Глава 36

Дамиан

Лес встретил нас вязкой тишиной, от которой закладывало уши. Даже птицы предпочитали переждать и не напоминать о себе, словно были до смерти напуганы.

Я осмотрелся и сразу понял - место выбрано не случайно, потому что подлесок здесь был густой, переплетённый корнями и колючим кустарником. Идеальный для того, чтобы человек бежал, спотыкался, рвал кожу и в панике терял последние крохи здравого смысла.

А тот, кто шёл следом, не торопился, зная, что добыча никуда не денется.

Я спрыгнул с экипажа раньше, чем возница успел как следует остановиться, и сапоги тут же утонули в прелой листве, влажной от ночной росы.

Кристиан, фыркнув что-то себе под нос про мою нетерпеливость, последовал за мной, на ходу вытаскивая из кармана тонкие перчатки - привычка следователя, даже если он дракон и может разнести здесь половину леса одним всплеском силы.

— Здесь, — произнёс он, указывая на примятую траву и сломанные ветки, — очевидцы утверждают, что она выскочила отсюда, кричала, потом звук оборвался.

Я коротко кивнул и прошёл дальше, не столько глядя под ноги, сколько вдыхая воздух, позволяя зверю внутри меня хорошенько принюхаться к запахам. И почти сразу почувствовал резкий, тёплый след, в котором не было ни капли человеческого.

Волк. Да не один.

Запах был свежий, нахальный, пропитавший кору деревьев и землю, словно нарочно оставленный, чтобы оказаться замеченным. И я скривился, потому что сомнений не осталось: здесь был оборотень, и он охотился, наслаждаясь погоней, оставляя явные метки.

— Ты тоже это чувствуешь, — сказал Кристиан, не спрашивая, а утверждая, и я хмуро усмехнулся.

— Если бы не чувствовал, стоило бы уже подавать прошение о добровольной отставке, — ответил я и присел, раздвигая кусты. — Здесь она упала. Видишь? Содранная кора, след от ладони. Паника. До последнего надеялась, что успеет. Стандартный почерк жертвы.

Мы помолчали, и в этом молчании мне совершенно некстати вспомнилась Аделина - не та, прежняя, с которой я прожил два века, зная её реакции наперёд.

А эта новая, колючая, дерзкая, живая, которая смотрела на меня так, словно я для неё ничего не значил. Собственно, так оно и было, она меня совершенно не знала, а я - её. И мне это… нравилось.

Я резко выдохнул и выпрямился, качнул головой в надежде отогнать неуместные мысли. Но они упрямо возвращались к незнакомой бывшей жене: к тому, что мои методы воздействия на ней не работали.

И чем дальше, тем очевиднее становилось - к новой Аделине нужен совсем иной подход, только вот какой именно, я, к собственному раздражению, пока не понимал.

И, сдавалось мне, напрочь разучился флировать.

— Ты напряжён, — заметил Кристиан, скользнув по мне внимательным взглядом. — И это не только из-за дела, как я понимаю.

— Если ты сейчас решишь поиграть в семейного лекаря, — сухо отозвался я, — я начну отрицать всё подряд из чистого упрямства.

Он хмыкнул, но тему не стал развивать, за что я был ему почти благодарен.

Я снова втянул воздух, и запах волка ударил сильнее - не одного, а нескольких, чтобы сбить с толку, смешанный с терпким человеческим страхом. И это окончательно сложилось в картину, от которой у меня неприятно сдавило виски.

— Это не одиночка, — произнёс я задумчиво. — И не спонтанная охота. Здесь порезвился тот, кто уверен в своей безнаказанности. Он наследил - либо бросая вызов, либо отвлекая внимание.

— Думаешь, стая? — уточнил Кристиан.

— Думаю, — медленно ответил я, — как минимум несколько волков.

Вдалеке послышались голоса - агенты канцелярии, наконец, добрались до места, ломая ветки и ругаясь вполголоса. Я выпрямился, отряхивая руки, чувствуя, как зверь внутри меня раздражённо ворочается, требуя немедленных действий.

Бросил взгляд на подлесок, на примятую траву и оборванные следы, размышляя о том, как не дать им приблизиться к городу и… к Аделине.

Агенты канцелярии расползлись по подлеску, как муравьи, каждый со своим набором артефактов, и пространство постепенно наполнилось тихим гулом магии.

Кто-то разворачивал кристаллические линзы, выхватывающие остаточный след заклинаний, кто-то водил над землёй тонкими жезлами, отзывавшимися тусклым свечением там, где магия цеплялась за реальность особенно упрямо.

И вся эта суета выглядела одновременно деловито и бесполезно, потому что я уже догадывался - ключевая деталь ускользала не из-за нехватки инструментов, а потому, что кто-то очень хотел, чтобы мы смотрели не туда.

Я подозвал к себе одного из агентов - худощавого мужчину с вечными пятнами чернил на пальцах. Того самого, что специализировался на портретах со слов очевидцев.

Почтительно кивнув, он развернул передо мной плотный лист, от которого ещё пахло свежей краской.

Мельком взглянул, и внутри что-то оборвалось.

— Бордовые, — медленно проговорил я, даже не замечая, что сказал это вслух.

Девушка на портрете была схематичной, но узнаваемой: мягкие черты, испуганный взгляд, и волосы - густые, тёмно-бордовые, слишком выразительные, чтобы быть случайной деталью.

И в этот момент все куски головоломки начали вставать на свои места, вызывая во мне негодование, переходящее в злость.

Волк и бордовые волосы.

Совпадения бывают, да. Но не такие. И не так часто.

Я молча вернул портрет агенту, велев продолжать работу, и сделал шаг в сторону, подальше от суеты.

Кристиан возник рядом почти бесшумно, стараясь не привлекать внимание, и, бросив быстрый взгляд в сторону агентов, тихо присвистнул.

— Судя по твоему лицу, — заметил он с удивлённой усмешкой, — ты только что увидел привидение.

— Волки, — ответил я сухо. — И бордовые волосы.

Он приподнял бровь, мгновенно став серьёзнее.

— Думаешь, охотились за Аделиной?

— Я предполагаю, Крис, — процедил я, — что кто-то сознательно выбирает похожих девушек, рассчитывая… — замолчал, подбирая слова, которые не хотелось произносить вслух, — впутать в эту мерзкую историю мою бывшую жену или меня.

Кристиан скосил на меня глаза - долгий, внимательный, слишком понимающий взгляд для моего душевного равновесия.

— И что, — протянул он с ехидцей, — ты продолжишь уверять меня, будто беспокоишься о бывшей жене исключительно из соображений общественной безопасности?

Я посмотрел на него мрачно, без малейшего желания подыгрывать.

— Нет, но кто-то может использовать её как приманку, — холодно ответил я. — А это мне не нравится.

— О, кажется у кого-то появился лишний повод для ненависти к Уильяму Блэку!

Я поморщился.

— Не скрою, он меня раздражает. Но не стоит спешить с выводами. Давай сосредоточимся на исчезновении девушки и нападении на неё.

— Угу, так и сделаем, — кивнул он, явно приунывший. — И ты докопаешься до правды, ведь тебе не всё равно. А вовсе не потому, что рядом с Аделиной вьётся наш главный подозреваемый, а жертвы стали внешне походить на неё….

— Хватит, — отрезал я и отвернулся. — Я не собираюсь возвращаться к этому разговору.

— Конечно, — кисло усмехнулся Кристиан, запрокидывая голову и щурясь на солнце. — Как скажешь.

Я скрипнул зубами и отвёл взгляд в сторону, туда, где магические артефакты вспыхивали очередным тусклым светом.

— С трудом верится, что Блэк опустится до таких игр, — признал я нехотя. — Он достаточно умён и создаёт впечатление благоразумного человека, чтобы не устраивать охоту под боком у собственных владений. Сомневаюсь, что он готов поставить на кон своё положение в обществе ради… женщины, которую не может заполучить. Боюсь, всё гораздо запутаннее, Крис. Как бы ни было досадно признавать - вполне возможно, Блэк здесь всего лишь пешка. Вокруг него слишком много волков с амбициями, и кто-то из них явно решил подорвать его репутацию.

— Не уверен, что удачное решение - держать Аделину подальше от него, — уточнил Крис, уже без насмешки. — Разве не логичнее понаблюдать за ним с её… помощью?

— Не стану я рисковать бывшей женой, — медленно и с нажимом ответил я, глядя на него в упор. — Разберёмся в происходящем, не вовлекая Аделину.

Кристиан хмыкнул и хлопнул меня по плечу.

— Что и следовало доказать! Знаешь, Дамиан, если бы ты так же честно говорил с собой, как сейчас со мной, мы бы давно пили за твоё счастливое воссоединение.

Я бросил на него тяжёлый взгляд и недоумевающе хмыкнул.

— Не перегибай. И слова мои не переворачивай.

— Да ладно тебе, — примирительно поднял он руки. — Я всего-то читаю между строк. Просто скажу одно: если ты собираешься её защищать, делай это со вкусом и удовольствием.

Я усмехнулся краем губ - мрачно и безрадостно.

— Постараюсь, — ответил, глядя на лес, где, возможно, сегодняшней ночью оборвалась чья-то жизнь, — всё становится куда сложнее в свете событий….

Агенты ещё не успели толком разойтись по новому радиусу поиска, когда один из них окликнул остальных коротко и резко - нашли нечто важное.

Я подошёл ближе и увидел на влажной от ночной росы траве клок светлой шерсти, зацепившийся за колючий кустарник.

В тот же миг внутри меня забурлила сила - шерсть явно волчья и прямо на виду, хищник даже не счёл нужным заметать следы.

Я медленно выпрямился, чувствуя, как по жилам разливается горячее раздражение, и с трудом удержался от того, чтобы не испепелить этот клок пальцами.

— Вот и подтверждение, — негромко заметил Кристиан за моей спиной, и по его голосу было слышно, что ему самому эта находка пришлась не по вкусу. — Уже не просто догадки.

Я не ответил, потому что в этот момент пространство вокруг словно перекосило, и ещё до того, как услышал шаги, я понял, кто именно решил почтить нас своим присутствием.

— Проклятие, — выдохнул сквозь зубы, не оборачиваясь. — Его ж нахрена сюда принесло?!

— Похоже, твой дорогой тесть тебя преследует, — настороженно протянул Крис, отступая в сторону, чтобы ненароком не зацепило.

Он появился эффектно - как всегда: старый архимаг Морн с тяжёлой, уродливой тростью, больше похожей на оружие, чем на опору. В дорогом плаще, излишне вычурным для леса и оскорбительно чистым для места преступления.

И с таким выражением лица, будто сам факт того, что ему пришлось сюда прийти, являлся личным оскорблением.

— Безобразие, — протянул архимаг с отвращением, даже не глядя на агентов, — абсолютное безобразие. Канцелярия снова роется в грязи и тратит казённые деньги, как будто это когда-нибудь приносило результат.

Один из агентов сжал зубы, но промолчал - все прекрасно знали, кто перед ними, и насколько бесполезно спорить с человеком, который привык давить авторитетом.

Отец Аделины не стал терять время на формальности и направился прямо ко мне, гневно стуча тростью по земле.

— Лестер, — процедил он, останавливаясь в шаге от меня. — Смотрю, никак не отвыкнешь ковыряться в дерьме? Тебе по статусу не положено здесь находиться.

Я изогнул бровь - не удержался.

— Добрый день, архимаг Морн, — выдал ровным голосом. — Вы считаете дерьмом чужое несчастье? Я, знаете ли, испытываю моральное удовлетворение, когда спасаю чью-то жизнь, а не просиживаю штаны в высоких кабинетах.

Он скривился, пожевав тонкие, морщинистые губы.

— Лучше бы ты моральное удовлетворение испытывал от благополучия Аделины! — гаркнул он, брызжа слюной. — Ты хоть представляешь, в какую опасность снова втянул мою дочь? Я слышал новости! Пропавшая девушка подозрительно на неё похожа! А всё из-за тебя! Вышвырнул мою девочку из дома, и вот, к чему это привело!

Я спокойно встретил его взгляд, хотя внутри всё клокотало, и ответил ровно, без малейшего повышения тона:

— Вижу, вас тоже обеспокоила ситуация. Уверяю, вы не одиноки. Только вы излишне преувеличиваете - Аделина никаким боком….

— Не смей со мной играть в вежливость, — вспыхнул он, перебивая меня. И сжал рукоять трости так, что выступающие костяшки, обтянутые тонкой полупрозрачной кожей, побелели. — Почему я узнаю о происходящем от третьих лиц? Почему ты не счёл нужным сообщить мне, что до сих пор не поймал негодяя, похищающего девушек?

Я чуть не поперхнулся от такой наглости. Совсем из ума выжил…. Возомнил себя центром мироздания! Забыл, старый, что канцелярия ему не подчиняется.

И жутко подмывало внести ясность и поставить на место бывшего тестя. Давно пора ему на покой, уступить дорогу молодым и наслаждаться тихой жизнью в загородном доме….

Но я сдержался - из остатков уважения к нему - и склонил голову, позволяя себе тень холодной иронии.

— Потому что, — ответил ровным голосом, — расследование ещё не завершено, улик мало, и разбрасываться обвинениями - не лучшая стратегия. Особенно если вы дорожите репутацией… некоторых своих союзников.

Он дёрнулся, уловив намёк, и в его глазах вспыхнула злость.

— Что ты несёшь, Дамиан?

Мысленно досчитав до пяти, я улыбнулся.

— Я не несу, а обращаю ваше внимание на очевидное: стоит внимательнее присмотреться к тем, кого вы допустили в своё ближайшее окружение. В частности - к оборотням. Если память мне не изменяет, именно вы убедили Совет разрешить им поселиться вблизи столицы. Так вот, волки распоясались. Если прежде оставались сомнения в их причастности, то сегодня они улетучились.

Я выдержал паузу, затем позволил себе едва заметную улыбку, от которой у него начало сводить челюсти.

Маг побагровел, трость с глухим стуком врезалась в землю, а воздух вокруг него дрогнул от сдерживаемой ярости.

— Ты переходишь границы, — прошипел он.

— Я их как раз соблюдаю, — спокойно возразил я, качнув головой. — В отличие от некоторых.

Он ещё несколько секунд прожигал меня взглядом, затем резко поменялся в лице и сменил гнев на… показное снисхождение:

— Полагаю, ты в состоянии выяснить правду, Дамиан? Что ж, займись расследованием, раз тебя так тянет к грязной работе. Я здесь вовсе не за тем, чтобы обсуждать это.

Я изумлённо хмыкнул и перекинулся взглядами с Крисом, притихшем в стороне с довольной физиономией. И медленно выдохнул, позволяя прохладному воздуху подлеска остудить вспыхнувшее от гнева лицо, не сводя взгляда с архимага.

— Серьёзно? Тогда позвольте поинтересоваться, по какой причине вы сочли необходимым изменить свой привычный график и прибыть сюда лично?

Архимаг Морн вскинул подбородок, опираясь на трость, и вперился грозным взглядом в мои глаза. Он даже не счёл нужным изображать сочувствие или интерес к происходящему вокруг.

Брезгливо оглядел топчущихся неподалёку агентов канцелярии, словно они пачкали его ландшафт, и с плохо скрываемым самодовольством произнёс:

— Я устраиваю званый ужин, Дамиан. Закрытый. Для избранных. Будут присутствовать все значимые фигуры королевства, — размеренно перечислял он, словно ставил галочки в списке, — мои давние приятели, проверенные союзники, высокопоставленные чиновники….

А затем, сделав паузу, от которой у меня возникло неприятное предчувствие, добавил:

— И ты, как член Совета, — Морн подался вперёд и попытался ткнуть меня костлявым пальцем в грудь, но я сделал шаг назад, не позволив ему прикоснуться. Чем вызвал очередную вспышку недовольства в глазах. — Обязан на нём присутствовать - не один, а в сопровождении Аделины, — и в его голосе не было даже намёка на вопрос, лишь сухое, выверенное распоряжение, не терпящее возражений.

— Надеюсь, — продолжил он тем же тоном, — ты уже уладил досадное недоразумение с разводом? Аннулировал его и заслужил прощение моей дочери?

Я стиснул зубы, мысленно перебрав несколько вариантов ответа - от вежливо-ядовитых до откровенно оскорбительных, - и выбрал единственный допустимый в данный момент:

— Я в процессе, — ответил без тени эмоций, хотя внутри всё переворачивалось.

Архимаг прищурился, перекладывая свою уродливую трость из руки в руку, будто проверяя, не дрогну ли я, но, не дождавшись желаемого, лишь кивнул.

— Что ж, — произнёс он напоследок, — в таком случае я ожидаю вас. И чтоб без фокусов!

Морн больше не счёл нужным тратить на меня ни секунды.

Развернулся, и плащ тяжело качнулся за спиной. Архимаг направился прочь с таким видом, будто само пространство обязано было расступаться перед ним без напоминаний.

Один из агентов канцелярии, не успевший вовремя отойти, оказался у него на пути. Морн не замедлил шага.

Он грубо толкнул его в плечо, вкладывая в движение не столько силу, сколько презрение, и, даже не взглянув в лицо, прошипел сквозь зубы:

— Прочь с дороги, щенок.

Агент пошатнулся, едва удержался на ногах, а архимаг уже уходил, выпрямив спину, в сторону чёрного экипажа, стоявшего на дороге.

— Этот упырь не поленился и притащил свой старческий зад сюда только ради того, чтобы позвать тебя на ужин? — усмехнулся Крис, подходя сзади.

Я устало поджал губы.

— Он явно рассчитывал унизить меня при моих же людях, — фыркнул и скрестил руки на груди. — Не удалось.

— Ничего! — хохотнул приятель и опустил руку мне на плечи. — Он попьёт вашей кровушки на званном ужине и отыграется сполна! Помяни моё слово!

— Нисколько не сомневаюсь, — угрюмо отозвался я, мысленно уже представляя, что может произойти на проклятом ужине. И как подготовить к нему Аделину.

Картинка вышла безрадостной. Я тяжело вздохнул.

— Твою ж мать….