Глава 20

Вот так я оказалась на балу. Не на абы каком, а на королевском.

Разумеется, под небольшой маскировкой: сменила рыжие локоны на прямые черные волосы с челкой. Раньше я долго выбирала, какая же будет прическа, какой цвет, но в этот раз решительно отмела как все рыжие образы (надоели!), так и блондинистые, которые вызывали дичайшее раздражение!

С платьем даже думать не пришлось — брат подготовил парные наряды. Я уже хотела протестовать, потому как знала тягу моего брата к темным цветам: если бы не правило, он бы черный носил всегда и везде. Но нет, в этот раз выбрал изумительный цвет морской волны.

— Ты точно хочешь, чтобы та девушка от тебя отстала, а не пристала? — спросила я Родерика, когда мы шли по коридору королевского замка.

— Ты о чем?

— Слишком хорошо выглядишь, братец, — сказала я. — Боюсь, в таком наряде та девушка точно тебя не пропустит.

Родерик замолчал, но через минуту прилетел ответ:

— В таком виде, Рави, эта девушка решит, что я отправил кого-то вместо себя. И не станет подходить.

— Или, наоборот, решит воспользоваться случаем? — спросила я. — Не беспокойся, братец, я от тебя не отойду и на шаг.

— Достаточно побыть рядом со мной первый час, станцевать пару раз — и можешь гулять, где захочешь. Только, пожалуйста, не пытайся и в этот раз проникнуть в королевскую библиотеку. Они сменили систему охраны, поэтому ты можешь попасться. И тогда начнут разбираться, кто ты, и все точно будут знать, что ты моя сестра, а та девушка...

Родерик вздохнул. Я ему почти что сочувствовала: неприятно, когда тебя преследует тот, кто тебе не нравится. Даже если это девушка, которая докучает мужчине. Пожалуй, в чем-то это и хуже. Я-то перешедшего грань мужчину могла и ударить, а Родерик — только попытаться убежать от той самой девушки.

А насчет королевской библиотеки я Родерика понимала... Было дело. Попала я туда в первый раз совершенно случайно и, как и ожидалось, застряла на несколько часов. С учетом того, что защитная магия библиотеки скрывала присутствие людей, то я здорово напугала родителей и брата, которые не могли понять, куда же я делась.

Мы с братом вошли в королевский бал, наполненный болтовней, светом и магией. В этот раз магические создатели хорошо постарались. О, мои подружки!

Я уже сделала шаг в их сторону, как Родерик аккуратно сжал мой локоть:

— Ты хочешь себя выдать вот так сразу? Пока притворись, что их не видишь. Они тебя, кстати, сейчас даже не узнают. Всего час, больше не нужно. Я переговорю с нашими деловыми партнерами, а потом уйду на закрытую встречу. Ты тогда можешь делать, что хочешь, главное — не покидай территорию дворца.

Я цокнула. Что ж, придется потерпеть. Час пролетел незаметно, хотя мне казалось, что ходить вместе с Родериком и слушать деловые разговоры будет скучно. Я в дела семьи сильно не вникала: всем заведовал Родерик, которому, надо отметить, все это нравилось, старшая сестричка, ну и родители. Этого было более чем достаточно, чтобы Нокстерны сохраняли свое влияние, богатство и благополучие.

— Я прогуляюсь, — сказала я брату, как только мы закончили с переговорами.

Он кивнул:

— Хорошо. Рекомендую прогуляться в саду, там королевские маги тоже постарались. В библиотеку все равно нельзя, напоминаю.

Я посмотрела брату в спину. Он словно меня подталкивал к чему-то. К чему? К отдыху? Хм, странно. Но в сад я все равно пошла.

Королевский сад, предназначенный для гостей, был роскошным. И огромным. Настоящий лабиринт. Если знать, где ходить, то даже сейчас можно ни с кем не встретиться. Чего я и добивалась. Вот только не вышло.

— Равенна!

Я повернулась на голос и едва не обомлела: вот уж кого я тут точно не ожидала встретить.

Кэтрин, моя подруга детства. Совершенная моя противоположность: вежливая, милая, спокойная и рассудительная, порой, до зубовного скрежета. Немного зануда, которая совершенно точно об этом даже не подозревала. Сама не догадывалась, ее близкие были слишком вежливы, чтобы сказать что-то бестактное, а недоброжелатели...

Что ж, они знали, что Кэтрин — подруга Ноксторнов. А этих Ноксторнов лучше не трогать, потому что никогда не поймешь, что им в голову взбредет.

— Привет, — я тут же махнула рукой и, наплевав на правила приличия (все равно тут никого, кроме нас), подскочила к подруге, чтобы обнять ее.

Глядя на Кэтрин, я осознала, что не так уж и ненавижу золотистые локоны. По крайней мере, когда их носит твоя подружка, то все они кажутся не такими уж плохими.

— Что ты тут делаешь? — спросила Кэтрин, потянув меня за руку в сторону скамейки.

Ну да, ей наверняка неудобно стоять в таких туфлях: каблук такой, что им можно отбиваться и от чрезмерно настойчивых ухажеров, и от убийц или похитителей. Не то что ей это грозило... Во-первых, у Кэтрин уже был жених. Пусть он скользкий и странный, где-то даже неприятный, но все-таки официальный, родители организовали. А к чужой невеста мало кто станет приставать.

А убийц с похитителями отправлять некому. Разве что ее женишку.

— Брат настойчиво советовал посмотреть на цветочки, — сказала я, присаживаясь на резную скамейку рядом с подругой.

— Ты? На цветочки? — хихикнула Кэтрин.

— Дело не в цветочках, а в настойчивом совете брата. Он, знаешь ли, любит напустить на себя загадочности, отказывается говорить прямо, но если что-то рекомендует, то лучше это сделать. Наверняка заметил тебя тут, поэтому и предложил прогуляться в саду, — сказала я. — Кстати, Кэтрин, а ты тут что делаешь? Ты же, насколько помню, не очень любишь ходить сюда?

Кэтрин предпочла бы просторной зал, светскую беседу или же чашечку чая в дамской комнате, а не сад, где нечасто, но все же можно было встретить комаров, муравьев или не самых приятных гостей, которых избежать было бы трудно. Ну, как трудно? Если вести себя вежливо, как привыкла Кэтрин.

— Прячусь от жениха, — честно ответила та, уставившись на розы.

Ого, какой убийственный взгляд. Это же чем ее женишок так ее допек, что она даже лицо не держит?

— Что-то... случилось? — спросила я.

— Родители разорвали мою помолвку. Пока неофициально, не все документы оформлены. Но мой уже бывший жених, как ты понимаешь, не очень этому рад.

— Он что-то тебе сделал? — осторожно спросила я.

— Кроме того, что ходил за мной по пятам в бальном зале, приглашал на каждый танец, отгонял других людей, крича о том, что он мой жених? Ничего. Но это утомляет. Лучше я тут посижу, здесь спокойнее и безопаснее для моих нервов.

О том, как Кэтрин ошибалась, мы удостоверились буквально через полчаса. Ее жених, который отчаялся переубедить Кэт словами, решил перейти к решительным действиям.

Противозаконным действиям.

Да-да, у нас тут назревал скандал и похищение.

А, вру. Скандал не назревал. Он пришел вместе с женихом Кэт. Этот мужчина, который в обычной жизни казался вполне приемлемым внешне, сейчас выглядел ужасно: как будто его лицо парализовало заклинанием. И чего так злиться? Ну, подумаешь, невеста бросила. Так зачем быть таким противным? Мог бы показать себя благородным мужчиной, который хотя бы расстаться способен достойно!

Причем сейчас он был в таком гневе, что даже не обратил внимание на мое присутствие, чего в обычное время не допустил бы. Все же знали, что Кэтрин — моя подруга. И если рядом с ней стоит незнакомая девушка, которую раньше никто не видел, то есть высокий шанс того, что это — Равенна Ноксторн.

— Кэтрин, что тебе не нравится?! — воскликнул мужчина.

— Все, Борос, абсолютно все, — немного раздраженно Кэтрин. — В первую очередь то, что ты не желаешь оставить меня в покое.

— Я твой жених.

— Ты не мой жених.

— Почему?

— Потому что ты мой бывший жених, — процедила сквозь зубы Кэтрин.

— Отмени! Почему я не могу им остаться? — жалобно спросил Борос.

Ты еще, магическим посохом тебя дери, заплачь!

— Потому что мой жених не станет флиртовать с другими, — сказала Кэтрин. — Мой жених не станет брать в долг, прикрываясь именем моих родителей. И уж точно не станет оскорблять моих друзей.

— Послушай, тебе все это показалось...

— О, то есть ты не хватал Роззи за руку, говоря о том, как очаровательны ее длинные волосы? Или не посещал банк, где сказал, что моя семья — гарантия того, что банк получит свои проценты и долги? Там, если что, есть специальная запись посещений, которую с радостью предоставили моих родителям? И что ты говорил про Рави, мою милую подругу!

Оп-па, а что он там про меня говорил, а?

— Про ту сумасшедшую, которая грозилась оторвать моему другу руку, если он еще раз пригласит тебя на танец? — воскликнул Борос.

— Твой друг вел себя отвратительно! Он не только говорил мне двусмысленные вещи, но и во время танца... — Кэтрин замолчала.

Ага, знаю. Во время танца, когда специальная магия окутывала всех по пояс, скрывая от взглядов, этот мерзавец опустил руку значительно ниже талии Кэтрин!

— Да он ничего не делал!

— Он ко мне приставал. А ты... Вместо того, чтобы...

— Чтобы что?! Что я должен был сделать, Кэт? Он влиятельнее и меня, и тебя, я сглаживал конфликт как мог, хотя ты тоже могла бы постараться.

Это... на что он намекает? Она должна была сделать что? Попросить этого человека продолжить? Или...

Нельзя бить возлюбленных своих подруг. Но если это бывшие возлюбленные, можно же хорошенько вдарить?.. Так, чтобы ему никто не помог, даже исчезнувшие из нашего мира некроманты.

— Рави сделал то, что должен был сделать ты, Борос. Убирайся. Ничего не будет, я не хочу тебя видеть.

— Милая...

— Милая твоя задница! — заорала Катрин. — Пусть тебя за нее сумасшедшие дамы, годящиеся тебе в матери, лапают. Ты моим женихом не будешь.

— Кэт. Меня это не устраивает, — Борос вздохнул, холодно глядя на мою подругу.

А это вообще нормально, что у него так быстро меняется настроение? Я тут же развернула магическое отслеживающее поле — тонкое, как паутинка. Ох! Так увлеклась беседой Кэтрин и ее бывшего, где моя вежливая и робкая подруга, наконец, смогла дать достойный ответ (пусть только словесный, но все же!), что даже не обратила внимания на окружение.

В прямом смысле окружение: к нам с разных сторон подходили люди, причем маги. Не профессиональные наемники, нет уж, навряд ли у кого-то хватит способностей протащить в королевский дворец неприглашенных.

А вот поговорить своих друзей-аристократов возможно.

Я встала со скамейки, потянулась — ну хоть сейчас на меня посмотрят? Хм, даже не взглянули. Как-то обидно: образ ведь хороший выбрала. Сдержанная элегантная темноволосая красавица в меру скромном платье. Неужели такая неприметная.

А, заметили.

Борос бросил на меня короткий взгляд и сказал:

— Кэтрин забираем с собой, а ее собеседницу... просто вырубите.

Я хихикнула — не выдержала абсурдности ситуации.

— Смеешься? У твоей подружки слабые нервы, Кэтрин.

— Они у нее стальные, Борос, — вздохнула моя подруга.

— А смеется она от радости?

— Вполне возможно. Хотя готова поставить родовое поместье, что из-за твоей глупости. В конце концов, сказать, что вырубить Равенну Ноксторн будет просто...

— Какого... — начал Борос, побледнев. Но быстро взял себя в руки: — Нападайте на брюнетку, все разом, какой бы сильной она не была, это всего лишь одна девица!

Что ж, могу сказать, это был всего лишь с десяток зарвавшихся аристократов, которые владели магией на таком среднем уровне, что даже скучно становилось. А еще они были такими мерзкими, такими пафосными. Магия! Ну атакуешь ты? Атакуй молча. Стыдно же кричать что-то вроде «Умри!», «Я тебя закопаю в землю», «Мое заклинание заставит тебя молить о пощаде».

Особенно если помирать, сидеть в земле и молить о пощаде приходилось им, а не мне. А двое особо шустрых вместе с Боросом попытались похитить Кэт, пока остальные комарики жужжали вокруг меня, за что и поплатились. Ах, как давно я не бросала людей из кустов в кусты, из кустов в кусты...

Ну а что? Они мерзкие. Мерзкие. Пытались совершить преступление? Пытались. А все происходящее — чистой воды самооборона.

Кэт вздохнула.

— Что?

— Да так, ничего, — ответила подруга. — Так и знала, что все этим закончится. Тебе снова поставят превышение самообороны и попросят начать новое исследование.

— Возможно, но... Кэтрин, ты знаешь, что в таком деле главное? — шепнула я.

— Главное — чтобы никто не узнал о том, что тут произошло, верно? Но, боюсь, с этим у нас проблемы.

— М?

— Там какой-то мужчина сверлит тебя взглядом уже несколько минут.

Что? Я вообще не почувствовала! Я обернулась и...

Тиреон. Ну кто же еще, а? С моим-то потрясающим везением.

Главное, чтобы он меня не узнал. И не вызвал стражу! Иначе оставшуюся часть бала и еще полночи я буду беседовать с королевской стражей. И кто знает, до чего добеседуюсь: налицо превышение самообороны. Знала бы — ударила один раз посильнее, а не несколько раз подряд...

Тиреон приблизился к нам, оглядел с ног до головы. Я напряглась. Он ведь меня не узнает? Маскировка, все дела... Не будет же Тиреон проверять ауру каждой встречной-поперечной? Это невежливо немного.

— Леди, вы... — начал Тиреон, оглядывая нас обеих, а после сосредоточившись на мне. — Вы...

— Что? — спросила я, сощурившись.

— Не пострадали? — в итоге выдал он.

— А похоже? — сказала Кэтрин, делая шаг назад.

Что она? А, за мою спину спряталась. Ага, аура у Тиреона, пусть и не агрессивная, все же, не самая легкая. А Кэтрин и магия — вещи довольно далекие друг от друга.

— Уточняю, нужна ли помощь, — осторожно сказал Тиреон.

— Им или нам? — Кэтрин не скрывала подозрения.

— Вам. Зачем мне им помогать?

— Потому что мы целы и невредимы, а они... Ну, выжили — и на том спасибо, — сказала я.

— Благодарить подобных отбросов — слишком много чести, — улыбнулся Тиреон.

— А кто говорил, что я их благодарю? Наоборот, это они должны быть благодарны, что остались в порядке, — заметила я.

— Эй, они не в порядке, — напомнила мне Кэтрин.

— Для тех, кто пытался похитить леди прямо в королевском дворце, они выглядят довольно бодрыми и здоровыми, — улыбнулся Тиреон.

— Может, я вас оставлю? — спросила Кэтрин.

— Не...

— Мне к родителям надо, — настойчиво продолжила подруга. — Без тебя, Венна.

О, молодец, хоть использует тайной прозвище. Мы когда-то договорились, что если я не в своем настоящем облике, то Кэт должна использовать прозвище, которое мы придумывали в детстве.

— Да, конечно. Решите с ними, нужно ли сообщать о произошедшем. Если нет, то я сам все тут решу, — сказал Тиреон.

— Я могу разобраться сама, — возразила я.

— Нет уж, позвольте мне.

— Я должна закончить, что начала, — упрямилась я.

Мне брата, в конце концов, надо позвать. А ему лучше с Тиреоном не встречаться.

— Послушайте, леди, позвольте мне побыть мужчиной и разделить ваши проблемы, — продолжал настаивать Тиреон.

— Побудьте мужчиной и проводите перепуганную даму к родителям!

— Она уже ушла.

— Что? — Я огляделась — Кэт и впрямь умудрилась сбежать в разгар перепалки.

— Уже где-то около дворца. А теперь, Равенна, давай немного поговорим.

Этого стоило ожидать. От дракона так легко не спрятаться, особенно если этот дракон ищет тебя.

А Тиреон...

Я посмотрела внимательнее. Да, искал. Иначе зачем ему приходить на королевский бал? Любую встречу он сможет провести в более комфортном для себя месте. Любую, кроме встречи со мной. Надо поговорить, но что-то я к этому совсем не готова... Удрать?

— Если ты планируешь сбежать, Равенна, то должен тебе сообщить, что я бегаю быстрее тебя.

— Даже не думала, — без всяких угрызений совести соврала я. — О чем ты хочешь поговорить?

— О том, почему ты сбежала. То есть, сейчас я могу примерно догадаться, но, увы, у меня не было возможности услышать все от тебя.

Я выгнула бровь. Он серьезно?

— Была, но ты ее упустил. Целая неделя, чтобы навестить меня.

— Тут такое дело... — Тиреон раздраженно поморщился.

Внезапно из его рук вырвалась маленькая черная молния и отправилась прямиком в кусты.

— Что ты делаешь?

— Предотвращаю побег. Кто-то еще желает покинуть место происшествия? — громко спросил Тиреон.

— Мы не желаем слушать любовные ссоры, — донесся злой шепот.

— Это не ссора, это примирение, — вздохнул Тиреон.

— Тем более! — воскликнул бывший жених мой подруги.

— Завидно? — не сдержалась я.

— Чему завидовать? То, что кто-то планирует примирение, еще не значит, что он свершится.

— Равенна. — Тиреон уставился на меня полными удивления глазами. — Это он так проклясть меня планирует? Если я его прибью ненароком, ты же не станешь свидетельствовать против меня?

Голос в кустах затих. Ну, я бы тоже замолчала: проклятие дракона — наверняка вещь серьезная. Не знала, что такое возможно.

Неожиданно по всему саду пронеслась магия, а все успешно поверженные мной недопохитители (совершенно не такие добрые и качественные, как мои) оказались под действием драконьей магии обездвиживания.

— Пойдем в другое место? Никакой романтики, когда меня постоянно перебивают, — пробормотал Тиреон.

И какой романтики он желает? Дамский угодник! Предатель прекраснейших любовных романов! Но вопреки желанию сбежать, я кивнула. А что? Даже если ответ мне не понравится, то хотя бы любопытство удовлетворю.

— Только при условии, что ты честно ответишь на все мои вопросы.

— Конечно, — кивнул Тиреон.

Тропинка, по которой мы с Тиреоном прошли к не самой заметной беседке, была мне незнакома. Хотя в свое время я неплохо изучила сад и дворец. Неужели какое-то тайное место? Мы с Тиреоном вошли в беседку, плотно увитую небольшими розами, и сели друг напротив друга.

Тиреон не мялся, не выдерживал паузу, а сразу начал разговор.

— По поводу того, почему я не навестил тебя сразу. Тут вся проблема в Эбериусе. А! Что скрывать, не только в нем. Но, по большей части, именно в нем. В общем, когда ты покинула замок, он прилетел в мой кабинет и, рыдая, сознался, что позволил тебе подслушать весь наш разговор. Увы, без подробностей.

— Я его не просила! — тут же сказала я. — Он сам влетел в комнату и начал показывать картинку, я отказывалась.

— Я знаю.

— Откуда? — Я так удивилась, что едва не вскочила со скамейки. — Неужели сознался? Не может быть, чтобы он так себя подставил...

— Скажем так, к тому времени, когда я понял, в чем беда, единственный шанс Эбериуса на выживание — это чистосердечное, если у этого артефакта есть хоть какое-то подобие сердца, признание, — ответил Тиреон. — В общем, я так поздно прибыл к тебе, потому что был уверен, что ты целиком подслушала наш с бабулей разговор, все знаешь о моих чувствах, но тебе нужно время, чтобы их принять. И не тревожил тебя. Но...

В общем, все дело и впрямь было в Эбериусе. Он был до такой степени напуган тем, что натворил, что вместо того, чтобы передать мои слова напрямую Тиреону, чтобы рассказать, что подслушали мы Тиреона не целиком, а частично, начал словоблудить. То есть, Эбериус это потом назвал подведением к теме, но в какой-то момент он начал говорить так много, так бессмысленно, еще и ляпнул что-то нехорошее, из-за Сицилия наложила на него заклинание немоты. И вся важная информация, кроме того, что Эбериус подслушал разговор Тиреона и Сицилии (и показал его мне), осталась нераскрытой. И, конечно же, ни слова о моем о условии: если я нравлюсь Тиреону, то он должен навестить меня в течение недели.

— Позже я уже понял, что что-то не так, когда от тебя не пришло сообщений, когда все мои письма не получили ответа, заставил бабушку снять заклинание и узнал все, что случилось, но было уже поздно. Точнее, для быстрого разрешения недоразумения. Поэтому, Равенна, чтобы развеять все недопонимания, давай поговорим обо всем с самого начала.

— С какого начала? С того момента, как я ушла из твоего замка?

— Я думал, что мы начнем с того, как я впервые встретил тебя. И влюбился.

— В кого влюбился? — спросила я.

Он мне тут про свою первую златовласую любовь будет рассказывать?! Побью. Даже если мне это будет стоить жизни, я изобью его до полусмерти. Но прежде, чем мой гнев дошел до высшей точки, Тиреон тихо произнес:

— В тебя.

Что? Когда он успел? Как так вообще вышло? Неужели за все то время, что я была в замке? Это вообще возможно? Стойте, а что со златовлаской?

— Я... это... — слова не шли. Мысли, собственно, тоже. Я всегда была достаточно эмоциональной, но предпочитала действовать, а не впадать в ступор, как сейчас.

— М? — улыбнулся мне Тиреон.

— Это признание? — выдавила я из себя.

— Можно сказать, что да.

Можно? Неужели нельзя ответить просто «да»?

— А можно, что нет? — спросила я раздраженно.

— А можно подождать чуть более романтичного момента, когда я сделаю все как следует, — сказал Тиреон. — Пока я только буду объяснять. Ну и каяться заодно?

Тиреон отвел взгляд, а потом и вовсе запрокинул голову, уставившись в потолок беседки.

— Каяться? — я едва не подавилась воздухом.

— Именно. В конце концов, я немного переборщил, ты в полном праве злиться на меня, когда узнаешь правду. И даже побить, если захочешь.

— Я хочу побить тебя сейчас, — сказала я, чувствуя, что еще немного загадок и недоговоренностей от Тиреона, то мое терпение окончательно умрет — и без того доживало последние мгновения. — Можно?

— Пока нельзя. Потом, потом, — замахал руками Тиреон, снова посмотрев на меня. — С чего бы начать?.. Скажи мне, Равенна, ты помнишь, как встречала на балу мальчишку по имени Риот?

— Конечно, — тут же кивнула я. — Ты его знаешь? Это твой родственник? Он вообще жив?

О том, что я очень хотела связаться с Риотом и возобновить нашу дружбу, умолчала. Передо мной вроде бы как влюбленный мужчина. Это не точно, но все же... Навряд ли в процессе серьезного разговора стоит говорить о том, что разыскиваешь и жаждешь увидеть кого-то другого.

— Эм, я его очень хорошо знаю. Ну и, как видишь, Риот живее всех живых.

— Подожди... — начала я.

Догадка промелькнула, но озвучить ее я так и не смогла. Зато смог Тиреон:

— Я тот Риот, которого ты когда-то встречала. Это мое второе имя, помимо Тиреона, но о нем мало кто знает.

Я шумно выдохнула.

— А теперь все по порядку.

— С самого начала начну, — поддакнул мне Тиреон.