Глава 12

Машина, прорычав напоследок, заглохла. Мужчины выбрались из неё, Савва злобно пнул по колесу:

– Всё, соляра кончилась. Дальше пешком.

– Надо, значит, пойдём, – Стужинский подхватил автомат и первым зашагал вдоль хребта, что закрывал долину.

Вчера они не добрались до Дружининых, кое-как разместились в маленькой пещерке, в той самой, где раньше был разбит их лагерь. К счастью, она не пострадала от землетрясения. Конечно, вся группа опасалась повторных толчков, но и находиться без укрытия было никак нельзя, ведь хищники не дремали.

Разложив костёр, бойцы поджарили мяса, добытого на охоте. После землетрясения животные забились в леса и норы, и им пришлось немало порыскать по окрестностям в поисках пропитания.

Егор молча разделывал тушу, пока остальные разбирали всё, чему удалось уцелеть. Одной машины было маловато, они еле разместились внутри со своим скарбом.

– Шеф, соляра на исходе, – мрачно заметил Саша.

– Доедем куда сможем, – Стужинский продумывал план действий. Как быть, если всё привезённое Дружиниными попало под обвал? Надо отправляться на разведку и валить подальше от этих гор. Отыскать новый дом или построить, если получится. Патроны подходили к концу, использовать их придётся лишь в крайнем случае.

– Завтра отправляемся на поиски этой семейки, – процедил он сквозь зубы, – не могли они все погибнуть.

– Как скажешь, шеф, – вяло отозвался Савва: после землетрясения бойцы были сами не свои, хорошо удалось отделаться лёгким испугом, им повезло.

Наутро, наспех позавтракав остатками мяса, направились к выходу из пещеры Дружининых. Эдуарда ждало новое разочарование. Катаклизм в этой части горной цепи вызвал куда больший обвал и разрушения: груды камней лежали на многие метры вокруг.

Оставив машину, они пошли наверх. Одолев каменные завалы, увидели, что пещера обвалилась, на месте озера осталась речушка, пробивающая себе новое русло среди скальных глыб.

– Вот так дела, – Егор осмотрел бывший вход, – сдаётся мне, они не выжили. Знатно тут тряхнуло. Мощно.

– Будем искать то, что осталось от их имущества. Нам нужны их припасы, двигаем дальше, – скомандовал Эдуард.

Они поехали вокруг горной гряды, опасаясь приближаться к ней и высматривая возможный проход. Объезжать пришлось долго, пробираясь между поваленных деревьев и оползней. Землетрясение порядком исправило ландшафт долины. Эдуард с трудом узнавал знакомые места.

Но машина, пророкотав, заглохла, и выбравшись из ней, нагрузив себя вещами, они шли под полуденным солнцем, высматривая проход в долину Дружининых. Была пара слабых афтершоки, но не более того.

И всё же Стужинский надеялся, что им удастся поживиться оставшимся скарбом или найти кого-то живого. Пробираться вместе по незнакомой планете безопаснее, а то, что Дружинины подготовлены к здешней жизни лучше, Эдуард понял уже давно.

***

Дружинины

Мы развели костёр, есть было нечего, а возвращаться в долину опасно. Оружия при себе тоже не осталось.

– Как будем ночевать? – отец помешивал палочками угли.

– На деревьях, – предложила мама.

– А лошадь, – встрепенулся Николай Петрович, – её тоже на ветку посадим?

– Разжигайте ещё костры, – предложил я, – может, удастся отпугнуть хищников.

– Сдаётся мне, – продолжил хмуро агроном, – у них и без нас сегодня хватит пищи.

Собрав хвороста, которого вокруг было предостаточно, развели ещё пару костров, также притащили несколько охапок для поддержания огня.

– Что нам теперь делать? – спросила Таня, её глаза были на мокром месте, губы мелко дрожали, вот-вот и снова расплачется, – мы сможем вернуться? Там остался Борис.

Я не мог сказать ей, что его уже не спасти, как и наших аборигенов, искавших укрытия в коварной пещере. На то, что он выжил шанс был минимальный. Как и у Савелия.

– Таня, пойдём-ка лучше спать, – мама взяла женщину под руку и повела за собой, что-то тихо приговаривая. Мы поставили телегу в круг горящих костров, успокоили всё ещё напуганных детей. Женщины улеглись с ними, отец с Николаем Петровичем устроились рядышком, а мы с Тёмой сидели, оберегая их сон. Вокруг царила тишина, не было слышно звуков ночной охоты, даже сверчки хранили молчание. Животные затаились в страхе или предпочли убраться из этих мест.

– Шёл бы ты спать, братец, – Тёма подкинул ещё дров в костёр.

– Не могу, сна ни в одном глазу. Как представлю, что нам предстоит дальше. Всё уничтожило землетрясение, как выживать? Скоро будет холодать, урожая нет, техники тоже и дома больше нет. Наступит зима, а с ней к нам заявятся одуки…

– Может, напросимся к твоим родственникам? – Брат кивнул в сторону Джины, – зиму перекантуемся, а там решим.

– Думаешь, им нужны лишние рты? – меня взяло сомнение. – Им в холодное время и самим несладко.

– Тогда едем куда глаза глядят? Какая теперь разница, где устроиться?

– Мы не знаем этого мира. Это может быть опасно. Надо идти завтра на разведку, проверить, что из техники или оружия уцелело. Раздобыть еды.

– А если снова тряхнёт, – поёжился брат, – не хотелось бы, как Савелий…

Страшная смерть наших людей тоже не давала мне покоя. Перед глазами до сих пор стояла картина провала, куда ушла лесопилка и груды камней, заваливших пещеру.

– Выбор у нас невелик, с ножом по лесам за дичью не побегаешь.

– Верно. Что ж идём вдвоём. Посмотрим, что удастся спасти.

Мы сидели, пока не начали угасать звёзды, уступая место рассвету. Потом проснулся отец и отправил нас спать. Пару часов мы лежали рядышком с братом, обговаривая завтрашний, вернее, уже сегодняшний поход.

Солнце, вспыхнув над горизонтом, слепило глаза.

– Пойдём, – толкнул я брата, – живот от голода сводит. Надо раздобыть еды.

Артём поднялся и присвистнул:

– Да у нас гости, гляди.

Я обернулся и увидел бойцов Стужинского с их бессменным шефом во главе.

– Пришли, откуда не ждали, – отец стоял, приставив сложенную козырьком руку, – от них добра не будет.

– Так у нас и брать нечего, если только телегу с лошадью.

– Они и этим не погнушаются. У них оружие. Сергей, Артём, разбудите женщин и детей.

Брат подошёл к телеге, растормошил Светлану, что-то шепнул ей на ухо. Она, встревоженно вглядываясь вдаль, поспешила разбудить остальных.

Эдуард нас заметил, да и прятаться тут было особо негде. Мы стояли и ждали их приближения. Стужинский подошёл, примирительно подняв руки.

– Мы с миром к вам. Смотрю, уцелели не все? – его цепкий взгляд мгновенно оценил обстановку. – Есть предложение.

– Говори, – вышел вперёд отец.

– Податься, как я погляжу ни вам, ни нам больше некуда. Здесь оставаться опасно. Могут быть повторные толчки. Пойдём, разведаем, что там дальше. Например на юг. Если повезёт, нам удастся где-нибудь устроиться.

Люди Эдуарда, как и его оружие, станут для нас хорошей подмогой, но не выйдет ли такой вариант боком?

Мы обсудили всё с родными, решив, что стоит всё-таки рискнуть. Защититься от хищников сами не сможем. Я подошёл к Эдуарду.

– Принимаем ваше предложение до тех пор, пока не найдём, где обосноваться.

– Лады, – Стужинский протянул руку, – идём вместе. Осталось у вас что-то из техники? Машину мы бросили ещё вчера, соляры нет.

– Сами не знаем, – хмуро ответил Артём, – надо идти на разведку.

– Возьмите моих бойцов. Саша, Савва, отправляйтесь с ними, – окликнул мужчин Эдуард.

Идти с людьми Стужинского не хотелось, но так сможем унести больше вещей, если они, конечно, сыщутся. Вести лошадь в долину мы опасались.

Эдуард оглянулся на телегу:

– Еды тоже нет? Сейчас отправлю своих на охоту, – он чётко, по-деловому отдал распоряжение и уселся на телегу, – еда скоро будет.

– С чего бы такая расторопность? – проворчал Николай Петрович.

– Пусть его, – тихо ответил отец, – а девочки и дети голодны.

Двое парней пошли в сторону небольшого лесочка, высматривая дичь. Мы же направились в противоположную, к скалам, что, как зубы огромного зверя, поднимались из земли.