Глава 12

Домой Алиса возвращалась не только с прекрасным настроением, но и с целой горой гостинцев от незнакомых бабушек и дедушек. Те и слушать не хотели возражений и совали всё, чем были богаты. Как это: Мишкина невеста и с пустыми руками уедет?! Не бывать такому! Сам жених только тихонько посмеивался, видя, как старички и старушки обступили "городскую", а та не знала, что и делать. Меньше всего она хотела обидеть добродушных сельчан, а они и рады воспользоваться её растерянностью. В итоге Алиса обзавелась трёхлитровой банкой свежего молока, такой же "кислого", двумя килограммами деревенского творога, головкой варёного сыра, мешком картошки, морковью, луком, чесноком и прочими огородными радостями.

– Что мне со всем этим делать?.. – простонала Алиса, когда они достаточно отъехали от деревни, чтобы никому больше не нужно было махать.

– Как что? – усмехнулся Миша. – Тебе же столько рецептов дали!

– Издеваешься? – прищурилась девушка.

– Самую малость.

Он не мог нарадоваться тому, что Алису так хорошо приняла его деревенская "семья". Будущим родственникам Миша сознательно не рассказывал о своём "плебейском" происхождении, справедливо полагая, что этот факт из его биографии может сыграть против него. Григорьевы и сами недалеко ушли, но всеми силами старались забыть, что когда-то жили "не так".

Пока Миша радовался, Алиса пыталась сообразить, что делать со всеми сельскими дарами. Для неё их было слишком много, а жених-предатель заявил, что его в прошлый раз так осчастливили, что ещё месяца на два хватит.

"Если овощи полежат, то с молочными продуктами не всё так просто" – размышляла Алиса. А затем рассеялась про себя. – «Слышала бы мама – её б удар хватил!»

В итоге полдороги обладательница несметных богатств провела в интернете, разыскивая способы хранения и новые для себя рецепты.

– Значит так, – начала она, когда они почти доехали до её жилого комплекса, – завтра у нас утром сырники, а вечером запеканка. И только попробуй не съесть!

– То есть, мне приехать к тебе завтра утром? – с улыбкой уточнил Миша.

– На ночь не останешься? – расстроилась Алиса.

– Дела, – невесело усмехнулся жених. – Очередная вечеринка, где я никого не знаю и где ужасно скучно.

– Составить компанию? – Она совсем не хотела куда-либо ехать, но и не предложить поддержку тоже не могла.

– Нет, не надо, – поморщился Миша. – Там будут не самые приятные личности. Не хочу, чтобы они испортили тебе настроение. От их похабных шуточек меня самого воротит, но ничего не поделаешь – бизнес. Правда, думаю, с ними мы не сработаемся. Сегодня, так сказать, посмотрю на них в неформальной обстановке, там и решу. Предложение у них довольно неплохое, но недавно мне сделали не хуже, да и парень там намного образованнее этих. Только что слишком молодой, но это мелочи. Вроде надёжный, но надо проверить… Прости, загрузил тебя совсем.

– Да нет. Я бы даже сказал, что ты меня недостаточно грузишь. Я, например, ничего не знала о твоих родителях. Да и о деревне. Свозишь меня туда ещё как-нибудь?

– Обязательно! – ответил Миша, понимая, что сейчас, наверное, очень глупо улыбается, но ничего не мог с собой поделать. – Всё, приехали.

Успешному бизнесмену пришлось вспомнить юность, когда он подрабатывал грузчиком. Картофель и другие корнеплоды определили на лоджию, что выглядело весьма странно, потому что мешки не то чтобы очень сочетались с уютной зоной для отдыха. Здесь Алиса порой читала или пила кофе в очень удобном кресле. Остальные продукты удалось уместить в холодильнике – благо он был достаточно велик.

– Во сколько завтра приедешь? – поинтересовалась Алиса, провожая жениха до двери. Зефирка, наблюдавшая за тем, как хозяйка и будущий хозяин таскают что-то непонятное, решила, что с неё хватит, и ушла досматривать очень интересный сон. – Хочу знать, к какому времени сырники готовить.

– К девяти нормально будет? Немного отосплюсь, – Миша скривился, – после сегодняшней вечеринки.

– Держись там.

– Постараюсь.

Поцеловав невесту на прощание, он покинул её квартиру, спустился на лифте на первый этаж, сел в машину и поехал к себе. Занятый своими мыслями, он не заметил, как проехал мимо своего предполагаемого партнёра. Зато тот разглядел его очень хорошо.

Оставшись одна, если не считать спящую кошку, Алиса почувствовала, что голодна. В родительском доме Миши они едва успели съесть пару печений, когда началось паломничество. Из обрывков разговоров она поняла, что её жених стал самым настоящим благодетелем для односельчан. И те, помня его доброту и щедрость, от души хотели его отблагодарить. Они от всего сердца радовались, что их Мишка наконец нашёл ту, с которой хотел бы связать жизнь. Тогда Алиса почувствовала очередной укол совести, ведь милые дедушки-бабушки были уверены, что она любит их Мишку. Во всяком случае ему она не врала.

Решив, что первым делом нужно извести свежее молоко, она развела тесто на тонкие блинчики, а из части творога сделала начинку. Блинчики можно ведь и заморозить. Кто бы мог подумать, что в ней проснётся хозяюшка. Хорошо, что мама не в курсе.

А та, будто чуяла, что о ней думают, позвонила дочери сразу же, как та закончила ужинать.

– Алиса, ты дома?

– Ну да. – Она взяла чашечку вкуснейшего эспрессо и переместилась на диван. – А что?

– Ты отца давно видела?

Алиса призадумалась, пытаясь вспомнить, когда в последний раз встречалась с папой. Кажется, это было на одной из его вечеринок.

– Недели две-три назад. А что такое?

Елизавета Николаевна всхлипнула:

– Я думаю, у него кто-то появился!

– И? – Алиса закатила глаза. Можно подумать, это какая-то новость. У Георгия Васильевича всегда кто-то был.

– Нет, Алиса, ты не понимаешь! На этот раз всё по-другому. Я чувствую! Эта стерва на моё место метит!

– Мам, ты просто себя накручиваешь.

– Ничего подобного! Я этих малолетних тварей на раз вычисляю. Знаешь, скольких я уже пережила? Было штук пять шибко ушлых, но ты же меня знаешь – я своё не отдам. Если надо, глотку перегрызу. Нет, эта сучка из другого теста. И главное, я не знаю, кто она. Алиса, может, ты что-то видела или слышала?

– Нет, мам, вообще ничего.

– Ладно… Сама буду искать. Ты, если что-то узнаешь, сразу мне говори. Прибью суку.

Весь оставшийся вечер Алиса пыталась отмыться от грязи, которую на неё вылили всего за один короткий разговор.

Готовка и глупый сериал помогли отвлечься от неприятных мыслей, хотя те всё равно нет-нет, да просачивались. Беседы с матерью, если их вообще можно было так назвать, всегда давались нелегко. А когда дело касалось отцовских измен, становилось особенно трудно. Во многом из-за того, что Георгий Васильевич при первой же возможности пошёл «налево», а Елизавете Николаевне понадобились надёжные уши, в которые можно излить все переживания. И даже если этим ушам не исполнилось и четырнадцати лет.

Со временем Алиса более-менее научилась абстрагироваться, попросту приняв ситуацию. Да, у неё вот такая семья. Да, для них такое положение вещей – норма. Да, по-другому, как у других семей, никогда не будет.

И всё же для себя хотелось другой участи. Возможно, именно поэтому юная Алиса и позволила себе поверить в сказку о вечной любви. Кирилл всегда был щедр на слова, обещая не золотые горы, а тихое семейное счастье, которого дочери Григорьевых, стоивших друг друга, безумно не хватало. Однако произошло то, что произошло.

Розовые очки не просто упали с глаз Алисы, по ним туда-сюда несколько раз проехался асфальтоукладчик. Поэтому к выбору будущего супруга она подходила с холодной головой. И, судя по всему, поступила правильно.

Зефирка потёрлась о ноги хозяйки, намекая на то, что красивым кошечкам пора бы и поужинать. Алиса как-то купила автокормушку, но та в их доме не прижилась – звук не привлекал любимицу, а, наоборот, пугал. Да так, что та бежала прятаться под диван и отказывалась добровольно оттуда выбираться.

– Сейчас, моя хорошая.

Получив желаемое, Зефирка лизнула руку хозяйки и захрустела любимым кормом, не забыв после него выпить воды, и только потом с чистой совестью от осознания выполненного долга – а чем поужинать – не выполненный долг? – отправилась в мир грёз. Алиса тоже с удовольствием бы забылась сном, но понимала, что так просто, как у кошки, не получится.

Часы показывали половину двенадцатого, а спать не хотелось совсем. Ни тёплый душ, ни стакан тёплого деревенского молока не помогли. Тогда Алиса забралась с ногами в кресло и открыла книгу, которую уже полгода не могла дочитать. Не то чтобы было совсем неинтересно, но за обилием описаний цветов, парков, нарядов, особняков и прочего Алиса теряла сюжет и забывала, о чём вообще читает. Однако, как это водится, мышки кололись, плакали, но продолжали грызть кактус.

И только удалось наконец-то вчитаться и поймать нить повествования, как в дверь позвонили. Настенные часы утверждали, что полночь минула десять минут назад. В такое время прийти могли только по очень важной причине. Например, если по стенам соседей снизу потекла вода. Алиса в жизни своей ни разу не устраивала потоп и начинать не желала. Она с подступающим ужасом попыталась вспомнить, не оставила ли душ включённым, но память отказывалась помогать.

А в дверь между тем продолжали трезвонить.

Алиса опустила ноги, надела тапочки, положила книгу на подлокотник кресла и пошла проверять, кто же мог явиться к ней в столь поздний час. Глянув в глазок, она нахмурилась: соседка Наташа, причём из одежды на ней были только кружевные трусики, а высокую и очень красивую грудь прикрывали коробка конфет и бутылка вина. По-хорошему открывать дверь не стоило, но и притвориться, что дома никого нет – тоже не вариант.

– Алисонька-а-а… – Наташа бросилась в объятия соседки и уткнулась мокрым носом в её бежевое домашнее платье, оставляя на нём пятна от размокшей от слёз косметики. – Он опять меня посла-а-ал…

Чтобы не привлекать лишнего внимания, Алиса поторопилась закрыть дверь. Всё-таки полуголая девица, бродящая по подъезду – не самое привычное зрелище.

– Пойдём на кухню, я тебе мяту заварю – мне как раз сегодня подарили… – бормотала Алиса, пытаясь высвободиться.

– Не хочу мяты-ы-ы… Хочу вина-а-а…

– Хорошо, хорошо! Только пойдём!

Зефирка чисто из любопытства выглянула посмотреть, кто же и почему так шумит, и благоразумно скрылась. Хозяйке же пришлось самой отдуваться. Впрочем, её же никто не заставлял открывать дверь. У каждого выбора свои последствия.

Наташа еле держалась на ногах. Непонятно, как ей вообще удалось донести бутылку целой. Видимо, так сильно хотелось выпить, что сработал автопилот.

– Неси бокалы! – потребовала она, шмыгнув носом и махнув рукой так, что едва не снесла вазочку с грушами и яблоками. – Будем моё горе запивать!

– Я не хочу пить, – отказалась Алиса, всё-таки решив заварить мяту.

– А я хочу! И выпью! Мне теперь всё пофиг… – Наташа икнула, а потом уронила голову в ладони и громко зарыдала. – Он от неё не уходи-и-и-ит… Он же обеща-а-ал…

Глядя на соседку, Алиса вдруг подумала, что, наверное, где-то точно так же какая-нибудь молоденькая дурочка убивается по её отцу. И вдруг так захотелось сбежать из этого лицемерного мира, где делают вид, что в семье всё в порядке, а на деле изменяют друг другу направо и налево. Где такие вот глупышки пытаются разрушить чужое счастье. И где никакого счастья и нет. Только неприкрытая показушность и не более.

– Алисонька-а-а-а… Что мне делать?

А ещё ужасно надоело строить из себя хорошую девочку, которая нравится всем.

– Для начала мы сделаем вот это! – Алиса откупорила бутылку и на глазах изумлённой соседки вылила содержимое в раковину.