Глава 46

Как и обещал, Дамиан организовал нам новое жильё, предоставленное канцелярией. Связи и пост в совете давали определённые привилегии….

Через пару часов нас вместе с вещами перевезли на другой конец города.

Временный дом был просторнее, но такой же неприметный, что, разумеется, к лучшему.

Мы с Лиссой не ложились.

Перевезённые сундуки стояли раскрытыми вдоль стены, посуда была разложена по новым полкам, провизия - аккуратно распределена по кладовой и холодильному шкафу.

Не позволяя себе остановиться ни на минуту, я перебирала банки со специями, мешочки с мукой, проверяла ножи, пробовала печь, прикидывала, как будет ложиться тесто на новой поверхности стола.

Потому что если я позволила бы себе присесть и задуматься, то начала бы вспоминать огонь, треск балок и пережитый ужас.

— Всё не так, — пробормотала, перекладывая миски с места на место. — Полки слишком высоко висят, печь греет иначе, свет падает с другой стороны… И как я должна здесь работать?

Лисса только кивала и носилась за мной тенью, стараясь угодить.

На столе уже поднималось тесто для утренних заказов, в миске остывал сироп, и запах замаринованного мяса и ингредиентов для салатов постепенно вытеснял из памяти вонь гари.

Но внутри засело раздражение, колючее, как песок под кожей.

Дамиан расположился у окна, допивая утренний чай с будничным видом, словно ночь не перевернула нашу жизнь.

— Всё будет хорошо, — сказал он, поверх чашки наблюдая за мной, не знающей, за что хвататься.

— Конечно, — отозвалась я, не оборачиваясь. — Особенно если забыть, что мой дом вчера пытались сжечь.

Он устало усмехнулся.

— За домом присматривают мои люди из канцелярии. Здесь тоже мышь не проскочит. Расслабься и работай, как привыкла. Да, есть некоторые неудобства, но они незначительны.

Я бросила на него хмурый взгляд.

— Я не просила караул. Чувствую себя преступницей.

— Я знаю, — кивая, ответил он. — Но так будет надёжнее.

Поджав губы, я отвернулась и схватилась за тёрку. Дамиан поставил чашку на стол и продолжил, понизив голос:

— Как только ситуация разрешится, ты сможешь вернуться в свой дом. Он в полном порядке. Разве что запах гари не выветрился, но и это решаемо.

Пауза.

— Хотя… — уголок его губ чуть дрогнул, — я всё ещё надеюсь, что ты согласишься переехать ко мне.

Я отвернулась, делая вид, будто занята натиранием варёных яиц.

— Не обольщайся.

Но внутри неприятно кольнуло, потому что мысль о совместной жизни больше не вызывала прежнего резкого отторжения. И меня это беспокоило.

Хотелось свободы действий, личного пространства, но раз за разом я оказывалась под надзором дракона, так или иначе. А тут вдобавок из ниоткуда появилось первобытное желание гнездиться.

В этот момент его карманные часы, лежащие на столе около блюдца, тихо звякнули. Крышка приоткрылась сама.

Изнутри донёсся приглушённый голос, едва различимый.

Плечи дракона напряглись, спина выпрямилась, взгляд стал сосредоточенным.

— Мне нужно идти, — коротко сказал он и спрятал часы в карман камзола.

Не успела ответить, как он оказался рядом, коснулся моего лица ладонью. И поцеловал - невесомо, едва касаясь губами виска.

— Не геройствуй, — тихо добавил и изогнул красноречиво бровь.

— Это ты у нас любитель героизма, — буркнула я, пряча взгляд.

Хотелось сердиться на дракона, но не получалось. По рукам ползли мурашки.

Он усмехнулся, развернулся и вышел, почти сразу растворившись в утреннем тумане.

Дверь закрылась. Дом снова стал тихим. Я посмотрела на стол, на чистую тару для доставки, на список заказов.

— Лисса, — сказала, выпрямившись. — Он прав, как ни прискорбно мне это признавать. Рано унывать. Сделаем всё возможное, чтобы удержаться на плаву и не подвести клиентов. Докажем, что нас так легко не сломить.

И, несмотря на усталость, закатала рукава.

Мы с Лиссой работали молча и быстро. К восьми утра прибежали девушки-помощницы, нанятые Дамианом в день званого ужина.

Так они и остались у нас - заинтересовались работой, впечатлились нестандартной идеей.

К полудню заказы были готовы, разложены по таре и ждали своего часа в термосумках. Я снова начинала нервничать: один из разносчиков не появился.

Я смотрела на часы каждую минуту, пересчитала коробки, выглядывала в окно, ожидая увидеть знакомую фигуру парнишки у ворот, но двор оставался пустым.

— Он знает, что нужно быть сегодня в полдень здесь, — пробормотала я, скорее себе, чем Лиссе. — Дамиан велел всех предупредить.

— Может, задержался, госпожа? — запинаясь, предположила Лисса и развела руками. — Или что-нибудь стряслось, а сообщить он никак не может?

Я покачала головой. Двое курьеров уже отправились по маршрутам, день клонился к обеду. Ждал меня провал такими темпами….

— Скорее всего. Но мне от этого не легче, Лисса.

Адрес заказа лежал передо мной, выведенный аккуратным почерком: солидный господин с заковыристым именем, оплату внёс вперёд. Эта деталь настораживала, но я была напряжена и обеспокоена, потому отмахнулась от неё.

Вздохнула и перевела взгляд на застывшую у печи Лиссу. Она помешивала подливу деревянной ложкой, закусив кончик языка.

— Ладно, деваться некуда. Отнесу сама.

Лисса тут же вскинула голову, чуть не выронив ложку.

— Я с вами пойду! Девочки справятся, я их всему, что знала сама, научила. Она ловкие….

— Нет, — отрезала я мягко и, улыбнувшись, подошла к помощнице. — Останься, пожалуйста. Вдруг появятся ещё заказы? Или парнишка всё же объявится. Тебе я доверяю, как себе, Лисса.

Даже учитывая, что ты служишь Дамиану, — мелькнуло в голове, но я лишь поморщилась. Это не относилось сейчас к делу. К тому же, я успела узнать Лиссу ближе и выяснить, что перечить мне она не умела.

Помощница замялась, но кивнула.

Я не захотела надевать тяжёлую термосумку - устала сегодня, бессонная ночь сказывалась. И мысль тащить её через весь город вызывала почти физическую боль.

Вместо этого я аккуратно упаковала заказ в плетёную корзину, проложив его утеплителем. Проверила, чтобы ничего не сдвинулось и не протекло, и вышла на улицу.

Двигалась размеренным шагом, переставляя тяжёлыми ногами. Глаза щипало от недосыпа. Брела на автомате, влача корзину, и мысленно утешала себя: вот отнесу заказ и всё, можно будет выдохнуть!

Позволить себе сесть у окна с чашкой чая, закрыть глаза хотя бы на час.

Улица, указанная в адресе, оказалась на самой окраине города, где я прежде не бывала. Чем дальше шла, тем реже попадались прохожие. Дома редели, дворы выглядели запущенными.

Куда меня понесло? Напрасно вызвалась идти в незнакомые окрестности. Вероятно, сбилась с пути и заплутала. А где-то сидит и ждёт своего заказа голодный клиент.

Этого только не хватало….

Напряжение сковало плечи, холодное и липкое, но усталость притупляла инстинкты и чувство самосохранения. Я продолжала идти, ориентируясь по кривым табличкам на подозрительно тихих зданиях.

Наконец-то, в конце узкой улочки показался небольшой двухэтажный дом с заросшим полынью палисадником. Номер совпал.

Дом стоял в стороне от других построек в переулке, окна тёмные и без признаков жизни.

Я остановилась и опасливо огляделась. Блин, одна в какой-то глуши…. Страшновато, однако. Сомневаюсь, что здесь проживал некий солидный господин. Скорее, какой-нибудь бродяжка.

В памяти промелькнули события прошлой ночи, и кровь отлила от лица. Да ладно! Не могли же так нелепо меня подловить? Это как-то слишком уже.

Что ж, раз я здесь, то стоит проверить хотя бы. Я поднялась на крыльцо и постучала.

Дверь отворилась сама. Сердце пропустило удар. Внутри царила безмолвная темнота, в воздухе парили частички пыли.

— Твою ж… — в голове щёлкнуло. Усталость как рукой сняло.

Да плевать на чёртов заказ! Ноги надо уносить, пока жива!

Размышляя, не бросить ли корзину, я начала разворачиваться к лестнице, вцепившись второй рукой в подол платья.

Но не успела.

Чьи-то грубые руки сомкнулись на талии сзади. Корзина выскользнула из пальцев, я попыталась закричать, но рот тут же зажали вонючей, влажной тряпкой, от которой несло приторной сладостью, язык моментально онемел.

Я рванулась, изо всех сил, вцепилась ногтями в руку, зажимающую рот. На ощупь она оказалась мужской - крепкой и волосатой. Кто ж сомневался!

В панике призвала магию, хаотично зашвырнула её в похитителя, но промахнулась. Задерживая дыхание, предприняла вторую попытку. Как-то вяло вышло….

Рука упала и повисла плетью.

Мир начал расщепляться перед глазами, сереть, темнеть и расплываться.

Под закатывающимися веками вспыхнули пятна света.

Звук отдалялись, и слышала я как сквозь вату.

Последнее, о чём подумала - развели, как идиотку!

И темнота поглотила меня.

Сознание возвращалось медленно и тяжело. Я будто выныривала из мутной воды, и первым, что почувствовала, был холод. И сырость.

Она пронизывала и проникала под одежду, заставляя зубы ритмично постукивать. Голова гудела, как после бурной вечеринки, во рту стоял горький привкус трав.

От него подташнивало. В висках пульсировала тупая боль.

Я попыталась вдохнуть глубже и тут же пожалела об этом - в воздухе чувствовалась затхлость, какая обычно бывает в помещении без доступа к свежему воздуху.

От этого запаха тошнота подкатила к горлу с новой силой. Я аккуратно приподнялась, опираясь ладонью о холодный каменный пол. С усилием села, прижимаясь спиной к стене.

Мир по-прежнему покачивался, будто я находилась на корабле в шторм.

Несколько секунд просто сидела, закрыв глаза, стараясь удержать равновесие и собрать мысли в нечто связное. Память возвращалась кусками: тёмная улица, открытая дверь, запах тряпки, мужская волосатая рука….

Я стиснула зубы, уговаривая себя не паниковать. Нужно собраться, осмотреться. Понять, где я и как отсюда сбежать.

Ё-моё! Я же столько фильмов ужасов и детективов в своё время посмотрела, но позволила себя облапошить!

Эх, сидя на диване и наблюдая за чужими опрометчивыми поступками и глупостью, мы считаем себя смекалистыми и разумными. Но, угодив в похожую ситуацию, оказываемся беспомощными.

Увы, на телевизионном экране или на страницах книг всё обстоит иначе, чем в жизни.

Когда, наконец-то, открыла глаза и дала им время привыкнуть к темноте, очертания помещения начали проступать, как рисунок, проявляющийся на влажной бумаге.

Низкий потолок, грубые каменные стены, узкая полоска света где-то высоко - вероятно, крошечное окно или щель, через которую пробивался бледный вечерний свет.

Металлическая решётка, как в средневековой камере….

А секундой позже я поняла, что находилась здесь не одна.

Сначала заметила едва различимое движение. Потом - силуэты, три тёмные фигуры в дальнем углу, прижавшиеся друг к другу.

Я моргнула, пытаясь сфокусироваться, и сердце ухнуло в пятки.

Это были девушки.

Три девушки.

Те самые, что числились пропавшими без вести.

Проклятие….