Глава 11.

- Ну как же так, Алексей Александрович? — я чуть не плачу от досады.

Сдала дежурство Арине и уже мысленно составила план действий: что надо убрать, где помыть, что постирать, а что погладить. Со сменным графиком работы и двумя мальчишками-сорванцами расслабляться некогда.

Или дома беспорядок, или полная корзина грязного белья.

Вечером ещё с Тимой надо поделать уроки, ему в следующем году в школу, мы начали ходить на подготовку.

- Юлия Сергеевна, я всё понимаю, — хмурится начмед. - Но ты сама видишь, на стрельбы ехать некому! Должен был ехать я, но командир нарезал мне срочных задач. Арина заступила на смену, а Лера...

Он озадаченно молчит.

Про Лерку я всё знаю и сама. У меня даже мысли не появилось предложить начмеду вызвать Леру. Ей и так в последнее время достаётся от жизни по рукам. Так ещё и с моими пацанами возится.

- Может, Фаину Георгиевну отправим? — с надеждой в голосе предлагаю кандидатуру начальницы аптеки. Она дама не молодая, но аттестованная, бывалая. У неё не забалуешь.

- Фаина Георгиевна везёт двух солдат с подозрением на пневмонию в госпиталь на снимок.

Засада!

Я наклоняю голову, принимая поражение.

Действительно, ехать некому. Медпункт и так почти обнажён в кадровом плане. Кроме начмеда и Фаины Георгиевны все аттестованные уехали в бессрочную командировку «туда».

- Переодеться успею сбе́гать? — спрашиваю у начмеда.

Но вместо ответа в дверь его кабинета раздаётся стук, и после короткого «войдите» на пороге появляется Аляксин.

Убью скотину!

- Карета подана, товарищ подполковник! — браво рапортует Аляксин, но стоит ему встретиться со мной взглядом, как сникает и пятиться назад.

- Отлично! — начмед поднимается. - Нет, Юля, времени сбе́гать домой у тебя нет. Выезд через десять минут.

Он окидывает меня странным задумчивым взглядом и хмурится.

Конечно! Я же не собиралась ехать в поле и сидеть там хрен знает сколько, пока вся часть не настреляется!

Я на работу собиралась. Надела свои самые лучшие узкие джинсы, сапожки на каблуках и короткую куртку. От моего дома до медпункта семь минут быстрым шагом.

- Зайди к Алле Анатольевне, у неё должны быть бушлаты и ватные штаны.

Да, у Аллы Анатольевны — нашей сестры-хозяйки — находится и новый бушлат, и ватные штаны.

Кряхтя и ругаясь сквозь зубы на вселенскую несправедливость, облачаюсь в предложенный мне комплект.

- Пиздец! — смотрю на себя в зеркало и хочется плакать.

Хорошо, что на штанах есть резиновые подтяжки, которые я затягиваю на максимум. Лёгким движением руки штаны для меня превращаются в броне комбинезон.

Сверху на меня накидывают бушлат и даже подвязывают ремнём. Чтобы я из него не выпала.

Шапка у меня своя и сапожки на каблуках.

- Есть берцы! - Алла Анатольевна довольная вытаскивает из коробки новёхонькие ботинки сорок последнего размера.

- Спасибо, я обойдусь.

А куда мне сорок последний на мой тридцать третий?

- Юль Сергеевна, нас только ждёт, — залетает в кладовку сестры-хозяйки румяный с мороза Аляксин.

- Иду!

И я действительно иду. Перекатываюсь, как обожравшийся колобок на кривеньких ножках. Но самое смешное, это крохотные сапожки на каблуках, что торчат из широченных штанин.

Подхожу к санитарной ГАЗели, открываю дверцу и пытаюсь забраться на сиденье, как слышу позади сдавленный хохот и ненавистный голос.

- А это ещё что за чудо-юдо едет с нами стрелять?

Белов, мать его! Что б вы провалились, товарищ подполковник! Ну неужели эти стрельбы не могли обойтись без вас?