Глава 21

Дамиан

Я выпрыгнул из экипажа едва не на ходу - настолько распирал гнев, что даже возница, открывший дверцу, инстинктивно отшатнулся.

Ступени к дому я преодолел за пару широких шагов, намереваясь постучать в дверь, но рука застыла в воздухе.

Взгляд зацепился за движение на заднем дворе. Что за…?

Я шагнул с дороги на аккуратно утрамбованную тропку между грядками. Неспешно обогнул дом и остановился, мысленно негодуя.

Передо мной раскинулись ухоженные грядки: ровные ряды свежей зелени, подвязанные помидорные кусты, аккуратно уложенная мульча, ни одной сорной травинки.

На заднем плане высилась ферма Блэка с бесконечными виноградниками и полями, где его работники, десятки мускулистых мужиков, которым впору меч держать в руках, в счастливой синхронности махали косами, словно кто-то дирижировал их движениями.

Вид их самодовольной слаженности вызывал у меня острое желание превратить ферму в дымящуюся пустошь, но, к сожалению, я человек культурный и приехал сюда по делу.

Я зло скривил губы. Когда приезжал сюда в последний раз, ничего подобного не было. Никаких стройных рядов домиков, никаких ухоженных плантаций. Только тихая окраина города, безобидная и пустая, идеально подходящая для того, чтобы моя бывшая жена не натворила очередную глупость.

А теперь… теперь тут целая сельскохозяйственная империя под боком, причём во главе стоит Блэк. И осознание того, что Аделина живёт рядом с этим волчарой, задевало за живое.

Нет, я не ревновал. Я опасался за жизни и психическое здоровье всех, кто не по своей воле окружал мою жену.

Да, бывшую жену - напомнил я себе. Но от этого раздражение не уменьшилось. Уж больно хорошо я знал её способность притягивать на свою голову неприятности и обрушивать их на всех вокруг.

И не раскинувшийся вид образцово-показательного хозяйства меня напрягал. Меня поразила совсем иная картина, не укладывающаяся в понимание.

Направляясь сюда, я ожидал увидеть Аделину нежащейся на солнышке и наслаждающейся праздным образом жизни. Но никак не это….

Моя чрезмерно избалованная, ничего не умеющая, чуть что падающая в обморок жёнушка стояла на коленях в грязи и собирала сорняки голыми руками, словно проводила ежедневный тайный ритуал.

Да, я скорее бы поверил именно в это, чем в то, что она снизойдет до работы на огороде!

Простое цветастое платье до щиколоток подчёркивало линию талии, тонкие запястья, плавные изгибы бёдер, и, к моему глубочайшему раздражению, я поймал себя на том, что задерживаю взгляд на её прелестях чуть дольше, чем намеревался.

Её волосы отливали тёмно-бордовым огнём в лучах солнца. Аделина, несмотря на непривычное для неё положение, двигалась уверенно и, раздери меня ехидны, изящно и… соблазнительно.

Никогда бы не подумал, что вид работающей на грядках жены так меня раззадорит и выбьет из колеи одновременно.

Вся эта нелепая картина казалась неправдоподобной до зубной боли. И вдобавок Аделина смеялась. Смеялась! Искренне и весело.

Она, засучив рукава, ловко вытаскивала сорняки, бросала их в корзину, что-то оживлённо рассказывала Лиссе… и смеялась. Настоящим, звонким, искренним смехом, которого я не слышал от неё… бог знает сколько лет.

Ему вторил низкий смех Лиссы, которая поливала помидоры так, будто вершила великое таинство.

Проклятье! Что здесь происходит вообще?

Стиснув челюсти, я решительно двинулся по тропе между грядок. Мимо пролетела жирная жужжащая муха, едва не воткнувшись мне в глаз. Резким движением отмахнулся от неё. Забавно, Аделина терпеть не могла насекомых, как же она здесь выживала?

Это мысль вызвала ухмылку. Уверен, как бы она не хотела мне насолить, среди летающих и ползающих гадов её надолго не хватит. Нетерпимость к жукам и червякам мою бывшую добьёт, а я с радостью бы посмотрел на это.

Мне оставалось преодолеть несколько метров и кустов крыжовника, когда Аделина выпрямилась, тяжело вздыхая, и обернулась.

Её лицо всё ещё светилось от смеха, и я, совершенно против воли, отметил про себя, что ей идёт эта беспечность и свежий воздух. Моя бывшая буквально расцвела.

Взгляд уловил изменения в её внешности - от неожиданности по спине пронёсся потрескивающий холодок.

Она выглядела как прежняя Аделина - до последней родинки, до того интимно знакомого изгиба плеч, до той маленькой, едва заметной впадинки-шрама у ключицы, о которой, помнится, знали только мы двое.

Я мог бы закрыть глаза и перечислить каждую черту её тела по памяти - и всё совпадало. Абсолютно всё.

Но ощущение было неправильным.

Словно передо мной стояла другая женщина в её коже, двигающаяся и дышащая иначе, и глаза её горели каким-то чужим, дерзким светом, которого в моей жене никогда не было.

Пока я в недоумении таращился на неё, Аделина повернула голову, и наши взгляды встретились. Её чудесная улыбка разбилась и тут же превратилась в кислую, недовольную гримасу.

Замечательно. Вот теперь всё было на своих местах. Узнаю свою бывшую. А ведь чуть удар не хватил от ощущения инакости!

— Ты… — протянула она таким тоном, будто увидела таракана, внезапно пробежавшего по чистому полу.

Ну здравствуй, дорогая…. бывшая. Я нахмурился и подошёл ближе, стараясь не пялиться на неё.

Я смотрел, пытаясь понять, что именно не складывалось. А в груди, там, где годами жила надоедливая, тупая, почти физическая свербящая пустота, от которой не избавляли ни женщины, ни эликсир, ни битвы - вдруг что-то дрогнуло, сместилось, перевернулось. И пустота трансформировалась в ошеломляющий трепет.

С чего бы вдруг? За столько лет ничего не менялось рядом с ней, а сегодня что произошло?

«Моя», — рыкнул дракон.

Я поморщился.

Потрясающе. Ещё этого не хватало.

— Дамиан? И чем обязана твоему визиту? — поинтересовалась Аделина, аккуратно отряхивая руки.

— И тебе доброе утро. Хотя никакое оно не доброе, Аделина! Мы развелись три дня назад, — процедил я, стараясь не выдать того идиотского внутреннего трепета, от которого дыхание срывалось. — Три. Дня. А ты уже успела подкинуть мне проблем на полгода вперёд. Блэк? Серьёзно? Ты назло мне это сделала?

Она нахмурилась, невинно пожимая плечами:

— Не понимаю, о чём ты.

— Отлично понимаешь, — рыкнул я сквозь зубы. И да, я не мог перестать на неё смотреть. Это раздражало.

Лисса, заметив мою персону, тут же присела в неловком реверансе, пробубнила приветствие и благоразумно замолчала.

Аделина фыркнула, развернулась и направилась к дому, даже не удостоив меня взглядом. Я пошёл за ней, чувствуя, как с каждым шагом абсурд ситуации набирает обороты.

— Во всех газетах ваши счастливые портреты! — продолжил я, невольно пожирая глазами бывшую жену. — Со вчерашнего дня город обсуждает, как ты… — запнулся, злясь на самого себя за дрожь в голосе, — мило обжималась с Блэком. Ты позоришь меня на весь совет, Аделина!

— Ах, вот как?! — она сбавила шаг и резко обернулась, едва не хлестнув волосами мне по лицу. Упёрла кулачки в талию и злобно нахмурилась. — Значит, тебе можно таскать в дом любовниц при живой-то жене, а мне теперь до конца дней прозябать в одиночестве и дрожать за твою репутацию?!

Я закатил глаза и качнул головой.

— Так и знал, что ты сделала это назло.

— И в мыслях не было! Ты слишком высокого мнения о себе, раз думаешь, будто я о тебе вспоминаю. Велика честь! Я забыла тебя, переступив порог твоего дома, Дамиан!

Повисла пауза. Мы мерились тяжестью взглядов и степенью разгневанности, а между нами мило порхали бабочки и пролетали пчёлы. Дракон взволнованно вертелся, вызывая рябь на коже.

Так и рвался к бывшей, сладостно урча. Самообладание дало трещину. Я моргнул и усилием воли отвёл взгляд от её лица, но не сумел сконцентрироваться ни на чём другом. И невольно уронил его в вырез её лёгкого платья.

И застыл, забыв, зачем вообще явился.

Нет, не из-за вида соблазнительных холмиков, вздымающихся от частого, разгоряченного дыхания их обладательницы, хотя они и были достойны внимания. Меня ошеломило совсем другое….

Сознание пронзило холодом. Эй, что за дерьмо?

Вспышка недоумения отрезвила, как ушат ледяной воды. Я сглотнул и сурово посмотрел ей в глаза.

— Где твой фамильный амулет, Аделина?

Она вскинула тонкие бровки и похлопала ресницами.

— Сняла, когда ванну принимала. Тебе-то что? — и, фыркнув, развернулась на каблуках, опуская руки.

Поднялась на крыльцо, я шагнул следом, как завороженный. Она толкнула дверь и на пороге обернулась, ошпарив меня взглядом сверху вниз.

— Ты всё сказал?

Я приподнял брови и невольно усмехнулся. Она хочет меня доканать?

— А ты услышала меня? Прекрати светиться в прессе и привлекать внимание к моей фамилии, — самому противно стало от себя. Стоя лицом к лицу с ней внезапно забыл, зачем явился и почему был вне себя.

В голове роились беспокойные мысли.

Она скривилась.

— Это ведь мой дом? — уточнила подозрительно спокойно и склонила голову к плечу.

— Да, твой, — ответил я раздражённо.

— Тогда я могу сделать так? — мило уточнила она.

И прежде чем я успел выдохнуть - захлопнула дверь прямо перед моим лицом.

И я - уважаемый дракон, глава рода, мужчина, которого боится пол-столицы - едва не поцеловал эту проклятую дверь.

Я закрыл глаза, вдохнул, досчитал до пяти.

И как я сразу не догадался? Твою мать, это не Аделина! Она использовала магию фамильного амулета и подменила себя другой женщиной! Проклятье!

Но это та самая, которую мы искали всю жизнь, — незамедлительно встрял дракон. — И она должна стать нашей. Так что можешь поблагодарить свою взбалмошную бывшую за такой подарок. Она вряд ли сама поняла, что сделала.

И это к лучшему,- — согласился я с драконом.

Осталось понять, как сделать две вещи: заполучить эту новую Аделину и не допустить возвращения прежней.