Глава 19

Сегодня решили остаться в роще, сил продолжать поход не было, после всех пережитых приключений. Егор, наш бессменный повар, занялся костром, Джина помогала ему. Таня и Света не отходили от детей. Мы с братом набрали остатки травы, чтобы обустроить лежанки для ночлега.

– Как ты думаешь, что это за звери и насколько они опасны? – спросил Артём.

– Сдаётся мне, будь они опасными, мы бы детей не нашли. Представь, чтобы варкалаки забрали детей и, накормив, вернули их живыми и невредимыми?

Брата передёрнуло от моих слов:

– Скажешь тоже!

– Вот. Мне кажется, они спасали их от пожара. Только почему не забрали щенков?

– Может, не заметили?

Лютый и Антей крутились возле нас. Странно было видеть от столь свирепых животных такую покладистость. Щенки с охотой играли с детьми, исследовали всё вокруг с детской непосредственностью, но агрессии не проявляли даже во время кормёжки.

К нам подошёл Эдуард.

– Сергей, какие дальнейшие планы, думаю, ты согласишься, что нам следует пройти через этот лес?

– Так у нас и выбора другого нет, – пожал я плечами.

– Я не о том, – Стужинский присел рядом, – надо присмотреться к этим местам получше. Может и остаться здесь? Ты заметил, что сменилась и растительность, и животные?. Эти двухметровые, вылитые лемуры, а они на Земле водятся только в тропиках.

Сходство наших с Эдуардом мыслей удивило.

– Тебе не кажется, – сел я рядом с ним, – что климатические зоны сменились слишком уж быстро?

– Так и есть. Только от этой планеты никогда не знаешь, чего ожидать, – Стужинский сидел, покусывая травинку, – и вот ещё что. Эти твари не тронули детей и нас. Пока. Но что будет, когда углубимся на их территорию? Мы не сможем отпугнуть их кострами и спрятаться на деревьях. Там они сами хозяева.

– Идти надо внимательнее, лишний раз не шуметь. А может, сделать круг по кромке леса?

– Слишком большой крюк будет.

– Твои предложения?

Стужинский, конечно, себе на уме, но нельзя не признать, что его советы рациональны.

– Так я к тебе за ним и пришёл, – он улыбнулся. – Эти мохнатые милашки могут быть опаснее варкалаков, что им стоит с деревьев переловить нас по одному?

– Поступим так. Пойдём вглубь леса, если заметим опасность, повернём к опушке, будем пробираться по ней.

– Что ж, давай так и сделаем, – Эдуард откинул травинку и встал.

Вечер и ночь прошли спокойно, наутро тронулись дальше. С опаской ступили в лес. Двигаться по нему было легче, чем по оставшейся позади чаще. Деревья стояли на отдалении друг от друга, давая достаточно пространства для того, чтобы телега беспрепятственно проехала. К обеду прошли довольно большое расстояние.

– Всё, – махнул рукой Николай Петрович, – привал.

Мы устроились на небольшой полянке, рядом с весело журчащим ручьём. Пока никто не беспокоил нас. Бойцы Эдуарда славно поохотились, раздобыв пару тушек небольших газелей или антилоп, с забавной полосатой окраской. По пути мы наткнулись на дерево с плодами, о которых рассказывали дети. Рвать не стали, побоялись агрессии со стороны лемуров, всё же это их территория. Пообедав, тронулись дальше. Шли не останавливались, пока в лесу окончательно не стемнело. Как бы тут ни было спокойно, но лучше пройти эту территорию как можно быстрее. Я всё думал насчёт предложения Эдуарда, хищников за это время мы не встретили, здесь было безопаснее, чем в местах, откуда пришли. Может, и впрямь, преодолеть лес и остаться возле него с другой стороны. Но как узнать, насколько суровы здешние зимы и есть ли они? Дом можно поставить и из саманных кирпичей, жить натуральным хозяйством. Но пока непонятно, насколько обширен этот массив, и что нас встретит на той стороне?

Поужинав, как обычно, распределили дежурства, нам с Артёмом выпали предрассветные часы, так что мы сразу же пошли спать. Впервые за долгое время мне не снились тревожные сны. Ближе к утру нас с братом растолкал Саша:

– Подъём! Моя очередь я на боковую.

Отчаянно зевая, мы устроились у костра.

– Ты заметил, как здесь мирно? – спросил Артём.

– Конечно, за день пути ничего не приключилось, трудно такое не заметить.

– Не нравится мне это,– нахмурился брат, – затишье перед бурей.

Я пожал плечами:

– Не каркай. И так нервотрёпки хватает, давай решать проблемы по мере их поступления, а не переживать заранее.

– Не знаю, не знаю… Что-то неспокойно мне.

– Автоматы при нас, дать отпор сумеем, а там по обстоятельствам. Чего тут гадать?

– Ну, может, ты и прав, – брат подкинул хвороста и сел лицом к лесу, вглядываясь в темноту.

Постепенно начали отступать краски ночи, небо посерело, обещая скорый рассвет. Из тьмы проступали очертания стоявших поодаль деревьев, густых кустарников.

В телеге забеспокоились щенки, спустил их на землю, думая, что им надо по естественной надобности, но они, поскуливая, прижались к ногам.

– Что такое, малышня? – погладил я их.

– Слушай, – толкнул меня Артём.

В самом деле, кроны шумели, хотя ветерок был слабый.

– Вот о чём я тебе и говорил, – брат поудобнее перехватил автомат.

– Погоди, – остановил я его, – стрелять только в случае прямой опасности.

С соседнего дерева свесился большой лемур, с любопытством поглядел на нас не приближаясь. Щенки скулили и норовили забиться под ноги. Потом хозяин здешнего леса спустился, неловко подковылял ближе и оставил на земле три вкусно пахнущих плода. После этого, также быстро исчез.

– Это что сейчас было?– удивлённо спросил Артём, подняв подарок.

– Кажется мне, гостинцы детям принесли, – усмехнулся я.

А вот реакция щенков меня озадачила, раньше они такого беспокойства не проявляли. Когда лемур скрылся в ветвях, Антей и Лютый тут же успокоились, и я отнёс их назад в телегу.

Утром рассказали о ночном происшествии.

– Ну и дела, – почесал затылок Николай Петрович, – ну, думаю, больше можно не опасаться этих зверушек. Раз уж они угощать нас вздумали.

– А мне здесь нравится, – заметила Света, – впервые, после нашей долины, чувствую себя спокойно.

– Нам тоже, – подхватили мальчишки, – давайте останемся здесь.

– Не думаю, – заметил отец, – что хозяева обрадуются такому соседству. Пока они нас только терпят.

Я рассказал о своих задумках, насчёт небольших саманных домиков. У нас были семена, по крайней мере, без хлеба не останемся, а овощи можно и поискать для посадки.

– Весь вопрос в климате и одуках. Насколько далеко они забираются от своих гор, – сказал Артём, – для них саманные домики, на один удар лапой..

– Ладно, чего зря лясы точить, – отец встал, собираясь в дорогу, – надо отправляться.

Этот день проходил также спокойно, все расслабились, дети бегали вокруг телеги. Мы шли, тихо переговариваясь с Джиной, которой тоже надоело трястись в повозке.

Вдруг где-то впереди раздался хриплый вой варкалака, его я уже ни с чем не перепутаю.

– Скорее! – скомандовал Николай Петрович. – Дети, Джина в телегу!

Мы обступили повозку кругом, понимая, что времени развести спасительный костёр у нас нет.

– Что делать будем, шеф? – Савва тревожно оглядывался по сторонам.

– Как обычно, – мрачно ответил Эдуард, – выживать.

Кусты метрах в двухстах затрещали и сквозь них продрались три варкалака.

– Подпустим чуть ближе, – сказал я, – чтобы наверняка.

– Слышали? – бросил бойцам Стужиснкий.

Волки-переростки принюхивались к запахам вокруг, потом заметили нас. Раздался глухой, клокочущий рык. Мышцы животных напряглись, готовясь к нападению.

С деревьев посыпались ветки и листья, и в следующий миг ловкие, сильные лапы схватили первого варкалака. Двое лемуров на одного серого. Подняв в воздух варкалака, они с лёгкостью сломали ему хребет. Та же участь ждала оставшихся зверюг. Лемуры действовали настолько молниеносно, что волки даже не успели пикнуть, как под деревом валялось три бездыханных туши.

Мы стояли, пытаясь прийти в себя, после увиденного.

– Мля-я-я, – это вышел из оцепенения Саша, – мать их, охранники.

– Чудо какое-то, – тихо пробормотала мама. – Но, Саша, не выражайся, дети всё слышат.

Хозяева леса исчезли так же стремительно, как и появились. Вокруг опять было спокойно.

– Ура! – закричали дети, – они нас снова спасли!

– Тише, – перебил их Стужинский, – одного меня смущает их силища? Вы видели, как они расправились с волками?

Сказать было нечего. Мы слишком привыкли бояться всего здесь. И теперь опасались, что эта сила может обернуться против нас.

– Они не нас защищали, – сказал я задумчиво, – детей.

С этим никто спорить не стал, а я был уверен, что если бы среди нас не было малышни, эти звери и пальцем не пошевелили.