Глава 25

Я долгое время провела в стае Девида, но там и в помине не было подобного. Там волки жили в страхе. Боязнь прогневать альфу, и нарваться на очередное наказание витала в воздухе. Военный режим, где есть четко прописанные правила и шаг вправо или влево непременно приводит к расплате.

Сейчас же мне было комфортно, впервые за долгое время. Встречаясь с Даймондом я была слишком поглощена проблемами и душевными терзаниями. И как-то его взаимоотношения с оборотнями прошли незамеченными. Я изначально повесила на них клеймо его прислужников.

Помогать волкам было приятно. Я сама хотела сделать для них что-то. Но они особо ничего не просили. Не пытались унизить. А лишь дарили ощущение семьи, той кто принесла им горе. Это было странно. Это не укладывалось у меня в голове. И от этого мои муки совести сжигали меня живьем. Я не заслуживаю такого отношения. Не понимаю его. Где подвох? Я ведь враг в их глазах. Это правильно. Это понятно. А такой прием, я не могла найти объяснений. Их боль, их раны, ничего не прошло, ничего в душе не зажило. Но они не желают отмщения.

Они жили в отдельном крыле дома. Я не вернулась к себе в комнату, ни в тот день, ни в последующие. Так и осталась спать у них на кушетке, а рядом со мной примостились два волка, утратившие человеческую форму. Даже они согрели мою душу. И заставили обливаться кровавыми слезами сожаления.

Три дня прошли в хлопотах и заботах. Я проводила с волками все время. Несколько раз видела Шайну. Она приходила со своими колдовскими обрядами и очень странно улыбалась. Загадочно. Словно знает то, чего ей знать никак не полагалось. Порой заходил Вальтер, молча смотрел на меня и уходил. А вот Даймонда не было. Он ни разу не появился. Неужели развлекается со своей Марикой?! Мне ведь должно быть все равно. Еще тогда ножом я поставила точку. Уничтожила все, что могло быть. Нас больше нет. Никогда не было. Только сердце со мной несогласно. Треклятая черная зараза поселилась внутри. Все мое влечение к нему болезнь. Даже в этом нет ничего настоящего.

Стою в коридоре у окна. Смотрю на звезды. И понимаю, что жизнь катится кубарем вниз. Я падаю в капкан и не знаю, как выбраться. Как прекратить поток чудовищных событий? Как обрести себя? Свободу от Даймонда, Девида? Как разобраться в происходящем?

— Жасмин, составишь мне компанию? Хочу прогуляться, — за спиной раздался голос Теда.

— А меня выпустят? — вытираю слезы. От их горечи щеки словно обожгло кислотой. — Даймонд тебе голову не оторвет за подобные предложения?

— Его сейчас нет.

— И где же великий альфа? — пытаюсь игнорировать, как что-то кольнуло в груди. Словно мне его не хватает.

— Он тут не живет. Это дом стаи.

— Ясно, — прикусываю язык, чтобы не спросить с кем он уехал. Но от этого легче не становится. Не перестаю представлять их вместе.

— Марика осталась тут, — не вижу его, но слышу улыбку в словах. — Довольно лить слезы. Они уже давно не приносят тебе облегчения.

— Откуда ты… — замолкаю. За эти дни я поняла, что волк, потеряв зрение, стал многое понимать гораздо лучше зрячих.

— Порой именно глаза делают нас слепцами, — очень бережно взял меня за руку, и мы пошли по ступенькам вниз.

Погода превосходная. Легкий ветер высушивает слезы. Приносит запах цветов. В теле появляется легкость. Мы идем по тропинке за дом. Тут огромная территория. Человеку легко заблудится. Оглядываюсь по сторонам. Пытаюсь вспомнить, как найти Чарльза. К нему почему-то их доброта не распространяется. Его волки держат в кощунственных условиях. И как их понять?

— Объясни почему, вы так добры ко мне? — выпаливаю, давно мучивший меня вопрос.

— Ищешь подвох? — запрокидывает голову вверх. Словно смотрит на звезды и действительно видит их.

— Я точно знаю, что далеко не ко всем стая так великодушна. И намечается война. А я для вас враг. Могу сотню раз оправдываться, и какие бы ни были причины, я сделала, то, что сделала. Это мой грех, — провожу рукой по белому цветку розы, наклоняюсь, вдыхаю аромат.

— Мы притягиваем только то, что излучаем сами. Если человек или оборотень пропитан ненавистью, то именно она его и будет окружать. Ты ненавидела, и в твою жизнь пришли особи со схожим чувством. Твоя ненависть искала выход, и судьба послала тебе тех, кто помог исполнить желаемое, — его голос звучит очень тихо. Проникновенно. И сейчас мне кажется, у него перед глазами мелькает моя жизнь. — Что было у тебя в душе, когда ты встретила Такера?

— Я была зла на весь мир…

В моей жизни действительно не было радости. Детский дом — побои, унижения, борьба за выживание. Там жила ненависть. Стриптиз клуб — пакости девушек, их презрение, зависть. Сколько подлости я там видела. Сколько желания утопить меня любой ценой. Да, когда мы познакомились с Такером, я уже была насквозь пропитана ненавистью.

— И он питал твои чувства, делал их сильнее. Ваша ненависть сплелась и переросла в еще более жесткую форму.

— Хорошо, если следовать твоей логике, то и сейчас я должна притягивать только ненависть? Но вы ко мне добры…

— Разбить стену ненависти может только противоположное чувство. Если еще не поздно. Для некоторых особей все давно закончено, зло пропитала так сильно их душу, что нет ни единого способа его искоренить. Тогда остается один выход — уничтожение. Дабы они далее не сеяли зло по земле. Это ответ на твой вопрос, почему некоторые милости и сострадания все же не заслуживают, — привел меня к маленькой уютной беседке, увитой красными розами. Сел на лавочку.

— А со мной, значит, еще не все потеряно? — горько усмехаюсь, опустив голову. Гадко на душе. Паршиво. — И вы отвечаете на мое зло добром? Чтобы избавить меня от ненависти?

— Да, горе нас подкосило. Принесло страдания. Но смысл оплакивать прошлое? Смысл ненавидеть? Ведь это чувство в первую очередь уничтожит нас. Если надо будет, мы вступим в бой за правое дело. Но и тогда мы не будем ненавидеть врага. Я полагаю, каждому из стаи эти испытания были зачем-то даны судьбой. Для какого-то осознания. У каждого за спиной грехи. И уже от нас зависит, выучим ли мы этот урок или нет. Впереди жизнь, мы сами строим настоящее, и пройдет ли оно в ненависти, или все же пойдет по тропе осознания, каждый выбирает сам. Ничего не происходит случайно, и если мы встретились на твоем пути, Жасмин, возможно, это шанс задуматься. Пересмотреть свои взгляды. Найти заблуждения.

— И вы простили врага, чтобы двигаться дальше? Чтобы ненависть не сожгла вас изнутри? — смотрю на его умиротворенное лицо. Молодое и такое взрослое одновременно.

— Ты не враг, Жасмин. И нуждаешься в исцелении куда больше нас. Но выбор только за тобой, захочешь ли ты сама искоренить свою ненависть. Сможешь ли впустить в свое сердце добро.

— Только ты забыл уточнить один момент. Вы сами служите злу в чистом виде, — отошла к поручням беседки, вцепилась со всей силы в дерево. — И все ваши идеалы, пшик, пустышка. Сколько крови на его руках? Ты прав подобное тянется к подобному. Только сам Даймонд и запустил эту цепь ненависти, с него все началось! — повернулась, подошла вплотную к волку, — Тед, он убил моих родителей, жестоко, хладнокровно. Он украл у меня все! Возможно, я не так великодушна, как вы, но я не могу этого простить! Не могу смириться!

— И ты избрала путь вонзить ему нож в сердце? Думала, это сделает тебя счастливей? Принесет облегчение? — на лице оборотня все то же спокойствие. Никакого удивления.

— Нет, — падаю на колени, закрываю лицо руками, — Нет… я все равно не могла… я не могла мстить… я попала в его сети так сильно… что приняла предложение от убийцы… я не могла от него отказаться даже зная правду… Как бы ни ужасно это звучало, но нож в сердце я ему воткнула не из-за родителей. Не из-за мести… хоть да я всегда его ненавидела… за все то горе… что он причинял и продолжает мне причинять… Но нож он получил как раз за чудо… неосознанное и единственное… которое он сотворил в своей жизни…