лучшей, и она станет ею. Вот именно! Абсолютная власть её не развратит. У девочки хватит благоразумия не повторить печальный путь Иргера Парли, она сумеет править королевством достойно, чего бы кто не думал. Особенно ваш Сенат.

Эшер раздражённо втянул воздух.

— Я вам о чувствах говорю, а вы о Сенате!

— Вовсе нет! — постаралась сохранить непроницаемое лицо, но ничего не вышло. Сердце в груди бешено колотилось, будто ненормальное, выдавая волнение с головой. — О чувствах вы не сказали ни слова, что странно, ведь вы делаете мне предложение.

— Невероятно... — он покачал головой.

— Но факт. Почему вы на самом деле хотите взять меня в жёны, Эшер?

— Потому что вы нужны мне, Клара, нужны такой, какая есть, и у меня нет никакого желания переделывать вас, перевоспитывать или чинить препятствия в чём либо.

— Те лейтенанты...

— Кроме вопросов вашей личной безопасности, — несколько раздражённо добавил Эшер. — С первой встречи в Сиреноле я не перестаю думать о вас, самой ошеломительно прекрасной, необычной и интересной женщине из всех, кого я знаю. Вы искренне заботитесь о любимых людях и не боитесь отстаивать своё мнение. Вы свет, без которого моя жизнь станет пустой, и ради которого я готов поступиться своими принципами, что, поверьте, совершенно не в правилах рода Ридан.

— Правда? Очень уж вы сдержаны для подобных признаний.

Глава Службы безопасности скрипнул зубами, намереваясь высказать что-то резкое, но вместо этого притянул меня к себе и поцеловал. Крепко, глубоко, властно и всепоглощающе, разбивая последние крохи сомнений как минимум в одном — он меня хочет и положительным образом не в качестве досадного приложения к трону.

— Это может служить ответом на ваши сомнения?

— Д-да, — кивнула я, собирая разлетевшиеся по всей вселенной мысли. — Но кажется, я не расслышала несколько последних слов...

Одним движением Эшер приподнял меня с кресла и усадил на столешницу, прямо на ворох рабочих бумаг. Новый поцелуй последовал почти сразу. Он вытолкнул из головы оставшееся беспокойство и заставил забыть своё имя. Моё тело будто захлестнул огненный смерч, кровь в висках застучала мелодичными колокольчиками, окружающая действительность расплылась дымкой. Чувствуя, как начинаю сходить с ума, я вцепилась руками в тёмно-зелёный камзол Эшера и прижалась ещё теснее. Острое желание прошило молнией. Я хотела его. Хотела сильнее, чем кого-либо в своей жизни и больше не собираюсь отказываться.

Руки Эшера скользнули вниз по моей талии и сжали бёдра почти до боли. Отбросив последние приличия, я стянула форменный камзол с его плеч, а затем быстро расстегнула пуговицы рубашки, обнажая грудь, и коснулась ладонями горячей кожи. Это было чертовски хорошо... и правильно...

Безвозвратно упасть в водоворот страсти помешал стук в дверь. Не сразу, но ему удалось добраться до сознания и немного отрезвить разум.

Первым опомнился Эшер. Освободил меня из объятий и отошёл к окну, чтобы привести одежду в порядок и впустить в кабинет немного свежего, морозного воздуха. Я же некоторое время оставалась на месте, приходя в себя, покрасневшая, взволнованная и всё ещё дрожащая от желания, а затем схватилась за стакан с водой в стремлении привести взбудораженные чувства хотя бы в видимость равновесия. В горле пересохло, перед глазами сверкали искры. Не могу поверить, как быстро поцелуй вышел из-под контроля, заставив желать продолжения в закономерном, ещё более чувственном ключе прямо здесь и сейчас!

Стук повторился.

— Вот видите, эдера, кроме вас, никому в голову не приходит врываться в мой кабинет без разрешения.

— Меня и капитана Валира, — напомнила о своём предыдущем визите сюда.

— Значит, сейчас за дверью точно не он, — ничуть не смутившись подначкой ответил Эшер.

— Заведите дворецкого или поставьте нормальную щеколду, и проблема исчезнет.

— На будущее непременно, — произнёс он с намёком, заставившим моё сердце снова застучать колоколом. — Так вы пойдёте за меня замуж, Клара?

— Нашли о чём сейчас думать! — я залпом допила воду. — Впустите посетителя. Вдруг что-то важное?

— Сперва ответьте.

— Не исключаю.

— Не исключаете? После такого эмоционального выступления в начале встречи под конец у вас нашлось всего два слова?

— Дайте хотя бы с мыслями собраться. Вокруг дичь творится, у меня голова кругом.

Эшер чуть улыбнулся, прекрасно поняв, от чего у меня «голова кругом».

На сей раз стук продолжался с большей настойчивостью, игнорировать которую уже попросту грубо.

— Одного дня хватит?

— Вполне.

— Вы его получите. Входите!

Дверь распахнулась в тут же секунду. В кабинет прошагал незнакомый мне безопасник с лычкой капитана на форме, в его руках сиял магическими печатями стеклянный ларец с покоящимся внутри ножом — орудием преступления. Присутствие тёти наследников Парли мужчину не удивило и не остановило. Продолжая традицию этого утра о негласном признании меня кем-то большим, нежели безродной иномирянкой, въехавшей во дворец на удачном родстве, капитан без стеснения доложил начальнику о текущих успехах:

— Эксперты закончили с проверкой. Следы тщательно убраны, но кое-что интересное осталось. Взгляните.

Склонившись над ларцом, Эшер с полминуты рассматривал обыкновенный нож с простой деревянной рукоятью, будто крайне интересный экспонат. Я же предсказуемо не заметила ничего необычного, хотя стояла достаточно близко. Давно пора привыкнуть, но всё равно немного обидно не видеть эфирные потоки.

— Любопытное открытие, — согласился глава Службы безопасности. — Выходит, у нас один убийца.

— Именно, — подтвердил капитан.

— Что вы имеете в виду? — поинтересовалась я.

— А то, эдера, что этим самым ножом убили не только канцлера, но и конюха Мако.

Мужчин вывод экспертов воодушевил, у меня же он вызвал двоякие чувства. С лучшей стороны своей души я рада, что Веовис, двоюродный дядя ребятишек Парли и один из самых выдающихся людей королевства, не покушался на мою жизнь. Но с другой, с тёмной и мрачной, встревожена тем, что с его смертью ничего не закончилось. Убийца жив и всё ещё бродит неподалёку. На его совести уже есть две жизни, за третьей дело не станет.