Глава 18. Пылающие искры

Пять лет назад Таня – Приехали, крошка, – Лёша заглушает мотор своего автомобиля. – Отлично, – делаю глубокий вдох, отстёгивая ремень. Я до дрожи в коленях волнуюсь, предвкушая, как пройдёт вечер в компании его друзей. Бестужев ещё никому не представлял меня как свою девушку. Поэтому неудивительно, что у меня коленки подкашиваются. Закрыв дверцу, я поднимаю голову, чтобы разглядеть место, куда мы приехали. Ещё при заезде я обратила внимание, что территория турбазы очень обширная. Парковка находится возле пятиэтажного строения, которое и является главным корпусом. А вдоль него идут ровные ряды небольших деревянных домиков. Лёша подходит ко мне сзади и обнимает за плечи. – Ну, что скажешь? – Мило, – пожимаю плечами. – А чем вы обычно здесь занимаетесь? – Отдыхаем, – Бестужев целует меня в макушку, и я забываю о своих тревогах. Не знаю, как он это делает. Одним своим присутствием вселяет в меня уверенность. – Пойдём, я познакомлю тебя со всеми. – Хорошо, – улыбаюсь. В обнимку, весело смеясь, мы проходим в здание. Лёша сразу ведёт меня к лестнице, и мы спускаемся в подвал, откуда доносится весёлый смех ребят. В приглушённом свете помещение напоминает мне обычный бар. Только здесь нет стойки, где можно купить напитки. А по всему периметру расставлены бильярдные столы. Вдоль стен стоят кожаные диваны. В самом углу помещения я замечаю Глеба. Завидев нас, он быстро отводит взгляд и делает вид, что занят игрой. – Бестужев, ты чего опаздываешь? – окликает его один из парней. – Начальство не опаздывает, а задерживается. Были свои причины. Парни смотрят на меня и ехидно посмеиваются. Вот теперь мне становится по-настоящему неловко. Я жмусь сильнее к Лёше, хватаясь за его руку. Он замечает мою реакцию и громко гаркает. – Так, оболтусы. Говорю один раз. Таня – моя девушка, ближе, чем на метр, к ней не подходить. – Без вопросов, кэп, – стоящие рядом с нами парни поднимают руки, усмехаясь. Мы проходим глубже, и я продолжаю с любопытством осматриваться вокруг. Странно. Почему здесь нет ни одной девушки? Мне становится немного некомфортно. Если парни хотели отдохнуть командой, зачем тогда Лёша позвал меня с собой? – Хочешь сыграть партию? – Лёша останавливается возле свободного стола. – Нет, спасибо. Я не умею. – Я научу тебя, – продолжает настаивать. – А вот и обещанный сюрприз! – вдруг голосит Быстров. И головы всех присутствующих синхронно поворачиваются к лестнице, по которой толпой спускаются девчонки во главе с моей одногруппницей Таней. Глядя на красоток с ярким макияжем и в вызывающей одежде, я мигом жалею о своем нежелании быть здесь единственной представительницей женского пола. Девчонки громко смеются и под овации парней кокетливо идут вниз. – Привет, мальчики! – улыбаются так, что голливудские звёзды на красной дорожке позавидуют. Я перевожу встревоженный взгляд на Лёшу и радуюсь, обнаружив, что любимый даже и не думал смотреть в их сторону. Парень спокойно достает два кия из специальной стойки и готовит стол для игры. Меня захлёстывает такая безудержная радость, что я готова запрыгнуть на него и расцеловать с головы до ног. Он ведёт себя так, как я бы того и хотела. – Сыграем парами? – к нам вдруг подходит Глеб, и я замираю. – А кто будет твоим партнёром? – спрашивает Бестужев. – Я, – рядом вырисовывается Татьяна. Нагло ухмыляясь, она собственнически кладёт руку на плечо Глеба и смотрит на меня так, словно, дай ей отмашку, она тут же размажет меня по стенке. Если бы меня спросили, чего хочу, то я бы не раздумывая ответила, что желаю остаться наедине с любимым. Но понимаю, что Бестужев приехал сюда провести время с друзьями. Поэтому мирюсь с ситуацией. Я вполне могу потерпеть. – Таня ещё не умеет играть. Силы будут неравны, – резко отрезает Лёша. Выдыхаю. Радуюсь, что он им отказал. Ничем хорошим эта игра бы не закончилась. Повисает гнетущая тишина, и я решаю первой разбавить напряжение. – Может, в следующий раз, – натянуто улыбаюсь. Глеб с Татьяной, ничего не говоря, идут к другому свободному столу и начинают игру вдвоём. – Следующего раза тоже не будет, – Лёша приближается к моему лицу, готовясь поцеловать. Я замираю, наслаждаясь его близостью. – Ревнуешь? – Держись подальше от Быстрова, – голос звучит жёстко. Это не совет, а приказ. – Мне, кроме тебя, никто не нужен, глупый. Сама притягиваю его за затылок и начинаю целовать. Подумать только: он меня ревнует. Это немного слишком, но всё же приятно. Как говорят: ревнует, значит… – Готова? – Лёша разрывает наш поцелуй и вкладывает мне в руку деревянный кий. – Ну, давай попробуем! Только если проиграешь, не жалуйся. Потому что у меня слишком крутой учитель, – подмигиваю. Бестужев наклоняется к моему уху и кладёт руку мне на бедро. – Позже я научу тебе ещё кое-чему. Очень приятному. Смеюсь и целую его в щёку. – Для начала сделай из меня звезду бильярда. Толком поиграть нам всё равно не удаётся. Какая там концентрация? Стоит мне наклониться для прицела, Лёша ловит момент и подходит сзади, чтобы прижаться к моей попе своим пахом. – Ты специально меня отвлекаешь? – приподнимаю брови, а он шутливо поднимает руки. – Всего лишь показываю тебе, как правильно ставить пальцы. За эти дни в нём что-то изменилось. Я вижу. Улыбка стала нежнее, глаза ярче. Не думаю, что кто-то ещё это заметит, но я очень чётко чувствую эти перемены. – Из-за твоего «всего лишь» я ещё ни одного шара не забила в лунку. Подвинься и наблюдай со стороны. Неохотно делает пару шагов назад. – Пожалуйста, – зачёсывает свои непослушные пряди назад, а я по-детски показываю ему язык. Приказываю себе не улыбаться и сосредоточиться на цели. Вот. Я должна ударить прямо по этой точке, тогда шар точно попадёт в лунку. Концентрация. Прицел. Удар. – Есть! – прыгаю от радости. Лёша улыбается и лениво настигает меня. – Неплохо, – наклоняет голову набок. – Давай ещё раз. Закрепишь результат. – Легко, – окрылённая своей первой победой, я наклоняюсь для второго удара. И только начинаю прицеливаться, как мой гиперответственный учитель наклоняется сверху, согревая теплом своего тела. Я, конечно же, промазываю. – Теперь я, – как-то довольно заявляет он. Берет в руки свой кий и точными ударами забивает один шар за другим. Стою с разинутым ртом и понимаю, что всё это время он просто забавлялся. – Игра окончена, – забирает кий из моих застывших рук и ставит его обратно в стойку. С замиранием сердца жду, что этот хитрец скажет дальше. Явно же что-то задумал. – Хочешь посмотреть нашу комнату? – голос становится ниже. Он подходит ко мне. Я моментально вспыхиваю. Его близость не перестаёт заводить меня. – Нет, – отворачиваюсь, – ещё не устала. К тому же, ты хотел провести время с друзьями, – учтиво напоминаю. – Планы поменялись. Как ты там сказала? Мне никто не нужен, кроме тебя, крошка. – Тем не менее. Раз уж мы здесь. Давай развлекаться с остальными. Мы без ума друг от друга. Мне это нравится. Но в глубине души я знаю, что он всё же хочет остаться тут. Паршивец почёсывает подбородок, делая вид, что раздумывает, и через мгновение благодарно целует меня в макушку. – Твоя взяла. Ты моё маленькое чудо. Нисколько не жалею о своём решении. Если Лёша счастлив, то и я тоже. Вечер проходит очень весело. Ребята рассаживаются по диванам. Девчонки запрыгивают им на колени, и мы дружно общаемся, обсуждая их матчи и общих преподавателей в университете. Мы с Лёшей устроились в самом углу, откуда отлично открывается вид на всё помещение. И при этом сохранили некую интимность. Любимый проводит кончиками пальцев вдоль выреза моего платья. Затем опускает руку под подол и ласкает мне бедро. – Лёша… – мой голос больше похож на стон. – Не здесь. – Я устал ждать, – носом упирается мне в плечо, и я чувствую, как его дыхание становится хриплым. – А как насчёт сыграть в «правду или действие»? – вдруг предлагает Татьяна. Девушка удобно устроилась на коленях Глеба, попивая уже не первую бутылку пива. – Давай, – её идея сразу же получает одобрение толпы. Уму непостижимо! На пьяную голову играть в подобные игры? Мне становится крайне некомфортно. Стараюсь скрыть эмоции, но это у меня плохо получается. Мысленно молюсь, чтобы до нас с Лёшей не дошла очередь. Наивная. Ведь первой жертвой моя коварная тёзка, конечно же, выбирает именно Бестужева. – Лёша, правда или действие? По тому, как напряглись его мышцы, я понимаю, что он тоже недоволен ситуацией. – Правда, – делает глоток из своей бутылки, мельком поглядывая на меня. Таня злорадно прищуривается. – С кем из присутствующих девушек ты бы хотел переспать, – косится в мою сторону. – Исключая тех, кто уже побывал в твоей постели. И ответ «ни с кем» не считается! Вот стерва! Какая же она противная и мерзкая. Моя неприязнь к гадюке становится ещё больше. Все разом замолкают в ожидании ответа Бестужева. Некоторые девчонки, даже сидя на коленях других парней, начинают привлекать к себе внимание Лёши, поправляя прическу или кокетливо ему улыбаясь. Я из последних сил борюсь с желанием встать и уйти. Не думаю, что готова услышать его ответ. А эта мегера словно точно знала, куда лучше бить. Сидит теперь и, довольная собой, ухмыляется. Будь на моём месте Тоня, она бы не церемонилась, а подошла и оттаскала её за волосы. – С ней, – вдруг заявляет Лёша. Под общий хохот я прослеживаю взглядом, куда он указал рукой, и сама расплываюсь в улыбке, увидев техничку лет семидесяти, которая до этого боролась со сном, тихо сидя в углу. Видимо, старушка ждёт, когда все разойдутся, чтобы начать уборку. И явно удивилась такому вниманию к своей скромной персоне. – Извращенец, – выкрикнул кто-то из парней. – А ничё такая милфа, – юморит второй. Когда смех затихает, Лёша кладёт свою уже пустую бутылку на пол и зовёт Татьяну: – Правда или ложь? Девушка, не отводя от него похотливого взгляда, облизывает губу и самодовольно выбирает: – Действие! – Отсоси Глебу как следует. Хоть займёшь чем-то полезным свой поганый рот. –Ууууу, – раздаётся общий неодобрительный гул. Только собираюсь упрекнуть Лёшу в грубости, как сразу замолкаю, решая этого не делать. Если Татьяна не сможет сама за себя постоять, то у неё есть для этого Глеб, кем бы он сейчас ей ни приходился. – Да пошёл ты, – лицо девушки кривится от отвращения. – Эй, ты же сама предложила эту игру, – толкает её одна из подруг. – Заткнись, дура, – осаждает. – Не буду я ничего делать. – Если ты отказываешься выполнять действие, то должна заплатить штраф, – твёрдо произносит Бестужев. – Да, пожалуйста, – делает вид, что ей всё безразлично. – Избавь нас от своего присутствия. Прямо сейчас. – Ууууу, – парни вновь гудят. Перевожу взгляд на Глеба и удивляюсь, насколько у него в этот момент безразличное лицо. Он, развалившись на диване, смотрит только в одну точку. А рядом сидящая девушка представляет для него интерес не больше, чем пылинка в воздухе. Да уж. Тоня не много потеряла. – Спокойной ночи всем! – Таня поднимается, стараясь держать осанку ровно. Смотрит на Быстрова в ожидании, что он встанет и уйдёт с ней. – Спокойной ночи, – произносит тот холодно, всем своим видом показывая, что собирается остаться. Лицо Тани превращается в мрачную гримасу. Очень странно видеть её такой поверженной. Обычно она сильная и нахальная. – Моя очередь, – вдруг оживает Глеб после ухода девушки. Понимаю, что вечер уже не будет таким веселым, поэтому поворачиваюсь к Лёше, чтобы предложить уйти. Но только открываю рот, как слышу. – Таня, правда или действие? – Быстров улыбается, а меня передёргивает. О нет! Нет! Нет! С мольбой смотрю на Лёшу. От страха у меня сводит желудок. – Таня не играет, – отвечает за меня любимый, и я благодарно ему улыбаюсь. – Все присутствующие согласились участвовать. Я не слышал ни одного отказа, – продолжает настаивать Глеб. – Заткнись, Быстров, – осаждает его Лёша. – Думаешь, это честно по отношению к Татьяне? Она же выполнила все правила. Слышится недовольный ропот толпы. – Да мне наплевать на … – Лёша, – кладу руку на его плечо. – Всё хорошо. Я сыграю один раз. – Ты не должна этого делать, если не хочешь. – Нормально. Не переживай. Не сахарная же. – Я тебя предупреждаю, Быстров! – говорит раздражённо. – Скажешь хуйню, получишь кулаком по роже. Моя защита и опора. Как же я его обожаю. С ним не страшно ничего. – Правда или действие? – ехидный взгляд Глеба смещается на меня. По коже бегут мурашки. Искренне верю, что выбираю меньшее из зол. – Правда, – говорю гораздо спокойнее, чем я чувствую себя на самом деле. – С кем тебе понравилось больше целоваться: со мной или с Бестужевым? Что? О чём он? У нас никогда не доходило до… В ужасе не успеваю среагировать. Лёша резко подрывается и в два размашистых шага достигает Глеба. Хватает его за футболку, поднимая с дивана, и наносит мощный удар кулаком прямо в лицо. – Нет, – закрываю рот рукой, не веря своим глазам. Парни сразу подскакивают и, схватив своего капитана с двух сторон, оттаскивают подальше от Быстрова. – Ублюдок! – рычит Лёша. – Мразь! Она должна была быть моей, – сплёвывает окровавленную слюну Быстров. – На хуй ты ей сдался, придурок? – Заткнись, дерьмо. Да они оба сумасшедшие. Вот уж не думала, что я представляю для Глеба какой-то интерес. Он уже успел переспать и с моей лучшей подругой, и с моим главным врагом. Зачем ему я? А Лёша? Детский сад устроили тут. Я так зла, что не хочу больше лицезреть этой глупой драмы на ровном месте. Ставлю свой стакан на стол и бегу наверх по лестнице. Не хватало ещё, чтобы друзья дрались из-за ерунды. Якобы по моей вине. – Таня, постой, – кричит мне вслед Лёша. Я притормаживаю в главном холле, не зная, куда идти дальше. Мы же приехали сюда на машине. Вряд ли я сейчас смогу вызвать такси. – Стой! – Лёша настигает меня. – Зачем ты ушла? – Да ты издеваешься? Зачем ты напал на Глеба? – Не надо было с ним сосаться! – яростно выпаливает. – Ты ненормальный. Я уезжаю домой, – разворачиваюсь и иду к выходу, чтобы придать сказанному вес. Но Бестужев хватает меня за руку и поворачивает к себе. – Что у вас ещё было? Ты трахалась с ним? Он что, смеётся? Я смотрю на руку и пытаюсь высвободиться. Хоть держит он не сильно, всё равно не могу её вызволить. – Отвечай! Сначала хочу наорать и прогнать его, но инстинкт подсказывает использовать другой подход. – Я люблю тебя, дурак! И никто! Никто мне больше не нужен. Лёша растерянно замолкает. Явно ожидал от меня другой реакции. – Я ни разу не целовалась с Глебом, что бы он тебе ни говорил. Его взгляд смягчается, и я подхожу ближе, касаясь его щеки. – Он просто тебя провоцировал. Возможно, хотел отомстить за Татьяну. Я не знаю, чем он руководствовался. Лёша прижимает меня к себе. Чувствую, как бешено бьётся его сердце. Удивительно, как один человек может быть одновременно таким сильным и таким слабым. – Прости. Мне противна сама мысль, что ты могла быть с другим, – наклоняется к моей шее и начинает целовать как сумасшедший. – Я люблю тебя, крошка. Только тебя. Ты одна для меня. Моя. Навсегда. – Я тоже тебя люблю, – обнимаю ревнивца крепче и утыкаюсь носом в его грудь. – Но ты должен доверять мне. – Обещаю, что буду. Прости меня. Ты слишком хороша для меня, и я всё жду, когда ты это осознаешь, но все-таки надеюсь, что этого не произойдёт. Гляжу на него и таю. Не могу сердиться, когда он так на меня смотрит. И говорит подобные вещи. – Этого не произойдёт! Я люблю тебя. Лёша облегчённо выдыхает, словно после нескольких часов тяжёлой работы. – Ну, пойдём посмотрим наш номер? – игриво подмигиваю. – Давно пора. В обнимку мы идём к столу регистрации, чтобы взять ключи от комнаты. Из подвала доносится задорный смех, и я мысленно радуюсь, что парни продолжают веселиться, как будто и не было никакой драки. Ну и отлично. Подходим к лифту и начинаем целоваться, не в силах ждать, когда кабина приедет. Я запускаю пальцы в его волосы, а он кладёт ладони на мою талию. Люблю этого красавчика целиком, во всех проявлениях. И люблю себя такой, какой стала с ним. Мы оба сделались лучше. Раздаётся характерный звук, и створки лифта наконец-то открываются. Мы на миг вынужденно отрываемся друг от друга. Я собираюсь сказать что-то весёлое, но слова застревают в горле, когда замечаю выходящего из кабины Дениса. Видеть его здесь – всё равно что встретить пришельца с другой планеты. Парень с фиолетовым ирокезом, заметив меня, опускает по привычке взгляд в пол и проходит мимо. – Привет, – я всё же улыбаюсь ему. – Вы знакомы? – недоумённо спрашивает Лёша. Денис притормаживает и смотрит на меня в ожидании реакции. – Да, Лёш, это же Денис. Он тоже учится в нашем университете. – Я знаю, кто это, – говорит любимый. Денис как-то ехидно ухмыляется, глядя на нас, и, не проронив ни слова, уходит. Мы приезжаем на нужный этаж, а я продолжаю размышлять о причинах присутствия панка в таком месте. Не выдерживаю и всё же задаю вопрос любимому. – Ты знаешь, что Денис делает здесь? – Да. – И? Скажешь мне? – Зачем? – хмурится. Неужели опять ревнует? – Просто любопытно, – игриво ударяю его по плечу. – Он работает здесь в конюшне с лошадьми. – Аааа. Надо же, как тесен мир. ***Денис собирался взять бутылку газировки в ресторане на первом этаже, когда встретил Таню с Лёшей возле лифта. Глупая девчонка. И чего она к нему лезет? Может, надеется, что он ей как-то поможет противостоять Татьяне? Наивная. Денису уже давно наплевать на свою бывшую школьную любовь. И всё, что с ней связано. В столь поздний час ресторан уже не работает. Но сотрудники всегда оставляли дверь открытой. А на некоторых столах до сих пор горят свечи. Денис в очередной раз поражается этому факту, но, отмахнувшись от непрошенных мыслей, стремительно направляется к барной стойке. Догорят и догорят. Что может случиться? В просторном помещении темно, но лунный свет, проникающий из панорамных окон, и отголоски пламени свечей помогают ему ориентироваться в пространстве и не задевать на ходу мебель. Денис подходит к холодильнику и достаёт оттуда две банки газировки. – Не спится? – женский голос в абсолютной тишине звучит как раскат грома. Ему даже не нужно оборачиваться, чтобы понять, кому именно он принадлежит. Было время, когда этот же голос сводил его с ума. Завораживал и заставлял терять разум от любви. Но детские грёзы уже в прошлом. Сейчас от былых чувств осталась только неприязнь. – Как и тебе, – лениво отзывается парень и разворачивается, чтобы мельком взглянуть на девушку. Татьяна одиноко сидит за столом у окна с бутылкой пива в руках и смотрит в одну точку перед собой. – Помнишь, как мы приезжали сюда на школьные каникулы? – спрашивает она с грустью в голосе. Денис делает шаг, чтобы уйти, но какая-то неведомая сила заставляет его остаться и ответить на вопрос: – Я удивлен, что ТЫ ещё помнишь. – Твой отец всегда радовался, когда ты привозил меня на вашу турбазу. А помнишь, как мы катались на лошадях? Ты позволял мне побеждать тебя в скачках. Нарочно! Специально подстраивался, – усмехается воспоминаниям. – Дурак. Последнее слово, хоть и сказано не со злостью, но действует на Дениса как удар пощёчины. – Потому что сама ты всегда проигрываешь! Причем, во всём. Девушка замолкает и делает ещё один глоток из бутылки. – Знаю. Ну а ты, – бросает на парня презрительный взгляд. – Чего ты добился? Стал панком? Выкрасил волосы в дурацкий цвет и ходишь как приведение? Тебе самому-то от себя не противно? – Противно? Да пока ты трахалась с половиной универа, а твой папочка рисовал тебе оценки в зачётке, я с отличием заканчивал каждый семестр. А скоро смогу защитить диплом и приступить к работе, о которой мечтал. И ещё у меня есть девушка. Денис врёт. Но ему нисколько не стыдно. Потому что он знет, что эти откровения ей будут неприятны, и упивается своей маленькой местью. – Девушка? – Татьяна делает ещё один глоток. – И кто она? – пытается изобразить безразличие, но ей это плохо удаётся. – Какая разница? Ты её всё равно не знаешь. – Мне просто любопытно. Она из нашего универа? Почему я её раньше не видела с тобой? Как её зовут? – Не твоё дело. А ты чего сидишь здесь одна? У вас же там веселье в самом разгаре. – Отвали, – залпом допивает остатки и бросает бутылку на пол. – Уроды они все. – Да неужели? А ты, значит, у нас самая хорошая и никак не вписалась в их компанию? – Меня выгнали, – поджимает губы, сдерживая слёзы. – Представляешь? Вот так просто взяли, попользовались и выбросили, как мусор. Девушка поднимает взгляд на Дениса, ожидая увидеть сарказм на его лице. Но с удивлением обнаруживает лишь сочувствие. – Ну же, давай! Говори! Скажи мне, какая я идиотка. Падшая женщина. Давалка последняя, – её грудь часто-часто вздымается, как у раненого зверя. – Ты сама прекрасно справляешься. Мысль, что его школьная любовь спала с большей частью парней, которые в данный момент веселятся в подвале, вызывает у него тошноту. Денис больше не видит смысла продолжать этот странный разговор и разворачивается, чтобы уйти. Татьяна пьяна. Что с неё взять? Несёт всякий бред, о чём утром даже не вспомнит. Девушка начинает часто моргать, сдерживая подступающие слёзы. Но это не помогает. Она отворачивается к окну и вытирает глаза. Денис знает, что оставлять её одну не лучшая идея, но плевать. – Постой! Ты куда? – кричит, вскочив на ноги, Татьяна. Но Денис быстро уходит, и не думая замедляться. Поэтому она спешит к выходу за ним. В своём порыве девушка не замечает, как резко дёргает скатерть, из-за чего маленькая свечка на столе начинает шататься и падает. А её пламя медленно пожирает легковоспламеняющуюся ткань. Когда дверь в ресторан закрывается, огонь уже успевает перейти на рядом висящие шторы.