Глава 9

Я была рада видеть зимнего волка, а он нас — нет. Меня еще, можно сказать, он готов был терпеть: стоило мне влететь в просторную комнату практически без мебели (лежанки и миски с водой и едой можно считать), где его содержали, как волк тяжко вздохнул. А вот появление Тиреона Виндрейва заставило волка отступить на пару шагов. Пару десятков шагов назад.

— Леди Равенна... — сзади вздохнул Тиреон, словно копировал реакцию волка.

— Что?

— Вы вошли в комнату раньше меня.

— И? — не поняла я.

— Вы точно зимнего волка боитесь?

— С вами за моей спиной мне ничего не страшно, — я быстро сообразила, как ответить.

Не врала. Тиреон настолько силен, что попытайся меня сейчас кто-то убить, то я была не уверена, что смогу это заметить — Тиреон мог бы устранить убийцу быстрее. Превосходный защитник!

И не только. Приручать животных у Тиреона тоже выходило прекрасно. По крайней мере, через полчаса наставлений у нас с волком, которого мы окрестили Вайлдом, получилось достигнуть взаимопонимания: он давал лапу, садился, ложился, и больше не пытался жевать мою руку своей беззубой пастью. Впрочем, всегда оставался вариант, что Вайлда мы задолбали, он хотел спать, а потому решил выполнить все глупые требования людишек, чтобы от него быстрее отстали. В общем, волк вел себя хорошо и логично, чего не скажешь о герцоге — он почему-то стал задавать очень много вопросов.

Вопросов обо мне.

Неужели пытался выяснить, кто я?

Да нет, не может быть. Тогда бы он спрашивал, чем я занимаюсь, кто мои родители, про магию бы узнал, а так... Что мне нравится? Почему я не овладела базовым искусством приручения магических животных (да владела я им, владела, скажите спасибо платью, благодаря которому мне приходилось притворяться неумелой дурочкой)? И почему я так стремлюсь угодить моему брату. Здраво рассудив, что последний вопрос — самый безопасный, без увиливаний и лжи я ответила только на него:

— Потому что он приемный.

— О, ваши родители решили завести второго ребенка?

Герцог догадывался, кто я? Пытался вывести меня на чистую воду? А если попробовать проверить...

— Одиннадцатого, — улыбнулась я, повернувшись к Тиреону.

Никакого удивления. Я почувствовала легкую тревогу.

— Ваши родители определенно любят детей.

— Не сомневайтесь, — кивнула я.

Что правда, то правда. Детей наши родители и впрямь обожали — иначе бы не решились столько завести. Хотя, глядя на своих младших и старших братьев и сестер, закрадывалось у меня подозрение, что мои родители не оставляли попыток получить идеального ребенка — чем младше, тем более ангельским характером обладало их дите. Ангельским в сравнении с предыдущим! А вот если брать в целом по детям, то нас можно назвать катастрофами — кого-то побольше, кого-то поменьше. Наверное, потому они и решились в итоге на приемного: мой младший братик Ноа был потрясающим! Такая умничка, такое солнышко. В нем столько добра, столько терпения, иначе бы не тащил всех подряд домой, чтобы вылечить. И так настрадался в детстве. Говорят, его четыре раза пытались усыновить, мы же были пятыми.

Из-за этого, несмотря на все его таланты, достоинства и ум, Ноа оставался робким и неуверенным в себе. Поэтому мы все пытались избаловать его, вернув веру в себя и свои силы.

— О, значит, мы должны постараться как можно быстрее приручить зимнего волка, чтобы порадовать Ноа, — сказал Тиреон.

И все. Никаких расспросов и намеков, что он что-то знает. Но я промолчала не из-за этого: мягкое и теплое выражение лица удивило. Кажется, я примерно знаю, какие критерии у платья для выбора достойных мужчин. Ладит с животными, любит детей.

Кстати, о платье. Как только мы с герцогом вернулись в библиотеку, и я смогла снова спрятаться среди стеллажей и достать бумажку, то получила не только поздравления с завершением миссии, но и новое задание.

«Второй шаг в покорении мужчины — это разговоры о любви! Вам нужно понять, какой идеальный тип этого мужчины, какие вещи в девушках цепляют его больше всего. Найдите в себе эти черты и продемонстрируйте их со всей страстью и изяществом!».

Из меня актриса вроде бы не самая плохая...

«Нет! Ни в коем случае не притворяйтесь кем-то другим, иначе последствия будут фатальными. Вам нужно этого мужчину покорить, обворожить и соблазнить для вечного женского счастья и любви. А притворство этому не способствует. Найдите то, что совпадает с чертами его идеала! Если ему нравятся милые и беззащитные леди, то...»

То мне конец. Я никогда не сниму это платье, потому ничего подобного во мне не найти! Даже если искать долго и упорно.

«Отставить панику! Поговорите с герцогом. Возможно, ему нравятся сильные и агрессивные женщины!»

Покажите мне того, кому они нравятся, герцог, знаете ли, извращенцем не выглядит. Да и называть меня агрессивной довольно низко. Я посмотрела на листок: он хранил молчание. То есть, извинений не будет, да?

«Я листок-помощник, могу давать только подсказки!»

— Двуличная жуликоватая бумаженция, — сквозь зубы процедила я.

«Будете обзываться — обижусь».

И что?

«А то, что будете в подоле путаться и падать очень вовремя. На герцога. Хи-хи».

Ха-ха-ха. Порвать что ли? Нет, сдержусь. Выполнить задания и снять платье — первоочередное. А потом уж...

«Я с радостью умру за ваше счастье».

Нельзя ли пораньше?

— Леди Равенна, вам помочь?

Я аж вздрогнула. Помочь? Умереть? Обрести счастье? Или разорвать в клочья это платье? Кстати, насчет последнего... Герцог ведь не дурак. Даже не так — он очень-очень умный. Если я ничего не буду делать с платьем, он ведь наверняка начнет о чем-то догадываться?..

Я схватила с полки первую попавшуюся книгу, сделала шаг и, наступив на подол совершенно внезапно удлинившегося платья, полетела вперед. Если я сейчас в завершении дня разобью себе нос, то это мстительное платье просто обязано будет по всем законам мироздания сгореть в самом жарком пламени!

Инстинктивно попыталась применить магию, напрочь забыв о том, что ее заблокировали. Разумеется, ничего не вышло. Я уже представила, как разбиваю себе лицо о пол, даже мелькнула мысль, что с меня снимут задачу по соблазнению, потому что ну как тут кого-то обольщать, когда лицо в синяках, как меня поймали в объятия.

Прям со всем в объятия.

Я ткнулась носом в крепкую мужскую грудь. А это немного больно... Впрочем, о пол было бы определенно больнее.

— И куда вы так торопитесь, леди Равенна?

Не поверите, обсуждать с вами ваш идеальный тип девушки!

— Читать, — сказала я, чувствуя себя чрезвычайно странно.

Какие новые и необычные ощущения. Тепло, но в то же время словно бы... остро? Как будто кто-то водит по натянутым нервам обратной стороной ножа. Вроде бы ничего страшного, но в то же время опасно.

Но, вопреки здравому смыслу и инстинкту самосохранения, я почему-то не решилась оттолкнуть герцога Тиреона. И он, вопреки тому же самому, почему продолжал поддерживать меня, не отстраняя.

— Интересная книга? — спросил герцог, все еще приобнимая меня за талию.

— Очень. — Я приподняла голову, и мы встретились взглядами.

Задумчивый, чуть насмешливый. Проницательный.

— Интересуетесь ядами?

— Нет.

Разве что в контексте разработки противоядий, но это тоже не моя специальность.

— Значит, неверными мужчинами? — продолжил расспросы герцог.

— Что? — удивилась я.

Это еще тут причем?

— Книга, которую вы так торопитесь прочесть. — Герцог Тиреон прекратил меня обнимать и помог обрести равновесие, после чего медленно, словно с какой-то неохотой прекратил касаться.

Я же посмотрела на книгу, которую прихватила.

«Сто и один способ отравить неверного мужчину».

Упс. Не знала, что у него тут не только милые любовные романы, но и что-то подобное!

— Читаю для общего развития, — я с вызовом посмотрела на мужчину.

— Ох, вот как. Я не уверен, что эта книга подходит для юных леди, — сказал Тиреон.

— Правда? И почему же? Считаете, что это слишком жестоко? Или, возможно, думаете, что изменников надо прощать? — спросила я.

Если он сейчас ответит «да», то никакого соблазнения и потакания желаниям любовного платьица. Делать что-то такое с мужчиной, в чьей порядочности ты уверена и который вызывает у тебя симпатию — это одно. А соблазнять того, к кому испытываешь что-т среднее между брезгливостью и отвращением...

Увольте! Ни за что. Я лучше всю жизнь буду ходить в одном платье и без магии.

— Нет, конечно, — ответил герцог Тиреон. — Я считаю, что использовать яд без вкуса и запаха, который убивает незаметно и постепенно — слишком по-доброму. Надо бы их *** и ******. Почему вы так удивлены, леди Равенна?

— А действительно надо им отрезать э-э-э?

— Надо, — твердо сказал герцог Тиреон. — Такие люди не должны размножаться.

— А остальное делать зачем? — икнула я.

— Такие люди должны страдать, — улыбнулся герцог. — Или вы со мной не согласны?

— Всего лишь немного удивлена отсутствию мужской солидарности, — сказала я.

— Вы считаете этих особей мужчинами? Не стоит. Свое влечение не могут контролировать только животные. Стоит ли изменщиков считать людьми?

— О.

— Неужели из женской солидарности вы считаете, что женщины могут изменять?

— Нет, конечно. Никто не должен изменять, — твердо сказала я. Впрочем, яды не обязательно оставлять исключительно для изменщиков. Есть много нехороших мужчин. Как и много нехороших женщин.

— Однако я удивлен, — рассмеялся герцог Тиреон. — Вы так здраво рассуждаете для хрупкой леди...

Какой вежливый и сообразительный. Надо взять на заметку: называть всех беспомощных и слабых женщин хрупкими.

— А кто-то думает иначе? — улыбнулась я.

Скорее всего, немного нервно. Вероятно, совершенно не от души. Никогда бы не подумала, что так легко проколюсь: слабые леди и впрямь так не говорят!

— Ну, мало ли... Нехороших мужчин, как и нехороших женщин, не так уж мало, как бы мне хотелось, — ответил Тиреон.

— А сколько бы вам хотелось, чтобы их было? — спросила я.

— Честно? Ноль, — ухмыльнулся мужчина.

— Кстати, а что вы подразумеваете под словами «хорошая женщина»? За исключением верности и преданности.

— Хм, какой сложный вопрос...

— Почему? — удивилась я.

— Потому что двумя словами и не описать.

— Так опишите не двумя. Вы же книги читаете, словарный запас у вас должен быть большим, — уверенно сказала я, глядя герцогу в глаза.

Тот внезапно рассмеялся:

— Не выйдет. В последнее время я читал женским романы, а они немного... скудны на описания прекрасных дам. Зато я очень узнал о том, как выглядит идеальный мужчина в глазах женщин.

— О, правда? И как?

— Умен, богат, красив, молод, самодостаточен, силен, могущественен, желательно без родителей и докучливых родственников, но, если верить некоторым книгам, приемлемы родственнички, с которыми он не ладит, — начал перечислять Тиреон.

— То есть, вы хотите сказать, что вы — идеал мужчины в любовном романе?

— О, то есть, я таким выгляжу в ваших глазах, леди Равенна? — усмехнулся Тиреон. — Спасибо за комплимент.

Я даже не пыталась! И почему мы вообще мужчин обсуждаем, когда надо говорить о женщинах? Я так требования платьица никогда не выполню!

— Что ж, это приятно, но список не весь. У идеального мужчины не должно быть хороших бывших. В принципе, бывших, в которых мужчина был слишком влюблен, тоже. Но абсолютно универсальный вариант — это опытный мужчина, который до героини ни с кем и никогда. И еще он должен хорошо готовить, уметь создавать романтичную атмосферу и...

— Стоп! — воскликнула я. — Давайте поговорим о реальных людях. И я не спрашивала об идеальных героях книг, к тому же, не все в любовных романах такие, как вы описали. Некоторые мужчины очень странные, смешные, не всегда сильные или богатые, но их тоже очень любят. Идеал женщины. Не книжный, а ваш.

Я вовремя прикусила язык, чтобы не добавить что-то вроде «Отвечай быстрее, пока цел!»

— Ладно, попробую ответить.

У меня сердце на секунду замерло. Хм, странно. Задания от платьица были те еще, но они не заставляли меня нервничать так сильно. Тогда это все из-за герцога Тиреона? Все из-за того, что он так хорош? Из-за того, что мне действительно интересно, насколько моя истинная личность может совпасть с теми, кого предпочитает герцог?

— Она должна быть... — начал герцог и замолчал на минуту.

Я ничего не говорила. Но мой спокойный взгляд медленно превратился в укоризненный, а дальше — в нечитаемый. Убийственно-нечитаемый. Нет, он издевается?!

— Терпеливой, — выдал через минут пять Тиреон.

Ага, все понятно, это не про меня.

— Что еще? — спросил я.

— Доброй.

Снова мимо. Причем по широкой такой дуге мимо.

— Милой.

О-о-о, тут вообще, кажется, ко мне повернулись спиной и выстрелили в другой направлении.

— Разумной.

Ну, если не придираться, то, в целом, можно и так сказать.

— Скромной.

Ну, тут никак не натянуть, даже если сильно постараться.

— Умной.

Хвала магии, ну хоть где-то стопроцентное попадание. Стойте, а почему я переживаю, что совсем не совпадаю с его идеалом. И тут вспомнила: это все из-за платья. Мне ведь надо будет как-то последующие задания выполнять, а притворяться доброй, милой, разумной, скромной — не мой вариант.

— Что-то еще? — спросила я.

— Я должен быть в ее вкусе, — заметил Тиреон.

О, ну с этим тоже легко. Посмотрела бы я на ту, кому герцог Тиреон не понравился бы. Даже мне он нравился! А это было нелегко: на фоне идеального отца и великолепных братьев все мужчины выглядели немного не такими, как надо. В итоге, я всерьез размышляла, что когда подойдет время жениться, то я выберу самого доброго и покладистого, чтобы успокоить родителей.

А тут великолепный герцог заявляет такое!

— Какое простое требование, — не выдержала я.

— Вы так думаете? — вкрадчиво поинтересовался он, делая шаг в мою сторону.

Я отступила на один, опустив взгляд себе под ноги:

— Это мнение общества.

— Общество меня боится, — ответил Тиреон.

— Те, кто вас бояться, — идиоты. Но общество у нас относительно разумное, поэтому вы не правы.

— Относительно? — ухмыльнулся герцог Тиреон. — Вы так вежливы...

Это сарказм? Ах, магия сцапай меня за мой длинный язык! Вежливее, Равенна, надо быть вежливее, не суть важно, что герцог Тиреон воспринимается как кто-то понимающий и адекватный по меркам родного семейства.

И вообще! Я ведь узнала про идеал герцога Тиреона? Узнала! Наверное...

Герцог сделал в мою сторону еще один шаг, и я, резко развернувшись, забежала за второй стеллажом.

— Леди Равенна?

Удивлен? А нечего так резко приближаться. Я, знаете ли, нервничать начинаю, когда мужчина очень близко, а я даже ударом магии в полет его отправить не могу. То есть, держать подальше от себя. Не привыкла я к мужскому обществу, что поделать?

Я быстро раскрыла записку, чтобы убедиться в засчитанном задании. Но не тут-то было.

«Недостаточно узнали, задание не засчитывается».

— Леди Равенна, все хорошо?

Все очень, очень плохо. Платье сошло с ума и требует от меня невозможного. Я скрипнула зубами.

— Все хорошо, — ответила я, судорожно прикидывая, что же сейчас делать. — Но я решила вас больше не смущать.

— Простите? — не понял Тиреон.

Ну, я бы тоже не поняла!

— Это мне надо просить прощения, — ответила я. — Видимо, я слишком сильно смутила вас своим вопросом об вашем типе женщин.

— Что? С чего вы взяли? — удивился Тиреон.

Он не двигался, по крайней мере, его шагов я не слышала.

— Вы сначала избегали ответа на мой вопрос, а потом... потом, кажется, пытались заставить меня замолчать...

— Что?!

Раздался хлопок — кажется, на пол плашмя упала книга. Герцог выронил?

— Я ошиблась? — жалобно спросила я.

— Вы ошиблись, леди Равенна, ничего такого.

— Тогда продолжайте, — потребовала я. — Продолжайте рассказывать о вашем идеальном типе девушки. И не приближайтесь ко мне!

А то я нервничаю почем зря. Смущаюсь, что мне совершенно не нравится!

— И почему вас это так интересует? — пробормотал Тиреон не так уж громко, но я все равно услышала. — Хорошо, мой идеал, да? Скромная было?

— Было.

— Милая?

— Тоже.

— Робких не называл. Тех, кто вроде бы очень смелые в самых серьезных моментах, но совершенно точно неуверенные в других.

Кажется, никаких шансов на то, что желание платьишка сбудется. Ну Тиреон же описывал полную мою противоположность! Где я и где робость? Это как котенок и огромный злой дракон, не иначе!

— Еще?

— Вежливые. Решительные в нужный момент.

— А внешность? — спросила я, понимая, что о ней не было сказано ни слова. — Высокие или низкие? Худые или полные? Рыжие, блондинки, брюнетки? Изящные или боевые? А что насчет манер? Речи? Голоса? Глаз, губ, рта?

— Стоп! — воскликнул герцог. — Все это не имеет никакого значения. Достаточно, если она будет просто симпатичной. Это в идеале! На самом деле, внешность не так уж и важна. В мире столько людей, у всех свои убеждения, ценности, стремления, вера, в конце концов. И найти человека, который все это разделит, нелегко. Если еще по внешности выбирать, то найти свою любовь становится почти безнадежным делом. То есть, я не хочу сказать, что внешность совершенно не имеет значения. Имеет. Но сначала характер, потом внешность. Да и представь, вот скажу я сейчас, что мне всегда нравились брюнетки, а потом та, кто мне действительно по душе и от кого я не могу отвести взгляд, будет рыженькой? Что мне делать? Как с ней объясняться?

А, я и впрямь слышала о том, что большинство девушек, с которыми встречался герцог Тиреон Виндрейв, имели черные, как вороново крыло, волосы. Откуда, если я не интересовалась сплетнями? Моя знакомая из магической башни была помешана на Тиреоне, поэтому, узнав, что ему нравятся девушки с темным цветом волос, перекрасилась из роскошной златовласки в брюнетку. Это были такие кардинальные изменения, что это все отпечаталось в моей памяти.

Я вздохнула и сказала:

— А еще?

— Еще... мне нравятся те девушки, которые могут разделить со мной мои интересы, — ответил Тиреон.

Я хотела воскликнуть «Еще!», но заметила, что бумаженция, наконец, засчитала мне задание, и я выдохнула с облегчением.

— Все? Больше вопросов нет? — спросил Тиреон, а его шаги начали приближаться.

— Нету, — честно ответила я.

— Правда? — спросил мужчина, который как раз вышел к тому стеллажу, возле которого я стояла. — Тогда у меня есть к вам один серьезный вопрос. Что это сейчас было? Зачем вам знать о моем идеальном типе женщины?

Ха-ха, а герцог умеет задавать вопросы. Похуже, чем платьишко задания выдает!

— А почему вы спрашиваете?

— Потому что вы слишком сильно и слишком внезапно мной заинтересовались, леди Равенна, — тихо сказал герцог Тиреон. — Это настораживает.

— Чем?

— Тем, что вы, возможно, собираете информацию, чтобы продать.

— Кому?

— Матушкам барышень, которые стремятся выйти за меня замуж, например, — Тиреон чуть склонил голову, наблюдая за мной.

— Что?! — неверяще спросила я, а потом рассмеялась.

От нервов. Мой смех был похож на икание. Я, Равенна Ноксторн, леди влиятельного рода, волшебница, чем талант признавали повсеместно, одна из богатейших людей современного мира — и продавать информацию о чужих предпочтениях? Какая... гадость!

— О, понял, прошу прощения, — тут же сориентировался Тиреон. — Не хотел вас оскорбить. Тогда, позвольте уточнить, вы интересовались мной для себя?

— А?! — кажется, особо внятных звуков в ближайшее время от меня не добиться.

— Я вам интересен?

— Ваше светлость...

— Только не нужно говорить, что всем интересен загадочный дракон, живущий уединенно в замке, — перебил меня Тиреон.

Но именно этим я и хотела отговориться! Так дело не пойдет. Думай, Равенна, думай, что герцог Тиреон хочет от тебя услышать? Что нужно мужчине, который спрятался в замке и задолбался отваживать поклонниц.

— Вы ни капли мне не интересны, — твердо сказала я.

— Врете, — улыбнулся Тиреон. — Зачем-то вы мне врете.

— Хорошо, есть вещи, которые меня интересуют в вас, но не более. Никаких страшных планов вроде влюбиться и жениться лично я не имею!

Платьишко имеет, но это же не считается.

— Ох, да? — герцог выглядел растерянным, даже немного разочарованным. — Но вы и не можете жениться.

— Что?

— Вы можете только выйти замуж, леди Равенна, — ответил Тиреон. — Что ж... Думаю, я все рассказал о своем идеале. Не пора ли вам оказать мне ответную услугу?

— Эм?

— Да-да, мне очень интересно знать, какие мужчины идеальны в ваших глазах. Очень интересует женское мнение, а тут такой удобный повод спросить, — хитро улыбнулся Тиреон.

— А может не надо?

— Надо, леди, надо. Вы же не любите оставаться в долгу?

И так я полночи провела за тем, что рассказывала Тиреону о своем идеальном мужчине. Он так ненавязчиво расспрашивал, шутил, что я... я и сама не поняла, как выложила все, что знала и не знала!

И лишь когда я стала отвечать на вопросы с закрытыми глазами, Тиреон пожелал мне добрых снов, принес подушки и одеяла для диванчика, который мне понравился и на котором я спала, и вышел в другую часть библиотеки. Полностью уходить не рискнул — видимо, охранял от загадочного человека, проникшего в замок.

Я легла, искренне надеясь, что раз уж полночи не спала, то посплю полдня. Но не тут-то было! Меня подняло платье. Натурально подняло: проснулась я сидя. Похлопала глазами, перед которыми расплывались буквы.

Буквы?! Я резко распахнула глаза — перед носом плавал листочек с указанием следующего задания.

Да вы... вы издеваетесь? Смерти моей хотите? Это не платье любви, это самое настоящее платье издевательств!