Глава 22

Мы неплохо устроились в новом городе. Нам выделили на первое время продуктов, посуда уже была в квартире. Готовили во дворе, за домом было несколько небольших печурок, которые топились почти постоянно. Папа и Николай Петрович нашли работу на скотном дворе, так дома появилось молоко. Не знаю каким образом, но здесь были коровы, козы, лошади и даже страусы. Может, попали вместе с переселенцами. Была живность и поменьше: куры, куропатки, кролики. В городе оказалось много кошек, а вот собак, напротив, почти не встречалось.

Мы с Артёмом занялись ремонтом домов. Наляпанные наспех хибары постоянно разваливались и за хорошую переделку люди неплохо платили. Продуктами или вещами, на выбор. Маму сразу же пригласили в местный госпиталь, врачи – товар штучный. Света, Таня и Джина Сидели дома.

За городом нам отвели приличный кусок земли. Соток двадцать. Вообще, не все разводили здесь огороды.

Я присмотрел неплохое место под новый большой дом, договорился с Аллой о постройке.

Нашим соседом в общежитии был толковый мужик, Игнат Матвеевич, попавший сюда прямиком из пятнадцатого века. Он был лучше приспособлен к такой жизни и неплохо устроился. Но дом строить не хотел.

– Почто мне одному хоромы? – отнекивался он. – Так сойдёт.

Игнат надоумил, где раздобыть древесины на постройку. С другой стороны города рос отличный лес, который можно использовать для сруба. Но делать всё придётся самим или платить. А на нашу семью продовольствия требовалось немало.

– Ничего, – успокаивал отец, – лошадка есть. Нарубим леса, просушим и начнём строить. Глядишь, к концу года и обзаведёмся собственным жильём.

– Джине скоро рожать, а мы ютимся друг на друге, – тревожные мысли не оставляли меня.

– Зато всегда есть кому присмотреть за малышом, – успокаивала меня жена.

Со Стужинским и его бойцами мы почти не встречались, они заняли пару комнат в другом крыле и с нами общения не поддерживали. Иногда Егор, Павел или Саша подходили во дворе, чтобы поздороваться.

Изредка встречал я Эдуарда со следующим за ним по пятам Лютым.

Щенки росли очень быстро, Алла сначала требовала выгнать их, но, убедившись, что они ручные, смирилась. Антей тоже почти всегда был при мне, спокойный, совершенно непохожий на своих диких собратьев. Как выяснилось, лаять варкалаки не умели, только грозно рычать. Зато были отличными следопытами и хорошо запоминали людей. Стоило мне сказать:

– Где Джина? – И Антей бросался по следу.

Дети ходили в школу, которую здесь организовали своими силами. Предметы были весьма условными, но основы физики, химии, математику объясняли неплохо. Рассказывали о флоре и фауне этой планеты.

Однажды, когда вся семья собралась за ужином, Николай Петрович с самым таинственным видом начал:

– А вы заметили, чего в этом городе не хватает?

Уставший отец был не склонен к разгадыванию шарад:

– Коля не томи, говори в чём дело?

– Здесь нет хлеба! – поднял палец вверх агроном. – Имитация, но это ж совсем не то!

– И что? – повернула голову Света.

Хлеб жителям заменяла картошка, которую удалось культивировать в огородах за городом, или лепёшки из каких-то перемолотых корений.

– Вот что значит нерачительные хозяева. А семена-то у нас есть!

– Точно, – хлопнул я себя по лбу, – грейны! Как я мог забыть?

– А я о чём! – торжествующе произнёс Николай Петрович. – Значит, садим семена, делаем хлеб и меняем его на что угодно. Отбою не будет.

– А завтра грейны с поля соберёт любой желающий и привет бизнесу. Магнат ты хлебный, – перебил его отец.

Агроном почесал в затылке:

– Об этом я как-то не подумал.

– Вот что, – сказал я, – завтра посоветуюсь с Аллой. Тётка она толковая и к нам хорошо относится, придумаем, как быть.

– Вот это верное решение, – кивнула мама, – а семена, Коля, припрячь получше. И никому не болтайте о них. Особенно вы, детвора.

– Да, бабушка, – отозвались сорванцы.

Детей здесь было много, и наша троица целыми днями пропадала с новыми друзьями. В городе встречались мулаты, креолы, метисы таких разных национальностей, что только диву давались. Чего стоила маленькая китайская девочка с кучерявыми волосами африканки с голубыми глазами. Оно и понятно, на тесном клочке кто только не жил бок о бок. В самых дальних кварталах города мы ещё не бывали. Как сказал нам Игнат Матвеевич, там жила чудь. Нам полюбопытствовать пока было некогда, детям на всякий случай туда ходить запретили.

Так началась наша жизнь в новом Вавилоне неизведанной планеты.