Глава 7

Проснулась я от того, что кто‐то дергал меня за ногу. Открыла глаза и улыбнулась.

Дэнни тычется мордочкой в ногу.

― Ты гулять хочешь? ― хмыкнула я, собираясь подняться с кровати, и тут же осознала, что что‐то не так.

Обернулась и наткнулась на довольный взгляд Давида.

Точно. Мы же уснули вчера вместе.

― Доброе утро, малышка.

Я прикрыла глаза и завалилась на подушки.

― Неужели я тебя вчера не прогнала домой?

Давид неожиданно повернул меня к себе и навис сверху, смотря в глаза пристальным взглядом.

― Теперь у тебя это не получится.

Я вздрогнула от неожиданного лая и тут же расхохоталась.

― Идем, Дэнни, иначе ты оставишь лужу прямо посреди квартиры.

― Умный пес.

― Уличный, конечно, умный. Он не понимает, как можно здесь сходить в туалет.

― Я с вами прогуляюсь.

Я обернулась и хмыкнула.

― Ну давай, в белой рубашке, в галстуке. Интересное зрелище.

― Черт, у меня же совсем нет вещей.

― Приготовь кофе, пока мы будем гулять. Но не засиживайся, у меня сегодня дела.

Я уже одевалась, глядя в глаза Дэнни, который мечтал поскорее оказаться на улице. Мне стоит привыкнуть к такому графику, ведь собаке обязательно надо гулять. Был бы свой двор, вообще бы проблем не было, а так, придется побегать.

― Какие у тебя дела в субботу утром?

― Давид, прекрати пожалуйста. У меня есть своя жизнь, и я свободная женщина. Куда хочу, туда и хожу.

― Кажется, эта свободная женщина вчера не все поняла. нам нужно поговорить, Яна. О нас. Но я дам тебе возможность подумать до понедельника. Не стану раньше трогать. А потом ты выслушаешь меня.

― Благодарна тебе за личное пространство. Дэнни, пойдем, ― похлопала ладонью по бедру, подзывая нового друга.

Пристегнула поводок к ошейнику и уже собиралась открыть двери, как меня отвлек Давид.

― Я дам тебе два дня, Яна, ― произнес он, подходя ко мне и рукой касаясь щеки, ― а пока сварю кофе и уйду. До понедельника.

Он склонился и поцеловал меня в губу.

Я растеряно посмотрела в его глаза и развернувшись, вышла вместе с Дэнни на площадку.

Кажется, меня поставили перед выбором?

С прогулки мы вернулись через час. И дома никого не оказалось. Я быстро вытерла Дэнни лапы, и насыпала ему еды. А на столе обнаружила еще горячий ароматный кофе.

Улыбнулась.

Как я вчера оказалась в постели с ним?

Нет, я, конечно, помнила, но все же. Почему не остановила себя? снова доверила ему свое тело и получала удовольствие. Это, наверное, и есть ответ на мой вопрос.

Присела за стол и отпила немного кофе. Обернулась к Дэнни и улыбнулась, слушая, как он сладко причмокивает, поедая свой корм.

Все‐таки не зря этот малыш появился вчера около подъезда. И то, как повел себя Давид в данной ситуации тоже о многом говорит. Хотя он мог сказать, чтобы я сама разбиралась с псом и просто уехать. Но нет, он мне помог! И даже отвез в клинику. Он проявил заботу и это оказалось очень приятно.

Бросила взгляд на часы. Начало восьмого.

Теперь встал вопрос ехать ли к Валентине Михайловне. Нет, безусловно, я хочу видеть эту женщину, но вопрос в другом. Мне нужно ехать с Ильей. А как ему в глаза смотреть? Я уже дважды была с другим мужчиной и чувствую себя предательницей. Хотя Илье я ничего не обещала.

Нужно что‐то с этим делать. Не смогу я больше лечь в его постель, и не хочу. Давид правильно вчера сказал, между нам любовь и нет смысла это отрицать.

Около девяти позвонил Илья. Сообщил, что заедет через полчаса за мной. А я расстроилась, что мы поедем на его машине. Но спорить не стала. Нам и так предстоит серьезный разговор, который вряд ли ему понравится. А еще и собака. Интересно, как Илья на нее отреагирует.

Заехал он в четко обозначенное время. Мы с Дэнни уже стояли около подъезда, решив подышать свежим воздухом. Хотя, там, где живет Валентина Михайловна воздух куда чище.

― Привет. Ты что это, пса с улицы подобрала?

― Что‐то не так?

― Да нет, просто странно, ― пожал он плечами глядя на Дэнни.

― Прости, что странно?

― Он же дворовой. Не породистый.

Вот, пожалуй, и первое отличие Ильи от Давида.

― А, по‐твоему, дворовые не имеют права на счастье, на тепло и любовь человека?

― Если тебе так хотелось собаку, стоило сказать мне. У меня есть знакомый заводчик, я бы купил у него породистую.

― Я не хочу породистую. Я спасла этого малыша и теперь он мой друг. Ты не принимаешь его?

― Мне все равно, Ян. Мы едем? ― он взял мою сумку и пошел к машине, я последовала за ним, ведя собаку на поводке.

― Как ты понимаешь, я еду с Дэнни.

― Надеюсь, после него не придется мыть машину.

― Что, прости? ― я остановилась, глядя ему в спину.

Илья обернулся и развел руками в сторону.

― Это нормальное утверждение. Ничего личного.

― Ладно. Надеюсь, после меня тебе тоже не придется мыть машину.

А утро так хорошо начиналось.

Хорошо, только не с этим мужчиной.

По дороге нам пришлось останавливаться, когда Дэнни начал скулить. Ему понадобилось в туалет. И пока мы с ним прогуливались вдоль обочины, Илья пошел на заправку покупать для нас кофе. По крайней мере перестал бурчать, что уже хорошо.

К Валентине Михайловне мы доехали как раз к обеду.

Женщина встретила нас с улыбкой и распростертыми объятиями. А как она радовалась Дэнни! Будто всю жизнь знала этого пса! Сразу же принялась гладить его и болтать с ним без умолку.

― Окружили пса, как будто он здесь самая важная персона, ― недовольно пробубнил Илья, проходя мимо нас, с двумя сумками в руках.

― Тебе бы стоило поучиться любви у мамы, ― ответила я, проходя за ним в прихожую.

― А я и люблю. Тебя.

― Илья, ну хватит, правда. Любимого человека принимают со всеми теми, кто ему дорог. А ты невзлюбил собаку. За что?

Он обернулся и отставив сумку, взял меня за плечи.

― Прости, я не знаю, что на меня нашло. Тебе просто надо было меня предупредить о нем.

― И тогда бы ты отказался ехать с нами?

― Нет, конечно, нет.

― Дети мои, оставила Дэнни бегать по травке. А вы мойте руки и за обед. Я там борща наготовила и окрошку. Кому что нравится.

― Класс! Я буду окрошку. С удовольствием съем двойную порцию, ― хмыкнула я, снимая босоножки и проходя к ванной комнате.

После обеда Илья пошел разжигать костер для шашлыка, а мы с Валентиной Михайловной остались пить чай и сплетничать. К мясу прикасаться нам запретили, объяснив это тем, что шашлык не терпит женских рук. Я была в корне не согласна с этим утверждением, но и не была против того, что нам позволили отдохнуть. Я только пару раз выходила на улицу проверить Дэнни. Все же его рана была еще свежа, и я очень переживала за него.

― Наконец‐то можем поговорить на женские темы, ― добродушно произнесла Валентина Михайловна, присаживаясь напротив меня и пододвигая ко мне чашку с чаем.

― Я рада, что вам уже легче. Заставили вы нас поволноваться.

― Прости, Яна. Я сама перед этим поволновалась.

― Ну вы хоть не сердитесь на Наташу. Молодая, шальная девчонка.

― Не сержусь, милая. Главное, что с ней все хорошо. Но я попросила ее больше так не поступать. Я ведь не железная, так не далеко и на тот свет отправиться.

― Не говорите так. Вы нам здесь нужны.

― Илья ее тоже немного встряхнул.

― Точно немного? ― хмыкнула я, отпивая ароматный чай с малиной.

― Ну… кричал здорово. Я его тоже потом отругала за это.

― Ну он извинился? ― шепотом поинтересовалась я, намекая на украшение.

― Ты о чем?

― Ну что он вам подарил?

Валентина Михайловна покачала головой.

― Ничего.

― Совсем? А украшение? Что там, браслет или сережки?

― Нет, Ян, он мне ничего не дарил.

― Да? ― я напряглась и тут же нервно улыбнулась. ― Я, наверное, что‐то перепутала, простите.

― Бывает, ничего страшного. Ты лучше расскажи, как ваши отношения продвигаются.

― Валентина Михайловна, вы же знаете, что, между нами, с Ильей только…

― Секс, я помню. Нынче у молодежи все иначе.

― Ладно вам, можно подумать раньше подобного не случалось.

― Да всякое бывало, милая. Но я подумала, вдруг вы воспылали чувствами.

Я виновато опустила взгляд, чувствуя себя какой‐то дрянью. Я собираюсь бросить ее сына, а она мне про чувства. Стыдно мне перед этой прекрасной женщиной. А вот Илья… и то, что он мне солгал. Да я тоже хороша! Сплю с одни, в гости к маме езжу с другим. Подумать не могла, что однажды окажусь в подобной ситуации.

― Илье не понравился Дэнни.

― Правда? Почему? ― неподдельно удивилась женщина, отставляя чашку в сторону.

― Наверное, потому что он беспородный.

― Какая глупость. И что? прекрасная собака. Ты вообще молодец, что забрала его. Неизвестно что с ним было бы с такой рано.

― Вы правы. Я уже его полюбила и не собираюсь выгонять на улицу. Он теперь мой пес.

― У тебя доброе сердце, Яна. Жаль, что у вас с Ильей не складываются серьезные отношения. Я бы хотела видеть тебя своей невесткой.

― Может быть невесткой, я бы была как раз и плохой, ― улыбнулась я и взяв с тарелки горячий тост, намазала его вареньем, ― так что радуйтесь, что я просто подруга.

День оказался хороший. Особенно радовался Дэнни, который постоянно гулял на улице. Еще бы, ему после уличной жизни постоянно находиться в квартире не очень удобно, и меня это огорчало. Нужно что‐то думать. Только что? Что можно придумать если ты безработный.

― Кажется, после сегодняшнего марафона по поеданию вкусной еды я поправилась килограмм на пять, ― хмыкнула я, откидываясь на спинку стула и наслаждаясь свежим воздухом.

Ужинать мы решили на улице. Теплый летний ветерок ласково обдувал плечи, щекоча обнаженную кожу. Вечер был прекрасный. Мы беседовали на различные темы, пили вино и много ели. Дэнни уснул рядом, лежа на принесенном Валентиной Михайловной коврике.

Я часто улыбалась, но порой в душе корила себя за то, что кажется я приняла решение. Не то чтобы это было трудно, но чувствовала себя гадко. В первую очередь от того, что скрыла от Ильи свои загулы. Но и ему еще предстоит объясниться. И мне тоже. Скрывать то, что стало для меня очевидны не имело смысла. Я хотела быть с мужчиной честна, и надеялась, что он будет со мной тоже откровенен.

― Я помогу тебе согнать лишние калории, ― улыбнулся Илья, когда мама оставила нас одних, сославшись на усталость.

― Илья, я думаю, нам надо поговорить.

― Уже интересно. Не люблю эту фразу.

― Я тоже, но других слов не нашла, извини.

― Ладно, я тебя слушаю? Нам надо расстаться?

Я плотно сомкнула губы и пожав плечами, кивнула.

― И это тоже.

― Сука! Я так и знал, ― выругался он, а я уставилась на него округлившимися глазами.

― Что, прости?

― Извини. Это эмоции, я не на тебя.

― Надеюсь.

― Яна, почему? ― он схватил меня за руку и заглянул в глаза отчаянным взглядом. ― Почему ты уходишь? Я тебя чем‐то обидел, скажи?

― Илья, мы с тобой изначально договаривались, что, если нам надоест, мы просто разойдемся. Мне не надоело, но…

― Ты кого‐то встретила, да?

― Встретила, ― честно призналась я, глядя в его глаза.

Мне было стыдно, даже несмотря на то, что мы друг другу ничего не обещали.

― И чем он лучше меня?

― Я вас не сравнивала, ― строго произнесла я, и забрав руку из его захвата, переплела пальцы и уткнулась в них лбом, ― просто…

― Тебе захотелось другого? У меня есть шанс?

― Илья, я была с ним на яхте. Не подумай, я не специально отправилась в море, чтобы с ним там встретиться. Более того, я не знала, что он будет там же.

― Поэтому ты меня к себе больше не подпускала?

Я виновато опустила глаза. Я соврала ему, и за это мне стыдно.

― И месячных у тебя не было.

― Прости.

― Ян, у меня один вопрос. Как ты так быстро влюбилась в него? Или ты просто решила поменять сексуального партнера? Может я тебя в постели не устраивал?

― Нет, Илья, мне было хорошо с тобой. Пока не появился он.

― Да чем он тебя так зацепил? ― неожиданно закричал он, вызывая в моем теле дрожь.

Я опустила взгляд и заметила, как Дэнни проснулся от крика, поднял голову и посмотрел на меня.

― Пожалуйста, не кричи.

― Извини, нервы сдают. Ты же знаешь, что я люблю тебя.

― Я хочу, чтобы ты знал, я не искала нового партнера, и не думала, что нам придется так скоро расстаться. Илья, я встретила того мужчину из прошлого, которого люблю всю жизнь.

Илья хмыкнул, но в ответ промолчал, лишь головой закивал, понимая о ком я говорю.

― Это Коваль, которого мы встретили в ресторане?

― Да, это он.

― Большую шишку ты подцепила.

― При чем тут его деньги?

― И сережки от него?

― От него, ― больше не было смысла врать.

― Да, девочка, лихо ты закрутила. И что, вот так простила его? После того, как он бросил тебя десять лет назад?

― Ты ничего не знаешь, Илья, ― как и я тоже, но об этом ему говорить не стала.

― Я сразу понял, что что‐то не так. Как только ты вернулась с яхты.

― Илья, ― теперь я накрыла рукой его ладонь, заставляя посмотреть мне в глаза, ― ты ведь тоже был в ту ночь не один, правда?

― С чего ты взяла?

― Украшение, купленное тобой. Ты его подарил не маме.

― Черт, я и забыл за него. Ты разговаривала с ней об этом, да?

― Я хотела, чтобы она мне его показала. Девочки любят делиться, показывать, хвастаться. Но у твоей мамы не оказалось того подарка.

― И ты меня прости.

― Не за что.

― Хотя бы за то, что я тебе соврал.

― В этом мы оба хороши. Так что, считай квиты.

― И ты не спросишь кто она?

Я медленно покачала головой, улыбаясь.

― Если ты даришь девушке дорогой подарок, значит она не шлюха.

― Не знаю, что сказать. Но она не ты, и с ней мне не так хорошо, как с тобой.

― Знаешь почему? ― Илья покачал головой и перевернув ладонь, сжал мою руку. ― Потому что ты нас сравниваешь. А если ты увлечешься только ей, то и поймешь, какая она на самом деле.

― Яна…

― Я только прошу тебя, не закрывайся и не вздумай страдать. Я уверена, ты скоро поймешь, что ко мне у тебя была симпатия, или влюбленность. Присмотрись к той девушке.

― У меня нет шанса, да?

― Прости…

Спать мы ушли по разным комнатам. Я долго не могла уснуть, взвешивая все за и против, а Дэнни лежа около кровати постоянно смотрел на меня. она наверняка чувствовал, что мне грустно. Животные ведь все понимают. Тем более, вот такие благодарные, как мой друг.

Утром я попросила Илью отвезти меня в город. Видела, что ему не понравилась моя просьба, но иначе я не могла. Мы все сказали друг другу. Да и честно я не знала, как дальше смотреть ему в глаза. И перед Валентиной Михайловной было стыдно. Она особенно расстроилась, что я так скоро уезжаю. Рассчитывала, что побуду хотя бы до вечера. А меня тянуло в город. Или к человеку, который ждет моего ответа.

Писать или звонить Давиду я не хотела пока находилась за городом. Мне казалось, сообщи ему, что приняла решение, он тут же примчится за мной в поселок. А расстраивать Илью еще больше я не хотела. Потому и попросила его отвезти меня.

― Ты же еще приедешь, Яночка? ― с надеждой в голосе поинтересовалась Валентина Михайловна, а я проглотила образовавшийся ком в горле. ― Не волнуйся, милая, я знаю, что вы расстались с Ильей. Но я все равно тебя люблю.

― Спасибо вам, Валентина Михайловна.

Ей было непросто, но и от того, что мы с Ильей будем несчастливы вместе, тоже не добавит ей радости. Потому решение принято.

До города мы ехали практически молча, изредка перебрасываясь ничего незначащими фразами.

Мне было больно смотреть на Илью. Я понимала, что он любит меня, но ответить ему тем же я не могла. А понимала, потому что сама долгие годы жила безответно любя. По крайней мере мне так казалось. До той встречи на яхте.

Родители.

Что же вы натворили.

― Мы когда‐нибудь встретимся? ― спросил Илья, держа меня за руку около подъезда.

Я едва могла сдерживать слезы.

― Если я тебя увижу, обязательно обниму. Мне одновременно больно и хорошо. Но я рада, что ты меня понял и расстаешься со мной без скандала.

Илья улыбнулся и приблизившись, обнял меня.

― Будь счастлива, Яна. Я очень этого хочу.

По щеке все же скатилась слеза. Я отстранилась и заглянула в его глаза.

― И ты будь счастлив. Скажи, просить тебя остаться моим другом, слишком глупо и наивно с моей стороны?

― Немного сумасшедше, но я попробую.

Я кивнула. Поцеловала его в щеку и развернувшись, открыл дверь в подъезд.

― Дэнни, за мной.

Пес тут же завилял хвостом и поторопился ко мне, а я еще раз бросила взгляд на Илью.

― До встречи.

― Пока.

Поднявшись в квартиру и заперев дверь на замок, я сползла по стеночке и все‐таки разревелась. Не смогла сдержать эмоции. Как бы мне не хотелось быть холодной и неприступной, но у меня это не получалось. К тому же Илья ничего плохого мне не сделал, чтобы на него обижаться. И потому я была бы рада, если бы мы с ним остались друзьями.

Устало вздохнув, обняла Дэнни, которой сразу же носом уткнулся в мою щеку.

― Ну что, малыш, напишем Давиду?

Пес несколько раз громко гавкнул, вызывая на моем лице счастливую улыбку.

― Вот и я думаю, что неплохо было бы помотать ему нервы. Но знаешь, друг, ― я почесала ему за ухом и уткнувшись головой в стену, тихо добавила: ― отчего‐то так сильно хочется прижаться к его боку и почувствовать себя маленькой. Ты как? Не против?

Дэнни снова гавкнул и тут же лизнул мою щеку.

― Умный пес. Мы потом ему нервы помотаем. Попозже.

Я достала телефон и набрала два слова, которые, не раздумывая сразу же и отправила Давиду.

«Я согласна.»

На что согласна, думаю ему не надо объяснять. И если он тоже не против, то сегодня же приедет ко мне.

Только осталось решить один вопрос.

Его жена. Которая, кажется, на намерена лишаться такого богатого мужа.

А вот это уже проблема.