22 глава

Арина

От произнесенной Арком речи мне почему-то в самом деле стало немного легче на душе. Будто только этого и не хватало, чтобы почувствовать себя окончательно защищенной. Не быть одной — то, чего, на самом деле, жаждала превыше всего.

Сильно беспокоила реакция Мартина, но и тот с серьезным видом кивнул, принимая случившееся как должное. Похоже, его в самом деле не особо расстроило известие о смерти родителей.

Впрочем, можно ли их так называть? Сама же видела, что собой представляли эти люди. Что на Мартина, что на Риссуэллу им было откровенно плевать, их интересовала лишь власть. А дети — просто возможные средства ее достижения. Может, глубоко в душе Мартин, как и все недолюбленные дети, надеялся, что однажды отец с матерью взглянут на него совсем иначе, обнимут с любовью… А может, и нет.

Кто знает, что еще скрывалось за стенами этого замка? Яда королю и королеве не занимать, не зря же Риссуэлла привыкла огрызаться и кусаться в любой непонятной ситуации. Тоже, подозреваю, не все так гладко…

А может, еще повлиял специфичный дар некромантии, из-за чего Мартин изначально относится к смерти совсем иначе, чем другие. Кто знает? Но оно и к лучшему, на самом деле.

А еще приятно удивило, что несмотря на явную неприязнь между принцем и принцессой, Мартин в самом деле обеспокоился судьбой сестры. Да и стоит вспомнить, сама Риссуэлла отрицала, что не любит брата. Возможно, я слишком самонадеянна, доверчива, наивна и прочее-прочее, но мне кажется, что у них есть шансы в будущем в самом деле стать родными не только на бумаге.

И все же понимала, что как бы там ни было, но мальчику сейчас тяжело. Каждый из нас, по большему счету, изо всех сил стремится не показать, что творится внутри, а он при этом все еще ребенок. Я не знала, что можно сказать в данной ситуации, поэтому просто подошла и молча еще раз обняла его, пока Аркенус дожигал оставшиеся отдельные драконьи косточки, что так и норовили расползтись по ближайшим кустам или закопаться в землю.

— Они сами избрали свою судьбу. Глупо было надеяться, что заговор против императора удастся… Как и то, что покушение на тебя пройдет бесследно, — заметил вдруг принц отстраненно, заставив меня вздрогнуть и прижать к себе крепче.

— Я… — начала я и осеклась, не зная, что ответить на это.

Да и что тут скажешь? Что «я»? Заменю тебе семью, по воле Аркенуса став твоим опекуном? Это ведь не просто слова, разумеется, постараюсь сделать все, чтобы мальчику стало комфортно, но давать столь опрометчивые обещания… И что тогда? Заменю эти твои воспоминания другими? Да, постараюсь, но память такая штука, что не предусматривает кнопки «стереть»…

— Я в порядке, правда. Смерть — это лишь обратная сторона жизни. А что с ними больше не увижусь — оно и к лучшему, я им все равно никому не был нужен, — голос Мартина ворвался в мои размышления, отвлекая. Он звучал спокойно, но на последнем слове все же чуть дрогнул, а из его груди вырвался едва слышный тяжелый вздох.

— Зато мне нужен. Очень-очень. Можешь меня в самом деле считать еще одной своей сестрой. И я вправду с детства мечтала о младшем брате, — заверила его со всей искренностью, пристально отслеживая реакцию мальчика, но после моего ответа он окончательно расслабился и даже слабо улыбнулся, принимая новую действительность.

— Брате-некроманте? — прищурился он, вынудив меня закашляться.

— Так далеко мои мечты меня не заводили, так что реальность превзошла все ожидания.

Некоторое время мы помолчали, наблюдая, как Аркенус уничтожает останки дракона, скрупулезно сканируя пространство вокруг каким-то заклинанием, не желая пропустить ни малейшего осколка кости. Солнце уже скрылось за горизонтом, и в стремительно сгущавшихся сумерках это выглядело даже красиво.

Меня понемногу отпускало от пережитого за день. Стоило многое переосмыслить в свете последних событий, но думать о том, как теперь сложится мое будущее, хотелось меньше всего. Да и есть ли смысл, если в моей жизни все менялось каждые пять минут? И это я пока старалась гнать мысли о наших непонятных отношениях с Аркенусом, учитывая, что невеста я фиктивная, а спали мы с ним вполне реально… Черт, о чем я вообще думаю?! Нашла, тоже, время!

— Ари? — негромко позвал Мартин, нахмурившись в унисон каким-то своим мыслям.

— Мм?

— Занятия некромантией будут проходить в замке императора, а твое присутствие как королевы необходимо здесь, — выдал вдруг он. — Следовательно, мы все же будем жить раздельно? А Риссуэлла? Останется тут с тобой?

Вот простой же и логичный вывод, до него дошел десятилетний мальчик, но не я. А стоило бы подумать хотя бы об этом, небось, думалка не отсохла бы…

Перспектива коротать дни в замке Ваенгов, обложенная кучей указов, пусть и с десятком помощников, приставленных Арком, а на горизонте еще будет мелькать мое иномирное отражение, меня, мягко скажем, не вдохновляла. Но, если подумать, какие еще варианты?! Я уже молчу о том, что о развитии отношений с одним ушастым темным властелином тогда стоит забыть — не бросит же он свой замок, чтобы находиться неотлучно при мне? А как же мой дракошик? А белка, врученная Шантару перед моим отъездом?!

И я уже пообещала Мартину, что буду рядом с ним! Да что там я — Арк обещал мне совсем недавно, что теперь меня не оставит, и… И я тогда уже совсем запуталась.

— А-арк? — как-то жалобно протянула я, вложив в это слово всю гамму испытуемых эмоций, как только к нам вернулся темный властелин.

И хоть он вряд ли слышал реплику Мартина, сейчас также уставившегося на него с плохо скрываемой тревогой, моментально догадался, что нас всполошило.

— Порталы, — выдохнул Арк устало и одарил меня взглядом, в котором явно читалась укоризна.

И чего смотрит так? Что не доверяю его обещаниям или что готова в любой момент начать забрасывать вопросами? Так а что делать, если сам он не торопится все объяснять сразу на месте?

Вот просто гений ораторского искусства! Впрочем, зря ерничаю, если для него они не составляют особого труда, это решало многие проблемы… И наталкивало на основной вопрос: а на кой черт тогда я тряслась в карете по ухабам, рискуя здоровьем Оливия?! Как физическим, так и психологическим, между прочим! Хм… Кстати, как он там? И Марк, моя заюшка прожорливая…

— Ари, поговорим об этом чуть позже, ладно? Как только ты отдохнешь от всего. Обсудим все нюансы от и до, расскажу все, о чем ты захочешь узнать, — пообещал он поспешно, правильно интерпретировав мой взгляд.

— Ладно, — покладисто согласилась я, чем вызвала ошеломленные взгляды как Арка, так и Мартина.

И вот когда я уже себе успела такую репутацию заработать, а? Неужели не могу просто согласиться без вопросов? Совсем уж из меня делают непонятно кого. Я бы, может, и поспорила сейчас, но мерзко пропищавший мимо уха комар, заставивший меня невольно отмахнуться, поубавил мою решимость выяснить все и сразу.

— Тогда мы сейчас все отправляемся домой… В смысле, к тебе в замок? — уточнила поспешно, с удивлением осознав, что и вправду замок Аркенуса уже считаю едва ли не своим домом.

— Да, мы с тобой отправляемся…

— И Мартин, — тут же вклинилась, нагло перебив. — Он же как мой подопечный теперь будет иметь комнату рядом с моей?

И пусть только попробует сказать, что у мальчика тут свой дом, своя спальня, и вообще… Ну в самом деле, не думает же, что я оставлю теперь ребенка здесь? Тем более после того, как он лишился родителей? Правда, сомневаюсь, что это как-то особо влияло на его самостоятельность… И тут же осеклась, кажется, слегка побледнев, озаренная очередной мыслью: а как же тела в пыточной? Так и лежат?!

— И Мартин.

К счастью, ни Арк, ни сам Мартин спорить не стали. Последний и вовсе притих, не пытаясь влезть в разговор. По сосредоточенному лицу сложно было понять, о чем он думает.

— Хорошо, я вас сейчас переправлю порталом в мой замок под попечительство Шантара. А сам чуть задержусь, хорошо? Нужно решить тут некоторые вопросы, — ободряюще подмигнул мне Арк.

— А Риссуэлла?

— Относится к «некоторым вопросам».

— Погоди. Я хочу присутствовать при разговоре с ней, — упрямо мотнула волосами, интуитивно чувствуя, что мне в самом деле стоит проследить, чтобы Арк не обидел принцессу.

В конце концов, какой бы она ни была, врать мне в пыточной для нее не было никакого резона, а значит, Овсянка в самом деле не хотела участвовать во всем этом и собиралась предупредить Аркенуса.

Властелин замешкался, бросив на меня взгляд, полный сомнений, затем красноречиво указал на Мартина.

— Я бы как раз взял необходимые вещи, пока вы говорите с Риской, — неожиданно поддержал меня принц.

— В моем замке тебя обеспечат всем… Впрочем, ладно. На детей твоего возраста и в самом деле может всего не оказаться. Иди, — сдался Арк, кивнув Мартину, тут же помчавшему к замку. — Ари… Ты уверена, что хочешь присутствовать еще и при разговоре? Я же вижу, что ты устала…

Но его попытка спровадить меня не удалась. Я верила, что в большей степени она вызвана беспокойством за меня, и было так заманчиво малодушно согласиться, но совесть же загрызет потом!

— И не надейся, тебя это не избавит от обстоятельного разговора на тему: «Что мне делать с дарованным тобой титулом, если моих знаний об управлении с трудом хватит на твой замок, которому теперь, видимо, требуется управляющий?». И вообще, ты обещал не оставлять меня одну, — напомнила, упрямо вскинув подбородок.

В опустившихся на землю сумерках сложно было рассмотреть выражение лица Арка, но его голос прозвучал предельно серьезно, я бы даже сказала, практически торжественно:

— Вот уж это могу обещать определенно: быть одной тебе теперь никогда не грозит.

И не успела я пошутить о двусмысленности фразы, которую при иных обстоятельствах можно было воспринять как угрозу, как рядом засияло окно портала, а в следующий миг мы стояли в уже хорошо знакомой мне вычурно обставленной комнате Риссуэллы.

Ну что же, еще один серьезный и, подозреваю, не очень приятный разговор, и все, наконец-то смогу отдохнуть под ставшее почти родным «урруру», по которому за эти неполные двое суток успела соскучиться.