Глава 6

Так как на рынок надо было идти только на рассвете, остаток дня мы решили посвятить уборке второго этажа. Хоть я и не собиралась пока им не заниматься, однако знание о царящем там бардаке сильно подрывало желание находиться в этом доме. А вспоминая, что творится за его пределами — вообще хотелось облиться жидким мылом и антисептиком заодно. И так и ходить. Поэтому пусть будет хоть одно полностью чистое пространство в моей нынешней жизни.

Лелабея выгребла золу из печи на кухне, достала вёдра, тряпки, и мы пошли драить. По мере превращения стен из чёрных в светлое дерево, из липких полов в гладкие, из мутных окон в прозрачные, я тихо радовалась хотя бы тому, что нет плесени и тараканов. Вот вообще бы не удивилась! Ещё бы дыры в потолке чем-то перекрыть, и рухлядь вытащить в сад да сжечь. И возможно, стал бы этаж вполне обитаем. Но с туалетом вопрос решить, конечно, надо. Было очень противно сюда ходить, а другой вариант отсутствовал. Хорошо хоть, что купальня была отдельная на первом этаже. Плохо, что без канализации и водопровода, и вёдра приходилось таскать самим. С моей любовью рано утром принять прохладный душ для бодрости на весь день придётся явно прощаться.

Но сейчас это не первостепенная важность. Гораздо больше меня интересовало другое: как же избавиться от этих запахов? Браслет молчал, Лелабея тоже не знала. А я так тем более. Вот над чем, а над устройством туалета и канализации мне точно не приходилось думать в своём мире.

— Лелабея, а здесь есть какие-то рабочие инструменты? — уже вечером, когда мы очень уставшие и намытые, сидела за скромным ужином, мне пришла в голову идея. Правда, для неё тоже нужна будет помощь. Ну или как минимум лестница. Но вполне себе вариант — осторожно оторвать приколоченные как попало доски от витрины и залатать ими дыры в потолке. Тоже как попало, да. По-другому я не умела. Мой максимум — это косую табуретку сколотить или полку повесить. Тоже не сильно ровно. Почему-то мой глазомер не подводил меня только на кухне.

— Да, Диа. В кладовой на улице.

Я кинула взгляд в окно. Сумерки уже опутали землю, на тёмном небе яркими точками загорались разноцветные звёздочки, плыл тонкий месяц. Через открытую дверь с заднего двора врывался тёплый ветер, колыхалась под его напором плотная чёрная штора. Со свечой не выйти — задует пламя вмиг. Ламп или фонарей здесь не было, помимо магических светильников — но они не заряжены. Поэтому сегодня выйти возможности уже не было. Тем более что скоро опять может начаться паломничество в лавку.

Хорошо хоть, что забор здесь отделял весь участок от входа и с улицы в огород было не пройти. И бабка не скупилась на охранные заклинания для защиты участка. Обновлять их требовалось раз в год, и последний раз это сделали зимой — поэтому у меня есть минимум полгода на спокойную жизнь. Как бы за это время отвадить от лавки всех настойчивых покупателей? Всё снова сводилось к тому, что надо открывать витрину и заполнять её чем-то, с зельями не связанным. Но честно — было страшно.

— Лелабея, а на стёклах есть та же защита, как и на заборе?

— Нет, Диа.

— Плохо, — пробурчала, потягивая кипяток с лёгким ароматом чая. Потому что чайные листья тоже практически закончились и пришлось сделать заварку примерно такую, какую давал дешёвый чайный пакетик на десятый раз. Да, я знала, какую даёт такой пакетик. После выхода из детдома мне сложно пришлось в финансовом плане. Экономила, как могла.

На ночь мы снова забаррикадировали вход креслами, искренне надеясь, что сегодня никто не будет ломиться. Однако желанию не суждено было исполниться. Стоило нам уснуть, как разнёсся стук в дверь. Усиленно сдерживая маты, потопала к входу. Я хоть когда-нибудь посплю здесь спокойно⁈ Ну надоели уже, сил нет!

— Кто⁈ — рявкнула, стоило подойти к двери. Стук тут же прекратился.

— Выдайте мне мой заказ! Я за него давно заплатил! — услышала в ответ уже знакомый голос. Этот мужчина приходил самый первый за зельем воспоминаний.

— Здесь больше не продают зелья, деньги я вам верну!

— Мне не нужны деньги, дайте зелье! — вместе с выкриком в дверь снова заколотили. Трещина увеличивалась, и я начала серьёзно опасаться, что он её вынесет.

— Уходите, или я позову стражей! — похолодела, затравленно оглядываясь. Сегодня, почему-то, не было слышно на улице вчерашнего стражника. Да и вообще никакого. Дверь ходила ходуном, я отступала к кухне.

— Моара, что нам делать? — пискнула малышка, прижав дрожащие руки к сердцу.

— Ты же маг земли, дверь деревянная, можешь как-то укрепить? — шепнула, пытаясь взять себя в руки. Не время раскисать.

— Нет, моара, — всхлипнула она, — я только на растения могу воздействовать.

— Так, ладно, думаем дальше, — я судорожно крутила в голове варианты выхода. И не находила, кроме как в окно. Ну ладно, не в окно, в дверь на задний участок. Но оттуда-то куда бежать? Калитки здесь не было, перелезть к соседям тоже не выйдет — заборы в этом мире высокие и гладкие.

Дверь с тяжёлым стуком рухнула на сваленные в кучу кресла. Щепки усеяли пол, а в тёмном проёме, подсвечиваемый лишь отблесками света из кухни, стоял тот самый мужчина. Снова видно было только его глаза. Но в этот раз не грустные, как тогда. А безумные. Одним движением он отодвинул кресла вместе с остатками двери и шагнул внутрь. Я прижала к себе Лелабею и сделала шаг назад. Сердце глухо колотилось где-то в горле, ладони вспотели, живот неприятно свело.

Он кинулся ко мне, вытянув руки. Я быстро захлопнула кухонную дверь и прижалась к ней плечом, чувствуя, как она ходит ходуном. Она рассыпется явно быстрее, чем входная.

— Лелабея, дай мне нож, — шепнула ей, подтолкнув в сторону полок. Девчушка кинулась туда, быстро притащив требуемое.

— Мо-мо-моара Диа… — заикаясь, начала она.

— Что?

— Это легар.

— Твою!.. — я захлопнула рот, пытаясь подобрать цензурное обозначение своих мыслей. Получалось плохо. Убивать его нельзя даже для защиты! Но какой у меня есть выход? Ждать, пока он убьёт нас?

Мужчина наступал, сверкая безумным взглядом.

— Выдайте мне зелье! — с тихой яростью потребовал он. — Мне нужно вернуться в эти воспоминания!

— Зачем? Разве вы не понимаете, что это не приведёт к хорошему? — я попыталась потянуть время, медленно отступая. Нож всё так же держала в правой руке, левой прижимала к себе Лелабею.

— Это не ваше дело!

— У вас же есть реальная жизнь, эти зелья её только разрушают! — я продолжала отступать. Осталось немного до двери на задний двор. Но то делать потом?

— Вы ничего не понимаете! У меня дочь погибла, зачем мне теперь эта жизнь⁈ — с такой болью произнёс он, что я даже остановилась. — Дайте мне зелье!

— Простите, но я не могу. Таким здесь больше не торгуют и не будут, — несмотря на мелькнувшее, было сомнение, я всё же твёрдо отказала. Пусть на нём можно заработать и жить нормально, если бы удалось найти рецепты или выяснить у Лелабеи — но нет, позицию по этому поводу я оставлю неизменной.

В глазах легара снова появилось безумие. Я оттолкнула малышку в открытые двери в тот момент, когда он стремительно бросился на нас. Упала под его натиском, выронив из рук нож, больно стукнувшись головой о пол. Вцепилась в его руки, которыми он сжимал мне горло, задёргала ногами. Но всё тщетно. В глазах мутнело, я судорожно пыталась сделать вдох, но у меня ничего не получалось.

— Что здесь происходит⁈ — сквозь шум в ушах услышала я крик, а в следующий миг получила свободу. Перевернулась на живот, жадно хватая воздух, не обращая внимания на скатывающиеся на пол слёзы.

— Вы как, в порядке? — передо мной присел мужчина, помогая мне встать. — Позвать лекаря, у вас есть разрешение от мужа на лечение?

Я молча помотала головой. Горло разрывало от боли, и говорить я просто не могла.

— Так, ладно. Тогда сделаем так. Отправьте рабыню к травнице, хоть немного снять боль, хорошо? А я пока заберу легара в отделение. За вашей лавкой присмотрит мой напарник. А утром приду к вам, и мы пообщаемся. Хорошо?

Я кивнула. Шатаясь, дошла до кровати. Рухнула в неё, закрыв глаза и поглаживая горло. И почему этот мир так старается меня убить?

Услышав шаги в торговом зале и скрип половиц, испуганно подкинулась. Придерживаясь за стены и мебель, вышла. В кресле, освободив его от щепок и досок, сидел мужчина в возрасте, не отрывая взгляда от улицы.

— Моара, вам не стоило беспокоиться, — сказал он, не поворачиваясь ко мне. — Я страж Димеэн, до утра я побуду здесь и присмотрю, чтобы никто не зашёл. Вы можете идти отдыхать.

Я молча отправилась назад в кровать. Надо же, какая польза оказалась от подозрений в смерти легары. Даже не предполагала, что эти надсмотрщики пригодятся. Однако сейчас я этому рада.

— Диа, я принесла зелье на компресс, вам надо лечь на спину, — тихий шёпот дриады вырвал меня из тревожного полусна. Я молча исполнила требуемое, ощутив, как горла коснулась приятная прохлада. Лелабея поправила смоченную зельем тряпку и присела рядом со мной.

Боль и першение медленно уходили. Я открыла глаза, слегка повернула голову, уставившись на улицу. Тучи затягивали тёмный небосклон, пряча за собой яркие звёзды. В такую погоду и ночь очень хотелось раскиснуть. Но я не могла себе этого позволить. В конце концов, я всё ещё жива, это ли не радость? Хотя такими темпами вряд ли это надолго. Сколько ещё было у бабки клиентов, которые могут таскаться в лавку? А слежка вряд ли будет бесконечной. Дому очень нужна защита. И вот за неё я готова отдать всё, что у меня есть. Кроме маминого кольца и второй почки, конечно. Первую можно и продать.

Ночь тянулась бесконечно долго, но всё же на небе забрезжил рассвет. Тонкие солнечные лучи пробивались сквозь чёрные тучи, подсвечивая их золотом. Со стороны входа вновь послышался шум. Я подскочила, малышка тоже.

— К-к-то там? — попытка задать вопрос оказалась неприятным испытанием. В горле словно несколько игл застряли и шевелились при каждой букве. Я закашлялась. Лелабея сунула стакан воды, который я выпила залпом. Вроде немного полегчало.

— Посмотри, — прошептала я, кивнув в сторону торгового зала. Дриада осторожно выглянула.

— Это стражник, Диа, — вернувшись, обрадованно ответила. Я облегчённо выдохнула.

— Моара, вы в порядке? — в проёме показался страж, а я только сейчас поняла, что его голос мне очень знаком. Именно он отгонял посетителей лавки прошлой ночью.

— Да, спасибо, — шепнула, поняв, что так мне пока легче. По крайней мере, практически не больно.

— Моё имя Мариел. Мы уже знакомились, но через дверь, — он улыбнулся так открыто, что я не сдержалась в ответной улыбке. На второе наше знакомство я его хотя бы увидела: высокий, подтянутый и очень красивый. Брюнет с серыми глазами, нос с небольшой горбинкой, достаточно пухлые губы — всё как я люблю.

Я указала ему на стул и присела сама. Лелабея принесла нам чай, и я покраснела от неловкости, разглядывая этот очень светлый напиток цвета… М-м-м… Даже стыдно называть.

Однако Мариелу надо отдать должное: он и не поморщился, делая глоток. Провёл рукой по волосам, убирая упавшие на глаза тёмные пряди. Вообще, как я заметила, здесь в моде у мужчин не короткие стрижки, а до плеч.

— Итак, моара Диямира. Легара допросили, он признал вину. Разумеется, его никто не посадит.

Я фыркнула. Кто бы сомневался! Аристократ против какой-то простолюдинки, имеющей прав чуть больше, чем у рабынь.

— Однако он полностью возместит вам материальный ущерб. А именно на починку дверей как входной, так и в кухню.

— И на этом спасибо, — я криво улыбнулась. Что-то мне эта история напоминает. С той лишь разницей, что в своём мире мне и за ущерб никто ничего не выплатил. Так что здесь могу только сказать спасибо за щедрость.

— Это не всё. Он также выплатит определённую сумму за попытку убийства, — Мариел улыбнулся.

— Серьёзно⁈

— Да, я смог этого добиться, — он кивнул, а я подавила острое желание броситься ему на шею с благодарностями.

— Даже не знаю, как вас благодарить!

— Ну что вы, не стоит. Если только ужином как-нибудь угостите? Дней через пять, например? — он лукаво улыбнулся. Я согласно кивнула.

— С большим удовольствием! Буду вас ждать!