Глава 22

Если бы мне кто-нибудь сказал, что я и Верт будем вместе, то я посчитала бы его сумасшедшим. Но сейчас, глядя на профиль Вадима, решаю, что похоже с ума схожу я. Медленно и основательно. Я пока не могу свыкнуться и принять то необъяснимое притяжение, что между нами происходит, но и отрицать его тоже не получается.

— Ты так на меня смотришь, будто видишь впервые, — замечает Вадим, фиксируя факт моего внимания.

И он в чём-то прав. Впрочем, как всегда. Это же Верт. Всё тот же Верт, которого я знаю ещё со школы. И в то же время другой, новый, который появился из ниоткуда, но так никуда не исчез, незаметно занимая с каждым днём всё больше места в моей жизни. А после этой поездки и вовсе заменил всё собой.

— Я ведь тебя совсем не знаю… — Звучит ужасно. Особенно после нашего совместного отдыха в «Маргарите».

— Так уж и совсем? — В интонации слышатся знакомые нотки, от которых хочешь не хочешь, но расплываешься в улыбке. И я опять ловлю себя на том, что никогда столько не улыбалась, сколько улыбаюсь с Вадимом.

— Ну-у, — тяну, вспоминая. Вот что мне про него известно? Верт успешный юрист и первоклассный гонщик, если вспомнить самую первую кошмарную поездку с ним на мотоцикле. Он надёжный, внимательный. Может приготовить завтрак из ничего — только это уже даёт ему лишние сто баллов! А ещё, он потрясающий любовник и офигенно целуется — напоминает подсознание. Выходит — не так уж и мало. Однако говорить всё это вслух я не собираюсь. — Не совсем, конечно. Но по факту, не так уж и много. Мы проучились вместе… — Считаю на пальцах и показываю результат своих математических вычислений. — Шесть лет.

— Вообще-то, Шесть с половиной, — мягко поправляет Вадим, улыбаясь самому себе, потому что смотрит на дорогу, а там улыбаться явно некому.

— Да-а? — Как заворожённая залипаю на мужском профиле.

Опять. Верт притягивает, словно в нём есть невидимый магнит.

— Да. — Уверенно. — Ты пропустила полгода пятого класса.

— Зануда. — Фыркаю, сжимая губы, чтобы не улыбнуться. — Мог бы и не напоминать про эти кошмарные полгода.

— Почему кошмарные? — Продолжает улыбаться, и я опять ловлю себя на том, что он совершенно не похож на того Вертика, которого все знали в школе.

— Я была такой… беспомощной. — Морщусь от одного воспоминания об этом ужасном времени.

— Я бы так не сказал. — Возражает Вадим, на секунду отвлекаясь от дороги. — Но даже шесть лет не такой уж и маленький срок. Согласись? И теперь у тебя точно будет больше времени узнать меня лучше, — добавляет, понизив голос.

— Ты безнадёжный оптимист, — возражаю, стараясь не реагировать на интонацию мужского голоса. Но безуспешно. Внутри всё сжимается, и я ничего не могу с собой поделать. Мне кажется, что это уже неизлечимо.

— Я реалист, Дана.

— Да? И какова же реальность? — Глажу взглядом мужской профиль, не в состоянии ни о чём думать.

— Реальность прекрасна. — Голосом проникает в мой мозг, задевает невидимые струны и вызывает резонанс во всём теле.

Вот как ему это удаётся? Ведь сейчас он даже не касается меня. Его руки лежат на руле, а сам он смотрит вперёд. Тогда почему я так реагирую? Просто аномалия какая-то, похожая на одержимость.

Мы останавливаемся на светофоре, Вадим снимает с подставки телефон, что-то в нём набирает.

— Что ты делаешь? — Интересуюсь, чтобы хоть как-то отвлечь свой мозг от того безумия, что происходит в моей голове.

— Заказываю нам ужин, — отвечает так буднично, словно мы с ним уже сто лет ужинаем вместе. — Голодом морить тебя в мои планы не входило.

Обычная фраза, но мои щёки начинают полыхать. Или он специально намекает, про сегодняшний завтрак, который успел остыть, пока мы до него добрались?

Мне становится жарко и тесно в замкнутом пространстве салона. Хочется стянуть с себя одежду, грубо царапающую кожу, ставшую вдруг чувствительной, и снова ощутить губы Вадима на своих губах.

Отворачиваюсь, чтобы он не заметил моего состояния, и сталкиваюсь со своим отражением на тёмном стекле. Мне определённо нравятся те изменения, что я вижу, и что чувствую при этом. Это как глоток свежего воздуха и яркий солнечный свет после долгого пребывания в мрачном подземелье. Когда ты снова ощущаешь себя живой, а главное есть само желание жить. Жить дальше.

Вадим отвечает на звонок и подтверждает адрес заказа, называя улицу в новом элитном районе. Я бы этого не знала, но Юлиана как-то назвала цену квартир в этом районе.

— Что-то не так? — спрашивает Вадим, заметив мой озадаченный взгляд.

— Не знаю.

Я действительно сейчас ничего не знаю. Свою прошлую жизнь я оставила за чертой. Перешагнула её не глядя и ничего не загадывая. Тогда как будущее слишком туманно и неясно, и я боюсь что-то загадывать. Есть только сейчас.

Вадим, словно уловив моё состояние, накрывает мою руку своей.

— Всё будет хорошо. Верь мне.

Поворачиваюсь и смотрю в голубые глаза. В них всё тот же Верт, который помогал найти мне школьные кабинеты, ждал меня, пока я соберу свои вещи, и никогда не оставлял одну, даже если из-за меня мог опоздать на урок.

Нетерпеливый звуковой сигнал, раздавшийся позади, разрывает зрительный контакт между нами, и до дома Вадима мы едем молча, но его рука по-прежнему крепко сжимает мои пальцы.

Новый район застроен высотками, и кажется, что они уходят в самое небо, усыпанное звёздами. Выхожу из машины и зачарованно смотрю вверх, пока Вадим достаёт из багажника наши сумки.

— Сколько здесь этажей? — спрашиваю его.

— До московских высоток очень далеко.

— И всё же? — Перевожу внимание на Верта, опускающего дверцу багажника.

— Я честно пытался посчитать, но каждый раз сбивался в районе шестнадцатого или восемнадцатого и бросал эту затею. Идём?

Как-то не верится, что Верт не довёл что-то до конца. С сомнением смотрю на него и ещё раз вскидываю голову, глядя вверх. Если учесть, что в нашем районе выше девятиэтажных домов нет, то здесь явно не восемнадцать этажей. Впечатляющее зрелище! Это каково же жить ближе к звёздам?

— Потрясающе, — произношу с восторгом.

— Возможно, — соглашается осторожно. — Но только на первый взгляд. На самом деле район очень сильно напоминает муравейник. Очень много машин, и иногда очень сложно найти парковочное место. Поначалу это меня здорово раздражало, а потом я просто привык.

Вадим прикладывает электронный ключ и пропускает меня в светлый подъезд, где я теряюсь, увидев неприлично большое количество почтовых ящиков.

— Я также отреагировал в первый раз. Идём. Лифты налево.

— И на каком же этаже ты живёшь? — задаю вопрос, чтобы как-то избавиться от неловкости.

— Догадайся. — Глаза Вадима загораются озорным блеском.

— На последнем? — Выдыхаю отгадку и вместо ответа получаю ослепительную белоснежную улыбку.

— Прошу. — Приглашает, когда кабина лифта распахивает свои дверцы.

Верт действительно нажимает последнюю кнопку с номером двадцать четыре.

— Ты живёшь на двадцать четвёртом этаже?! — Не могу удержаться от восклицания и грозно прищуриваюсь. — Но не сказал мне этого.

— Не хотел пугать заранее. Вдруг ты боишься высоты. А жить на нижних этажах, любуясь только на окна соседнего дома и вечно забитую парковку как-то не очень.

Здесь я с ним полностью согласна. Смотрю на потолок кабины, словно тороплю лифт подниматься быстрее, но звуковой сигнал сообщает, что мы уже приехали. Осторожно переступаю порог, будто мы поднялись в небо, и вместо пола у меня под ногами облака. Чувствую себя Алисой в стране Чудес, совершенно забывая кто я такая и зачем я здесь.

Вадим открывает дверь, пропускает меня в квартиру, помогает раздеться и сам убирает нашу одежду в встроенный шкаф.

— Проходи. — Слегка подталкивает меня, и я ощущаю мужские руки на своей талии.

В просторной квартире в стиле лофт абсолютный минимализм: мягкая мебель, столик, стеллаж с книгами, настенный электрокамин и несколько свисающих светильников. Вадим пультом полностью сдвигает шторы, открывая бесподобный вид на ночной город.

Огромные окна в пол, отсутствие перегородок между гостиной и кухней и лестница, ведущая… на крышу? Спрашиваю взглядом, но Вадим не успевает ответить. Ему звонят.

— Извини. Это, наверное, наш ужин, — шепчет мне на ухо и слегка касается губами моей щеки. — Будь как дома.

Отпускает руки с моей талии, и я сразу же чувствую, как мне их не хватает. Обнимаю себя руками и смотрю на усыпанное звёздами небо. Оно кажется таким близким, что пугает и завораживает одновременно.

До меня доносятся обрывки разговора, стандартные фразы в шутливой форме. Звук защёлкивающегося замка и бесшумные шаги. Я скорее чувствую приближение Вадима, чем слышу.

— Нравится? — Моей шеи касается тёплое дыхание, а мужские руки обвивают талию.

Не знаю, что он имеет в виду: великолепный вид из окна, или его объятия, в которых так хорошо, что сердце замирает. Но мне определённо нравится и то и другое.

— Да, — шепчу и поднимаю лицо, ловя аромат мужского парфюма. Провожу носом, щекоча его о ровный край трёхдневной щетины.

— Дана, ты очень сильно рискуешь остаться без ужина. — Выдыхает мне в губы.

Вот зачем он это сказал? Теперь я не знаю, чего хочу больше!