Глава 28

Суббота, первый день зимы. В воздухе за окном кружили лёгкие, пока ещё редкие снежинки. В учебнике по географии сказано, что настоящего снегопада и сугробов в Эдерате следует ожидать не раньше середины декабря, а зима редко бывает затяжной и слишком холодной благодаря океану. Но влажность перечёркивает все плюсы. Голубоватые стёкла окон уже сейчас подёрнулись тончайшим слоем льда снизу доверху.

Сегодня Санна разбудила меня в штатном режиме. За ночь в королевстве не случилось ничего, требующего моей немедленной реакции. Оптимистичный знак, однако! Знак того, что пора возвращаться к установленному распорядку дня. Горячая ванна с утра, целомудренное платье с сотней пуговичек на спине, завтрак в общей зале, затем учёба с репетитором Фераном и гора домашних заданий. А в полночь встреча с Эшером. Одного занятия по управлению эфиром Мироздания всяко не хватит для успешной сдачи экзамена, тем более что в моём случае обучение идёт крайне тяжело.

Со вчерашней встречи в башне Службы безопасности мы с Эшером не обменялись ни единым словом. Не представилось возможности. Право слово, не на похоронах же заводить речь о свадьбе? Да, я отвечу ему положительным согласием, но ведь нужно соблюсти приличия. Хотя бы их видимость в глазах дворцовых обитателей.

Ха, приличия! Вчера я за малым не отдалась Эшеру прямо в его рабочем кабинете, и совершенно не жалею...

Сполоснув лицо холодной водой, чтобы придать коже свежести, вышла в коридоры. Племянники уже ждали меня на диванчиках. Близнецы внимательно смотрели в окна, пытаясь отсюда разглядеть усыпальницу, в чьих подземельях прячутся щенки, Аверон перебивал аппетит плодом виги, а Ривен решал задачку по химии к началу уроков.

— Доброго всем утра! — поприветствовала их. — Где Калами потеряли? Вчера вечером она клялась, что поправилась и завтрак ни за что не пропустит.

— Она... передумала, — после короткой заминки ответила Сирения. — Сказала, что поспит подольше, а потом поест у себя в комнате.

— Точно у себя в комнате, а не в каком-то другом месте?

Взгляд девочки скользнул в сторону.

— Точно. Я чётко расслышала слово «комната».

— Значит, Кэл в библиотеке. Как вы могли отпустить её одну?!

— Она сама захотела. Я собиралась пойти с ней, честное слово, — заикнулась Сирения, — но там жутко скучно и пыльно.

— С Калами пошли охранники, — успокоил меня Ривен. — У них есть артефакт, который просекает её иллюзии на раз-два, их так просто не провести. Пока не провести!

— Уже придумал способ, да? — мигом встрепенулись близнецы.

— Почти. Есть кое-какая идея, осталось проверить её на практике. Займусь сразу после завтрака.

— Ясненько, — вздохнула я. — Ладно, идём впятером. Хватайте сумки с тетрадями, вперёд и с песней!

— Какой песней? — поинтересовался Аверон, беря меня за руку.

— А с какой ты хочешь, малыш?

— Про кузнечика можно?

— Нужно!

К дверям обеденной залы мы подошли целой процессией, если считать свиту из безопасников за спинами — по двое на каждого Парли, а так же мои Сайрус и Норкс. Внутрь заходить они не стали, им не по статусу, остались дожидаться в общем холле с камердинерами, помощниками и прочими слугами. Народу было много. Сегодня высокопоставленные обитатели дворца наконец-то вспомнили о традиции собираться на завтрак перед рабочим днём и явились едва ли не в полном составе, отчего рядовой приём пищи превратился почти что в банкет, не хватало только музыкантов и алкоголя.

Темами для разговора выступили убийство канцлера Веовиса и моё грядущее замужество. Коронация всё ближе, а кандидата в мужья нет. Каждый, практически каждый сенатор воспользовался случаем лично поинтересоваться, кого же я выберу.

Лорд Тагир выразительно отсалютовал мне чашкой чая через весь стол, без лишних слов напоминая о вчерашнем предложении. Епископ ограничился туманной фразой «Вы примите верное решение, не так ли?», а леди Матанара наглым образом привела на завтрак своего внучатого племянника Джерана и умудрилась посадить его рядом со мной в надежде, что я передумаю отказывать. Вот уж где напрасные старания! Стеснительный молодой человек не проронил ни слова в свою пользу. Он вообще молчал.

Единственным, кто проигнорировал традицию, был Эшер. Следовало ожидать. В самом спокойном королевстве на континенте стало нынче отнюдь не спокойно, поэтому у главы Службы безопасности хватает иных дел, нежели праздный завтрак. Я рассчитывала увидеть его не раньше позднего вечера, однако встреча состоялась ещё до конца завтрака.

Официанты уже начали собирать посуду со столов, когда появился Эшер в компании капитана Валира и пятерых бравых ребят в чёрно-зелёной форме безопасников. По серьёзным лицам без тени доброжелательности сразу стало понятно, что пришли они вовсе не ради перекуса. В воздухе будто бы сгустилось напряжение, уловив которое, сенаторы стихли.

— Доброго утра, лорды, леди и эдеры, — церемонно поздоровался Эшер профессиональным тоном бюрократа. Они с капитаном прошагали внутрь, в то время как рядовые служаки остановились в дверях. — Прошу сохранять спокойствие, мы не займём много времени.

Повинуясь его приказу, капитан Валир продемонстрировал сияющий печатями документ на гербовой бумаге.

— О... это ордер? — сдавленно кашлянул кто-то из сенаторов.

— Он самый, — подтвердил Эшер. — Ордер на арест, оформленный согласно принятым правилам королевства Райм и заверенный подписью верховного судьи. Лорд Ольмер из рода Эверстон, председатель Сената и кавалер ордена Одинокой Звезды, Служба собственной безопасности Райма обвиняет вас в трёх преступлениях против личности: в убийстве канцлера Веовиса из рода Мидай; организации покушения на жизнь эдеры Клары из рода Лисичкиных, родной тёти наследников Парли и их официального опекуна, в результате которого серьёзно пострадала кронпринцесса Калами; а так же в убийстве самоназванного младшего помощника конюха Мако из рода Дивар.

Слова Эшера повергли в шок всех, кто их слышал. И это ещё мягко сказано! Немало повидавшие на своем веку сенаторы, мастерски умевшие прятать эмоции под непроницаемыми масками, в этот самый момент не смогли сдержать вздохов изумления. Один Ольмер продолжил сидеть с невозмутимым видом. Лишь надменно вздёрнутая бровь выдавала его заинтересованность происходящим.

— Дерзкие обвинения, лорд, — произнёс он почти лениво. — Они имеют под собой основания?

— Разумеется, причём неоспоримые. Начнём с того, что мы знаем кто, как и когда нанял Мако, а так же провёл его во дворец в обход проверок и снабдил инструкциями. Есть свидетели, есть причастные, есть цепочка перемещения денег с вашего счёта в банке.

— Занятно...

— Однако, — продолжил Эшер, — покушение прошло не по сценарию, и вместо пока ещё простой иномирянки Клары едва не погибла признанная кронпринцесса Райма, а это уже совершенно другой уровень. Вероятно, Мако испугался последствий и пригрозил вам разоблачением, за что вы его и убили. Или была другая причина? Можете не говорить, мы выясним в любом случае. Затем канцлер. На орудии преступления — ноже, которым убили обеих жертв, — найдены остаточные эфирные следы. Следы вашей силы.

— Занятно, — снова хмыкнул Ольмер.

— Занятно другое. Если бы вы воспользовались ножом как самый обыкновенный убийца, собственными руками, а не с помощью уникального таланта, вам бы удалось остаться на свободе ещё один лишний день. Но ведь лицом к лицу не так-то просто лишить жизни лучшего друга?

В своих досье эдер Тран, поверенный семьи Солан, упоминал об особом даре лорда Ольмера. Эфир Мироздания наделил его телекинезом! Редкое и невероятно полезное умение, хотя я не видела, чтобы председатель когда-либо пользовался им. Калами говорила, что таланты неповторимы. Они могут быть похожи у родственников, как у Эшера и его дяди Сарима или Ривена с отцом, но абсолютного сходства нет и при должном старании можно распознать их авторство.

— Почему, Ольмер? — голубые глаза Эшера сделались колючими, от фигуры повеяло леденящим холодом тщательно сдерживаемого гнева. — Почему ты убил Веовиса?

В зале повисла звенящая тишина.

Председатель Сената церемонно убрал салфетку с колен, медленно отложил её в сторону и только потом поднялся на ноги. Никакой суетливости в движениях, никакой паники. Он с самого начала знал, что этим всё кончится, и не боялся последствий.

— Веовис разочаровал меня, — Ольмер ответил с горьким смешком и заметной долей равнодушия, будто человек, потерявший всё, ради чего жил. — Да, уважаемая публика, сознаюсь! Обе жизни оборвались моими руками, но обе они на совести эдеры Клары! Если бы она села на ту злополучную лошадь и свернула себе шею, наш любимый канцлер остался бы цел и невредим. Я столько сил вложил в него, годы усилий и бессчетное количество ресурсов, в том числе мою собственную судьбу, а он практически сдался! Пошёл на уступки Сенату и предложил брак эдере Кларе, тем самым подписав отказ от возможности самому стать регентом. Что это, если не признание законности её прав на престол Райма? Нет! Не этого я жаждал! Не этого обещал мне Веовис!

— Что ж, теперь обещать вам буду я, — Эшер сузил глаза, отчего его взгляд стал еще мрачнее, — и поверьте, не одно из моих обещаний вам не понравится. Взять его.

Два безопасника шагнули к убийце, но их опередила эдера Биларис. Худая фигура дворцовой управительницы в строгом синем платье дикой кошкой метнулась к Ольмеру в стремлении самолично наказать его за смерть любимого.

— Сволочь! Будь ты проклят, тварь!

Стальное лезвие ножа для масла успело дважды рассечь воздух в полуметре от лица высшего сенатора, прежде чем капитан Валир изловил разъярённую женщину и ловко обезвредил её, крайне невежливо вывернув руки за спину.

— Пустите! Я сама должна убить его, сама!

Короткая атака Биларис на секунду отвлекла внимание безопасников от Ольмера, чем тот сразу же и воспользовался.

Резким движением он широко развёл руки, и невидимая сила в мгновение оттолкнула от него всех находящихся рядом людей на несколько метров. Кто стоял — попадали на пол, а кто сидел — слетели со стульев. И ладно бы с ними, в тот же момент Аверона выдернуло из толпы и потащило к Ольмеру. Малыш не успел вскрикнуть, как крепкие пальцы убийцы, ярко вспыхнувшие алой дымкой, сомкнулись на его шее в обещании неминуемой смерти.

— Нет!

Я дёрнулась в их сторону, но леди Матанара успела схватить меня за плечи.

— Не надо, эдера, — в неподдельном волнении прошептала она. — У Ольмера перчатка стихии, ему хватит одного движения мизинца, чтобы... Ох!

Охнула не только леди — её племянник Джеран оказался натурой впечатлительной и рухнул в обморок подстреленным мешком с костями.

— Назад от меня, живо! — прокричал Ольмер. — Или во дворце состоятся ещё одни похороны!

Мрачность перспективы поняли все. Каждый присутствующий в зале замер и затих, словно в детской считалке. Перед нами человек, без колебаний убивший самого канцлера, какие могут быть сомнения в его способности причинить вред ребёнку?

— Спокойно, сенатор, — попросил Эшер заметно изменившимся голосом, из которого исчезла вся агрессия. — Спокойно.

— Назад! — снова потребовал председатель. — Ваших людей, Эшер, это касается в первую очередь. Даже дёрнуться не вздумайте, иначе я сломаю шею маленькому принцу.

Глава Службы безопасности немедленно сделал знак своим подчинённым отойти к дверям.

— Отпусти Аверона, мальчик здесь совершенно ни при чём. Не надо усложнять ситуацию ещё сильнее, хорошо?

— Ситуация уже слишком сложная, или думаешь, я собираюсь упрощать вам задачу?

— Единственное, что ты можешь сейчас упростить, это своё будущее.

В ответ Ольмер криво усмехнулся. Нападение Биларис, казалось, заразило его воинственностью. В глазах ни капли страха, только вызов.

— А толку? Я участвовал в создании половины законов канцлера, в них нет «простого будущего» для убийц.

— Тогда тем более. Как видишь, у тебя ни единого шанса, мы в большинстве.

— Почему же? Мой шанс буквально у меня в руках, — он легонько встряхнул Аверона.

Малыш растерянно посмотрел сначала на меня, затем на братьев с сестрой. Он уже бывал в заложниках, поэтому не паниковал... внешне. Я взглядом попыталась приободрить его насколько возможно в данных условиях, когда как у самой сердце в страхе колотилось бешеным зайцем, а к горлу подступал комок гнева на собственную беспомощность.

— Шанс на что? — поинтересовался Эшер всё тем же ровным тоном. Если бы не молоточки боли, стучавшие в моих висках, я бы заподозрила его в равнодушии к судьбе Аверона.

— Выбраться из дворца свободным, конечно же, — ответил Ольмер. — Без канцлера Веовиса у Райма нет будущего, только беспросветный мрак деградации. Я не глупец и оставаться в идущем на дно королевстве более не желаю.

— Интересная точка зрения. Не возражаешь продолжить её без свидетелей? Меня, например, они нервируют.

— А меня ничуть. Я привык к публике.

— Только эта публика уже через двадцать минут исковеркает каждое твоё слово в удобную им сторону, и из дальновидного политика ты превратишься в бегущую с корабля крысу.

Взгляд Ольмера с неприязнью скользнул по присутствующим, пока не замер на мне и леди Матанаре. На морщинистом личике старушки боролись две эмоции — тревога за принца Парли и чистое, ничем не прикрытое злорадство в адрес извечного оппонента. Председателю сильно повезёт, если на следующем заседании она изобразит его всего лишь оборотнем, пожирающим младенцев.

— Договорились, — кивнул он. — Только выйдут не они, а мы, и не через двери, а через окно в сад.

— Свежий воздух действительно не помешает.

Эшер попросил сенаторов отойти к столикам у стены. Медленно и без суеты. Я хотела остаться, но леди Матанара потянула меня за забой.

А дальше произошло нечто невообразимое! Тагир, ненадолго оказавшийся за спиной Ольмера, сделал резкий, практически молниеносный выпад вперёд. Немного неуклюжий в свете отсутствия практики, однако достаточно эффективный. Оказывается, за фасадом изящного главы Службы региональных отношений, большую часть жизни проведшего за письменным столом, скрывалась натура бойца! Он не Биларис, кричать о своих действиях не стал. Ловко крутанувшись, правой рукой схватил председателя за ворот камзола, а кулаком левой умудрился нанести ему сильный удар в переносицу. Алая перчатка стихии потухла, позволив Аверону тут же вывернуться из ослабевшего захвата.

Мужчины не удержали равновесия и вместе повалились сначала на обеденный стол, а далее на пол. Очки Тагира слетели с носа, но ещё до того, как они разбились о мраморные плиты, все семеро безопасников одновременно и удивительно слаженно ринулись на мятежного председателя.

Схватка закончилась так же быстро, как началась. У Ольмера действительно не было ни единого шанса на победу. Уже через секунду его оглушённое тело распласталось на мраморных плитах пола, а я крепко сжимала Аверона в объятиях.

— Вы как, эдера Клара? Никому доктор не нужен? — первым делом поинтересовался Эшер, окинув нас внимательным взглядом.

— Всё в порядке, мы в норме, — благодарно откликнулась я.

— Рад слышать. Смелый поступок, лорд Тагир, — признал он, обернувшись к герою-сенатору. Капитан Валир помог тому подняться на ноги и протянул сломанные очки. Стёкла вылетели, оправа помялась, теперь их осталось только выкинуть.

— Каждый на моём месте поступил бы точно...

— Нет. Не все так глупы, чтобы позволить себе самодеятельность в столь рисковых обстоятельствах! Пока преступник адекватен и готов говорить, мы говорим и договариваемся миром. Нельзя терять голову в ситуации, когда на кону жизнь заложника. Вы же, даром, что политик с многолетним стажем, затеяли стычку, в которой принц Аверон выжил лишь чудом.

Лорд Тагир с недовольством прищурился:

— О чём, простите, говорить с убийцей канцлера Веовиса? Он схватил Аверона не для того, чтобы поиграть с ним, а с вполне определённой целью. По-вашему, нужно было позволить ему довести задумку до конца?

— В поступке Ольмера не было ни задумки, ни плана, только экспромт. Он не разбойник с улицы, а уважаемый председатель Сената. Ему нужна была не новая жертва, а возможность встретить поражение на своих условиях.

— Зачем же тогда он зарядил перчатку стихии? Вы не хуже меня знаете, что такие артефакты не заряжают, если не собираются ими пользоваться. Они вытягивают эфир из организма своего носителя, а не потоков Мироздания. Счёт пошёл на минуты!

— Именно — минуты! Достаточно времени, чтобы избежать ненужной драки. Вы не силовик, лорд Тагир, и не разбираетесь в том, куда так грубо влезли. Больше никогда не мешайте нам.

На этом Эшер посчитал разговор законченным.

— Не за что, — пренебрежительно бросил Тагир в спину главе Службы безопасности и вздохнул: — А мы ещё сокрушаемся, отчего вдруг в Райме перевелись герои? Ещё увидите, эдера Клара, не за горами те времена, когда начнут привлекать к ответственности за самооборону без предварительного разрешения и справки в двух экземплярах.

— Постараюсь не допустить этого, — улыбнулась ему. — Спасибо, лорд Тагир. Правильным способом или нет, но вы спасли Аверона.

— Позаботиться о семье Ишимара — мой дружеский долг.

Ольмера унесли без лишних проволочек. Капитан Валир, покидавший обеденную залу последним, извинился за испорченный завтрак и призвал сенаторов дождаться официального объявления, прежде чем пускаться в обсуждения. Арест такого важного человека, как председатель Сената, определённо наделает много шума в королевстве, и хорошо бы обойтись без вредных домыслов.

Леди Матанара справилась с потрясением на удивление быстро. Падение коллеги обрадовало её почти до неприличия, легко заставив забыть о лежащем в обмороке племяннике.

— Так и знала, что Ольмер не настоящий патриот, каким выставлял себя всё это время! — она потёрла руками от переизбытка эмоций. — Предатель он и теперь, наконец-то, получит по заслугам! Сегодня же выдвину вопрос о пересмотре всех предложенных им законопроектов на предмет их соответствия политике благополучия Райма. О, с каким же удовольствием я буду голосовать за их отмену!

Преступник пойман и понесёт заслуженное наказание. Ольмер лгал, подкупал и плёл многоуровневые интриги, даже рискнул подстроить для меня несчастный случай, лишь бы расчистить Веовису путь к трону. Кто, если не он, нанял убийц, чтобы устранить принца Ишимара и его жену?..

— А я совсем не испугался, тётя Клара, — заверил меня Аверон. — Учитель Ланарк был гораздо страшнее! Но его я тоже не боялся.

— Знаю, малыш, ты у нас бесстрашный парнишка, — кивнула ему с улыбкой. — Давай на будущее сделаем вот что: я подарю тебе хороший перочинный ножик и никогда больше не буду запрещать играть с колюще-режущими предметами.

— Правда?

— Но сперва ты обязательно пройдёшь тренировку по безопасному обращению с оружием под руководством опытных мастеров.

В ответ Аверон крепко меня обнял.

— Вы лучшая, тётя, я люблю вас!

— И я тебя, солнышко.

— А можно сегодня не ходить на уроки? Пожалуйста, всего один день! Вчера лорд Тагир обещал снова отвести меня в комнаты папы.

Дашь палец — откусит по локоть! И ведь знает, что ему не откажут.

— Хорошо, но только если лорд Тагир не против и твоя гувернантка пойдёт с вами.

— Он не против, — ответил упомянутый лорд, невольно слышавший наш разговор. — Откровенно говоря, я тоже хочу прогулять работу, больно нервное утро.

— Это точно...