Глава 28

На совещание с членами Совета Таиссу, разумеется, не пустили.

Она ждала на стеклянной галерее, поглядывая на далёкий пост охраны. Ей казалось или силовые поля этой ночью горели особенно ярко?

Ей было не по себе. Даже полностью одетая, в джинсах и рубашке, Таисса чувствовала себя голой. Светлые были слишком близко к разгадке её истинной личности. Дир взял у неё анализ крови, и Таисса понятия не имела, успела ли Найт его подделать. А уж обращение к миру, где Таисса не просто играла себя – была собой…

Таисса вздохнула. Действие алкоголя благодаря регенерации тоже рассеивалось, и теперь ей хотелось есть.

Таисса встала из мягкого кресла и подошла к автомату с закусками. Яблоко? Нет, лучше что-нибудь поплотнее. Бутерброд с маслом и копчёной колбасой? Неплохая мысль.

Сидя на подлокотнике кресла, Таисса дожёвывала бутерброд, запивая его горячим сладким чаем, когда дверь в конце холла с силой открылась. Таисса подняла удивлённый взгляд – и столкнулась лицом к лицу с Ларой.

– Пей, – приказала та, всовывая в руки Таиссы стаканчик.

Пустая пластиковая чашка вылетела из рук Таиссы.

– Это ещё что? – почти не играя, ошеломлённо осведомилась Таисса.

Лара раздражённо вздохнула, взяла у неё стаканчик и отпила половину.

– Пей. Это «Амиго». Без него Дир не позволил бы нам разговаривать.

От бесплатного «Амиго» Таисса точно не отказалась бы. Особенно стоя рядом со Светлой, которая в любой момент могла залезть ей в голову.

Таисса послушно допила содержимое стакана, отметив характерный привкус. Странно, что Лара налила ей так много. Впрочем, доза «Амиго», растворённая в стакане, занимала куда больше места, чем концентрат в дорогой миниатюрной капсуле.

– Зачем ты меня им поишь? – спросила Таисса, допив. – Вроде это дорогая штука. Или вам её теперь девать некуда?

Лара мрачно глядела на неё.

– В этом и дело. Эта дрянь вот-вот может стать дешевле грязи. Ник потребовал у Вернона Лютера формулу противоядия, и то, как он это потребовал, Лютеру, видите ли, не понравилось.

Судя по лицу Лары, то, что сделал Вернон, привело её в ярость.

– Что он сделал? – прищурившись, спросила Таисса. – Отказался?

– О, Лютер прислал Нику то, о чём Ник просил, разумеется, – Лара усмехнулась. – Попробовал бы он не прислать. Но в довесок он приказал «Бионикс» разослать формулы «Амиго» по лабораториям, университетам и фармацевтическим компаниям – и призывает всех присоединиться к исследованиям. Лютер хочет, чтобы препарат стал в сотни раз дешевле и не был привязан ни к какой монополии.

Таисса моргнула.

– Странно, что Вернон раньше этого не сделал, – только и сказала она.

– От подобной монополии так просто не отказываются. Но Лютер решился. – Лара вытащила стаканчик из рук Таиссы и небрежно кинула его в урну. – Раньше «Амиго» был штучным товаром, и Эйвен контролировал, куда направлялась каждая доза. Потом «Бионикс» удалось удешевить производство, а теперь, очевидно, Лютер считает, что они могут завалить им весь мир. Таисса Пирс могла бы его отговорить, но, – Лара усмехнулась, подчёркнуто глядя на Таиссу, – не стала.

– Таисса Пирс была бы обеими руками «за», – мрачно бросила Таисса. – Если бы я попросила Вернона не делиться «Амиго», он бы раскусил меня в два счёта.

– Но теперь мы этого никогда не узнаем, не так ли?

Таисса вздохнула. Само собой.

Значит, Вернон хочет, чтобы «Амиго» достался всем. По крайней мере, миллионам, а не тысячам. Радикальное решение и вряд ли быстровыполнимое. Понадобятся годы, но в общественном мнении это явно прибавит очков Тёмным – и поможет мечте отца Таиссы. Воссозданию Конгресса.

Больше доверия между людьми и Тёмными. Хотя бы чуть-чуть – это уже немало.

А доверие им было нужно. Особенно после прошлогодней корпоративной войны с Альянсом, когда котировки «Бионикс» летели вниз. Да и последствия действий самозванки ещё придётся расхлёбывать.

Что бы сказал отец по этому поводу? Пришёл ли он в себя окончательно? Найт написала, что он никого не узнаёт… но, если рядом Найт, она ведь поможет, правда?

Другое дело, насколько это опасно. Если присутствие Найт станет очевидным, если информация о возвращении Найт дойдёт до Светлых…

«Если ты, Вернон Лютер, решишь разорвать сегодняшнюю сделку и прикажешь Таиссе вернуть Найт, я буду считать это объявлением войны, – вспомнила Таисса мрачно-торжественные слова Александра. – Со всеми вытекающими последствиями».

Может быть, поэтому Вернон и начал отвлекать Светлых шагами вроде раздачи «Амиго»?

– Ладно, я поняла, Лютер вас разозлил, – равнодушно пожала плечами Таисса. – Свернуть ему шею? Как всегда, всё приходится делать за вас. Когда я отправляюсь?

Глаза Лары сузились.

– Придержи коней, – негромко сказала она. – От тебя нам нужно другое.

Таисса подняла бровь, оглядывая Лару.

– «Нам»?

Лара не отвела взгляда.

– Совету и мне.

Таисса скрестила руки на груди. Странной они сейчас, должно быть, были парочкой. Светлая и Тёмная в пустой ночной галерее, закрытой силовым полем.

– И что же «вам» от меня нужно?

Лара усмехнулась.

– Я никогда не желала церемониться с Тёмными. И в кои-то веки Совет на моей стороне. Завтра с утра будут испытания ракет.

Таисса смотрела на Лару с безразличным видом, но внутренне она замерла в немом ужасе.

Испытания ракет. Безопасные, без жертв и разрушений, на необитаемых островах. Строчка в сетевых новостях, не больше.

Но для Вернона это будет однозначным посланием от Светлых. Чёткий приказ Совета: сдавайтесь, примите наш ультиматум – или будете уничтожены.

И условия этого ультиматума Таисса помнила очень хорошо. Жёсткое наблюдение за Тёмными, повсеместное правосудие Светлых, перевоспитание, сокращение территорий…

Единственный ответ, который мог прийти в голову Вернону, – это послать Совет куда подальше. В этом Таисса не сомневалась. Но что будет после этого? Кто успеет ударить первым? Светлые разнесут здание «Бионикс» парой точных попаданий, а следующими залпами лишат анклав инфраструктуры, воды и света? Или «Интери» оставит от всего вооружения Светлых мокрое пятно, позор и ярость?

Таиссу охватила слабость. Кажется, огненный шар над головой и бушующий пожар были не худшей точкой этого дня.

– Вернон не уступит, – наконец сказала она. – Ваши испытания для него ерунда. Проще сразу ракетами шандарахнуть.

– Так мы и сделаем, – отрывисто сказала Лара. – Сразу, как только Лютер откажется. Всё, игры закончились. Ты мне веришь?

Таисса растерянно кивнула, на миг забыв о роли.

– Давно пора, – машинально произнесла она, тут же вспомнив, кем притворяется.

Лара удовлетворённо кивнула.

– Именно. Мне ты веришь. Я так и сказала Диру, что разговаривать с тобой должна я. Его бы ты, чего доброго, не приняла всерьёз. И именно ты, – Лара шёлкнула пальцем по линку Таиссы, – убедишь Вернона Лютера, что мы настроены серьёзно.

– У меня на линке нет модуля связи, – напомнила Таисса. – Я не могу поговорить с Верноном. Всё заблокировано, а вернуть всё на место дедуля не удосужился.

Лара отмахнулась.

– Тебе не нужен модуль связи. Будешь говорить через меня.

Она набрала команду, и голографический модуль засветился бледным голубым светом.

– Каждая твоя реплика дойдёт до ушей Лютера только тогда, когда я разрешу, – пояснила Лара. – Напрямую фильтр будет пропускать только мой голос.

Глаза Таиссы расширились. Лара действительно предлагала ей поговорить с Верноном, причём прямо сейчас!

– Здорово вы спешите, – лениво протянула Таисса, стараясь сохранять голос спокойным. – Срочный разговор с Верноном Лютером? С чего бы?

– С того, что тебя чуть не убили этой ночью, – ядовито сообщила Лара. – Так что надо тобой пользоваться, пока ты жива. Чем вы успели накачаться с Диром, кроме дешёвого алкоголя? Стимуляторы? Психотропы? Ещё какая-нибудь дрянь?

Таисса пожала плечами.

– Эдгара спроси. Это он мне помог, чтобы я вспомнила всё, что было и чего не было.

– Не сомневаюсь, что ты помнишь куда больше, чем говоришь. – Острый взгляд Лары полоснул Таиссу по лицу. – Но конкретику по «Интери» ты не знаешь, Эдгар и Александр это подтвердили. Стало быть, чёрт с тобой.

Таисса кивнула на светящийся линк Лары.

– Так что мне сказать Лютеру?

Глаза Лары сузились.

– Во-первых, – сухо сказала она, – ты будешь Таиссой Пирс. Все наши убедительные аргументы полетят в мусорную корзину, если ты проколешься.

Таисса пожала плечами.

– Само собой.

– Во-вторых, Александр хочет тебя использовать на полную катушку, пока это ещё возможно. Ты знаешь, что твоя проникновенная речь уже в сети?

Таисса уставилась на Лару.

– Что-о?!

Лара холодно усмехнулась.

– О да. Призыв к миру от Таиссы Пирс уже разлетелся по новостным лентам. Все шумно обсуждают твоё внезапное преображение из безжалостной террористки в наивную жертвенную дурочку.

Таисса потёрла лоб.

– Чушь какая-то, – произнесла она. – Я уже сказала дедуле, что это глупость! Зачем вам сейчас моя дурацкая речь? Она же вам все планы портит! Как вы после этого «призыва к миру» будете стирать Тёмных с лица земли? Или…

Таисса ахнула, глядя в бесстрастное лицо Лары.

– Или вы и правда меня убьёте и спишете всё на Тёмных! Эдгар был прав! Вон, смотрите, что делается – наивная жертвенная дурочка махала белым флагом, а в ответ её резанули по горлу!

– Никто не собирается тебя… – начала Лара и вздохнула. – Неважно. Меня твоё будущее не волнует, разбирайся с Александром. И с Диром. Если я что-то в нём понимаю, он никому не даст тебя убить, пока ты на неё похожа. – Лара с отвращением окинула Таиссу взглядом. – Что такого он нашёл в этой девчонке, я никогда не могла понять.

Лара отвела взгляд, и Таиссе показалось, что её глаза как-то подозрительно блестят. У них двоих редко получалось найти общий язык, но в сфере они прикрывали друг друга и были на одной стороне. Может быть, Лара всё-таки относилась к погибшей Таиссе Пирс чуть теплее, чем хотела показать?

– Я много чего наговорила в этой речи, – проронила Таисса. – Про то, что дедуле и прочим вечным ребятам из Совета пора на покой, например. Что внушения – это плохо. В общем, дедуля был не в восторге. Не верится, что вы решили её использовать.

– Ник сказал, что это хорошее дополнение к ультиматуму, – отрывисто сказала Лара. – Твоя речь нужна, чтобы надавить на Тёмных. Пряник в дополнение к кнуту, давление общественного мнения и так далее. А твои пассажи о свободе воли только добавляют аутентичности.

Она устало вздохнула.

– Решения принимает Вернон Лютер, следовательно, давить надо конкретно на него. Поэтому мы хотим, чтобы ты поговорила с ним сейчас. Помнишь, Александр показал тебе лекарство для Лютера? Расскажи ему об этом. Пообещай ему долгую жизнь, как только он примет наши условия.

Таисса сжала губы. Долгая жизнь, да. Вот только эта долгая жизнь была обманом.

«А настоящий способ спасти Вернона Лютера есть?»

«Увы».

Таисса с фальшивым сожалением покачала головой.

– Не могу. Светлячок рассказал мне, что ваше лечение – фальшивка. Проколюсь. Вернон меня разгадает, и хана вашим планам.

Глаза Лары сузились.

– Иногда мне кажется, что Александр прав и Дира действительно не надо было будить, – пробормотала она. – Что за чёрт? Он что, не мог промолчать?

– Он же благородный рыцарь, как он промолчит? – хмыкнула Таисса. – Не зря же ты вздыхаешь по его сынишке. Точнее, по моему сынишке.

– Тебе снова попробовать сломать челюсть? – поинтересовалась Лара. – На этот раз по-настоящему?

– Валяй, – пожала плечами Таисса. – Со сломанной челюстью у нас вообще выйдет шедевр. Лютер сам прискачет на вашу базу и сдастся, лишь бы драгоценные ноготочки Таиссы Пирс оставили в покое.

В голове шевельнулась мысль, что этого говорить точно не нужно было. Таисса даёт Светлым в руки слишком удобное оружие против Вернона.

Впрочем, Дир не даст Совету её тронуть. Дир…

Как ей не хотелось ему лгать! Но пришлось. И придётся снова.

– Ладно, может, начнём уже? – поторопила Таисса. – Что там я должна сказать Лютеру? «Сдавайся, а то всем крышка?»

Таисса произносила эти слова, продолжая лихорадочно соображать.

Если она не сделает ничего, война неизбежна. Светлые не позволят Тёмным набирать ресурсы и уйти в отрыв в технологиях. А гордость Тёмных требует вернуть прежнее положение в мире и обезвредить военную машину Светлых.

Таисса хотела непоражения Тёмных, конечно же. И уничтожение военной машины Светлых казалось логичным первым шагом. Вот только…

Вот только сейчас, говоря со Светлыми, находясь среди Светлых, Таисса начала понимать, что Дир прав: Совет не хотел новой войны. Светлые хотели перемирия, каждый по-своему. Если говорить с каждым из них глазу на глаз, выяснялось, что никто не желал радикальных мер. Никто не хотел повторять события пятилетней давности. Чёрт, да Александр прямым текстом попросил Таиссу записать обращение к миру, где говорилось именно это! Эдгар с ужасом вспоминал погибших друзей, Дир с горечью рассказывал о разговоре с Еленой, когда он мог предотвратить прошлую войну, но не сделал этого. А ультиматум Ника Горски, такой невыносимо жёсткий для Тёмных, наверняка выглядел куда мягче, если смотреть на него глазами Совета. В конце концов, после капитуляции Тёмные жили в куда худших условиях.

Но что думала Лара?

Таисса внимательно посмотрела на Лару. И вдруг поняла ответ.

– Ты ведь тоже не хочешь войны, – сказала она. – Поэтому и хочешь впечатлить меня суровой физиономией. Тебе надо, чтобы я надела проникновенное личико Таиссы Пирс и так встряхнула Вернона Лютера, чтобы он понял, к чему дело идёт, отступился, отключил свой проект «Интери» и аккуратно встал на коленочки.

Нужно помнить о роли. Таисса окинула Лару презрительным взглядом самозванки.

– Я была о тебе лучшего мнения. На коленях красавчик Вернон долго не простоит, и мы обе это знаем. Ему и его шайке лучше отрезать головы сейчас, чем ждать, пока они снова расползутся на полмира. То, что вы вообще даёте им шанс, – это благодеяние, которого никто из этих мерзавцев не заслуживает.

Лара усмехнулась.

– Вот именно это ты и скажешь Вернону Лютеру. Только не ты, а Таисса Пирс. Ему дают чудесный шанс, и, если он им не воспользуется, будет много трупов, включая бездыханное тело его любимой и неповторимой принцессы. Готова?

Готова ли она? Таисса не была в этом уверена.

– Пожалуй, мне нужно полчасика и ещё пара бутербродов, – протянула Таисса. – А потом…

Лара холодно посмотрела на неё и коснулась линка.

– Ты готова. Вызов.

Таисса замерла. Ночь, глухая ночь здесь – и ранний летний вечер там, где Вернон сейчас. Как он? Думает ли обо всём, что произошло между ним и Таиссой, когда Таисса слушалась его целиком и полностью? Ведь Вернон прекрасно всё понимает, и ему тоже больно.

«Я приму любой твой приговор, пусть и безо всякого смирения. Потому что я никогда не пожалею об этой ночи. Никогда».

Таисса вздохнула. И замерла на полувыдохе, услышав знакомый голос.

– Что тебе, о невеликая Светлая? – раздался насмешливый голос Вернона. – Ты осознаёшь, что тебе придётся жить с этими прозвищами до конца твоей предсказуемо короткой жизни, если я не получу Пирс обратно?

– Не получишь обратно? – мурлыкнула Лара, пристально глядя на Таиссу. – Какой интересный оборот речи. Я слышала, Александр превратил её в твою игрушку. Неужели после всех драматических выступлений о свободе воли ты наконец опустился до того, до чего не опускались ни я, ни Дир?

Молчание. Лара издала издевательский смешок.

– Вижу, я угадала. И как, Вернон? Успел насладиться своей красавицей? Твоя малышка Таисса рассказывает много интересного.

Лара подмигнула Таиссе, и Таисса расплылась в понимающей ухмылке самозванки в ответ.

– Не верь ей, Вернон, – быстро сказала она. – Я ничего им не рассказывала!

– А, то есть рассказывать было что? – Лара наклонилась к линку и прошептала: – Видишь, Лютер, не у одного тебя есть компромат.

Ещё секунда тишины.

– Оставь нас, – прозвучал из линка негромкий голос Вернона.

Лара покачала головой, глядя на Таиссу.

– Вернон, это не сработает, – обречённо сказала Таисса. – Я разговариваю с тобой под присмотром Светлых, потому что они собираются произвести испытания ракет завтра. У них кончается терпение. И они уничтожат нас, если ты откажешься подписать предложение о перемирии, которое передал тебе Ник.

Из линка раздался смешок.

– Предложение о перемирии? Светлые могли бы не мелочиться и сразу назвать свой ультиматум пропуском на гильотину. Почему нет?

Таисса напряглась. Ей нужно было время. Таисса не пришла в себя до конца после ночной атаки и не могла сформулировать и разбить по строчкам даже собственные мысли. Она лишь понимала, что первоначальный план выпустить на волю проект «Интери» вызывает у неё смешанные чувства и ей трудно объяснить почему. Даже самой себе.

– Светлые дали нам несколько минут, чтобы поговорить, – помолчав, сказала Таисса. Эта оговорка даст ей время собраться с мыслями. – Знаешь, они не знают, как тебя исцелить, Вернон. Никто не знает. Александр пытался соврать мне, чтобы я помогла им тебя шантажировать, но Дир его разоблачил.

Лара поморщилась, но пропустила её реплику.

– Дир очнулся, значит, – произнёс Вернон после паузы.

– Да.

Молчание. Секунда, другая.

– Таисса-недосягаемость, – негромко сказал Вернон. – Как ты?

Таисса закусила губу.

Она не могла сказать ему главное. Не могла.

– Плохо, Вернон, – произнесла она. – Знаешь, я записала обращение к миру. Просьбу, чтобы перемирие продолжалось. А теперь Александр использует мою речь, чтобы давить на вас. На тебя.

– Не могу сказать, что у него это совсем не получается. Я слышал твою речь, Таисса-прямодушие. Ты была хороша.

Таисса грустно улыбнулась.

– Я предлагала вариант: «Отстаньте от нас и дайте пожить спокойно». Но Александр сказал, что будет слишком коротко.

Таисса запнулась.

– Вернон… ты знаешь, Светлые правда хотят мира. Они действительно так думают. Это не для отвода глаз. И это очень, очень важно. Для… таких, кто… в точности как я.

«Для таких, кто в точности как я».

Лара услышит: «Для тех, кто хочет мира». Но Таисса хотела сказать и другое.

Для тех, кто выглядит как Таисса. Для Найт.

Поймёт ли Вернон? Увидит ли Найт, что Таисса отчаянно пытается привлечь их внимание к этой мысли?

Короткая пауза.

– Что ты хочешь сказать, Таисса-дипломатия? Что ты нам предлагаешь?

Нам. Ему и Найт. Таисса почти не сомневалась, что он её понял.

Теперь самое главное. Что ей сказать, чтобы Лара не разорвала соединение, а Вернон понял всё, что Таисса хочет ему сказать? И самое главное, что именно ей сказать? Что она вообще может сделать, чтобы предотвратить всё это?

Перед тем как отправиться к Светлым, Таисса твёрдо знала ответ. Ей нужно получить координаты военных баз Светлых, и проект «Интери» завершит остальное.

…И начнётся новый виток противостояния. Тёмные получат отсрочку. Долгую, дающую время подготовиться, но каждый день этой отсрочки будет наполнен враждой, тревогой и ненавистью.

Но был и другой путь. Побывав рядом с членами Совета и выслушав их, Таисса видела вблизи то, что нельзя было разглядеть издали: Светлые способны сделать шаг навстречу Тёмным. Можно избежать пуска ракет и разрушительной мощи проекта «Интери», устроить настоящее перемирие, отсрочку, наполненную хрупким доверием. Может быть, даже сделать что-то из того, что предлагала Таисса в своей речи.

Но для этого Таиссе нужно было дать Вернону знак. Подсказку.

И верить, что Найт сможет расшифровать её слова.

– Нам нужно убедить Светлых, что никто не должен ни в кого стрелять, – скороговоркой произнесла Таисса. – Светлые сейчас убеждают тебя через меня. Ты должен сделать то же самое. Убеди их, сделай шаг им навстречу так же, как я… – короткая, но важная пауза, – сделала в прошлом. Никакого проекта «Интери», Вернон, никакого! Пожалуйста!

Таисса задохнулась, пожалуй, слишком картинно, и увидела, как Лара делает недовольный жест. Время было на исходе.

Таисса ухмыльнулась дерзкой улыбкой самозванки и вновь посмотрела на линк.

– Вернон… ты меня понял?

Короткая пауза.

– Не до конца, Таисса-загадочность, – задумчиво сказал Вернон. – Совру, если скажу иначе.

«Совру». Сердце Таиссы подпрыгнуло. Именно так Вернон отвечал ей, говоря о Найт.

Пора нанести завершающий удар. Именно удар, чтобы до Вернона дошло, что нужно читать не слова, а слова между словами. А для этого нужно сделать ему не менее больно, чем себе самой.

«Прости, Вернон».

Таисса вспомнила разговор по линку с Павлом перед миссией.

«Я не буду иметь те слова в виду. Как бы убедительно они ни прозвучали».

Таисса очень надеялась, что Вернон вспомнит тот разговор.

Таисса бросила взгляд на Лару. Та выглядела даже не раздражённой – усталой.

Что ж, сейчас самозванка её встряхнёт.

– Я люблю тебя, Вернон. Какие бы хитроумные планы нам ни пришлось выполнять – я тебя люблю. Но этот мой план очень прост. Давай никто никого не убьёт. Давай мы просто будем друг с другом… разговаривать. Обращаться к миру. И я, и все мы.

Таисса кашлянула.

– В конце концов, – Таисса посмотрела на Лару и подмигнула ей, – всё зависит от тебя, всевластного главы Тёмных, Принца Пустоты, властелина и деспота. Не так ли? «Бионикс», моё наследие, принадлежит тебе, как и армия Рамоны, – её голос стал резче. – Тебе принадлежит всё, так пользуйся! Ты уже доказал, что готов сделать с доверившейся тебе девушкой всё, что тебе вздумается. Так сделай то же самое с анклавом! – в голосе Таиссы зазвенела ярость. – Поверь, он тоже возражать не сможет!

Таисса с патетическим видом вздела руку, как на подмостках театра. И вновь заговорщицки подмигнула Ларе.

– Всё понял, дорогой Вернон? – ангельским голосом сказала Лара. – Следи за новостями. Мы с тобой свяжемся.

И мгновенно, не дав Вернону шанса ответить, отрубила связь.

– Он всё выслушал, – удовлетворённо сказала Лара. – Аппаратура не даст соврать. – Она смотрела на Таиссу новыми глазами. – А ты молодец, Пирс. – Она поморщилась. – Тьфу. Уже называю тебя её именем.

– Может, ещё подружимся и поделим «Бионикс» по-сестрински, – предложила Таисса. – Тебе какую половину, левую или правую?

Лара фыркнула. Взгляд её вновь стал стальным.

– Тебе пора. Я доложу Совету, а тебя проводит охрана. Одна по базе ты больше ходить не будешь.

– Куда проводит? – уточнила Таисса. – К сгоревшей дотла кровати или всё-таки к Светлячку под бочок? Или сразу в силовой кокон, чтобы мне крепче спалось?

Лара окинула её жалостливым взглядом.

– Когда я говорю, что ты важна Совету, это значит, что мы пойдём на любые меры, чтобы оставить тебя в нашем распоряжении, – сухо сказала она. – Причём живой и в здравом уме. Запереть тебя в четырёх стенах, с твоей-то нестабильной психикой, будет непростительной глупостью.

Таисса мысленно перевела дух.

– А вот проекцией, – сладко улыбнулась Лара,– ты будешь отличной. Тем более что Эдгар говорит, тебе это не впервой.

Проекцией?! Снова оказаться на поводке у Светлых, гулять бесплотной тенью, пока её тело будет лежать в силовом коконе, опутанное датчиками?!

– Плохая идея, – только и выдавила Таисса. – Очень, очень плохая идея. И вообще, кто сказал вам, что мой дрон не взломают и не угонят на Северный полюс?

Лара усмехнулась.

– Поверь мне, с этим мы разберёмся.

Она повернулась, чтобы идти.

– Даже если я в итоге окажусь в вашем хвалёном центре управления и хакеры скачают через меня все ваши секреты? – крикнула Таисса ей вслед. – Эй, я реально боюсь!

Лара обернулась посреди галереи.

– Не бойся, – насмешливо сказала она. – Никакие хакеры в наш центр управления не проникнут. Там вообще нет внешних электронных устройств. Даже члены Совета снимают линки перед входом. Как видишь, нам ничего не грозит.

Она кивнула Таиссе.

– И спасибо тебе за помощь. Лютера ещё долго будет мучить бессонница.

Таисса в остолбенении смотрела вслед удаляющейся Ларе.

В центр управления Светлых не проникнуть никому с линком, даже члену Совета. Значит, проект «Интери» обречён на провал. Найт никогда не получить координаты военных баз Светлых. А сама Таисса вот-вот потеряет собственное тело.

Дверь поста охраны распахнулась, и на пороге появились двое Светлых.

Таисса прислонилась к стеклу галереи и закрыла глаза.