Глава 2

Герцог возвращается? Но я совсем не почувствовала его присутствия. Он специально скрывал свою ауру? Если это так, значит, он уже знал, что в доме незваные гости! И сбежать отсюда совершенно точно не получится.

В одиночку, конечно, все возможно. Особенно если закрыть глаза на тот факт, что придется мне бегать босиком в одной ночнушке с одеялом по заснеженным горам, а потом возвращаться в таком виде в город.

Нет, если встанет выбор между гордо умереть и позорно спастись бегством, то я, как и всякая разумная волшебница, предпочту второе. Потому что после него всегда остается возможность как следует своим обидчикам отомстить.

Но очень бы не хотелось, ведь так я точно испорчу свою репутацию. Не ту, которая девичья, благородная и должна помочь мне удачно выйти замуж, а другую, из-за которой все недоброжелатели обходят меня десятой дорогой, а в враги, если уж и остались в живых, то где-то затаились.

Ну еще бы, я представляю какие слухи пойдут!

«Волшебница Равенна из семьи Ноксторной разгуливает по улицам в одно сорочке и одеяле, да еще и без обуви. Это от кого она так убегал, что даже не удосужилась одеться?»

Бр-р-р!

Нет, сначала испробуем первый вариант — поговорить.

— Госпожа волшебница, что делать будем?

— Беседовать, — ответила я, вставая.

— Но он, кажется, не настроен на беседу, — сказал Шор, пряча взгляд.

— С чего ты взял? — спросила я.

— Он вошел с двумя мечами, снес проход крыльями, а вокруг него клубился черный огонь.

— Хм, дракон в ярости, — покивала я с умным видом.

— Точно! Так что, госпожа, может вы не будете беседовать? — робко спросил Шор. — А сразу... того?..

— Чего того?

— Победим его? — спросил Шор, глядя на меня глазами, полными надежды, восхищения, почитания, раболепия и иже. — Вы победите.

Спасибо за уточнение. Я склонила голову:

— Я похожа на того, кто победит дракона?

— Д-д-да, — сказал второй мужчина.

— Мне срочно надо зеркало, чтобы понять, что же такое заставляет вас думать, что я смогу справиться с герцогом Виндрейвом. Впрочем, в чем-то вы правы: попытаться побеседовать с драконом, который в ярости, не самая лучшая идея. Убежать не выйдет, хм, остается одно.

— Что?

— Молиться, — сказала я с улыбкой. — Правда, я ни в каких богов и богинь не верю, так что на мне это не сработает, а на вас — вполне.

Если эти двое будут где-то позади, а я смогу сдержать ярость дракона в первые минуты, то есть шанс, что от ярости он перейдет к беседе. Ну, пятьдесят на пятьдесят. Всегда был шанс, что он окончательно выйдет из себя и закопает нас под замком.

— Неуважаемые незваные гости, не могли бы вы по-хорошему показаться мне на глаза? И тогда я подарю вам быструю и не очень болезненную смерть, — глубокий мужской голос, усиленный магией, разнесся по всему замку. — Я очень устал, мне ужасно неудобно вас искать. Пожалейте уставшего дракона, выползите сами!

После слов дракона я поняла одно: я очень жестокая женщина. Не горю желанием помочь бедному-несчастному и иже с ним ни в коей мере.

Мы с похитителями переглянулись. Мысли у нас, уверена, сходились — на глаза герцогу Виндрейву никто не желал показываться.

— Госпожа, что делать? — прошептал Шор, у которого тряслись руки.

— Прятаться, — процедила сквозь зубы я. — Там много стеллажей с дорогими книгами. Навряд ли герцог их уничтожит — рука не поднимется.

Врала без зазрения совести. В ярости дракон может и собственный замок снести, не говоря уж о каких-то книгах. Мои похитители синхронно двинулись в сторону указанных шкафов с книгами, а я встала перед дверью. Защищаться без обузы легче.

Только вот не дошли.

— Госпожа волшебница, а вы? Будете прятаться?

— Буду беседовать с драконом, — холодно заметила я, поплотнее закутываясь в одеяло.

— Это самоубийство!

— Возможно, — фыркнула я.

— Ну, герцог мужчина, бить ее не станет, — заметил второй похититель.

— Бить — нет, а убить может! — возмутился Шор.

— Прячьтесь!

В любом случае, одна хрупкая девушка вызывает куда меньше агрессии, чем одна хрупкая девушка и два странных мужика.

— Нет. Мы это начали, нам и расхлебывать. Вы ни в чем не виноваты, госпожа волшебница. Вы в этот замок не проникали, вы сюда не стремились даже. Это мы... мы вас притащили. И мы все это исправим! — твердо сказал Шор.

— И как же? — спросила я, не скрывая сарказма.

— А так! Представим вас той, кем вы и должны быть — жертвой похищения. Каким бы злом не был герцог Виндрейв, он ни за что не станет убивать невинную беззащитную девушку, которую притащили в его замок силой!

— Да-а-а? — хихикнула я чуть нервно — по замку разносился голос герцога Виндрейва.

Очень, очень злого герцога Виндрейва.

— Дайте руки, — попросил Шор. — Есть у меня одно средство... Просто вытяните вперед ладони.

Я растерянно протянула обе руки, а Шор ловко... связал мои запястья веревкой. Умудрился поймать сползающее с плеч одеяло и плотно меня в него закутать.

— Что ты делаешь? — спросила я, опуская руки — вытянутыми держать неудобно. — Я же мигом это порву.

— А вы попробуйте. Это зачарованная веревка. И вообще! Если хотите, чтобы хоть кто-то из нас выжил, то ведите себя как следует!

— Это как?

— Как жертва! Плачьте и сопротивляйтесь!

— Если я буду сопротивляться, вы долго не проживете, — заметила я. — И это плохая идея.

Я дернула руками, собираясь развязать их — план моих похитителей мне не нравился.

— Разжалобите этого дракона, — поддакнул второй.

— Почему бы вам самим не попробовать? — огрызнулась я.

— Потому что если мы будем рыдать, госпожа волшебница, то нас убьют просто ради того, чтобы мы заткнулись! А вас — нет, вы красивая.

Закончив связывать руки, Шор присел на четвереньки, чуть приподнял одеяло — и связал мои лодыжки.

— Постойте... — начала я, понимая, что план заходит слишком далеко.

Я не могла развязать веревки, потому что они были магическими! Но мои возражения никто не слушал — мне в рот впихнули какую-то тряпку (спасибо, что чистую) и завязали.

— Все, готово. Руки, ноги связали, кляп сделали, теперь можно и дракона встречать. Он уже рядом, судя по голосу.

— Что ж, Петер, не жили приличными людьми, так хоть погибну с честью. Иди прячься, я пока дракона задержу.

— Я с тобой пойду, — буркнул Петер.

Я посмотрела на сцену трогательной дружбы и замычала: что эти идиоты делают?! И почему я позволила все это сделать? А если они помрут? Я тут одна с драконом объясняться буду, как на волшебницу высшей ступени путы накинули?!

Но было поздно: Шор с Петером вышли, прикрыв за собой библиотечную дверь. Еще и счастья пожелали!

А я... а я стояла связанная и растерянная. Еще и одеяло упало вниз! Где там герцог Виндрейв вообще? Я попыталась магией нащупать его — и поняла, что он находится прямо за дверью. От неожиданности я сделала шаг назад, точнее, попыталась, совершенно забыв о том, что ноги связаны, и рухнула на спину.

Ай-яй, как больно-то!

И именно в этот момент дверь в библиотеку распахнулась.

Герцог Виндрейв собственной персоной! Да уж, имя Терион ему шло: настоящая зверюга*! (* - от греч. θηρίον — «зверь»)

Злой, с подавляющей магической аурой, грозный, а еще…

Огромный! Метра под два, не меньше. Или мне так казалось, потому что я снизу вверх смотрела?

- Так, а это еще что такое? Подарочек от мамы? Или от сестры? Почему не в постели, а в библиотеке? Нравится разнообразие? – спросил дракон, не скрывая злости.

Да он на меня и не смотрел – осматривал библиотеку с таким видом, словно я у него что-то украла. Или, скорее, подложила заклинание взрыва?

- Ну, чего молчим?

Да потому что руки связаны, а выплюнуть кляп не получается. И так от этого обидно стало! Ну никто меня, могущественную и влиятельную волшебницу Равенну Ноксторн, так не игнорировал. Аж слезы навернулись. Я еще раз посмотрела на мужчину – и мы встретились взглядами.

Я упрямо уставилась на Териона Виндрейва, жалея лишь об одном в этой жизни: не нужно было столько времени посвящать магической науке и добиваться всесторонних знаний! Надо было всю себя посвятить боевой магии, тогда бы сейчас я не лежала связанная и беспомощная, ожидающая своей смерти, а как следует подралась бы с этим злым драконищем!

Или же, как моя сестрица, надо было научиться проклинать! Победить не победила бы, но дракон, которому срочно понадобилась бы уборная из-за проклятия, определенно был бы не так заинтересован в моей смерти.

Ладно, я лукавила. Единственное, чего мне не хватало для борьбы с Терионом на равных — моего уникального магического оружия, собранного их нескольких старых ворчливых артефактов. Вот только оно было дома, а я была тут, одна. Нам навряд ли суждено еще раз соединиться.

Я еще раз посмотрела в темные злые глаза и едва слышно всхлипнула — я не хотела умирать такой молодой!

Стоп, злые? Какие злые? Выражение лица Териона Виндрейва было растерянным и очень, очень виноватым! Что с ним такое?

— Леди, вы... — Он смотрел на меня так, словно впервые видел.

А может так оно и было? Ведь когда герцог вошел, то он совершенно точно никак меня не рассматривал.

— М-м-м, — промычала я обиженно.

— О, магия меня благослови, простите, я не обратил внимание на ваше положение! — воскликнул Виндрейв. — Точнее, на расположение... веревок. Потерпите, леди, сейчас все исправлю.

Что исправит? Мое жалкое состояние? Мой позор? Мое состояние меня печалило, зато растерянность и вина Виндрейва радовали.

А герцог, когда прячет свою жуткую ауру, когда убирает крылья, не такой уж и страшный. Ладно, он даже в боевом состоянии красавец, просто из той категории, с которыми бы я, как всякая разумная девушка, ни за что бы не стала связываться — предпочла полюбоваться издалека.

Ладно, зато меня не убивают, даже развязывать планируют, не время для сарказма! Я активно закивала головой, подтверждая — да, исправляй все!

Мужчина почему-то не стал мне помогать, как обещал, а, не удостоив меня взглядом, пошел в глубь библиотеки. Хм, очень интересно. Прежде, чем я успела мысленно восхититься такой «помощью», на меня упал тот самый плед. И еще при помощи магии поплотнее вокруг меня обернулся.

— Простите, леди, думаю, вы не в восторге от того, что находитесь в таком виде. Но заверяю, вашей чести ничего не угрожает, — сказал герцог Виндрейв, после чего опустился передо мной на корточки и одним движением сорвал веревку на руках, а после на ногах.

Ничего себе сила! А контроль какой — нигде не зацепил, я даже не почувствовала. И ведь никакой магии — такие веревки можно порвать исключительно с помощью физических усилий. Я привстала на одном локте и попыталась вытащить кляп изо рта. Не получалось! Шор хоть и завязал все аккуратно, так, что не болело, но на совесть — узлы не развязать. А магией я пока пользоваться опасалась: веревки пережали запястья и немного нарушили магическую циркуляцию. Я дернула посильнее, но зацепила волос и едва слышно зашипела. Ну, на самом деле, я пыталась нецензурно выругать, но не получилось. Вот мне и наказание — папа запрещал нам всем ругаться, даже на тех, кто смертельно оскорблял.

— Какой смысл в плохих словах, дорогие мои? Те, кто вас обидел, наверняка пропустят их мимо ушей, а людям рядом с вами будет неприятно. Зачем заставлять страдать тех, кто ни в чем не виноват? Вы лучше своих обидчиков отведите в уголок и хорошенько вдарьте магией! Только так, чтобы вас потом не поймали.

Мама, конечно, с ним была не согласна, ведь насилие — это плохо. Намного лучше, по ее мнению, было попросить мою милую сестренку Мадлен попросить наложить какое-нибудь заковыристое и постыдное проклятие на пару часиков...

— Позволите мне? — осторожно спросил герцог, наблюдавший за моими безуспешными попытками.

Позор мне на мою рыжую голову без капли седины! Я даже взгляд не могла поднять в итоге. Но кивнула. Позориться лучше без кляпа во рту.

Терион Виндрейв очень аккуратно снял с меня повязку и, отвернувшись, выплюнула тряпку, которую мне запихнули в рот. Так. С этим разобрались, а дальше что?

Воцарилось молчание.

Я судорожно размышляла, как начать разговор, но герцог меня опередил:

— Извините меня, леди. Мне так жаль!

Я попыталась улыбнуться, надеясь, что звук скрежещущих зубов не слышен — он понятия не имеет, кому здесь действительно жаль и насколько! Склонила голову и уставилась в пол, надеясь, что волосы заслонят мое расстроенное лицо. Но, кажется, меня поняли как-то не так.

— Леди, вам нужен лекарь? — вежливо спросил мужчина.

— Не нужен, — ответила я, взглянув на мужчину — это точно тот самый ужасный герцог Терион Виндрейв? Не его двойник.

Мужчина, который был или герцогом, или его абсолютно точной копией без малейших изъянов, не смотрел на меня. Причем это было не смущение, вовсе нет. Смущение, знаете ли, не так-то легко скрыть от волшебницы: стук сердца ускоряется, в ауре наблюдаются едва заметные колебания, да и внешние проявления присутствуют.

Герцог Виндрейв абсолютно точно не был смущен. Он определенно... не хотел смущать меня? Вежливый какой! И приятный. Как этот замок: снаружи посмотришь и кажется, что тебя тут смерть ждет. А внутрь зайдешь и думаешь, что ничего такой, уютненький!

— За что вы извиняетесь? — спросила я.

— За то, что вы оказались в таком положении, — сказал герцог. — Если бы не я...

Нет, ну частично он прав! Если бы он не вернулся на пару месяцев раньше, то я бы сейчас благополучно отдыхала: читала книги из его библиотеки, ела его еду, приготовленную моими похитителями, спала бы вдоволь...

Но, будем честны, как бы меня не огорчал факт того, что герцог Виндрейв тут, обижаться на него было нельзя, максимум — сетовать на судьбу и собственную плохую удачу.

— Причем здесь вы? — я вздохнула. — Вы меня похитили?

— Нет.

— Может, вы приказали меня похитить?

— Конечно, нет, леди, — возразил герцог.

— Или вы кому-то намекнули, что хотите видеть меня у себя? Связанную и беспомощную? — добавила я.

— Магия упаси! — воскликнул герцог, после чего тихо рассмеялся: — Вы очень добры и благородны.

Я едва не подавилась воздухом — я?! Логические цепочки этого мужчины были невероятны. Мужчина встал и протянул мне руку.

Игнорировать было невежливо, поэтому я протянула свою и позволила помочь мне подняться. Терион тут же отпустил мою руку, снял с себя плащ и набросил на меня, из-за чего я едва не смутилась — обычно ко мне не относились как к трепетной лани.

— И все же, леди, я бы хотел извиниться за то, что именно я стал причиной ваших... неприятностей. Если бы не моя мама с сестрицей, то вы наверняка бы совершенно спокойно проводили время дома, а не в моем замке на полу. Ох, я, наверное, сбил вас с толку. Давайте присядем, и я вам подробно расскажу, что случилось.

Я проследовала за герцогом в уютный уголок, где уже привычно устроилась на диванчике. Если Териона и смутила моя наглость, то он никак этого не показал — сел напротив на небольшой комодик. И вздохнул.

К этому моменту я уже поняла, что Териону Виндрейву его родственники присылали девиц совсем в качестве закуски или жертв (ну, по крайней мере, не тех приличных жертв, которых кладут на алтарь и убивают), но от этого мой интерес к истории совсем не уменьшился.

Герцог Терион Виндрейв, как уже упоминалось, дракон — редчайшее существо в этом мире. Могущественное и влиятельное.

Он, несомненно, славился своим отвратительным характером, любовью к уединению (затворничеству), чтению и магии, ненавистью проблемам (да кто бы их любил-то?) и всему, что выдергивало его из замка.

Но вот высокомерия, гордыни или трепетного отношения к тому факту, что сам является драконом, за ни не наблюдалось. А уж, будьте уверены, наблюдали многие и очень внимательно.

Зато эти черты характера полностью проявились в его маме и младшей сестре. Первая не забывала с гордостью фыркать, что именно она произвела на этот свет дракона. А вторая говорила, что раз у нее такая чудесная наследственность, то есть высокая вероятность, что ее ребенок станет драконом.

Нельзя сказать, что герцога Виндрейва они не любили. Любили, очень сильно, вопрос лишь в том, в качестве кого? Дорогого родственника, дражайшего сына и любимого брата? Или как свидетельство статуса и влияния? Ну, это уже мои домыслы, люди не настолько безумны, чтобы разносить подобные слухи.

Любили, в общем. И, как оказалось, заботились. Даже не о самом Терионе, а о благополучии всего рода. А что делает род благополучным? Правильно, много-много детишек. Почему-то заделать всех их предлагалось не сестрице герцога, а ему самому. Ну, та тоже присоединилась бы, но немного позже. А вот герцог мог прямо сейчас.

Но были определенные сложности: герцог был взрослым, очень могущественным, чрезвычайно упрямым и помыкать собой не давал никому — ни врагам, ни друзьям, ни королю, ни собственным родственникам. Разумеется, он не был против женщин и их общества, но тех, с кем он встречался, он выбирал исключительно сам, без планов как можно быстрее жениться и сделать кучу детишек.

И это беспокоило его маму с сестрой. Только вот решить вопрос было нелегко.

Познакомить с кем-то на балу? Так он на них не ходит! А если и ходит, то замаскированным. Исключительно для того, чтобы пообщаться с королями и другими высокопоставленными людьми о важных делах.

На семейном ужине? После первого раза Тиреон сказал, что не придет, если подобное повторится.

Оставался лишь один вариант. Воспользоваться тем, что в их жилах течет такая же кровь, как и у герцога, и защитная система замка никак на них не среагирует. И провести эту леди ему для знакомства.

— И леди соглашались? — удивилась я, слушая спокойный рассказ мужчины.

— Не все, конечно же. Но многие соглашались. Особенно волшебницы. Вы же знаете, что некоторые представительницы этой профессии с определенным... энтузиазмом относятся к возможности выйти замуж за кого-то необычного и могущественного, чтобы потом родить таких же детей?

Я скривилась. Да, были и такие. Иногда прямо стыдно за них.

Вот такие леди (и не только такие) под ручку с маменькой и сестренкой входили в замок, когда герцога не было, и пытались его соблазнить. Одна даже до спальни добралась, разделась и стала ждать.

Разумеется, подобное родственницы герцога устраивали непостоянно. Исключительно под новый год, оправдывая тем, что волнуются о его личной жизни и желают преподнести подарок. Девицу голую, девицу полуголую! И приличных присылали.

Вот поэтому, когда я лежала в библиотеке на полу, герцог принял меня за подарочек.

— Мне очень жаль. Раньше они всегда выбирали тех, кто и сам не против попытаться наладить со мной отношения. В первый раз такое, чтобы они кого-то похитили!

— О-о-о, — протянула я.

Потрясающе! И это мне говорили, что я не особо удачливая? Нет, в сравнении с моей сестрой Эрин — возможно. Это она та волшебница, которая если спотыкалась, то исключительно о драгоценный минерал, если падала, то, минимум, в объятия принца, а максимум — в могущественного волшебника, если попадала в смерч перед посещением бала, то выходила из него с идеальной прической и выглаженным платьем.

Но я-то не она. И то, что мне не придется сейчас объяснять, каким же образом я тут оказалась, просто великолепно. Однако...

Я посмотрела на герцога с сочувствием: иметь таких родственников, которые игнорируют твои чувства — то еще испытание. Мой взгляд восприняли как-то не так, потому что вместо продолжения разговора герцог... снова извинился:

— Прошу простить, леди...

— Леди Равенна, — представилась я.

— А род? — спросил он, поднимая брови вверх.

Да, у нас принято представляться полным именем, но если скажу, что я та самая Равенна Ноксторн, которая...

Впрочем, не будем уточнять.

В общем, как только представляюсь то он сразу все поймет. Что жертва похищения вообще жертвой быть не может, скорее наоборот. И, чего доброго, решит, что я заодно с его сестрой и мамой.

И тогда...

Я не горела желанием бежать до города по горам в одной ночнушке! Более того, я даже ехать в комфортной карете обратно не хотела. Я жаждала одно, нет двух вещей: остаться в библиотеке и закончить читать всю ту полку романтических историй, которые я нашла. Не знаю уж, кто пополнял библиотеку герцогу Виндрейву, но делал он это качественно: я увидела редчайшие издания, которых уже не было в продаже. А названия некоторых я вообще видела впервые в жизни.

И... я должна была прочесть их любой ценой.

— Могу ли я не говорить? — тихо спросила я, опуская взгляд — по глазам многое можно прочесть, а вот притворное смущение может оказаться достаточно убедительным. — В конце концов, моя репутация сильно пострадает, если кто-то узнает о том, кем я являюсь и что со мной произошло...

— Вы... не врете, — с некоторым удивлением заметил герцог Виндрейв.

И только тут я поняла, что совершенно забыла об одной маленькой детальке: Терион является драконом, а это значит, что может включать магический детектор лжи! И если бы я сейчас говорила чуть больше или соврала...Я сглотнула, представив последствия своей забывчивости.

Упс, кажется, я забыла не только об этом.

— Конечно, если на то воля леди. Думаю, вы и так догадываетесь, но я представлюсь. Герцог Терион Виндрейв, весьма рад знакомству, несмотря на обстоятельства. Что? Вы хотите что-то спросить?

— Да. А где мои похитители? Они живы?

— Не беспокойтесь, они вас больше не потревожат. Не то что пальцем не прикоснутся, но даже не взглянут. Не смотрите на меня так, я вовсе не отрубал им руки и не выкалывал глаза, это все слухи. Но попрошу их не развеивать, мне без того неплохо живется. А ваших похитителей я заключил в свою темницу.

— А может не надо их в темницу? — спросила я. — Они хорошие.

— Леди чрезмерно добра. Не волнуйтесь, я и впрямь понимаю, что похитители тут не виноваты. Моя мать многих заставляла шантажом работать на себя. Но давайте не будем о грустном. Лучше поговорим о том, что важнее всего, — сказал герцог, улыбаясь мне ласково-преласково.

Сейчас наверняка скажет какую-то гадость.

— И о чем же?

— О том, как побыстрее отправить тебя домой.

— Не надо домой! — сказала я быстрее, чем успела подумать.

— Почему не надо? — растерялся Тиреон. — Эм, неужели вы подозреваете, что ваши родственники сговорились с моими и...

— Нет! — тут же перебила я его. — Ни в коем случае, такой поворот попросту невозможен. Но мои родители будут в ужасе, если я вернусь обратно в поместье в таком виде ночью...

— Леди Равенна, они будут еще в большем ужасе, если вы не вернетесь, — мягко возразил герцог. — Я помогу вам объясниться с ними.

Я посмотрела на герцога. Подумала, как он будет объяснять все моим родителям...

— Они решат, что я осталась ночевать у подруги и забыла предупредить, такое уже было. Я не хочу говорить им о похищении, — твердо сказала я. — Я надеюсь, что меня никто не попробует похитить второй раз и отправить к вам, не так ли?

— Никто. — Герцог кивнул. — Клянусь драконьей честью.

— Тогда не нужно ничего сообщать, это ведь случайность, — взмолилась я. — Они потом мне столько лекций прочитают, когда увидят, как я возвращаюсь ночью!

Лекций о том, что по ночам надо сидеть дома, а не доводить нормальных приличных людей. И, если уж я соизволила искать приключения на пятую точку, то делала бы это днем, как все приличные люди. Меня аж передернуло.

— Тогда...

— Тогда можно я переночую тут? Прямо вот здесь? — Я похлопала ладошками по диванчику. — Я не займу много места, просто отдохну. Сегодняшний день, надо признать, меня сильно вымотал. Я бы даже не отказалась от чашечки успокоительного. Пожалуйста!

Не каждый день, в конце концов, я встречаюсь с тем, кто способен меня прибить или заставить бежать, забыв о чести, гордости и репутации.

— Леди. — Тиреон вздохнул, запустил руку в свои волосы и, наконец, согласился: — Хорошо, ночуйте.

— И моим родителям?.. — Я уставилась на герцога и умоляюще сложила ладошки.

Если уж его можно уговорить, то стоит делать это по полной. К тому же, плюс одна ночь в этом роскошной библиотеке, а завтра... а завтра я еще что-то придумаю.

— Ничего не буду говорить. Но только при одном условии. Одно посещение лекаря, который подтвердит, что данное происшествие не нанесло вам никакой моральной травмы, — строго сказал герцог.

Итак, выговор от родителей или позор на всю столицу, что Равенна Ноксторн отправляется к лекарю, дабы залечить сердечные травмы? Конечно, второе! Почему? Да потому что в столице многие ставили под вопрос наличие у меня сердца. Про моральные травмы так вообще никто не подумает, просто фантазии не хватит вообразить, что я такие получить могу. А лекарь, если он профессионал (сомневаюсь, что герцог посоветует плохого), то ничего не расскажет.

— Хорошо! — воскликнула я и, решив, что раз герцог такой хороший, то можно обнаглеть окончательно, спросила: — А с похитителями я могу поговорить? Сейчас.

— Нет, сейчас, леди Равенна, вы будете пить успокаивающий чай, а потом — спать. Чтобы назавтра вы были бодры, веселы и спокойны. И только в таком состоянии я отправлю вас к родителям, и никак иначе.

Это был еще один новый опыт, которого у меня никогда не было. И могло бы никогда и не быть, если бы не герцог Виндрейв.

Меня, сильную, взрослую и разумную волшебницу, способную постоять за себя и заставить нервно заикаться любого нерадивого мага, умеющую выходить из самых сложных обстоятельств победительницей и всегда обеспечивающую себе безопасность самостоятельно, опекали как беспомощную леди. Причем делали это галантно и ненавязчиво, закрывая глаза на маленькие капризы и удовлетворяя незначительные просьбы.

Со мной так обращались впервые! И нельзя сказать, что мне это не нравилось.

По просьбе герцога я выпила успокаивающий чай, легла в постель и, уже засыпая, почувствовала, как при помощи магии, надо мной расправили сбившееся одеяло.

Нет уж, ни за что в ближайшее время отсюда не уйду. А вот как это осуществить, я подумаю завтра.