21. Август

В конце концов Элоди уснула у меня в объятиях. Мои раны яростно выли из-за того, что я устроил нас на каменной кровати – положив девушку поверх себя, – но позволить ей спать на голом камне было немыслимо.

Мои пальцы скользили по ее волосам.

Все это казалось сном.

Время, проведенное в разлуке, ощущалось пыткой, но наконец-то я обрел покой.

Элоди пахла божественно.

И еще лучше была на ощупь.

А слышать, как она называет себя моей?

Это верх блаженства.

Я никуда ее не отпущу, Грому придется с этим смириться.

А мои братья будут вынуждены таскать нам больше еды, потому что я не позволю, чтобы Элоди из-за меня голодала.

Я больше никогда не стану свидетелем ее мучений, как во время зноя.

Из-за боли и неудобного положения мне потребовалась много времени, чтобы провалиться в сон. Но в конце концов я отключился, чувствуя ее на своей груди.

Тихий стон Элоди вырвал меня из сна.

Я с трудом разлепил веки и крепче сжал ее ягодицы, когда она плавно двинула бедрами, проводя по мне своей самой сокровенной частью.

В воздухе витал густой аромат ее желания.

Я глубоко его вдохнул.

От этого запаха мой член затвердел задолго до того, как я проснулся, и было чертовски приятно, когда Элоди начала двигаться интенсивнее.

И снова застонала.

Одна моя рука скользнула в ее волосы, наматывая на кулак мягкие пряди. Другая осталась на ее ягодицах, сильнее прижимая ее к себе.

Ее дыхание участилось.

Лицо раскраснелось и покрылось испариной.

А запах ее желания только усиливался.

Она прильнула ко мне, прижав руку к моей ране.

Я поморщился от боли.

– Осторожно, Искорка.

Элоди не ответила.

Кончики ее пальцев впились глубже, и я вздрогнул.

– Искорка?

По-прежнему ни слова.

Я откинул волосы с ее лица, и мои брови поползли вверх.

Она спала.

Раньше у нее никогда не случалось подобных снов, даже в самый разгар зноя.

Что-то было не так.

– Проснись, Искорка, – сказал я, повысив голос.

В попытке разбудить спящую красавицу я слегка потянул ее за волосы и встряхнул.

Она вскрикнула, ее тело выгнулось.

– Элоди, – прорычал я, продолжая ее трясти. – Проснись, и я дам то, что тебе нужно. Позволь мне увидеть твои глаза.

– Август, – простонала она. – Ты мне нужен.

– Я здесь.

Я снова потянул ее за прядь волос.

Снова встряхнул.

Она опять застонала.

Что-то явно держало ее в своей власти. Она не могла проснуться.

Мне в голову пришла мысль, заставившая меня зарычать.

В тюрьме находились демоны.

Голодные демоны влияли на сны людей. Я не был уверен, как именно, но знал, что это так. Давным-давно из-за этого запретили приводить людей на гору. Магия демонов не касалась драконьих пар, но мы с Элоди не скрепили нашу связь.

Она была в их власти.

И, судя по всему, они ее заводили.

Тем не менее она стонала мое имя. Даже под влиянием их магии она знала, что принадлежит мне.

И я не мог ее разбудить.

Но… я мог дать ей то, в чем она нуждалась, в надежде, что это вырвет ее из сонных оков.

Мой член пульсировал у нее между ног, и девушка вскрикнула.

Я бы не взял ее. Только не пока она спит. Она была бы не против – мы обсуждали возможность прикасаться друг к другу во сне во время зноя, и оба были согласны.

Но физически мы были вместе всего одну ночь. И я не хотел, чтобы она проспала второй раз.

Все камеры вокруг моей были пусты, так что у нас хватало уединения, чтобы я нырнул рукой под резинку ее шортиков.

Мои пальцы скользили по мягкой коже, из груди вырвался рокот.

Она была вся мокрая.

Элоди вскрикнула, впилась в мою руку и зажала ее между бедер, не позволяя мне прекратить ласки.

Мой член запульсировал, и я медленно провел большим пальцем по ее клитору.

Очень легко.

Именно так, как она любила в самом начале.

Но, как и я, Элоди ждала слишком долго. Она была давно возбуждена и подалась навстречу моим пальцам, требуя большего.

Я дал ей то, чего она хотела, сильнее надавив на клитор, но не ускоряя движений.

Наконец она закричала, двигаясь под моими пальцами. От ее наслаждения моя рука увлажнилась, и я выругался, чувствуя, как мой член неистово пульсирует.

Элоди была чертовски хороша.

Мне хотелось почувствовать ее вкус, но я сдержался, ожидая, как она отреагирует на оргазм.

Она все еще держала мою руку между бедер, и я слегка касался ее пальцами, зная, что она этого хочет.

Волны удовольствия стихли, и, перестав двигать бедрами, девушка открыла глаза.

Я пристально наблюдал за ней, пока она наконец не вернулась в реальность.

– Ты со мной, Искорка?

– Думаю, да, – тихо ответила она.

Дыхание сбивалось.

– Мне снова снились эти чертовы сны.

– Снова? – прорычал я.

Если ей снился кто-то другой, а не я… Я убью всех демонов к чертовой матери.

– Прошлой ночью, когда я спала в твоей комнате наверху, было то же самое. Илай сказал, что демоническая магия может вызывать странные сны. Но он не сказал, что они сведут меня с ума от желания. Я почти не спала, – призналась она.

– Кто тебе снился?

Она закатила глаза.

– Ты, само собой.

Ревность в моей груди слегка поутихла.

– Ты трогала себя?

Она покачала головой.

– Наверное, стоило. Может, тогда мне бы удалось снова заснуть вместо того, чтобы думать о том, как ты меня бросишь.

– Никогда.

Я слегка надавил на ее клитор в качестве наказания за то, что она вообще могла такое подумать. Ее тело дрогнуло.

– Спасибо, что разбудил меня. И прикоснулся ко мне.

– Не благодари. Мне потребовалась вся моя воля, чтобы немедленно не трахнуть тебя.

Ее губы изогнулись в улыбке.

– Звучит заманчиво. Почему ты этого не сделал?

Мой член отозвался пульсирующей болью.

Если Элоди продолжит так на меня смотреть, я кончу прямо в штаны.

– Ты спала.

– Раньше тебя это не останавливало.

И правда, не останавливало.

Я хотел ее до потери сознания.

Она легко прижалась ногой к моему члену. Этого движения хватило, чтобы я стиснул зубы, сдерживая порыв войти в нее. Все тело ныло от ран, но жажда обладания заглушала боль.

– Решил, что стоит сначала спросить, ведь у нас была всего одна такая ночь, – выдохнул я сквозь зубы.

– Я это ценю.

Она сильнее прижалась ко мне ногой, и я выругался. Уголки ее губ поползли вверх.

– Я тебя мучаю, да?

– Ты даже не представляешь насколько.

Элоди улыбнулась и высвободила мой член. Ее пальцы сомкнулись вокруг него, и я зажмурился, борясь с накатывающим наслаждением.

– Ты трогал себя? – спросила она.

– Пытался. Но кончить без тебя не смог. Думал о том, что ты можешь быть с кем-то другим.

Эти слова мне едва удалось выдавить – ее руки ласкали меня, а в воздухе витал густой аромат желания.

– Мне нужны твои пальцы.

Ее команда едва не свела меня с ума.

Я сделал именно так, как ей нравилось. У нее перехватило дыхание, она изогнулась.

– Как я ощущаюсь?

– Мокро.

Мой голос срывался.

– Это только для тебя, Ав.

От этих слов в голове помутилось.

– Ты уже на грани. Подожди, не кончай, пока не окажешься внутри.

Ее строгий тон доводил меня до исступления.

– Ты хочешь мой член?

– Всегда.

Она сводила меня с ума – самым восхитительным образом.

– Я не смогу продержаться долго, – пробормотал я, отодвигая в сторону ткань ее шорт. – И у меня не хватает терпения, чтобы раздеть тебя полностью.

– И хорошо. Возьми меня уже.

Не теряя больше ни секунды, я приподнял ее ногу выше и наполнил ее.

Завладел ею.

Сделал своей.

Элоди ахнула, ее дыхание сбилось.

– Забыла, какой ты огромный.

– Забыл, какая ты тугая, – прорычал я, снова входя в нее.

И снова.

И снова.

Ее крики наполнили воздух, и я зарычал от оргазма, заполняя ее своим удовольствием. Она кончила вместе со мной, и это удвоило блаженство для нас обоих.

– Не останавливайся, – простонала она.

– Я и не собирался, Искорка.

Мои губы скользили по ее губам, лбу, ключице. Я снова вошел в нее, и мы продолжили тонуть в наслаждении.

Братья хватились Элоди лишь к середине следующего дня.

Как бы меня ни бесило, что ее отсутствие не заметили, я был рад провести с ней это время вдвоем. После того как Элоди увидела, что у меня снова началось кровотечение, она наотрез отказалась от секса, пока я не вылечусь. Так что нам оставалось только разговаривать.

Было приятно, что у нас появилось время наверстать упущенное. Она требовала рассказать ей о каждой драке, в которую я ввязался в тюрьме, а я заставил ее описывать мне каждое блюдо, которое она съела за время нашей разлуки.

Ей нужно было больше еды.

Меня злило, что я не могу ее раздобыть.

Я услышал их шаги еще до того, как посетители показались в поле нашего зрения.

– Ну, началось, – пробормотала Элоди.

Я усмехнулся.

Они не смогут отнять ее у меня. Это даже не обсуждается.

Джаспер шел во главе драконов. Он не выглядел злым, как и все остальные.

– Почему я не удивлен? – протянул Илай.

– Наверное, потому что это я заставила тебя привезти меня сюда, – жизнерадостно отозвалась Элоди.

Несмотря на наше положение, она была счастлива.

Я тоже. Хотя был бы еще счастливее, имей я достаточно еды, чтобы как следует ее накормить.

– Я-то думал, ты хотя бы сообщишь мне, прежде чем исчезнешь в тюрьме, Эл.

– А ты знал, что его здесь избивают, и не сказал мне.

Илай поморщился, но спорить не стал.

– Меня никто не избивал, – возмутился я. – Я сам дубасил этих придурков, просто пару раз получил в ответ.

– Пару раз? Все твое тело – одна большая рана!

– Не все.

Я прикусил ее шею, и у нее вырвался сдавленный смешок.

Джаспер вздохнул, проведя рукой по лицу. Он выглядел измученным. Мне было жаль, что на него давит бремя управления Громом, хотя в то же время я радовался тому, что это больше не моя забота.

– И что нам с тобой делать?

– Я предлагаю сделку, – сказал я, прижимая свою женщину ближе к себе.

Мне не нравилось, что парни смотрели на нее, хоть она была одета и находилась в моих объятиях.

– Сократите мне срок, чтобы я мог забрать Элоди домой, и я расскажу вам свою часть истории. Научу, как избежать скрепления связи.

Драконы переглянулись.

Им очень хотелось услышать историю Эл, но это была лишь половина. Черт, даже меньше половины. Именно я стал причиной того, что мы не скрепили связь. Это я стоял в стороне и смотрел, как она страдает, час за часом, день за днем.

Если они действительно не хотели связывать себя узами, когда их наконец настигнет зной, им нужно было знать то, что знал я.

– Мы это обсудим, – наконец сказал Джаспер. – Я распоряжусь, чтобы, пока мы совещаемся, кто-нибудь принес вам еду. И нормальную кровать. И, пожалуй, стулья.

Я кивнул.

Этим мерзавцам нет дела до меня, но о себе-то они позаботятся.

Когда мы остались вдвоем, Элоди снова прильнула ко мне.

Я крепче обнял ее, даже не думая отпускать.

– Это тебя нужно постоянно кормить и поить, – сказала она. – Только посмотри на себя. Если нас и правда отпустят, придет моя очередь нянчиться с тобой.

Я усмехнулся.

– Мои раны заживут, Искорка.

– Особенно если я наложу на них чистые бинты.

– Будет еще лучше, если ты приложишь к ним свои губы.

Она рассмеялась.

Я обнял ее, мысленно возблагодарив судьбу за то, что она загнала меня в тюрьму.