Глава 21

Мали уставился на меня круглыми глазами, явно не понимая, о чем идет речь.

— С чем? — осторожно спросил он.

— Как сюда проникает воздух, если пещера наглухо закрыта?

— Есть система воздуховодов.

«Даже так? — удивилась про себя я и тут же сообразила: — Драконы летают, легко могут построить любое сооружение на вершине».

— А как они выглядят эти воздуховоды?

— Ну, это отверстия в горе.

Так, уже хуже. Раз есть дыра, есть и проход. Тогда почему так жарко? И дышать стало труднее.

— Через них нити не пролезут? Сам же говоришь, что они в любую щель протиснутся.

— Нити не имеют разума, они летят туда, где чувствуют скопление еды. На замок, который находится в удалении от города, никогда не нападали. Мы прячемся в укрытие, внешне замок выглядит неживым.

Но его слова меня не слишком успокоили. Становилось все душнее и жарче. Я видела, как дамы обмахиваются платочками, в нише напротив, куда закатили коляску старой драконицы, служанки носились с бутылками с водой и пузыречками.

«А если это клаустрофобия? — вдруг мелькнула мысль. — И что делать?»

Я действительно ни разу не оставалась в замкнутом пространстве, как-то бог уберег, поэтому понять свои чувства было сложно.

— И все же, Мали, надо проверить ваши воздуховоды. Оглянись, не только мне плохо.

Слуга обернулся, на секунду застыл, вдруг побледнел и… потерял сознание, как девица. Он с грохотом упал на землю, вызвав всеобщую панику. Но обитатели замка все поняли неправильно.

— Ты что сделала с Мали? — налетели на меня драконицы.

От их напора не знала куда деться, отступала в глубину ниши, пока не уперлась спиной.

— Это не я! Он крупный, упал от недостатка кислорода.

— Какого еще кислорода? — из своего отсека выехала старуха и затрясла палкой, норовя меня ударить.

Я выставила перед собой руки. Вот это попала, так попала, и пошла в атаку.

— Неужели не чувствуете, что дышать стало плохо, и жара усилилась?

Я отмахнулась от старухи, присела и плеснула в лицо Мали напитком, он открыл мутные глаза, но взгляд был еще расфокусирован.

— Дитрих, дай воздуху, быстро! — рявкнула дама.

Старая драконица тяжело дышала, а я была в шоке: как легко решаются проблемы в этой стране. Мальчишка закружился рядом с нами и пустил струю свежего воздуха. Славно повеяло ветерком, все вдохнули полной грудью. Но счастье длилось мгновение. Ветер пропал, а мальчик лег рядом со слугой.

— Что с ним? — испугалась я стала хлопать ребенка по щекам.

— С ним будет все хорошо, он сейчас восстановит силы.

Но рассчитывать на малыша, способного дать кратковременную передышку, было нельзя.

— Есть ли здесь еще драконы с магией воздуха? — спросила я, оглядев женщин и слуг.

— Нет, все улетели сразиться с нитями, — ответила Расина.

— Так мало драконов, владеющих этой магией?

— Дар стихий имеют только драконы рода егереса.

Да, такого поворота я не ожидала. Теперь радовалась, что на мне слабо завязанный корсет, не так душит платье, как других женщин.

— Слушайте меня все! — я решительно выпрямилась. — Сначала помогите друг другу ослабить шнуровку, потом сядьте, прислонитесь к стене и не разговаривайте. Так вы сэкономите воздух и не потеряете сознание.

— Раскомандовалась тут! — проворчала Расина, но как-то неуверенно.

По ее бледному лицу было заметно, что ей сейчас не до воспитания нахальной шилессы.

— Командуйте тогда вы, — миролюбиво предложила ей я.

— Что же делать? — Расина окинула взглядом обитателей замка. — Мы никогда не оказывались в такой ситуации.

Женщины, в основном пожилые и тучные, тяжело дышали, но прислушались к моему совету и сейчас сидели, прислонившись к стене и закрыв глаза. Я одна чувствовала себя относительно сносно.

— Надо проверить воздуховоды. Где они у вас?

Служанка Расины повела меня в глубь пещеры, рядом крутилась Эми. Женщина показала на деревянный короб, протянутый вдоль стены и широким раструбом смотревший на нас. Такой короб был и с другой стороны пещеры. Вверху он плотно соединялся со скальной породой. Хотя бы это успокаивало.

Я встала под раструб, но не ощутила потока воздуха. Явно что-то перекрывало его. Но что? «Может, нити убили большого дракона, и он упал поперек отверстия?» — предположила про себя, но вслух побоялась это сказать.

Побежала к раструбу с другой стороны, протянула вверх сухую травинку, сорванную по дороге, но она не шелохнулась.

«Два убитых дракона перекрывают отверстие?» — возник новый вопрос.

Но тогда рассказ Мали о том, что нити не имеют разума, вызывал сомнение. Слишком было похоже на спланированную диверсию.

— На вершине просто дырка? — я вернулась к служанке.

— Она… закрыта… сеткой… плотной

Служанка едва сказала это, как стала оседать на землю.

Сообразительная Эми метнулась обратно и привела за собой Дитриха. Малыш уже выглядел бодрее, он выпустил воздух в нос служанке, та судорожно вздохнула.

— Эми, ты же эмпат. Можешь почувствовать, кому сейчас хуже всего?

— Да.

— Иди, милая, проверь всех.

Избавившись от детей, я задумалась, как мне забраться наверх. Подошла к стене, поставила ногу на выступ, подтянулась и… сорвалась. Отдышалась, попробовала снова.

— Что бы делаешь, шилесса? — прохрипела сзади старуха.

— Пытаюсь понять, что перекрывает воздуховод.

— Мали…

Слуга, шатаясь от слабости, добрел до нас, обернулся драконом. В этом углу пещеры сразу стало тесно.

— Садись шилесса.

Я посмотрела на качающуюся мощную шею и нерешительно залезла на нее. Если Мали опять потеряет сознание, свалюсь с большой высоты и переломаю себе все кости. Но выбора не было, риск умереть от нехватки воздуха казался более реальным.

— Мия, подыши, — Дитрих снова восстановился.

Я сделала несколько глубоких вдохов и дернула Мали за гребень. Слуга тяжело взмахнул крыльями и поднялся в воздух. Я заглянула в трубу, но ничего не разглядела во тьме, только почувствовала неприятный запах, словно болотной сыростью пахнуло на меня.

Рядом крутилась и девочка. Она задела меня крылом, мол, говоря, подвинься, и залетела в трубу.

— Нет, Эми, — только успела крикнуть я, как малышка пропала.

Мали ухнул вниз, я едва успела сжать пальцы вокруг гребня, иначе бы свалилась. У земли дракон выровнял полет, но подняться выше не сумел. Мы с Расиной напряженно вглядывались в потолок, прислушивались к тишине.

— Что там? Где эта девчонка? — простонала старая дама и закатила глаза.

Дитрих дал ей немного воздуха и улетел к остальным. Мальчик быстро восстанавливался, но его способности были еще так малы, что не спасали от удушья.

Эми появилась неожиданно. Сначала показалась в раструбе ее голова, потом крылья, которыми она цеплялась за края. Когтистые лапы с шумом бороздили по доскам трубы.

— Мали!

Дракон поднялся, и вовремя: девочка в обличии человека упала мне на руки. Она была ранена. Руки исполосованы глубокими красными царапинами, щеки покрыты кровью. От ужаса меня затрясло. Я положила ее на землю.

— Эми, Эми, что с тобой?

— Черная смерть, — прошептала она едва слышно. — Она там. Висит…

Мы с Расиной переглянулись, от шока сначала растерялись. Но старая драконица первой пришла в себя, подхватила девочку на руки и покатила к остальным домочадцам. Я с ужасом посмотрела на Эми, девочка тяжела дышала. Женщины перехватили Эми, положили на диван, занялись ее ранами, Дитрих крутился рядом, подавая воздух.

Старуха вернулась ко мне. Ее лицо словно окаменело. Она смотрела черными, немного выцветшими глазами, а в них горели огоньки.

— Эх, если бы я была моложе! — выдохнула Расина.

Она выпустила тонкую струйку горячего пара, который коснулся моей руки, но лишь поднял на ней волоски. Жара не было совсем, но в моей голове зашевелилась идея, еще слабая, неуловимая, так, мыслишка, которая мелькнула и пропала.

— Надо выбираться из убежища, — предложила я.

— А если замок полон этих тварей? — возразила Расина.

— Что так, что эдак, нам все равно крышка.

Погибать в чужом мире я не собиралась, но и выхода другого не видела. Мы все умрем, если не от тварей, так от удушья. Силенок Дитриха, генерировавшего воздух, надолго не хватит.

— Прикуси язык! — рявкнула Расина. — Может, это ты, шилесса, нам беду принесла? Говорила же я Рею, что ошейник нужен!

Точно, кайри! А если вызвать их? Я щелкнула пальцами раз, другой, третий, но малышки-помощницы не появились.

— Зря вы на меня наезжаете, — огрызнулась я. — Даже кайри не могу вызвать. Как действуют эти твари?

— Ты не знаешь, что такое нити? — старуха уставилась на меня. — На людей они не нападают?

Ну, что ответить пожилой даме? Что я не из этого мира, а в нашем черной смертью называли чуму, или оспу, леший эти болячки разберет!

— Не нападают, — брякнула, лишь бы что-то сказать. — Так как же?

— Они проникают в нос, рот, уши и поедают нас изнутри.

— Хотите сказать, что Эми…

Бросила испуганный взгляд на диван, где лежит девочка.

— Нет, они не достали ее, видимо, сетка наверху задерживает.

Я мучительно думала. Выходов у нас было всего два: — попытаться избавиться от нитей, освободить воздуховод и спокойно ждать возвращения драконов-мужчин, или выбираться из убежища в замок. И одно, и второе опасно.

Третий вариант активно лез в голову, но я от него сначала отмахивалась, но все же решилась:

— Дайте мне ваш платок, — сорвала с плеч Расины шаль, замотала себе лицо, оставив только глаза. — Мали, подбрось к трубе.

— Но шилесса, нити вас уничтожат. Егерес нам не простит!

— Если я буду с огнем, глядишь, подавятся. Принеси факел.

— Я с вами! — крикнул маленький Дитрих.

— А ты куда? — схватила мальчишку за курточку Расина.

— Пусти!

Но без помощи дракончика я бы не справилась. Это стало понятно, как только пальцами зацепилась за трубу и встала на четвереньки. Пространства для передвижения хватало, но жутко мешало длинное платье, да и факел пришлось держать перед собой, язычки пламени так и норовили зацепить идиотские оборки.

Продвинулась я недалеко. Легла удобнее, посветила и увидела высоко вверху колыхавшуюся бахрому, будто ветер шевелил шторкой во время порыва.

— Ползи дальше, — раздался в голове голос Дитриха, он шагал впереди, маленький, смешной, но такой мужественный дракончик. — Когда будешь ближе, я дуну.

— Давай сейчас.

— Далеко.

— Пробуй.

Я вытянула руку с факелом и зажмурилась. Мгновенный жар опалил лицо, в мозгу будто взорвалось чудовище. Оно вопило тоненькими голосами, визжало и пищало. От ужаса я уронила факел. Он заскользил по трубе, опалил мои волосы, а потом сверху посыпался пепел.

Я завизжала, попятилась, свесила ноги вниз и, ничего не видя, болтала ими, пытаясь нащупать шею Мали.

Слуга наконец сообразил: он схватил меня за юбку и выдернул наружу.

Следом вылетел почти бездыханный Дитрих. Я крутилась, стряхивала с себя пылинки пепла, Мали топтал их ногами. Только сейчас разглядела, что это были сгоревшие нити, которые плавились, корчились, и скрипели.

— Какой величины нити? — спросила Расину. — Такие маленькие?

— Нет, они длиной с руку взрослого мужчины, ты обожгла их хвостики.

— То есть сквозь сетку они проникнуть не могут?

— Наверное, нет.

— Дайте мне переодеться! — крикнула я. — Есть мужской костюм?

— Н-нет, — растерялась Расина.

— Отвернись! — рявкнула на Мали.

Тот испуганно хрюкнул, видимо, никто еще с ним так не разговаривал, встал спиной. Тогда я быстро сняла все юбки и осталась в панталонах на завязках, заправила ленточки, чтобы не висели. Стащила с себя и пышный лиф, опять мысленно поблагодарила Эми за то, что она слабо затянула корсет. Волосы, до этого момента свободно лежащие на спине, собрала в хвост и завязала шнурком.

— Шилесса! — ахнули женщины.

Но дышать было так трудно, что я промолчала. Снова схватила протянутый мне факел, взобралась на шею Мали и поднялась в воздух. Мозги кипели от напряжения. Если нитями забито отверстие воздуховода, а я их подожгу, не получится так, что и сетку уничтожу? Тогда отверстие в горе будет открытым, и врага уже ничто не остановит.

Но все равно упрямо ползла по трубе. Дитрих сидел у меня на плече. После первого раза он не рисковал вырываться вперед. Когда до хвостиков (или голов, неясно, передом или задом свесились нити) осталось около двух метров, я крикнула:

— Давай!

Мы сделали все одновременно: я вытянула факел, Дитрих дунул. Над нашими головами вспыхнуло пламя. Инстинкт самосохранения толкнул меня назад. Я буквально покатилась по трубе вниз, за мной летел мальчишка. Мы дружно вывалились из воздуховода на спину Мали, а следом полетел клубок шипящих змеек. Расина тут же прижгла их огнем факела, зажатого в руке.

А потом мы почувствовали воздух…

Он наполнил пещеру живительным кислородом. Мы дышали и не могли надышаться, от переизбытка воздуха закружилась голова.

— Ложитесь, все ложитесь! — приказала я, напряженно глядя вверх.

Мне показалось, что в трубе происходит что-то страшное. В ней все скрипело и скрежетало. И тут воздуховод затрясся, будто в лихорадке, и развалился на части.