Глава 17

Чёрный внедорожник, числящийся на второй Гильдии, свернул на гравийную дорогу и поехал к виднеющейся вдалеке ферме. Колёса мягко шуршали по гравию, а сидевший за рулём парень осматривался по сторонам, пытаясь понять, сможет ли он сюда вернуться, если вдруг случится что-то совсем уж непредвиденное.

— Нет, я никогда не хотел работать на ферме, не просто так я из дома сбегал, — покачал головой Егор и вырулил к дому. — В случае чего к Диме секретарём напрошусь, или ещё кем-нибудь.

Он остановил машину и заглушил мотор. Посидев за рулём ещё несколько минут, он вышел из машины. Дверь дома распахнулась, и к нему выбежала невысокая русоволосая женщина, на которую он был так похож. Подбежав к нему, она порывисто его обняла и уткнулась в плечо своему рослому сыну. Егор, в свою очередь, обнял её и прижался губами к макушке.

— Мы так волновались, — всхлипнула мать и подняла голову, чтобы рассмотреть Егора. — Я чуть с ума не сошла, когда увидела в новостях о пожаре. А потом в кадре ты промелькнул с этим тёмненьким мальчиком… Он чем-то на Диму похож, это его родственник?

— Да, младший член Диминого Рода, — обтекаемо ответил Егор. Он не собирался рассказывать матери, что с ним в машине скорой помощи сидел глава второй Гильдии. — Он шёл устраиваться в СБ, и я его сопровождал, чтобы провести через охрану. Только поэтому меня не было в здании, и я остался жив.

— Ты останешься ночевать? — мать посмотрела на него с надеждой.

— Да, останусь, — Егор отстранился от неё и посмотрел на дом. — А где Алина?

— Не так давно я видела её в мастерской. Она там что-то делала, но я так и не поняла, что именно, — ответила мать и с тревогой посмотрела на сына. — У тебя с этой девушкой всё серьёзно?

— Не знаю, мам, это будет только от неё зависеть. Но с моей стороны да, всё серьёзно, — Егор слабо улыбнулся и направился к мастерской.

Он зашёл в полутёмное помещение и остановился недалеко от стола, за которым расположилась изящная девушка. Она что-то мастерила, направив на стол мощный поток света из переносной лампы и придвинув огромное увеличительное стекло на подставке. Егор посмотрел на неё с полминуты, а потом подошёл ближе.

— Чем занимаешься? — спросил он негромко.

— Делаю универсальную отмычку, — сосредоточенно ответила Алина, не поднимая глаз. Она его заметила, как только Егор сюда вошёл, но не прекратила своего занятия, сосредоточившись на процессе. — Ещё немного, — она чуть-чуть поправила изгиб заготовки и отложила её в сторону, после чего повернулась к нему. — Я думала, что ты уже забыл о моём существовании.

— Нет, не забыл, — Егор покачал головой. — Так чем ты занимаешься, помимо изготовления отмычек?

— Я научилась доить коров, собирать яйца, не разбив ни одного, а ещё водить трактор, — Алина смотрела на него, нахмурившись. — Скажи мне, Дубов, зачем мне уметь водить трактор?

— Чтобы уйти в случае чего от погони? — предположил Егор.

— На тракторе? От погони? — Алина встала и подошла к нему, ткнув пальчиком в грудь. — Я не хочу больше доить коров и чувствовать на себе косые взгляды твоих родственничков, шепчущихся за моей спиной в основном о том, что я тебя старше и наши отношения — это что-то недолговечное!

— Ты меня старше на три года, и раньше тебя это не сильно волновало, — Егор смотрел на неё сверху вниз и пытался разобраться в собственных чувствах. — Алин, тебя никто здесь насильно не удерживает, ты можешь в любой момент уйти.

— Куда? Прямо в лапы Гаранина? — она придвинулась ещё ближе к нему, хотя, казалось, что ближе уже некуда.

— Роме сейчас точно не до тебя, поверь, — серьёзно, без своего обычного ёрничества ответил Егор. — Ты знаешь, что произошло с СБ?

— Да, я видела репортаж, — она смотрела на него не мигая, а потом размахнулась и ударила его в грудь. — Я думала, ты погиб! Сукин сын, ты даже не удосужился мне позвонить!

— Тсс, тише, — Егор перехватил её руку, а потом обхватил за талию и посадил на верстак, чтобы они стали примерно одного роста. — Я жив, Гаранин сейчас офицер Службы Безопасности и заместитель Димы.

— Кто в своём уме назначил его чьим-то замом? — фыркнула Алина.

— Оракул, и тут, сама понимаешь, спорить сложно, — пробормотал Егор, обхватывая её лицо ладонями. — Я очень устал, у меня постоянно болит голова, и сегодня я собираюсь ночевать здесь.

— Начальником стал Дмитрий Наумов? — тихо спросила Алина, глядя ему в глаза.

— Да, как единственный выживший офицер, а тебе зачем такие подробности? — спросил Егор, касаясь её губ своими.

— Любая информация может пригодиться, — прошептала она. — И всё-таки я тебя старше, и меня это слегка напрягает, — сообщила она Егору и первая подалась вперёд, вытаскивая его рубашку из брюк.

— Зато ты всем можешь говорить, что у тебя молодой любовник, — Егор призвал дар и закрыл двери на замок простеньким бытовым заклинанием, после чего стащил рубашку через голову и отшвырнул её в сторону.

— Заткнись, — прошипела Алина и поцеловала его, наконец-то окончательно убедившись, что он действительно жив и всё ещё с ней.

* * *

Огонь охватил всё здание головного офиса второй Гильдии целиком. Слышался треск сгорающего дерева, звон разбивающегося стекла. Стоявшим неподалёку людям пришлось отступить, чтобы защититься от взрыва разлетающихся стеклянными брызгами окон. Начали подтягиваться зеваки, где-то вдалеке ревели сирены спасательных служб. Эдуард всё ещё прижимал к себе Ольгу с притихшей кошкой, которую она выхватила из рук Романа. Кошка сидела смирно и не пыталась больше атаковать Тёмного, а Роман как заворожённый смотрел на сгорающее здание, являвшееся в последнее время частью его жизни. Его лицо было непроницаемо, но в глазах отражались блики яркого, обжигающего даже на расстоянии пламени.

Ольга внезапно встрепенулась, опустила кошку на землю и бросилась к горящему зданию.

— Дела! Там же дела в холле! — кричала она, прикрывая лицо руками и вбегая в холл, ещё каким-то странным образом свободный от огня, но уже заполняющийся ядовитыми клубами дыма.

Эдуард и Рома бросились было за ней, но дверь снова распахнулась, и показалась весьма аппетитная женская попка, обтянутая узкой юбкой. Как оказалось, Ольга пятилась из холла на улицу, волоча довольно объёмную коробку. Эдуард замер на месте, разглядывая прекрасное зрелище.

— Хм, — Роман встал рядом с Эдом и даже голову наклонил, чтобы всё разглядеть под другим ракурсом. — И почему я не замечал, что моя секретарша такая… такая… в общем, такая!

— Потому что у тебя есть Ванда, — усмехнулся Эд. — А у меня нет никого, и для сегодняшнего обеда Ольга мне вполне подходит.

— Вы не хотите мне помочь? — пропыхтела Оля, перестала тащить коробку и выпрямилась, повернувшись к мужчинам лицом.

— Нет, ты вполне сама со всем справляешься, — Рома улыбнулся. — Что в этой коробке?

— Дела на наших бывших сотрудников, которые я должна передать Рокотову, — раздражённо ответила Ольга. — Я же не знала, что их будет так много! Пришлось делить на две части. Первую уже отправила, а это те, что остались.

— Что у вас здесь происходит⁈ — позади Романа раздался возглас, и вперёд выбежал Ожогин, бросая на землю чемодан. — Что это? — Его прервал резкий звук сирены пожарной команды, нёсшейся к охваченному огнём зданию. Женя медленно повернулся к Роману. — Что случилось?

— Я случайно опрокинул свечу, — ответил Гаранин, отходя назад, когда раздался звук рушащихся перекрытий. — Никогда не думал, что я такой неловкий. Это просто ужас, да? Но, принимая во внимание, что мы сегодня остались без исполнителей, потеря штаб-квартиры — это не самое страшное потрясение. Я рад, что ты вернулся, — и он обнял Женю, похлопав своего друга и помощника по спине. — Закрывай Гильдию на самый длительный срок, какой только допустим. Нам ещё новый дом надо строить или покупать, исполнителей искать… А мне некогда.

— Ты свинья! — Женя ткнул Рому пальцем в грудь. — Ты даже ни разу мне не позвонил, не узнал, жив я вообще, или уже умер, а стоило мне вернуться, сваливаешь работу, ничего не объясняя! Как так получилось, что мы остались без исполнителей?

— У Гаврилова поинтересуйся, — ответил Рома, снова поворачиваясь к горящему зданию. — Да, Женя, вон ту коробку с делами этих предателей, которую так доблестно спасла Оля, переправь Рокотову. Он сейчас в СБ силовым блоком рулит.

— А Ольга не может сама переправить? — Женя подошёл к коробке и заглянул внутрь. — Это же дело Гаврилова, — ахнул он и посмотрел на Гаранина. Роман только руками развёл:

— Я же сказал, что по независящим от меня обстоятельствам мы лишились всех исполнителей. Это такой же несчастный случай, что и с пожаром, и я ужасно об этом переживаю, — добавил Рома, приложив руку к груди. — У меня что-то сердце покалывает, так сильно я переживаю.

— Рома, это не повод, чтобы закрывать Гильдию. Сторонние филиалы этот кадровый коллапс не затронул, а само здание никакого сакрального смысла не несёт. У нас нет повода, согласно Уставу, её закрывать, — сжал губы Ожогин, окончательно понимая, что этот упёртый баран, его друг и начальник, всё-таки выжил, хотя вспыхнувшая во время взрыва метка на его руке заставила бросить отдых и мчаться в аэропорт. Правда, вылететь у него всё равно получилось только сейчас.

— Женя, придумай что-нибудь, я тебя очень прошу, — прикрыл глаза Рома. — Я тебе всё потом объясню. Мне нужно, чтобы дела Гильдии меня практически не касались.

— Даже так, — протянул Ожогин, переводя взгляд на старое здание, объятое пламенем.

— Простите, — к ним быстрым шагом подходил начальник пожарного расчёта, а вокруг горящего здания уже натянули ограждение и подъехали ещё три пожарных машины и одна скорая. — В здании были люди?

— Нет, — Рома покачал головой. — Эти твари… Эти прекрасные работники года как раз за полчаса до пожара дружно его покинули. Все вопросы к моему помощнику, — и он указал на Ожогина. — А мне некогда, глава моего Рода приказал присутствовать на обеде. Сами понимаете, приказы главы не обсуждаются.

— Рома, — Женя попытался схватить Романа за руку, но тот только покачал головой и вытащил из кармана артефакт Владимира, чтобы сделать из него портал.

— Потом, всё потом, — проговорил Гаранин и повернулся к Эдуарду. — Нам нужно переодеваться, приводить себя в порядок?

Эд осмотрел его, перевёл взгляд на Ольгу и внезапно усмехнулся.

— Нет, Гомельский настаивал на непринуждённом виде, думаю, более непринуждённый нужно ещё поискать. Оля, дай мне руку. Ты никогда не перемещалась с помощью портала? — он протянул руку Ольге.

— Нет, — она покачала головой. — Я не понимаю. Я-то зачем вам на этом обеде?

— Мне приказано прийти с девушкой, ты подходишь, — нетерпеливо ответил Эдуард и рывком притянул её к себе.

— А меня спросить, хочу ли я пойти на какой-то ваш обед, не надо было? — Ольга попыталась вырваться, но Эд держал крепко.

— Делай вид, что тебе всё нравится, — прошептал он, наклоняясь к её уху. — Что особенно тебе нравлюсь я. Будешь хорошо себя вести и сумеешь создать впечатление влюблённой дурочки, я тебе подарю к этому кольцу пару, скажем, браслет.

— О-о-о, — протянула Ольга и, подняв голову, посмотрела на Эда настолько влюблённым взглядом, что Великому Князю стало немного не по себе. — Я буду очень стараться, — прошептала девушка, дотронувшись до своего кольца.

— Откуда такая одержимость смертью? — Эдуард невольно нахмурился и, подавив в себе желание покопаться у Ольги в голове, крепко ухватил Романа за плечо. В это время мимо них как раз проезжала ещё одна пожарная машина, закрыв их от зевак, и Гаранин активировал портал.

* * *

Я встречал Лену на крыльце ресторана, как на нашем первом и единственном свидании. Отличия состояли в том, что сейчас рядом со мной стоял Гомельский и пара журналистов, готовых запечатлеть первое представление жены Дмитрия Наумова.

— Это та самая девушка, с которой Дмитрий Александрович ужинал в этом ресторане? — громким шёпотом спросил один из журналистов у Гомельского. Я только поморщился, но даже не повернулся в его сторону.

— Да, та самая. Елена Павловна наконец-то ответила на ухаживания Дмитрия Александровича, — ответил Гомельский. — Они встречались задолго до появления Марины Рубел, но потом кризис отношений, молодость, горячность… Сами понимаете. И всё это время Дмитрий Александрович не переставал вспоминать свою первую любовь. Он так и не смог её забыть, и разрыв с Мариной произошёл именно на этой почве, по взаимному согласию. Дмитрий Александрович встретился с Еленой Павловной повторно уже после разрыва помолвки, и тлеющая искра снова вспыхнула. На этот раз они решили не гневить судьбу и тихо, без огласки, связали себя узами брака, — закончил Артур Гаврилович торжественно, как раз в тот момент, когда к крыльцу подъехал автомобиль.

Я покосился на него и шагнул к машине, чтобы сразу же прикрыть Лену от камер. Она ещё не привыкла к подобной шумихе вокруг себя. К тому же у неё не было времени, чтобы навести лоск, и это могло её сильно задеть. Мне-то было всё равно, но женщины на такие вещи реагируют всё-таки по-другому.

Почти сразу, после того как отъехала наша машина, к крыльцу подкатил лимузин Демидовых. Я остановился, чтобы встретить Лео, и чуть не свалился с крыльца, когда из машины вышел Демидов и помог выйти молодой женщине с ребёнком на руках. Вот только этой женщиной была не Кристина.

— Обалдеть, — прошептал я, обнимая Лео на камеру. — Почему ты здесь с Зоей Рубел, и где твоя жена?

— Кристина не захотела ехать, она ненавидит Романа и Эдуарда. И если про Ромку всё понятно, то почему она не любит Эда, никто мне ответить так и не смог, — также шёпотом ответил Лео. — Дима, почему ты не сказал, что нас будут снимать? Я выгляжу как чучело, да и Гришу нужно было одеть более достойно.

— Лео, Гриша всего лишь ребёнок, о чём ты вообще говоришь? — я повернулся к Зое. — Почему она с твоим сыном?

— Зоя очень любит детей и сама предложила поработать у нас няней. Они с Гришей очень привязаны друг к другу, сам же видишь, — Лео говорил на ходу, когда мы входили в ресторан под вспышки камер.

— Только не говори, что ты ей платишь, — я снова посмотрел на Зою и сидящего у неё на руках мальчика. — Я не разорял семью Рубел, и Зое нет необходимости на тебя работать.

— Конечно, плачу, каждый труд должен быть оплачен, — пафосно произнёс Лео. — И неважно, что Зоя довольно обеспеченная девушка. Кстати, ты не хочешь уже познакомиться с Григорием? Тебе нужно научиться его держать и найти с ним общий язык. Тебе же ещё его крёстным становиться!

Я представил себе ритуал, во время которого я возьму под опеку это маленькое существо под насмешливым взором Прекраснейшей, и поёжился. Но Лео был прав, мне нужно было как минимум учиться ладить с будущим крестником. Поэтому я остановился и протянул руки, принимая самого младшего Демидова. Ребёнок смотрел на меня такими знакомыми тёмными глазами, что стало немного не по себе.

— Ну, привет, ты меня не помнишь, а ведь именно я не дал тебе разнести Репродуктивный Центр вдребезги и пополам, — тихо проговорил я, а мальчик внезапно улыбнулся, продемонстрировав все свои четыре зуба.

— Обратите внимание, господа, — раздался за спиной голос Гомельского. — В тот день, про который пишет этот… кусок… в общем, вы поняли, кто и что написал. Так вот, в тот день Дмитрий Александрович действительно находился в Республиканском Репродуктивном Центре. Он присутствовал при рождении своего родственника и будущего крестника.

Вот так мы и зашли в малый закрытый зал. Ванда улыбнулась, увидев Гришу, а он почему-то потянулся к ней. Я посмотрел на Лео, и тот нерешительно кивнул. Передав Ванде ребёнка, под яростным взглядом Зои, я сел на своё место во главе стола. Зоя тоже села за стол, не сводя злобного взгляда с Ванды. Похоже, она узнала в ней ту самую «кудрявую проститутку», перепутавшую карточки и испортившую ей жизнь.

— Лео, мы с Леной поженились, — сказал я тихо, глядя на часы. Эд с Ромкой опаздывали, и это было для них не слишком характерно.

— Что? — заорал Демидов. — Дима, ты с ума сошёл! Это уже вообще ни в какие ворота не лезет! — я недоумённо посмотрел на него. — Это событие должно было стать событием года! А ты мало того, что женился почти тайком, так ещё и утаил такие подробности от своего друга, больше чем друга, от своего родственника! Это просто невыносимо, — и Лео приложил руку ко лбу. — Мне что, вообще, нельзя вас из вида выпускать, чтобы не оказываться раз за разом в таком жутком положении?

Он не успел развить эту тему, потому что в этот момент раздался хлопок, и прямо перед столом появились Роман, убирающий свой преобразившийся артефакт в карман, а также Эдуард с Ольгой. Я долго рассматривал слегка побледневшую секретаршу Романа.

— Неожиданно, — протянул я и посмотрел на Эда, но тот только улыбнулся краешком губ. — Ну, хорошо, что не беременная проститутка. Оля, — я поднялся и протянул ей руку. — Присаживайтесь, и добро пожаловать в Семью. Или об этом ещё пока рано говорить? — спросил я у Эда, но он снова промолчал, пожав плечами.

— Когда я говорил, что обед будет неформальным, я вовсе не это имел в виду, — послышался у меня за спиной сдавленный голос Гомельского, а потом до меня донёсся резкий запах сильного успокаивающего, перебившего даже запах гари.

Так, стоп! Какой запах гари? Я присмотрелся к своим родственничкам и почувствовал, как мои глаза сами собой расширяются. Они были растрёпанные, на щеке у Эда красовалась царапина, а на лбу у Ольги виднелся чёрный мазок сажи. Ромка выглядел так, словно попал в ураган, и от них всех несло гарью. Глядя на них, даже Лео перестал стенать, а Лена с Вандой смотрели на это явление огромными глазами. При этом Ванда даже не замечала, что сидевший у неё на руках Гриша потянулся к её заколкам.

— Чем вы занимались те два часа, пока я вас не видел? — протянул я, переводя взгляд с одного на другого, периодически задерживая его то на царапине Эда, то на пятне на лбу у Ольги.

— Мы Гильдию сжигали, — почему-то ответила за всех именно Оля, спрятавшись за спину Эдуарда.

— Что вы делали? — я моргнул и сел на место. — Ванда, Грише не опасно твои заколки вытаскивать? — спросил я, переводя взгляд на Вишневецкую. Она словно опомнилась и принялась ворковать с мальчиком, уговаривая его не трогать гадость. Я же указал на стол. — Садитесь, что вы стоите? Похоже, нас ждёт просто незабываемый обед.