Глава 22

Мы с Тиреоном расстались, когда королевский бал подошел к концу. Ну, ладно, будем откровенны, конец мероприятия для нас мало что значил, а вот мой дорогой братец Родерик, который отправился меня искать — очень даже.

Меня буквально передали из рук в руки. Тиреон шепнул, что скоро свяжется со мной, и подтолкнул в сторону подходившего к нам Родерика. Мой брат и глазом не моргнул, лишь сдержанно кивнул, приветствуя Тиреона.

Уже в карете, когда мы тронулись, я спросила:

— Не было ведь никакой доставучей возлюбленной?

Тот пожал плечами:

— Я такую не видел. Но все могло быть.

— Тогда зачем? — удивилась я, зябко поежившись — эти королевские кареты выглядели хорошо, но внутри даже нормально не прогревались!

Но что поделать? Безопасность! Въезжать в королевский замок разрешалось только на специально выделенных замковых каретах, чтобы избежать разного рода инцидентов. Ноксторнам, кстати, разрешалось посещать дворец и на своих, никто бы слова не сказал, но чтобы не привлекать лишнего внимания мы практически всегда использовали те же, что и обычные люди.

Брат встал с сидения, даже не пошатнувшись — вот что значит закончить класс боевого мага. Думаю, он с таким же невозмутим лицом смог бы и на драконе, выполняющем виражи, прокатиться.

Тяжелый плащ лег мне на плечи.

— А сам? — спросила я.

— Ты помнишь, чтобы я хоть раз мерз? — Родерик выгнул бровь.

Ну, что есть. Предрасположенность к огненной стихии сказывалась.

— Ну так что? Зачем ты рассказывал мне сказки про доставучую возлюбленную, которой никогда не существовало? Чтобы я встретилась с Тиреоном?

— А вариант, что я хотел проверить, заботиться ли обо мне моя младшая сестричка, ты не рассматриваешь?

Я тяжело вздохнула.

— Что такое, Рави?

— Не думала, что ты поможешь Тиреону встретиться со мной.

— Объективно, я помог тебе, а не ему, — фыркнул Родерик. — Я ведь хочу видеть мою прекрасную сестренку счастливой. Немного обидно, что для ее счастья мне надо сводить ее с каким-то там чешуйчатым.

— Эй! Ты...

— Я, я уже знаешь сколько лет я? Много-много. И что ты ожидала, Рави, когда показала мне такое расстроенное лицо, вернувшись из замка Виндрейвов? Что я буду стоять в сторонке? В отличие от вас, моих милых младшеньких, я никаких клятв о невмешательстве не давал.

— Ну, я думала, что ты его побьешь, — честно ответила я, игнорируя насмешливый взгляд брата.

— Да? Я уже давно прекратил драться без повода. К сожалению, мне нельзя подавать плохой пример другим, — подмигнул Родерик, откладывая документы, которые пытался прочесть.

Что ж, неплохо. В конце концов, надо же ему хоть когда-то отдыхать?

— Разве ты раньше не бросался в драку, как только кого-то из нас пытались обидеть? — не выдержала я.

— А Тиреон пытался тебя обидеть? — все также добродушно спросил Родерик.

Но от его фразы побежали мурашки по спине, хотя я точно понимала, что его злость направлена не на меня.

— Н-нет. Но вдруг?..

— Не может быть вдруг, — сказал Родерик. — Заклинание, которое я на тебя наложил, особенное. Если рядом с тобой окажется человек или любое другое существо, которое сильнее или хитрее тебя и желает тебе навредить, то я буду об этом знать. Не только навредить... Обидеть, использовать, обмануть. Должен же я побеспокоиться о моих неразумных сестричках?

Эй, а вот это обидно! Но в этом весь Родерик. Скрывать всепоглощающее беспокойство и тотальную заботу за ехидством — его отличительная черта.

— Раньше ты так не думал. Повзрослел? — попыталась я его поддеть. — Помню, как родители жаловались, что ты из-за младшего всю дурь выбил из десятка аристократов.

Родерик, в отличие от моих ожиданий, не пошутил, а ответил серьезно:

— Тогда были другие обстоятельства, Рави. Ты была слишком маленькой, чтобы помнить, да и к моменту твоего рождения все стало уже успокаиваться, но для нашей семьи тогда были непростые времена. Наши родители только-только закончили академию, заняв первое и второе место, получив титулы гениальнейших магов эпохи. Все ожидали, что они отправятся на службу к королю, но...

— Но они предпочли работать на себя, чем вызвали недовольство со стороны короля и его фракции, — кивнула я — это я уже слышала.

— Точно. Потом вроде бы все наладилось, но презрение со стороны двух фракций аристократов сохранилось. А там, где есть неразумные взрослые, не следящие за языком, всегда будут злые дети, готовые перенести это отношение на ни в чем не повинных детей. Особенно, если чувствуют свою безнаказанность.

Родерик учился на старших курсах, когда мой второй брат поступил в магическую академию и столкнулся с травлей из-за отношения аристократов. Со своими сверстниками он справлялся, все же сильная магия — это семейное, а вот с присоединившимися старшими родственниками его одноклассниками — нет. От семьи это скрывалось, причем настолько искусно, что даже Родерик не сразу понял. А когда понял... это перешло все разумные пределы.

То, как Родерик отомстил за брата, вошло в историю академии (неофициальную, конечно же). Кто-то из аристократов еще пытался доставать Ноксторнов позднее, но брат, который остался на кафедре боевой магии в роли помощника преподавателя, чтобы присматривать за нами, очень метко разбирался с обидчиками. И лишь когда всем стало понятно, что тронуть кого-то из Ноксторнов — себе дороже, оставил академию и занялся делами семьи.

— Я не знала... — сказала я.

— Конечно, зачем тебе рассказывать такие грустные истории? Сейчас другое время. Смена короля пошла этой стране на пользу. Я, конечно, все еще присматриваю за вами. А иногда и бессовестно пользуюсь своей репутацией одержимого благополучием младших старшего брата, чтобы немного наступать на ноги конкурентам в бизнесах нашей семьи, — лукаво улыбнулся Родерик.

— А это так работает?

— Конечно. Старшему брату, оберегающему младших, прощают куда больше, чем целеустремленному наследнику Ноксторнов. Удобно.

— Если бы все были такими понимающими, как ты, — улыбнулась я старшему брату.

— Младшенькие?

Я помотала головой: младшенькие — это одно, а вот участие мамы во всем этом — совершенно другое. В конце концов, опекать младших и потакать им в некоторых моментах, пока они не переходят черту, — это семейная традиция. Поэтому я ни за что всерьез не смогла бы злиться на того же, Ноа, например. Но с мамой все иначе. Она мудрее, опытнее и продуманнее нас. Как будто она не знала, что младшие могут что-то учудить, если их отправить на встречу с Тиреоном.

— Мама. Если ты смог вникнуть в ситуацию, то она — тем более.

— Эй, а вот это немного обидно, — заметил Родерик. — Не то что я не признаю талант нашей мамы, но тебе не кажется, что так однозначно утверждать, что она лучше в добыче информации, чем я, немного слишком?

— Ты хочешь сказать, что она была не в курсе всего, что знал ты?

— В курсе, в курсе, — со вздохом подтвердил Родерик. — Но не обижайся на нее.

— Потому что она желает мне благ любой ценой? — спросила я, склонив голову набок.

— Потому что она желает тебе благ, — поправил меня Родерик. — Ты же помнишь, что, несмотря на заботу, наша мама всегда соблюдала наши личные границы и вмешивалась лишь тогда, когда иного выбора не было?

Это правда. Даже когда я доставляла семье, кхм, определенного рода неприятности, то старалась разобраться с ними сама. Потому что так было принято в семье.

— Да, ее забота бывает специфической, — рассмеялась я.

— Но всегда своевременной и очень точной. Поэтому, если тебе что-то не нравится, то поговори с ней. Она, кстати, не спит. Ну и если нужен мой совет, то, пожалуйста, всегда обращайся. Только не врывайся без стука, как наши младшенькие, в мою спальню. Мало ли...

— У тебя там личная жизнь?

— У меня там эксперименты. Ты думаешь, почему твой младший братец провел три дня и три ночи в купальне? Получил хвост русалки, когда влетел ко мне. В общем, если нужен будет совет — обращайся. И если Тиреон вдруг додумается тебя обидеть, то тоже говори. Правда, в отличие от мамы, я не так вежлив и спокоен, но могу гарантировать, что твоего возлюбленного не убью, даже если он сильно накосячит.

— Он не накосячит, — на всякий случай сказала я.

За косяки в наших отношениях (у нас же отношения?!) отвечаю вроде как я. Хотя, справедливости ради, сюда надо бы добавить посторонних. Потому что главный специалист по доставлению проблем — артефакт Эбериус.

За болтовней я не заметила, как мы доехали до дома. Я даже не стала менять одежду, только очистила заклинанием, и пошла искать маму.

Мама сидела в гостиной и читала книгу... по домоводству. Я сглотнула. Опасненько. Моя абсолютно гениальная мама, которая уверенно заняла первое место в академии на факультете боевой магии, обогнав даже невероятно талантливого отца (правда, за счет комплексной оценки, включающей теорию, разработку тактических мероприятий, а не только практику), была ужасна в ведении домашних дел. Мне казалось, что она давно смирилась с тем, что ей что-то не дается(ну не может человек быть идеален везде и всюду!), но иногда в ее руках появлялась вот такая книга.

В них обычно рассказывалось о том, что хорошие мамы-аристократки могут сделать для своих чад. Приготовить чашку горячего шоколада, расшить подушку, сделать какое-нибудь украшение... Мол, несмотря на богатство и возможность все приобрести, надо помнить, что ценятся вложенные чувства.

Хорошая книга, правильная, в целом. Но не в руках моей мамы. Каждый ее порыв заканчивался катастрофой. Кусающиеся шторы на окне брата, амулет, который оскорблял тех, кто ругал ее детей и другие причуды. Оставалось лишь радоваться, что подобные порывы у нее случались редко.

— Что? Помирилась со своим Тиреоном? — спросила мама, когда я вошла и села рядом с ней.

Все-то она знает.

— Мы и не ссорились, — сказала я чистую правду.

Мы всего-то запутались. Ладно, запуталась я, а Тиреон неплохо так своим умалчиванием помог мне в этом.

— Хм, вот как. Что ж, тебе нужен мой совет?

— Не совсем, — ответила я. — Я хотела у тебя спросить о том, почему ты кое-что сделала.

— О, да? Спрашивай. — Мама захлопнула книгу по домоводству, а я испытала ни с чем не сравнимое облегчение.

Так, вопрос.

— Когда Тиреон наведался ко мне в гости, почему ты отправила моих младших его встречать?

— Потому что это важный гость. Отправлять слуг встречать его — это полное неуважение. Не забывай, что одно имя Тиреона Виндрейва практически сравнимо с влиянием всей нашей семьи, — мама озвучила прописные истины.

— Ма-а-ам, — обиженно протянула я. — Ну не издевайся надо мной.

— Хотела бы, но не всегда получается, — фыркнула моя мама. — Тогда и ты правильно задавай вопросы. Как спросишь — так тебе и ответят.

Я укоризненно посмотрела на маму. Не-а, не переупрямлю.

— Ты ведь знала, что мои младшенькие могут поступить слегка неуважительно, если встретят Тиреона?

— Да?

— Да. Потому что они считали, что он меня обидел.

— А он тебя не обижал?

— Он — нет. Только его артефакт, причем нас обоих, — сказала я. — Но мои младшенькие наверняка восприняли все по-своему.

— Да, — кивнула мама. — И захотели отомстить, раз уж я им предоставила такую возможность. Но мне нужно было на это посмотреть. Милая Рави...

Мама встала, небрежно бросив книгу на диванчик, подошла ко мне и присела рядом, приобняв за плечи. Я послушно положила голову на ее плечо — как давно мы с ней так общались по душам? Давно, очень давно. Я вечно была занята то работой, то встречами с друзьями, то собственными развлечениями в виде попадания в неприятности и последующего разрешения этих неприятностей. На мгновение стало стыдно.

— М?

— Ты ведь осознаешь, что наша семья не самая обычная? — мягко спросила мама.

— Ты про то, что она у нас очень крепкая и дружная, в отличие от многих других аристократических семей?

— Пф-ф-ф, аха-ха-ха!

— Что смешного? — фыркнула я. — Разве я не права?

— Права, конечно. О, нет, ничего, всего-то удивляюсь тому, насколько из нас с твоим отцом вышли годные родители. Но сейчас я не про это. Ты понимаешь, что мы немного необычные. Настолько необычные, что способны напугать некоторых людей своими... привычками.

— Например?

— Например, проклятия твоей сестренки. Если в кого-то из нас случайно прилетит, то ничего страшного, никто даже бровью не поведет. Если кто-то ворвется в комнату твоего брата, не постучав, и зацепит артефакт, кои он привык раскладывать в самых неожиданных местах, то отделается исключительно неудобством. Семейная защита, огромнейшая магическая сила — все это защищает каждого члена нашей семьи от подобных неожиданностей лучше, чем самая дорогая броня. Но если взять обычных людей? То любое подобное действие их напугает, не так ли?

— Так, — ответила я. — Поэтому вы научили нас быть чрезвычайно осторожными, когда мы общаемся с обычными магами и людьми.

— Именно. Осторожными везде, кроме дома. Но этот Тиреон... Он ведь тебе нравится, сильно нравится, верно? Ты влюблена в него. И он сам выглядит приличным человеком. То есть, драконом, — хихикнула мама. — А это значит, у вас все будет серьезно. Очень часто это серьезно заканчивается свадьбой. Став твоим мужем — он станет еще и членом нашей семьи. И представь, что случится, если его, допустим, будут пугать некоторые наши привычки? Раздражать? Приводить в бешенство? К чему все это приведет?

— К ссорам и конфликтам?

— Именно. Это ближайшая перспектива, а долгосрочная — твой разрыв с одной из сторон. Мне надо было посмотреть, как твой Тиреон отреагируют на младших, чтобы понимать, что делать дальше.

Да, мама у меня не только знаток человеческих сердец, но еще и стратег.

— И ты поняла?

— Конечно, — уверенно кивнула мама.

— Тогда что ты планируешь сделать?

— Ничего.

— Что?

— Ничего не планирую. Тиреон — достойный мужчина, который отнесся к твоим младшим прекрасно. Я бы даже сказала, что терпения у него больше, чем у меня. Я бы таких нахалов, возможно, оттаскала за уши.

— Серьезно? — удивилась я.

— Нет, шучу. Чужих детей трогать нельзя. Зато своих можно, — хихикнула мама и, чуть отодвинувшись приблизила свои руки к моему лицу и ущипнула за щеки.

— Мам! — но возмущаться было поздно — мама чинно сложила руки на коленках, словно и не издевалась над моими щеками секунду назад.

— Вот тебе и мам. Но правда! За подобное поведение в мою сторону я бы точно пожаловалась их родителям. А Тиреон ничего не сказал. Или он человек с потрясающим терпением, или настолько влюблен в тебя, что боится даже в мелочах причинить тебе неудобство. Он ведь знает, что у тебя с семьей отношения, как минимум, неплохие, а?

— Думаю, он знает, что они прекрасные, — честно сказала я. — Я ведь Тиреона заставила притащить с собой в поместье зимнего волка, чтобы потом подарить младшему.

— Вот. Поэтому что тут планировать? Конечно, отношение может изменяться, но драконы вроде как однолюбы.

— Вроде как? — спросила я.

— Если уж влюбились, признались и официально предложили отношения, то останутся с избранницей до тех пор, пока та им не откажет или не умрет. Поэтому волноваться не о чем. Так что, можно сказать, повезло.

— Как и с тем, что он такой понимающий, — поддакнула я.

— И такой неубиваемый, — пробормотала мама, заставив меня рассмеяться. — Нет, что смешного? Твоя старшая сестра один раз привела друга из академии домой. Все было хорошо, пока он не увидел, как твои старшие браться дерутся. И хоть мы ему объяснили, что они так веселятся, он все равно удрал. Сказал, что хоть и не слишком боится, но погибать не хочет: подобное веселье для него смертельно. А с Тиреоном все будет иначе. Приятно, когда на семейных встречах можно будет расслабиться. Ну, это я забегаю вперед. В общем, милая, даю тебе официальное родительское благословение на встречи с твоим Тиреоном.

И причем сказала с таким видом, словно запрет мог на меня как-то повлиять. Ну, что ж, если моей маме так хочется думать, то зачем ее разубеждать? Не вижу ни единой причины.

— Поняла, мамуль.

— Не забудь в ближайшее время позвать его на обед, милая. Во вторник было бы идеально. Буду только я, твой старший брат, ну и, конечно же, малыш Ноа. Маги-погодники еще и отличную погоду обещали.

— Мам, так же обещали настоящий буран. Такой, заметет все подходы и подъезды к нашему дому.

— Именно, — улыбнулась моя мама. — Все подходы и подъезды, но не подлеты.

— Ты хочешь увидеть летающего дракона? — спросила я. — Или какая-то другая причина.

— Другая причина в том, что больше никто в этот день не навестит нас. Каким бы спокойным и уверенным не был твой возлюбленный, боюсь, все наше семейство сразу... Это было бы слишком.

***

Первая официальная встреча прошла отлично. Можно сказать, что Тиреон получил негласное одобрение всех присутствующих. Намного позже я спросила у старшего брата, как так вышло? Помочь наладить отношения — это одно, а прямо сказать, что рад, что именно Тиреон мой избранник — это другое! В конце концов, Родерик — та еще придирчивая зараза.

— Как так вышло? Легко, Рави. Тебе с ним хорошо сейчас — и это все, что мне как старшему брату нужно знать.

Да, мне было хорошо. Даже не так — прекрасно, просто великолепно. Интересно, весело, волнительно. Раньше я считала, что мой роман обязательно будет из категории нежных и спокойных, но, признаюсь, если взять за основу романтические книги, то стремительный и бурный подошел бы куда больше.

Впрочем, нежности тоже хватало. Особенно в моменты, когда меня обнимали, хвалили, делали комплименты. Или когда обнимала, хвалила и делала комплименты я. Ну а что? Кто сказал, что делать приятно — это только прерогатива мужчины. Мне тоже нравилось!

— И все? — уточнила я у брата, когда отвлеклась от своих мыслей.

— Ах да, и еще одна вещь, Рави, — добавил брат. — Он умеет и хочет о тебе заботиться.

Как он это разглядел уже тогда? Я это осознала намного позже.

Например, когда он помог мне с очередным заклинанием, над которым я билась не один день.

Или когда пригласил меня на особое свидание. Я тогда только вышла из здания суда, где выступала в качестве свидетеля. Бывшего жениха моей подруги за похищение посадить-таки стоило. Злая вышла, готовая рвать и метать. И тогда Тиреон встретил меня и утащил охотиться на монстров. Всю злость как рукой сняло!

А еще когда Тиреон, чтобы поднять мне настроение, подарил свою библиотеку. Да-да, ту самую, которую я запаковала в мешок и положила рядом со спальней Сицилии. Он эту сумку нашел и тем же днем, вернее, уже ночью, прилетел ко мне вместе с ней. Постучал в окно, уклонился от парочки боевых заклинаний (я же говорила, что плохо соображаю спросонья?), вручил мне в руки, поцеловал в лоб и велел не зачитываться до поздно. Я с этой сумкой, в итоге, и заснула.

А когда проснулась — обомлела. И отнесла свое сокровище в рабочий кабинет, чтобы она постоянно меня радовала. В конце концов, работаю я чаще, чем отдыхаю.

Гораздо позже, когда Тиреон все же посетил мой кабинет, то увидел эту нераспакованную сумку.

— Я думал, что ты их расставишь на полке.

— Слишком долго собирать и запаковывать обратно...

Когда буду обратно переезжать к тебе в замок. Вовремя я прикусила язык. Нет, если так подумать, то и без того было не слишком ясно, где я в тот момент жила — у Тиреона или дома. Но дело совсем не в этом. И не в моей наглости и желании вернуться в безмерно уютный и тихий замок, где мне уже выделили кабинет, лабораторию и еще несколько комнат, чтобы мне не приходилось из-за работы постоянно отправляться домой.

А в том, что Тиреон несколько раз едва ли не прямо спрашивал, готова ли я выйти за него замуж. Мол, когда уже тебе можно будет сделать предложение? И как? У меня ведь должно быть представление об идеальном предложении руки и сердца? В общем, я обещала подумать. И придумать. Допридумывалась...

***

Драконье пламя взметнулось вверх, а обычное темное небо закрыл магический купол из плотного черного огня и ярких магических вспышек, напоминающих звезды.

Снег, который буквально вчера валил так, словно планировал скрыть в сугробах королевский замок и даже высоченную башню магов, начал исчезать. Да-да, именно исчезать, а не таять. Как понимаю, особый эффект черного пламени — оно не грело, но с удовольствием изничтожало на корню противоположную стихию. Что ж, порадуемся, что магия воды и льда мне никогда особо не давалась.

Я стояла во дворе столичной резиденции и смотрела вверх. Красивенько, ничего не скажешь.

Эпично, нестандартно и незабываемо — все, как я просила. Особенно незабываемы панически вопли горожан и попытки стражей пробить купол огня. Нет, огонь Тиреона вреда никому не причинял. Наоборот, даже приносил пользу: некоторые виды магии под воздействием темного пламени такой интенсивности разрушались. Но стрельнуть парой боевых заклинаний в непонятно нечто — практически святое.

Я перевела взгляд на Тиреона. И подавила вздох — еще не хватало момент испортить. В конце концов, мне не каждый день делают предложение руки и сердца.

Я вспомнила наш недавний разговор.

— Ты бы не могла мне намекнуть, какое предложение руки и сердца идеальное в твоих глазах?

Ну вот тогда я и пожелала не классической романтики как в книгах, а нечто незабываемое. Немного в другом плане незабываемое. Не становиться на колени, как принято, не зажигать тысячи огней над озером в королевском саду и не заставлять все дороги до моего дома мерцать, привлекая прохожих похлопать и посвистеть.

В общем, я думала, что все будет иначе. Мы поймаем каких-нибудь преступников, чтобы сбросить пар, уютно посидим у костра, скажем друг другу, как любим, а после Тиреон наденет мне кольцо на палец.

Но кое-кто решил устроить настоящую магическую феерию, чтобы все знали — сегодня Тиреон Виндрейв, герцог, дракон и невероятный мужчина делает предложение мне, Равенне Ноксторн. Ну, знали не прямо сейчас, а когда разберутся, что в королевство не пришел конец света.

Ро-ман-ти-ка!

Но я не посмела ничего сказать Тиреону. Не только ему важен был этот момент, но и мне. И пусть все немного не так, как я представляла, но Тиреон старался, да и все это выглядело великолепно, ели не обращать внимания на маленькие нюансы. Громкие такие нюансы. Ну неужели нельзя паниковать как-то потише?

Тиреон выпустил еще один залп пламени в небо. Я подозрительно посмотрела на дракона. Он ведь не будет делать мне предложение в драконьем облике?

А нет, превратился в человека. Ух ты, какой наряд роскошный. Кажется, теперь я понимаю, почему мои чемоданы задержались в дороге, а в шкафу оказались исключительно роскошные платья. Одно из них мне и пришлось взять, за неимением выбора.

Что ж, зато теперь я выглядела под стать Тиреону.

В воздухе возникла коробочка. Да-да, та самая, в которой обычно продают помолвочные кольца.

— Равенна... — начал Тиреон, делая ко мне шаг, и беря мою руку в свою.

Но не договорил. Прервался.

Нет, точнее его прервали. В ворота, окружающие нашу резиденцию, кто-то отчаянно стучал. Эм, точнее, бил заклинаниями.

Тиреон щелкнул — и в воздухе разлилась музыка. К сожалению, насладиться я ей не успела, потому что те люди, которые стучались, начали еще и кричать, требуя открыть дверь, чтобы они могли проверить, что тут происходит.

— Кхм, кажется, я где-то просчитался, — заметил Тиреон, нежно сжимая мою ладонь. — Как думаешь, стражники настроены меня выслушать?

— Нет. Тебя наверняка попытаются арестовать и передать королю.

— Хм, как бы лучше поступить?

— Драться? — спросила я, с сомнением оглядывая свое роскошное пышное платье.

Испорчу. Хоть я и не любительница роскошное одежды, но это конкретное было очень жалко. Оно еще, надо отметить, парное с костюмом Тиреона было.

— Давай сбежим, — предложил Тиреон.

— Не знаю, заметил ли ты, но мы окружены. Все равно придется прорываться с боем. И еще тщательно следить, чтобы никто не пострадал.

— Хм, мне кажется, Равенна, ты кое-что забываешь. Прорываться нам бы пришлось, если бы мы могли исключительно ходить по земле. Или летать не очень высоко. А мне стоит напомнить, что я как дракон летаю очень, очень высоко.

Сказано — сделано. Сидеть в таком платье на драконе не то чтобы слишком здорово, но уже точно намного удобнее, чем в нем же драться.

— Это весело! — воскликнула я, сидя верхом на Тиреоне.

Люди, окружившие поместье, смотрели вверх, но атаковать не пытались. И высоко, и страшно.

— И незабываемо? — тихонько спросил дракон.

Ну, тихонько для дракона, так-то он громкий.

— Да, конечно. И эпично. Прекрасное предложение руки и сердца.

— Еще нет. Подожди, дай приземлиться.

Предложение на чьем-то острове посреди океана, где есть только лес и огромный особняк, вполне себе прекрасный вариант. Романтичный.

С того момента, как я начала встречаться с Тиреоном, я поняла, что не так важно, будет ли он делать невероятно романтичные вещи или же совсем неромантичные, главное, что это делает именно он. Ведь самое прекрасное даже не виды вокруг, магия и атмосфера, а теплая мужская рука, которая держит мою руку, и длинные пальцы, немного дрожащие, которые одевают на меня обручальное кольцо, как только я сказала да.

Нежный поцелуй, теплые объятия. Как будто реальность закончилась. Но, к сожалению, к ней пришлось возвращаться.

— Что ж, теперь летим домой?

— Зачем? — удивился Тиреон.

— Затем, что находиться на чужом острове как-то неловко. Стоит ли доставлять хозяину неудобства?

— А тебе неудобно?

— Что?

— То. Это твой остров. Ты хозяйка.

— С особняком?

— С библиотекой, — поправил меня Тиреон. — Я же обещал тебе вторую в подарок. Она особенная: специальный артефакт позволяет заморозить тебя во времени, когда ты читаешь. Поэтому можно читать до бесконечности.

Я смотрела на Тиреона круглыми глазами. Такая магия разве существует? Видимо, последнее я сказала вслух, потому что Тиреон улыбнулся и ответил:

— Я создал ее для тебя. Одна беда — не успел собрать отличные книги, за которыми будет приятно скоротать время.

— Мы всегда можем заняться этим вместе.

И не только собрать книги, но и читать, наслаждаться жизнью и любить друг друга.