Глава 33. Об истинных парах

Поскольку Её Величество отказала нам в помощи, рассчитывать приходилось только на свои силы. И для начала стоило выяснить, с чем мы имеем дело.

Так что сразу после завтрака я оккупировала семейную библиотеку.

Удобно устроившись в мягком кресле, я пододвинула к себе небольшой круглый столик, на который идеально ровной башенкой сложила книги, посвящённые теме истинных пар.

Истинные пары в нашем мире не были редкостью, и каждая девочка, начитавшись сказок, мечтала встретить «того самого», для которого она будет единственной и неповторимой.

К сожалению, с возрастом – и пополнившимся багажом знаний, – понимаешь, что стать чьей-то истинной парой скорее проклятье, нежели удача.

Потому что само понятие «истинная пара» встречается только у существ, способных к обороту: классических оборотней (тех, что превращаются в волков и исключительно в полнолуние), перевёртышей (подвид оборотней, принимающих животный облик по собственному желанию) и драконов.

И всех этих существ объединяло одно: наличие внутреннего зверя, в большинстве случаев крайне агрессивного и наплевательски относящегося к человеческим законам и морали.

Такие существа, обретя истинную пару, воспринимают её как свою собственность и стараются заточить в «гнезде», сведя её контакты с внешним миром к минимуму.

Яркий пример этому – королева Элинор. Она практически никогда не покидает стены замка, а если и делает это, то исключительно в сопровождении мужа.

Мне перспектива сидеть в четырёх стенах совершенно не улыбалась. А значит, нужно было найти способ отвадить от меня Ролдэна. Для чего я и хотела разобраться с феноменом истинности у драконов.

Вдруг существует способ разорвать эту связь? Я, пожалуй, была готова пожертвовать половиной своего магического потенциала, только бы сохранить свободу и независимость.

– Чем занимаешься? – поинтересовался Виктор, заглянувший в библиотеку ближе к обеду.

– Провожу исследования, – отозвалась я, кивнув на стол, на котором теперь, помимо стопки книг, ещё и лежали исписанные листы с моими пометками.

– На тему?

– Что такое истинная пара дракона и можно ли перестать ею быть.

– Хм, – Виктор подошёл ко мне, взял первый попавшийся листок и с интересом пробежал по нему глазами. – И как успехи?

– Пока никак. Но я не отчаиваюсь. Если в нашей библиотеке не обнаружится ничего путного, напрошусь в королевскую. Уж в такой малости мне не должны отказать.

– Что ж, могу только пожелать тебе удачи.

Виктор вернул лист на стол, наклонился и мягко поцеловал меня в макушку.

– Прервись ненадолго и пообедай, – попросил он. – Книги никуда не убегут.

– Ты прав, – с тяжким вздохом признала я, заложила книгу, которую читала, атласной лентой и отложила её на стол. – Всё равно мне стоит сделать небольшой перерыв – голова пухнет от полученной информации.

Обед Виктор приказал подать в малую гостиную, располагавшуюся рядом с его рабочим кабинетом.

– Вообще, сам феномен истинной пары у драконов довольно интересен, – заявила я, усаживаясь на низенький диванчик, возле которого стоял накрытый белоснежной скатертью овальный стол, сервированный на двоих. – Ты, например, знал, что если пара дракона обладает магией, то при физическом контакте возможен обмен силами?

– Обмен? – во взгляде Виктора вспыхнул интерес. – Имеешь в виду передачу магии?

– И передача по механизму переливания крови тоже возможна, – кивнула я. – Но я говорю немного о другом: об обмене магическими способностями. Например, если парой дракона будет целительница, он сможет воздействовать на тонком уровне на человеческое тело. А она получит защиту от любого огня и одновременно способность этот самый огонь создавать без вреда для себя.

– На постоянной основе? – уточнил Виктор, разливая по чашкам душистый чай из заварочника.

– Да. Но это ещё не всё, – я не смогла сдержать самодовольную улыбку. – Несмотря на все угрозы, что тут вчера рассыпал Ролдэн, он не может мне навредить. Вернее, не так. Навредить он может, а вот убить – нет. Потому что из-за того поцелуя его тело уже как бы настроилось на меня. И если я умру, он умрёт тоже. Как, впрочем, и любое моё физическое повреждение он тоже почувствует, причём как своё собственное.

– А ты? – Виктор насторожился.

– Его раны я чувствовать не буду и следом в могилу не пойду, – успокоила я его. – Однако из-за того, что я обладаю магией, моя собственная сила будет подталкивать меня к Ролдэну. Потому что эта штука, которая истинность, оказывается, обоюдная.

– Хм, – Виктор задумчиво покрутил вилку в руках. – То есть, хочешь ты этого или нет, всё равно рано или поздно влюбишься в него?

– Не совсем, – покачала я головой, аккуратно разрезая бифштекс на своей тарелке. – Мои чувства останутся только моими, магия на них никак не повлияет. А вот моё тело будет реагировать на его близость. Ведь с точки зрения биологии я – идеальный сосуд для детей Ролдэна.

Я недовольно скривилась.

Не то чтобы я была против стать матерью… Совсем даже наоборот. Но хотелось бы выбрать отца для своих детей самостоятельно, опираясь на чувства и здравый смысл, а не под влиянием Высших сил, сделавших выбор за меня.

– Притупляющее зелье? – предложил Виктор. – Или блокирующее магию.

– Посмотрим, – уклончиво ответила я.

Пичкать себя всякой гадостью, чтобы только не реагировать на свою «пару», мне не очень хотелось. Тем более что сила этой самой реакции пока была неясна.

Да, во время нашего поцелуя в охотничьем домике я ощутила отклик своей магии. Однако вчера за ужином ничего, кроме раздражения, я к Ролдэну не испытывала.

«Возможно, потому что мы были недостаточно близко? – предположила я. – А возможно сила влияния индивидуальна, и у кого-то выражается сильнее, а у кого-то слабее».

– Меня на ужин пригласил университетский приятель, – сообщил Виктор, заставив меня отвлечься от своих мыслей.

– Когда?

– Сегодня. – Он пытливо посмотрел на меня. – Ты ведь сможешь переночевать одна?

Я насмешливо фыркнула на подобную несуразицу.

– Мне не пять лет, – напомнила я ему с тёплой улыбкой. – Да и в доме я буду не одна. Так что езжай спокойно – ничего со мной не случится.

Ночью я пожалела о собственной самоуверенности.

Потому что, стоило мне около полуночи войти в свою спальню, как со стороны балкона послышался какой-то странный шум, не предвещавший ничего хорошего.