Глава 9

Лу Сянлин

С тех пор как Ли Хэ рассказал ей о возможной печати, минуло три дня. Три дня, в течение которых Сянлин почти не покидала своей комнаты, погружённая в тяжёлые раздумья. Она перебирала в памяти каждое своё детское воспоминание, каждое слово, обронённое матерью, каждый взгляд наставницы, но так и не смогла найти ничего, что подтвердило бы или опровергло догадку её нового учителя.

Она почти не выходила к трапезам, ссылаясь на усталость, и Ли Хэ, к её удивлению, не настаивал. Лишь однажды, на закате второго дня, он постучал в её дверь и молча поставил на порог поднос с горячим чаем и парой баоцзы. Сянлин тогда долго смотрела на закрывшуюся дверь, чувствуя, как в груди разливается что-то тёплое и непривычное.

На третий день она наконец решилась выйти.

Сад встретил её тишиной и золотистым светом угасающего солнца. Ли Хэ сидел под старым клёном, скрестив ноги, и медитировал. Его лицо было спокойным, почти безмятежным – таким она видела его лишь однажды, когда он спал в гамаке.

Сянлин замерла на пороге, не решаясь нарушить это умиротворение. Но он, словно почувствовав её взгляд, открыл глаза и посмотрел на неё.

- Выспалась? – спросил небожитель без обычной ворчливости.

- Я не спала, - честно ответила Сянлин, подходя ближе. – Я думала.

- И к каким мыслям пришла?

Она опустилась на траву рядом с ним, обхватив колени руками.

- Ни к каким, - призналась тихо. – Я ничего не помню. Ничего такого, что могло бы объяснить... это. Но если печать действительно существует, значит, всю свою жизнь я была слабой не потому, что такой родилась, а потому, что меня такой сделали?

В её голосе прозвучала горечь, которую не получилось скрыть.

- Возможно, - кивнул Ли Хэ. – Но это также означает, что у тебя есть шанс стать сильнее. Если печать снимется.

- Если, - эхом отозвалась она. – Если дракон вернётся, если ты сможешь мне помочь, если, если, если...

- Ты злишься?

- Я устала, - выдохнула Сянлин и вдруг, повинуясь внезапному порыву, прислонилась головой к его плечу. – Можно я просто посижу так? Хоть немного.

Ли Хэ напрягся. Она почувствовала, как его тело на мгновение окаменело, а затем медленно расслабилось. На какой-то миг ей стало страшно, что сейчас он её оттолкнёт.

- Сиди, - разрешил он тихо.

Так они и сидели в саду, пока солнце не скрылось за горизонтом, окрасив небо в тёмно-синий цвет. Сянлин почти задремала, когда вдруг услышала его голос:

- Ты говорила, что твоя мать ушла в мир смертных.

- Ммм? – Она приоткрыла глаза.

- Ты знаешь, куда именно?

- Нет. – Сянлин покачала головой. – Я тогда была слишком мала, а потом никто не говорил об этом. Может, наставница знает, но... я уже не спрошу.

- Жаль, - задумчиво произнёс Ли Хэ. – Если бы мы знали место, возможно, там нашлись бы ответы.

- Думаешь, она оставила мне что-то? Какое-то послание?

- Или причину, по которой запечатала твою силу, - добавил он. – И люди, и небожители редко делают что-то без причины. Особенно когда речь идёт о собственном ребёнке.

Сянлин промолчала. Ей хотелось верить, что мать любила её, что у неё не было выбора, что она страдала не меньше. Но в глубине души занозой сидел страх: а вдруг причина была иной? Вдруг печать — это не защита, а наказание?

- Не мучай себя, - словно прочитав её мысли, сказал Ли Хэ. – Когда придёт время, мы всё узнаем. А пока давай-ка поднимайся. Если ты собираешься в Цзеян, тебе нужно хотя бы научиться не падать с ног от усталости после часа ходьбы.

Сянлин фыркнула, но послушно встала, отряхивая ханьфу от травинок.

- Ты сегодня необычно добр, шифу, - хмыкнула она, запоздало осознавая, что опять совершенно забыла о правилах, церемониях и надлежащих обращениях.

- Не привыкай, - буркнул небожитель, отворачиваясь, но она успела заметить, как дрогнули уголки его губ.

На следующее утро Ли Хэ разбудил её рано, ещё до рассвета.

- Одевайся теплее, - велел он коротко, постучав в её комнату. – Мы идём в горы.

- Зачем? – сонно пробормотала Сянлин, кутаясь в одеяло.

- Там есть источник. Говорят, его вода обладает свойством усиливать духовное восприятие. Если в тебе действительно есть печать, мы сможем это проверить.

Сянлин мгновенно проснулась.

- Правда?

- Я никогда не шучу по утрам, - отрезал Ли Хэ и вышел, оставив дверь открытой.

Через час они уже поднимались по узкой тропе, петляющей между скал. Воздух становился прохладнее, а внизу, далеко под ногами, расстилался туман, скрывающий долину. Лисица никогда прежде не бывала в этих местах – вся её жизнь была ограничена владениями клана.

- Далеко ещё? – слегка запыхавшись, спросила Сянлин.

- Не жалуйся, - бросил её спутник, ловко перепрыгивая через расщелину. – Ты хотела стать сильнее – вот и становись.

- Я хотела, чтобы меня научили, а не погубили в горах! – простонала она, но всё же полезла следом.

Источник оказался круглым как чаша озерцом, спрятанным в каменной чаше на вершине утёса. Вода в нём была необычного молочного оттенка и, казалось, слегка светилась в утренних сумерках.

- Красиво, - выдохнула Сянлин, забыв об усталости.

- Садись, - коротко приказал Ли Хэ, указывая на плоский камень у самой воды. – Закрой глаза. Сосредоточься на своём дыхании. Представь, что твоё тело – пустой сосуд, и ты наполняешь его светом.

Сянлин послушно села, скрестив ноги, и закрыла глаза. Она старалась дышать ровно, как учила наставница, но мысли всё равно разбегались.

- Тише, - услышала она голос мужчины, который вдруг оказался совсем рядом. – Не думай ни о чём. Просто слушай.

Она почувствовала, как его ладонь легла ей на макушку. Тёплая, тяжёлая, но не пугающая.

- Я попробую направить свою энергию, чтобы почувствовать печать, - пояснил он. – Если станет больно или страшно – сразу говори.

Сянлин кивнула, боясь пошевелиться.

Сначала ничего не происходило. Она просто сидела, чувствуя тепло его руки и лёгкий ветерок, треплющий волосы. А затем вдруг внутри неё словно что-то откликнулось. Где-то глубоко, в самой сердцевине, шевельнулось нечто незнакомое – огромное, древнее, сильное.

- Есть, - выдохнул Ли Хэ, и в его голосе прозвучало удивление. – Там и правда что-то есть. Но это не просто печать...

- А что же тогда?.. – едва слышно спросила Сянлин, боясь открыть глаза.

- Не знаю, - честно ответил он. – Это похоже на... на сдерживающий барьер, но под ним я чувствую что-то ещё. Что-то очень мощное.

- Мощное? – Она изумлённо распахнула глаза и обернулась к нему. – У меня? Но как?

Ли Хэ убрал руку и задумчиво посмотрел на озеро.

- Возможно, твоя мать запечатала не просто твою силу, а нечто большее. То, что могло бы сделать тебя слишком заметной. Или опасной.

- Опасной? – Сянлин почувствовала, как по спине пробежал холодок. – Для кого?

- Для тех, кто мог бы захотеть тебя использовать, - медленно произнёс Ли Хэ. – Или уничтожить.

Они замолчали, глядя друг на друга. В молочной воде отражалось разгорающееся утреннее небо, а в груди зарождалось странное чувство – что их встреча была не случайной, что нити судьбы сплелись куда туже, чем они могли предположить. И где-то глубоко внутри Сянлин, за невидимой стеной, что-то вновь шевельнулось, будто подавая знак: я здесь, я жду.

- Нам нужно в Цзеян, - твёрдо сказал Ли Хэ, поднимаясь. – И как можно скорее.

Сянлин кивнула, чувствуя, как в груди зарождается не страх, а странное, трепетное предвкушение.

Что бы ни скрывалось в ней, оно ждало своего часа.

И этот час приближался.

Обратный путь показался ей более лёгким, чем дорога к озеру. Как будто после медитации на берегу и разговора с наставником что-то в ней изменилось. В глубине души поселилось волнение. Лу Сянлин знала, что ей следует идти в Цзеян, но она думала, что Ли Хэ будет настаивать на том, что сначала им нужно хотя бы ещё один раз призвать его дракона. Если бы только она знала, как это сделать!

И всё же – если дракон намерен появляться только тогда, когда лисице угрожает опасность, то, может, и не надо его призывать?..

«Но без него Ли Хэ не сможете помочь мне снять печать, – напомнила себе Сянлин. – Однако в Цзеяне всё может измениться. Там наверняка продаются волшебные пилюли, которые увеличивают силы небожителей».

О волшебных пилюлях ей рассказывали в клане, но сама она никогда не пробовала ничего подобного.

То ли от свежего воздуха, то ли от осознания того, что её настоящая сила, возможно, гораздо больше, чем у тех, кто сдал тот экзамен на бессмертие, Сянлин ощутила жгучее желание сменить облик. Она так давно не бегала на четырёх лапах! И сама не замечала, как соскучилась по этому ощущению.

Но сейчас с ней Ли Хэ… Увидев рядом с собой лису, он может вспомнить о своей ненависти к её клану. Как же с ним всё сложно!

- Если ты хочешь обратиться, я не возражаю, - заметил небожитель, усмехнувшись.

- Откуда ты знаешь? – Сянлин даже споткнулась. – Как… как догадался о том, что я хочу…

- Догадаться было несложно. У тебя на лице всё написано. Будь у тебя хвост в этом обличии, ты бы сейчас нетерпеливо им размахивала.

- А вот и нет! – фыркнула она, не желая признавать, что он угадал.

Получив разрешение, Сянлин осмелела. Но всё же не решилась обращаться при мужчине, отчего-то смутившись. Поэтому спряталась за ближайшими кустами – туда прошла девушка в голубом ханьфу, а обратно выбежала уже не она, а небольшая ярко-рыжая лисица с несколькими белыми прядями в пушистом хвосте.

Ощущать острее все запахи, лучше видеть, чувствовать землю не двумя человеческими ногами, а четырьмя лисьими лапами было так приятно! Сянлин уже почти забыла, каково это, так давно не меняла облик. Она закружилась на месте, щёлкая зубами и ловя пахнущий какими-то незнакомыми ей цветами ветер.

Затем рискнула бросить взгляд на своего учителя, ожидая увидеть на его лице недовольство, а то и что похуже. Но Ли Хэ смотрел на неё задумчиво и… как-то удивлённо. Как будто не ожидал, что Лу Сянлин, превратившись в лису, будет выглядеть именно так, а не иначе.

Ну да, у неё всего один хвост, не девять. Число хвостов начинало увеличиваться с возрастом – и только у тех, кто сдал экзамен на бессмертие. Ей пока такое не светило.

«А что если я смогу однажды вернуться в клан – после того, как будет снята печать? Но что он там говорил об опасности? Неужели мою силу запечатали и скрыли для того, чтобы меня защитить?..»