Глава 5

Ситуация стала немного меня удручать — я нахожусь в каменном зале, из которого мистическим образом пропал вход и нет ярко выраженного выхода, а мой напарник, вероятнее всего, остался по ту сторону стены. Мы с Миндартисом сейчас были в примерно одинаковой ситуации, только у меня еще не работала связь и имелись медузки с рыбками. В принципе, мне будет не так одиноко здесь, как горделивому, но безопаснее ли? Не знаю. Если все плохо, и я застряла тут надолго, то точно не умру с голода.

Вновь попробовала связаться с коллегами и Миндом, но безрезультатно. Сидеть на месте и ждать чудесного спасения было глупо — Минд умен, но не всесилен, а использовать магию, чтобы образовать дыру в стене чревато обвалами. Чтобы оставить свои следы я оставила на булыжнике блокнот из водонепроницаемой бумаги. Там все равно не было ничего важного и того, что могло бы мне пригодиться в ближайшее время, а если найду выход, то заберу его позже.

Не став долго раздумывать, я направилась к потолку, куда и направлялись все медузы. Там я обнаружила очень и очень узкую трещину, которая вела в какой-то другой туннель. Медузки сжимались и просачивались через нее. Из этой же трещины был слышен вой и скрежет камней. Однако этот путь мне не подходил — я туда попросту не пролезу, да и не стоит лезть к медузам и мешать им.

От этого небольшого прохода мне пришлось отступить. Я хотела осмотреть весь потолок в надежде найти подобные, но более широкие ходы, которые нельзя заметить со дна. Я действительно обнаруживала какие-то трещинки, но они были еще меньше. Я несколько раз оплыла весь зал, понимая, что правда не могу найти чего-то, что могло бы решить ту ситуацию, в которой я оказалась. После долгого дня в мышцах ощущалась слабость, а руки после каяка и вовсе сильно болели.

Немного передохнув, я решила не отступать и попробовать немного другой способ. Я морская эльфийка или как? Сняв комбинезон, я сразу же взбодрилась от прохладной водички, и передвигаться без лишних килограмм стало значительно легче. Ступив босыми ногами на камни, я невольно улыбнулась от того, что водоросли щекочут ступни. Медузы приостановили свой ход и вновь заинтересованно приблизились ко мне, заводив хоровод. Это было тем, что мне нужно. Сняв с лица кислородную маску, я широко раскинула руки в сторону, пытаясь притянуть к себе потоки магии. Да, тут ее нет. Но есть медузки, которые при правильном контакте будут готовы поделиться ею со мной.

Я прикрыла глаза, чувствуя в каждой из медуз частичку магии. Светлые эльфы могут найти уединение и покой в лесах, я же пыталась «раствориться» в прохладном течении и попросить медуз о небольшом одолжении. Точнее о сделке. Мне нужно было немного их магии в обмен на мою, которая здесь не работала. Лишь чуть-чуть сил, которые бы позволили мне сделать расщелину в потолке немного больше и послать магический сигнал, просящий о помощи. Однако я понимала, что такая сделка навряд ли будет выгодна для них.

Подводные обитательницы раздумывали и сомневались, кружа вокруг меня, постепенно то сужая, то увеличивая круг. Ничего не вышло, будь это просто медузы, но так как они были чем-то схожи с Глапуроном, то мне приходилось терпеливо ждать их ответа. Тогда, когда воздух в легких начал заканчиваться, я почувствовала небольшой прилив энергии. Не все медузы откликнулись на мой просьбу, но я была рада, что мои нити сил и тесно связанные с природой эльфийские корни смогли убедить хоть и некоторых поделиться со мной магией.

Нырнув на дно, я подобрала кислородную маску и волной магии выразила медузкам свою признательность. Полученная энергия отличалась от привычной и должна была сработать в столь аномальном месте. Я, стараясь расходовать столь ценную магию экономно, отправила магический сигнал со своими приблизительными координатами с небольшим сообщением. Я предупреждала коллег, если они все же получал весточку, что я попробую найти выход через другой зал. После этого я вновь направилась к каменному потолку. Без комбинезона я действительно чувствовала себя намного свободнее. Теперь медузы понимали мои мотивы и не стали препятствовать тому, чтобы я воспользовалась их проходом. Любое неверное действие могло вызвать обвал, так как в каменном зале все держалось на добром слове и святых духах, а потому я очень аккуратно попробовала магией расширить расщелины, по кусочкам ломая камни. Мне хватило трех камней, чтобы я кое-как да пролезла в зал над нами. Медузки терпеливо ждали в сторонке и не мешали, лишь иногда неодобрительно пуская пузыри, когда их задевали падающие обломки. Пришлось вновь извиниться перед ними за предоставленные неудобства.

Втянув живот настолько сильно, как только могла, я пролезла в потолочную скважину. Поцарапалась, конечно, но это мелочи. Как только я смогла оглядеться, то была поражена от того, что увидела и счастлива от того, что взяла с собой монофот.

Это был каменный зал с более высокими и ажурными колоннами. Правда, он, в отличие от предыдущего, не был разрушен. Вокруг было много рыбы, моллюсков и медуз, которые сновали по своим делам. От них всех излучалась приятная магия, подобная той, что со мной поделились жительницы предыдущего зала. Но главным было не это. В центре лежала гигантская мурена, которая обвивала собой какое-то каменное сооружение. Она то и дело грозно рычала. Эхо отражалось от каменных стен и было слегка громковатым. Вокруг нее плавали рыбы смешанных оттенков: фиолетового, желтого и зеленого. Это был вид, который мы назвали Глапурон. Они были повсюду и создавалось ощущение, что они старались угодить этой мурене. Какие-то особи подтаскивали ей водоросли, другие накладывали побольше камней на строение в центре. Мою персону пока что не заметили, и я старалась не привлекать к себе особого внимания, чтобы не нарушить процесс работы. Я, конечно, очень люблю мурен, но я не уверена, что я точно также понравлюсь этой милашке, которая занимает четверть всего помещения. Теперь вопрос, кому принадлежали ходы в тех туннелях, что мы исследовали, плавно отпадал. Не хотелось бы встретить змейку на своем пути во время исследования.

Я старалась передвигаться медленно вдоль стен, чтобы не привлекать к себе внимания. Я хотела найти выход или то, что может быть походить на него, но этот зал ничем не отличался от предыдущего. Однако в какой-то момент ко мне подплыл Глапурон, обплыл меня один раз и задумчиво посмотрел, словно интересуясь тем, что я здесь делаю. Так как вид был разумен, то я потоками магии постаралась передать свои эмоции, рассказать об исследовательской экспедиции и том, как оказалась здесь. Рыба немного насторожилась и куда-то отплыла. Через несколько минут вокруг меня кружили уже три более крупных рыбы, примерно такого же размера, что жил в нашем научном центре.

Рыбы, которые сейчас, по-видимому, определяли мою судьбу, были в явном смятении. Им было нужно как можно скорее принять какое-то решение на мой счет, потому что мурена недовольно рычала и ее недовольство продолжало нарастать. Мысль о том, что меня могут пустить на обед или хорошую закуску, также посещала меня, но я старалась мыслить в позитивном ключе настолько, насколько мне позволяла ситуация.

В конце концов, мои опасение подтвердились и рыбы подтолкнули меня к мурене, которая почти заснула от всеобщей суеты. Глапурон подплыл к ней и нагло стукнул ее хвостом по лицу, пытаясь ее взбодрить. Подобное ей, кончено, не понравилось и она вновь грозно зарычала, оглушая своим ревом.

Когда она успокоилась, то вид что-то объяснил ей беззвучными движениями рта. За этим было очень интересно наблюдать и я старалась не пропустить ни одной детали. Сейчас я нахожусь в том месте, где мог бы родиться ни один десяток научных статей и исследовательских работ.

Мурена ненадолго задумалась, сладко зевнув и продемонстрировав свои зубки-иголочки, которые были немного загнуты назад. Она осмотрела меня оценивающим и пронизывающим взглядом. Фиолетовые глаза с нежно-бирюзовыми прожилками были большими и очень красивыми, а ее угольная кожа с лиловыми крапинками переливалась на свету. Спинной плавник, который тянулся вдоль всего тела, был белым и весьма выделялся на фоне общей цветовой гаммы. На ее фоне я была лишь букашечкой или мелким планктоном, который и за еду-то не годился. Мурена вновь зевнула и обвила меня в кольцо, немного сжав. Так как вся ее кожа была покрыта слизью, то мне стало немного неприятно от подобного прикосновения к открытым участкам тела.

Мурена, продолжая крепко держать меня, подплыла к одной из стен зала и, порывшись в зарослях водорослей, который там росли, достала какой-то обломок большого камня. Крепко взяв челюстями обломок, она бросила его в стены зала, от чего камень раскололся, а в стене, куда он попал, появилась воронка с ярким белым светом. Воронка была точно такой же, через какую мы с Миндом попали сюда.

Мурена что-то прорычала мне и отпустив, подтолкнула меня к воронке, давая понять, что мне пора уходить отсюда. Я была приятно поражена тем, с чем столкнулась, а потому вновь послала обитателям зала свою благодарность и, не заставляя всех ждать, направилась к воронке, которая засосала меня.

Когда я открыла глаза, то поняла, что нахожусь в том самом туннеле, где мы с Миндом оставили каяк. Однако теперь ни в одной из стен не было решетки с ярким светом. Каяк все еще был на поверхности, а потому я немедленно всплыла со дна.

— Миндартис! — радостно воскликнула я, увидев, что горделивый сидит в каяке и набирает в сумку контейнеры для проб.

— Что случилось? — немного напрягся Минд и широко раскрыл глаза. — Где твоя одежда? Ты так сильно головой об камни ударилась? Замерзла же совсем, — недовольно шикнул на меня Миндартис, помогая забраться в каяк. — Что случилось за те пять минут, пока меня не было?

— Пять минут? — переспросила я, понимая, что Минд явно ничем не обеспокоен и, кажется, даже не понимает, что с нами только что приключилось. — Ты не искал меня? — решила уточнить я напоследок.

— Я ушел чтобы убрать капсулы и взять новые контейнеры, а ты осталась в каменном зале. С чего бы мне искать тебя? Я только вынырнул на поверхность, — хмурясь не меньше меня, рассказал эльф свою версию событий.

Я сделала глубокий вдох уже совсем иначе оглядывая тот туннель, в котором мы оказались. Минд принял решение закончить исследование на сегодня и отправиться на субмарину, чтобы согреть меня и обработать мои некоторые порезы и ушибы. Пока Миндартис активно работал веслами я рассказывала ему о том, что произошло и о том времени, которое я провела в каменных залах. Чем больше Миндартис меня слушал, тем больше его лицо вытягивалось. Пока мы плыли к субмарине, Миндартис вызвал семью Рэнэ, прося их приплыть к нам.

На субмарине мне дали теплый плед и кружку горячего чая. Я не чувствовала себя настолько уж замерзшей, но дрожь по телу говорила сама за себя и была не согласна со мной. Миндартис не говорил мне ничего, давая до прибытия госпожи и господина Рэнэ отдохнуть. Минд лишь подметил, что я умница, раз мне удалось выбраться оттуда целой и невредимой. Исследования сейчас интересовали Миндартиса в самую последнюю очередь.

До прибытия наших коллег я даже успела немного подремать в субмарине. Когда проснулась, то увидела, что все уже в сборе и сейчас с необыкновенной оживленностью рассматривают кристаллы записи с моей внутренней одежды и снимки с монофота. Их действительно впечатлило то, что они увидели. Пока я дремала, было также принято решение возвращаться на главную подлодку, чтобы осмыслить все полученные результаты и хорошенько всем выспаться. Коллеги предлагали мне поспать во время дороги, но я отказалась, желая лично рассказать госпоже и господину Рэнэ то, что со мной приключилось. Пока я помнила все детали и подробности, то сделали множество записей и пометок. Сейчас практически все вопросы прояснились: туннели и кто их сделал, где находится вид Глапурон и чем они занимаются в этих пещерах, почему и чем была оглушена одна из рыб. Однако были некоторые и нерешенные задачи, связанные с неопознанными видами и самими рыбами, как разумными существами, владевшими магией. Проходы и каменные залы подводных пещер, чьи входы и выходы изменяются по желанию их обитателей также немного меня волновали. Возможно, мне просто повезло и мне попалась понимающая мурена, которая помогла вернуться. Но вдруг таких залов и пещер здесь намного больше, чем может показаться на первый взгляд? Все виды будут так доброжелательно настроены?

— Стоит ли нам уведомить обо всем случившемся высшее начальство? — задумчиво наклонил голову набок господин Рэнэ.

— Однозначно стоит, — кивнула я и усмехнулась. — Но не сейчас. Если расскажем о чем-то подобном, то уже сегодня нас вернут домой под предлогом повышенной опасности.

— Полностью согласна с Итарильдэ, — поддакнула госпожа Рэнэ. — Вместо нас сюда приедут стражи, которые ничего не знают и не понимают — сделают только хуже.

— Я полагаю, что нам не стоит отклониться от плана, — подал голос и Минд. — Продолжим исследование пещер и будем пристально следить за появлением подобных «воронок» и мурен. Данные о случившемся представим администрации после экспедиции в общих отчетах.

— Согласен с вами, господин Норген, — поддержал его коллега. — Отправимся в пещеры тогда, когда госпожа Ангрэ отдохнёт и наберется сил, — мужчина с улыбкой взглянул на меня. — Удивлен, что виды не реагировали на твою кровь и ранения, — подметил исследователь, указывая на мои ссадины.

— Я не припоминаю, чтобы они сильно кровоточили. Я заметила их уже тогда, когда оказалась в каяке, — пожала я плечами, признавая, что в каменном зале было полно хищников. — Может быть, я слишком мелкая добыча для них? По крайне мере, для мурены, — пришлось подметить мне.

— Поведение животных с твоего кристалла записи будет отправлено в столицу на экспертизу, когда мы вернемся, — проговорила госпожа Рэнэ, а я прищелкнула пальцами:

— Именно! Именно поэтому мы должны изучить все материалы и сделать копии прежде, чем «ведущая столичная лаборатория», у которой даже не выхода к морю или океану нет, заберет все образцы себе, как и заслуги этой поездки.

— Госпожа Ангрэ права. Как это было и три года назад, при обнаружении десятка затонувших кораблей, которые охранял гигантский кальмар, как свои трофеи, столица заберет все лавры себе, указав нас в самом конце как тех, кто лишь «содействовал в исследовании», — поддержал меня господин Рэнэ, который сам неоднократно сталкивался с подобной несправедливостью. — Господин Норген, — мужчина повернулся к нему, — вы, как исследователь не должны оставаться равнодушны к подобному. Мы писали жалобы в административный отел в прошлом месяц, еще до вашего приезда. Вам мы советуем также подписать ее, если не хотите остаться лишь с одним хвостом от целой рыбки, — строго сказал господин Рэнэ, а Миндартис понимающе кивнул.

— Я прекрасно знаю, о чем вы говорите. До меня также доходили слухи, что столичные исследователи слегка злоупотребляет своей квалификацией. Центр уже получал от нескольких университетов подобные жалобы. По мои данным, проблемы стараются устранить путем смены кадров, — дал нам краткую справку Миндартис. Я лишь пожала плечами — все покажет время и тот результат, который нас ждет.

Когда мы вернулись на главную лодку, то разошлись по каютам. Сон в субмарине перебил усталость, а потому я не смогла уснуть. Да и руки продолжали болеть.

— Не спишь? — удавилась я, выйдя из кают в небольшую комнату-гостиную и увидев там Миндартиса.

Расположение кают на этой подводной лодке отличалось от всех других. Была общая комната, из которой можно было пройти в две каюты. В общей комнате был холодильник, письменный стол и даже небольшой микроскоп. В общем. В каюте было все необходимое для комфортного проживания и работы. Сами лаборатории располагались на другом этаже. Путем расселения мы с Миндартисом жили в смежных каютах.

— Слишком много впечатлений за последние сутки, — устало улыбнулся Миндартис, откладывая книгу, которую он читал сидя в кресле. — А ты почему не заснула? — поинтересовался эльф, жестом предлагая занять мне соседнее кресло.

— Наверное, я неплохо подремала в субмарине. Думала, когда приедем просплю до самого утра, но не выходит заснуть, — объяснила я Минду, поджимая колени к груди. — Раз мы не спим, то, может быть, нам стоит заняться работой? — с воодушевлением предложила я.

— Итари, — Минд рассмеялся, — ты не успела выбраться из пещеры, как вновь начинаешь говорить о работе. Ты здесь на неделю, еще успеешь заняться делами.

— Разве тебе не хочется побыстрее проверить все те находки из пещер? — продолжала я настаивать на своем.

— Конечно, хочется, но не в такой час, — резонно подметил он, указывая на настенный часы. — Начнем работать после того, как поспим, — вновь покачал Минд головой. — Я не настаиваю, но и тебе советую так поступить. Поешь, попей чай, почитай хорошую литературу или поболтай со мной о чем-нибудь, — предлагал Минд альтернативы времяпрепровождения.

— Звучит действительно заманчиво, — улыбнулась я, понимая, что действительно не отказалась бы от очередного перекуса. — Тогда я действительно попью чай и проверю свои записи и заметки, которые я сделала при исследовании Глапурона в лаборатории. Возможно, я смогу найти что-то новенькое.

— Как скажешь, — покладисто сказал Минд, вставая с кресла. — Сиди, — жестом остановил он меня, — я сам сделаю тебе чай. Ты заставила нас немного побеспокоиться, — он покачал головой, доставая чайные пакетики из небольшой коробочки. — Я сделаю тебе чай на свой вкус, не возражаешь? — уточнил Миндартис, а я покачала головой.

— Я тоже беспокоилась о том, как вы будете искать меня, но оказалось, что вы даже не поняли случившегося, — усмехнулась я, поудобнее устраиваясь в кресле. — Какие у тебя впечатления после первого дня экспедиции? — широко улыбнулась я Минду, подметив. — Это явно не то, что ты ожидал.

— Однозначно, — согласился эльф. — Начнем с того, что до недавнего собрания я вообще не был намерен ползать по бесконечным пещерам в поисках необыкновенных находок. Я бы отказался от этого, если бы ты не вызвалась.

— Скажешь, что мне «не сидится на месте»? — предположила я, когда Миндартис почему-то замолчал. — Причем здесь я? Господин Рэльд убедил тебя отправиться на данный квадрат исследования, а не я.

— Если бы ты не предложила свою кандидатуру, то и мне бы не пришлось соглашаться, поэтому ты отчасти также в этом замешана, — извернул ситуацию Минд так, чтобы опять выставить меня крайней. Это забавляло. — В коллективе больше нет тех, кто мог бы составить компанию исследователя и быть полезным именно тебе, поскольку ты своим энтузиазмом можешь десятерых заменить.

— Приятно слышать похвалу моей работе, — широко улыбнулась я, благодаря горделивого, когда он поставил кружку и тарелку с бутербродами на журнальный столик передо мной.

— Я не часто хвалю кого-то кроме себя, поэтому хорошенько запомни этот день, — в привычной самодовольной манере Минд хмыкнул, но волосы поправлять не стал. Это порадовало.

— Время идет, а ты не меняешься, — пробормотала я, рассматривая Миндартиса. — Сколько времени прошло с нашего знакомства? — внезапно заинтересовалась я. — Месяц?

— Чуть меньше, — не согласился с предположением Миндартис. — Я посмотрю, когда я пришел в нашей центр и назову тебе точную дату. А что? Влюбленные парочки отмечают месяц с момента знакомства, а что отметим мы?

— Мы ничего не будет отмечать, — тут же запротестовала я. — Просто так спросила.

— Просто так ничего не бывает, — нравоучительно изрек горделивый. — Тогда я сам назначу какое-нибудь событие или мероприятие на день нашей первой встречи. У нас накопилось множество воспоминаний и моментов, которые можно вспомнить.

— Например, первую встречу и экскурсию, — подсказала я Минду, улыбаясь. Сейчас все те препирательства вызывали только приятные воспоминания.

— Тебе смешно? Знаешь, как я испугался, увидев тогда ту крысу на мусорке? — тут же встрепенулся Минд. — Ты не представляешь, на что я был готов, когда узнал, что это иллюзия, о которой ты «забыла» мне сказать, — тут же напал на меня эльф, ухватившись за ту ситуацию.

— Не понимаю, о чем ты, — рассмеялась я, сделав вид, что понятия не имею ни о какой иллюзорной крыске. — Спасибо за чай, — вновь поблагодарила я Минда, уже почти допивая напиток. — Знаешь, Минд я не думала, что мы с тобой так хорошо сработаемся.

— Я уже давно подметил, что в работе мы идеально совместимы. Подумай о том, чтобы написать со мной парочку статей, — подмигнул Минд, вновь присаживаясь рядом.

— Если быть честной, то я не очень люблю работать в команде, — уклонилась я от предложения.

— Правда? Если ты передумаешь, то мое предложение всегда в силе, — предупредил меня эльф, а я согласно кивнула. Может быть, когда-нибудь я этим воспользуюсь?

После приятного разговора и чаепития я предприняла очередную попытку уснуть. На сей раз у меня это получилось. Проснулась я около полудня, хотя рассчитывала поспать как минимум часов до трех или четырех дня. Но оно было и к лучшему.

Миндартиса в соседней каюте не было, а потому я сразу же отправилась в главную лабораторию, чтобы присоединиться к исследованиям. Кончено, у нас есть отдельная команда, которая сортирует образцы и работает с ними, но кто откажется от помощи?

Миндартис и семья Рэнэ уже были там. Я поздоровался с коллегами и с группой лабораторных исследователей в белых халатах, с эмблемами нашего центра. Все они были преимущественно из отдела Миндартиса, но я увидела парочку хорошо знакомых и мне лиц. Приятно было видеть коллег по отделу.

Работа в лаборатории шла полным ходом и было несколько сотрудников с других лодок, которые привезли сюда уже изученные образцы и сейчас сновали без дела, собирая различные сплетни. Выгнав тех, у кого не было весомой причины находиться в лаборатории, принялись за исследования. Лучше всего работа продвигается в тишине или же при неторопливой беседе, но уж точно не тогда, когда вокруг снуют любопытные сардины.

Миндартис уже успел провести анализ воды из каждого туннеля. В некоторых состав немного различался, имея незначительные примеси солей. Также в воде некоторых переходов чувствовались следы магии, которые оставляли обитатели. Так мы понимали, какие туннели были абсолютно безжизненными, а какие имели с большой вероятностью скрытые «воронки».

Господин Рэнэ еще вчера связался со своим хорошим знакомым-археологом и отослал ему некоторые из снимков. В том числе и копию черепахи, что весела над одним из входов. Пожилой эльф, который был специалистом в области быта и культуры древних цивилизаций, почти сразу откликнулся на просьбу друга и уже сегодня выслал нам собственное заключение. По его оценке, за стопроцентную достоверность которой он не мог ручаться, раньше подобные пещеры использовали мореплаватели в качестве складов и мест остановок для судов. Это объясняло нахождение каких-либо ящиков и древесины там, однако у меня возникал вопрос о надобности колонн в этих залах. Меня вообще в какой-то момент посетила мысль, что обитатели пещер могли сами себе сделать ремонт и построить все необходимое сооружение. Пришлось спустить себя с небес на землю: то, что вид Глапурон разумен и может перетаскивать камни, еще не значит, что они могут заниматься профессиональным строительством. Археолог, помимо всего прочего, добавил, что в древности было бы достаточно проблематично построить что-либо под водой, особенно такие залы, а потому есть вероятность того, что конструкция оказалась под водой уже после постройки. С этим я была согласна.

У нас, конечно, было много и своих версий того, как же так вышло и почему рыбки теперь хозяйничают в этих залах, но наша работа заключалась далеко не в этом. Анализ медузок и других обитателей пещеры — вот, что было по-настоящему важным. Медуза, сидя в капсуле, не проявляла каких-либо эмоций и терпеливо ждала своей очереди. Мы должны были провести стандартную процедуру осмотра — взвесить ее, сделать записи о внешнем облике, взять немного ДНК для анализа, который бы позволил определить наиближайшее совпадение с каким-либо видом или же родом. Такая процедура упрощала всю дальнейшую работу, поскольку мы уже могли опираться на какие-то изученные факты и данные.

Медуза в какой-то степени содействовала нашим исследованиям, а потому, когда речь зашла о ДНК, а мы даже не придумали как безопаснее для медузы это сделать, она откинула один свой из щупальцев и подтолкнула его в нашу сторону. Это было поразительно и в дневнике сразу же была сделана еще одна пометка, связанная с конечностями медузы. Обычные виды, насколько мне известно, на такие «пожертвования» не были способны.

Осторожно поместив щупальце в ячейку для анализатора, я запустила систему, вливая в него свои потоки магии, которые успели восстановиться после сна. Мне предстояло провести весьма кропотливую работу: система отсеивала неподходящие рода других известных науке животных, но там, где различия были минимальны анализатор уже не справлялся без посторонней помощи. Мне предстояло сравнивать ДНК полученной медузы с частицами других животных, занесенных в базу. Это чем-то напоминало мне игру, в которой из двух картинок нужно было найти десять отличий. Механизм работы был в чем-то схож. Спустя полтора часа моей кропотливой работы у анализатора, у меня было итоговое заключение. Вид медуз имеет очень близкое родство с одним нам уже известным и весьма ядовитым видом Шэлэс. Они обитают на больших глубинах и их случайное прикосновение может убить даже крупных рыб. У таких медуз определённо нет конкурентов или же врагов. Наш вид, как показал токсикологический анализ, тоже имел примесь ядов того же состава, но в других пропорциях и концентрациях. Было бы хорошо иметь кого-то, на ком было бы можно проверить действие от щупалец медуз. Подобным мы, конечно, никогда не занимались, и наука опиралась на несчастные случаи, но сегодня в качестве очевидицы была я и мое тело. Уже будучи в подводной лодке и принимая душ, я обнаружила на теле тоненькие полосы ожогов. Может и не специально, но мы с медузкамми все-таки встретились и соприкоснулись. Полосы лишь немного чесались, но для случного прикосновения это было естественно. Положив меня на исследовательский стол, коллеги сделали несколько снимков ожогов на ногах и спине.

— Если бы ты не сняла защитный костюм, то ничего бы этого не случилось, — подметил Миндартис, так же рассматривая меня и мое тело. — Знаешь, Итари, я и раньше это подозревал, но теперь тебе точно не стать «Госпожой Долин». Ты же знаешь, что на конкурс красоты не берут девушек со шрамами?

— Господин Норген, имейте совесть, — шикнула на него госпожа Рэнэ и уверила меня. — Не волнуйтесь, Итарильдэ, хорошее лечение и от ожогов и порезов и следа не останется. Ни одного шрамика не будет, — с нажимом повторила она, неодобрительно взглянув на Миндартиса, который весьма неудачно пошутил.

— Даже если останется, то мне спину не видно, — улыбнулась я, чтобы как-то подбодрить госпожу Рэнэ. У меня создавалось впечатление, что она переживает за меня и мое здоровье больше, чем я сама.

— Согласен, — поддакнул господин Рэнэ. — Она немного поцарапалась и получила пару ожогов. С кем не бывает? Зачем устраивать трагедию из-за сущего пустяка? И ни на какой конкурс красоты мы, господин Норген, госпожу Ангрэ не пустим. Умные и талантливые женщины не должны ходить по всяким сомнительным мероприятиям, — изрек мужчина, подавая мне отчет его исследования. — Те обломки древесины, что вы нашли, принадлежат тропическому дереву. Луан, если это вам о чем-то говорит. Остров с подобными деревьями расположен примерно в пятидесяти километрах отсюда.

— Я полагаю, что это опять-таки связано с тем, что раньше там был склад, — пробормотала я, понимая, что данная информация ничего не проясняет.

— С большой долей вероятности, — кивнул мужчина. — Я полагаю, что сегодня нам не стоит спешить. Нужно провести это день в лаборатории, а после вернуться в пещеры. Возможно, нам стоит вновь поискать каменные залы и спрятанные ходы. Рыбы обладают достаточно странной и незнакомой нам магической силой, но когда-то там жили и эльфы, которые должны были перемещаться без помощи подобных, уж позвольте мне так выразиться, фокусов.

— Склад очень старый и в нем случалось множество обвалов, — подала голос госпожа Рэнэ. — Да и судя по снимкам Итарильдэ, никаких иных способов зайти и выйти в зал нет. Только эти «воронки».

— Я полагаю, что у нас есть тот, кто может решить эту проблему, — встрял Миндартис и кивнул на медузку. — Почему бы нам не выпустить ее в пещере и не проследить за тем, куда она направится?

— Идея неплоха, будь она просто медузой, но все зависит от того, кем она считает нас: союзником или врагом. Она может привести нас к каменным залам с то же вероятностью, что просто завести в тупик. Если бы я была на ее месте, то навряд ли бы позволила вторгнуться в свое жилище и уж тем более добровольно привести к нему, — высказала я свою точку зрения.

— Итари, не все медузы имеют скверный характер, — подметил Минд и добавил. — Заметь, я говорил исключительно о медузах, а не о тебе, поэтому не принимай это на свой счет. Она отдала нам щупальце по каким-то собственным соображениям, а мурены и рыбы вовсе открыли тебе воронку, отправив домой. Не похоже, что мы представляем для них какую-то угрозу.

— Вы оба правы, — приостановил нашу дискуссию господин Рэнэ. — Но нам так или иначе нужно что-то сделать, и господин Норген действительно предлагает дельные вещи. Не в обиду вам, госпожа Ангрэ, — почтительно кивнул мне исследователь. Я ни капли не расстроилась и даже не собиралась этого делать.

Когда все насущные вопросы были решены, а план на завтрашний день готов, мы принялись за анализ тех проб и контейнеров, что еще остались. Ничего интересного в составах нам не удалось обнаружить. Мы лишь подтвердили тоже, что уже и так было ясно: проходы с гладкими стенками действительно принадлежали мурене. На том небольшом количестве породы, что мы взяли обнаружились частицы ее слизи, которая полностью покрывает кожу. Частицы слизи были отправлены на отдельный анализ в соседнюю лабораторию.

Когда со всеми делами было покончено время медленно, но верно близилось к полуночи. Сегодня мы сделали если и не всю ту работу, которую можно было бы растянуть на неделю, то большую ее часть. Сотрудники лаборатории, конечно, были очень рады нашей помощи и ассистированию, лишние руки профессионалов никогда не повредят работе. Да, у нас еще будут какие-то образцы для исследований, но уже не в том количестве, которое мы привозим на подлодку в первые дни экспедиций.

Было решено поспать и по утру, часов в шесть, отплыть обратно в пещеры. Пока мы должны были отдыхать, наши технические специалисты занимались проверкой оборудования. Утром нам сообщили, что у всей подлодки сбились устройства и какие-то приборы. Специалисты ссылались на то, что произошел странный скачок магии, который и до этого фиксировали в этих местах. К счастью, оборудование сильно не пострадало и было восстановлено в кратчайшие сроки.

Сегодня мы не планировали разделяться вопреки вчерашнему происшествию. Зная о владельце гладких проходов, мы решили сегодня не соваться туда и еще немного понаблюдать за разносящимся по пещерам звукам и реву мурены. Мы осматривали те развилки, уровень воды в которых позволял нашей субмарине беспрепятственно перемещаться. Таких путей оказалось предостаточно, но чего-то нового мы не нашли. Единственной особенностью было то, что мы нашли еще один туннель с изображением над входом. На сей раз это была рыба-еж. Если моя память мне не изменяла, то я не могла припомнить их во вчерашнем зале. Однако с большой долей вероятностью подводные обитатели и каменные пластины были совершенно не связаны между собой. Миндартис не поленился переодеться в комбинезон, надеть кислородную маску и выплыть из субмарины, чтобы сделать снимки и копию рисунка.

Внутри этого туннеля также обитали светящиеся ракушки. Сходство этого вида нам не удалось установить уже с кем-то известным и эти прелестные создания оставались для нас одной из тез задач, требующих разрешения. То, что этот проход находился под водой нас весьма порадовало, ведь это избавляло нас от надобности работать веслами и частых погружений. Опустившись на дно туннеля и проплыв его несколько раз, мы убедились в том, что там также пусто. Лишь расщелина в стена, очень похожая на ту, что была в подобном проходе, явно имела не простое происхождение. Здесь мы также установили кристалл наблюдения.

После того как мы сделали все запланированные на сегодня дела, мы вернулись обратно на подводную лодку. Пости в каждом переходе мы расставили кристаллы записи, чтобы проследить за тем, что будет происходить в туннелях в период нашего отсутствия. Медузку мы решили выпустить чуть позже.

На главной подводной лодке я сразу же направилась в лабораторию, чтобы помочь коллегам. Я еще не так сильно устала, чтобы ложиться спать, а в каюте у меня нет никаких дел. Когда уже сами сотрудники намекнули мне, что им бы хотелось бы уже закончить рабочий день, пришлось признать, что мы действительно засиделись в лаборатории больше положенного. Поблагодарив всех за работу, я отправилась в каюту.

Миндартис, как и вчера, сидел в общей комнате и читал какую-то книгу. Название была на каком-то незнакомом мне языке, а интересоваться этим напрямую мне не хотелось.

— Вернулась? — Минд тут же отложил литературу в сторону. — Ты долго, — подметил он, глядя на часы.

— Удивительно, не правда ли? Хоть мы и напарники и занимается одними и теми же делами, но у кого-то из нас почему-то всегда остается свободное время, — хмыкнула я, проходя в гостиную.

— Что ты хочешь этим сказать? — приподнял брови Миндартис и с улыбкой уточнил. — Намекаешь, что я недостаточно уделяю внимания работе?

— Не суть важно, — пожала я плечами, не желая заострять на этом внимание. — Мы с тобой просто по-разному распределяем время, — подметила я очевидное.

— Справедливо. Не хочешь немного расслабиться? — с хитрецой в глазах уточнил Миндартис.

— Звучит многообещающе, но вовсе не означает то, что твоя идея мне понравится. Я подметила, что из всего того, что ты говоришь мне нравится лишь тридцать восемь процентов.

— Почему только тридцать восемь? — тут же зацепился за цифру Минд, позабыв о своей «гениальной» идеи, которую хотел мне предложить. — Куда делось все остальное?

— Пятьдесят процентов того, что слышу — бред, который ты вешаешь девушкам на уши. Те истории с необыкновенным вымыслом: про твое рождение под песню Небес, про то, как ты был разумен не по годам, а в десять лет уже плавал в открытом океане и голыми руками спас кита, который жил на южном полюсе. Это половина. Тридцать восемь процентов мне нравится. Туда входят разговоры о работе и каких-то отвлеченных вещах, когда ты не пытаешься ни перед кем красоваться или проявить себя. Если говорить об этом, то встреча с твоими друзьями запомнилась мне лучше всего. Оставшиеся двенадцать процентов касаются твоих идей и тех предложений, которые мне уже не нравятся.

— Мило, — хмыкнул Миндартис. — Пока я был занят делами, ты вела статистику? Может мне тоже стоит начать делать нечто подобное? — приподнял он брови и решил сменить тему. — Хорошо, Итари. Я запомню то, что ты сказала мне и обдумаю. А сейчас… может сыграем? — эльф достал из-за спины новую колоду карт.

— Сыграть? — я немного призадумалась. Идея мне нравилась, но, зная Минда, все не могло быть так просто. — На что?

— Я бы предложил на поцелуй, но думаю ты не согласишься, — «печально» цыкнул эльф.

— Твои мыслительные способности делают успехи. Еще есть варианты? — я задумчиво наклонила голову набок, пододвигая свое кресло к столу.

— Играть на желание глупо. Если выиграю я, то ты предложишь обнулить одно мое желание на те, которые есть у тебя в запасе. Выиграешь ты — просто скажешь, что в будущем буду что-нибудь тебе должен. Так не интересно.

— Не обязательно что-то ставить на победу, — пришлось заметить мне.

— Тогда пропадает азарт игры, — продолжал Миндартис раздумывать над поставленной задачей. — Может быть на какое-то признание? Знаешь же такую игру, когда нужно говорить какую-то истину на вопрос оппонента или же совершить какое-то действие в обмен? Почему бы нам не привязать что-то подобное к картам? Победитель может задать проигравшему любой вопрос и должен получить предельно честный ответ. Насколько позволяет вопрос, конечно.

— У меня такое чувство, словно ты опять что-то пытаешься провернуть, — пробормотала я, понимая, что у нас какие-то слишком запутанные условия для простой карточной игры.

— Ни в коем случае, — с честными глазам пообещал мне Миндартис, а я решила предупредить его.

— Если тебе нужно что-то спросить, то для этого не обязательно играть в настольные игры, — осторожно произнесла я, пристально следя за тем, как Минд вскрывает новую упаковку.

— Я знаю, что делаю, дорогуша, — усмехнулся он, а я закатила глаза.

— Какая еще «дорогуша»? Лучше карты тасуй как следует, — недовольно цыкнула я, когда несколько карт выпало из колоды. — Минд, я уже слишком хорошо тебя знаю, а потому говорю заранее: если ты будешь жульничать, то это будет наша первая и последняя игра, — я пристально следила за колодой и тем, что карты «случайно» не оказались в рукаве.

— Итари, настоящий эльф никогда не лжет и никогда не мухлюет, — обиженно взглянул на меня Минд и уточнил. — Во что играем?

— В «Жемчужину», — без раздумий выбрала я свою любимую игру. Не знаю, насколько велика была моя любовь к ней, но по моим подсчетам выигрывала я в двух случаях из трех.

— Хороший выбор. Весьма хороший, — одобрительно протянул горделивый, раскладывая карты. — Не знаю, слышала ли ты это выражение, но считается, что жемчужины — это морские слезы.

— Да, я действительно слышала что-то подобное в легендах, — без особого интереса согласилась я, а Минд немного огорчился тем, что фраза была мне не в новинку и не произвела должного впечатления, как могла бы.

Разложив карты, мы начали партию. Суть карточной игры была простой — собрать зеркальную комбинацию карт, которые олицетворяют раковину, и туза в центре, который должен играть роль той самой «жемчужины». Это было не сложно. Побеждал тот, кто собирал подобное сочетание карт раньше соперника. Конечно, задача осложнялась тем, что мы должны были «нападать» друг на друга так, чтобы соперник потерял наиболее ценные карты. В общем, это было довольно занимательно.

По итогу первого раунда я вышла победителем. Для удобства мы порезали немного фруктов, а потому я взяла несколько долек яблока.

— Я считаю, что это хорошее начало вечера, — весело подметила я, оставшись довольной своим последним ходом. — Итак, если следовать тому, что ты сказал, то я должна задать тебе какой-то вопрос, на который бы я хотела получить ответ? — переспросила я у Минда, изогнув одну бровь.

— Именно так, — подтвердил горделивый, все еще рассматривая лежащие на журнальном столике карты. — Я все еще не понял, как ты смогла так обойти меня, — поджал эльф губы и призвал меня к действиям. — Спрашивай все, что будет твоей душе угодно.

— Ладно, — я вздохнула. У меня не было каких-то незаданных Минду вопросов и чего-то того, что не давало бы мне покоя. — Начнем из далека. Ты смотришь футбол? И если да, то за кого ты болеешь?

— Я не смотрю спортивные передачи. Если говорить о спорте, то единственное, что меня вдохновляет: фигурное катание. Его я действительно готов посмотреть в свободное время. Уточняющие моменты? — приподнял брови Минд, собирая разложенные на столе карты в одну кучу. Я же покачала головой — вопросов не было.

В следующей партии по воле судьбы вновь выиграла я. На сей раз я спросила уже нечто более существенное: во сколько фирм и во что именно Минд инвестирует. Это действительно было интересно послушать. Как и было положено, на третий раз я проиграла. Не знаю, в чем была суть подобного, но я уже не первый раз замечала подобные закономерности.

— Итак, Итари, — Минадртис потер ладошки в предвкушении. Я была готова поспорить, что Минд попробует что-нибудь вызнать о Сариэле в лучших традициях всех наших споров и бесед. Но я ошиблась. — Будь какой-то праздник или что-то еще: какой подарок ты хотела бы получить?

— Ну… — вопрос Минда поставил меня в тупик, — мне всегда непросто выбирать подарки, а потому я знаю, как это трудно. Я буду рада любой вещи от своих близких. Также я ценю самодельные подарки, хоть сама редко кого балую подобным. В основном этим занимается Кузнечик.

— Но ты так и не ответила на вопрос. Оставим подарок. Что ты вообще хотела бы приобрести или купить? — подошел Минд к данному вопросу с иной стороны.

— Если быть честной, то я хотела бы купить растровый микроскоп высшей чувствительности для дома. Правда, пока не понимаю, зачем он мне нужен, если офис и лаборатория находятся в трех минутах ходьбы по переходу. Наверное, именно из-за этого я все еще не купила его, — улыбнулась я, будучи искренней в своих словах.

— Справедливое замечание. Но начать собирать домашнюю лабораторию никогда не рано. Ты же не до конца своей будешь жить в общежитии? Когда-то и замуж выйдешь, и семья появится, не думаю, что вы заходите жить там. Я все-таки сторонник того, что частный дом — залог успешной семьи.

— В этом есть доля истины. Я действительно когда-нибудь переезду, но вопрос: когда?

— Если у тебя все сложится с твоим парнем, то знай, что я с радостью получу приглашение на свадьбу, — предупредил меня Миндартис без какой-либо издевки. — Ты должна понимать, что я рассчитываю получить от тебя не только приглашение, но и лучшее место в банкетном зале, — подмигнул мне Минд.

— Что-то мне подсказывает, что если я забуду о пригласительном, то ты найдешь другой способ для того, чтобы попасть на мероприятие, — фыркнула я и раздала карты. — Еще будем играть?

— Разумеется, — с воодушевлением сказал Минд, рассматривая свой набор.

С Миндартисом мы отлично провели вечер, играя в карточные игры. Вопросы помогли обсудить множество интересных тем, и никто из нас не пересекал личные границы друг друга. Мне показалось, что мы с Миндартисом наконец-то смогли наладить те взаимоотношения, которые хотели в самом начале нашей «дружбы» — непринужденное общение по всяким пустякам. Также то, что у Минда пропал интерес к моей личной жизни меня немного удивило, однако в большей степени все же порадовало. Все-таки совместная работа сближает.

Попрощавшись и пожелав друг другу хорошей ночи, мы разошлись по каютам. Завтра должен был быть четвертый день нашей экспедиции, который, по нашим грандиозным планам, должен был принести не меньше плодов, чем первый. По пробуждению нужно было отсмотреть кристаллы, которые вели наблюдение за подводными пещерами всю ночь. Мы не были уверены, что на них могло попасть что-то действительно стоящее. Мы планировали еще раз осмотреть туннели, что так и оставались без нашего внимания, а после этого выпустить медузу и проследить за ней. В наших самых наивных и оптимистичных фантазиях, медузка должна была привести нас к какому-то проходу, о котором мы не знаем, и через который мы могли бы беспрепятственно проплыть в каменные залы, чтобы вновь там осмотреться. Разделяться мы также не планировали, но были готовы поработать веслами и взяли с собой несколько надувных каяков.

***

— Старайтесь не приближаться к ней слишком близко, господин Норген. Держитесь на расстоянии не менее пяти или семи метров, чтобы она чувствовала себя комфортно, — давал господин Рэнэ советы эльфу, который сидел за рулем управления нашей субмарины и следовал за выпущенной нами медузкой.

Мне было очень интересно, куда же эта жительница пещер заведет нас? И могут ли те, кто по каким-то причинам оказался за пределами каменного зала, вернуться назад? То, почему они находились лишь там, я понимала — там обилие мелких рыбок и водорослей. Увы, но такого разнообразия даже близко не было в туннелях. Встретить одинокую травинку на дне казалось чем-то удивительным для нас.

— Сделайте свет наших фонарей меняя ярким и более мягким, чтобы он не оказывал на нее особого влияния. Свет можно приглушить настолько, насколько это возможно, — продолжал исследователь инструктировать Минадртсиса.

Пока мужчины были заняты «преследованием», мы с госпожой Рэнэ следили за тем в каких коридорах и поворотах оказываемся. Наши датчики и радары, по какой-то причине отключились сразу после того, как мы оказались в пещере. Из-за подобной глупости возвращаться обратно и тратить время на дорогу мы не стали, а потому пристально следили за тем, где мы, чтобы не заблудиться. Однако мы были не единственными, кто беспокоился о количестве туннелей — у меня создавалось ощущение, что медуза была дезориентирована пребыванием в водной капсуле, так как порой она поворачивала обратно или могла внезапно изменить направление движения. Нас это не пугало, и мы продолжали следовать за ней. Правда, сейчас нам везло — жительница выбирала достаточно широкие туннели для нашей субмарины. Однако тот момент, когда нам было нужно сменить подводную лодку на каяки все-таки наступил. Глубина прохода резко изменялась впереди.

Медуза, будучи все-таки на нашей стороне, терпеливо ждала, пока мы выгрузим из субмарины два надутых каяка, погрузим на них часть оборудования и взойдем сами. В каяк вмещалось лишь двое. Я еще раз невольно порадовалась, что бесполезные стражи не путешествую с нами и не мешают. От них бы действительно не было здесь никакой пользы.

Когда мы наконец-то уселись по каякам, медуза выпустила пузыри и поплыла дальше. В конце концов, она привела нас в один из ходов мурены, в тот, над которым висел символ черепахи. Я уже догадывалось, куда именно она направится. Внутреннее чутье действительно меня не подвело, и медуза стала опускаться на глубину, давая тем самым знак, что нам пора спускаться следом. По моим предположениям, она собиралась отвести нас к расщелине.

Проверив рабочие комбинезоны и кислородные маски, мы нырнули в воду. Все-таки работать вчетвером было несколько спокойнее. Медуза вновь выпустила несколько пузырей и повела нас к единственной в стене трещине. Когда мы подплыли поближе, то медузка тут же юркнула внутрь. Внутри для нас всех было слегка тесновато. В свете наших фонарей расщелина казалась не такой уж большой и глубокой.

Медузка убедилась, что все вошли внутрь, выплыла наружу, словно убеждаясь в том, что рядом нет кого-то еще и направилась к концу трещины. Стена там была неровная, а с потолка то и дело сыпалась каменная крошка. Медуза без долгий раздумий опустилась к каменному полу, на котором уже лежали некоторые обрушившееся элементы конструкции. Она порылась там и в конце концов зажала в щупальцах какой-то осколок. Судя по угловатым формам и очертаниям, это была каменная фигурка черепахи, пусть немного и не аккуратная. Медузка приложила черепаху к предполагаемому центру стены, от чего каменная плита плавно отъехала. Подобные махинации произвели на нас неизгладимое впечатление.

Наша провожатая вновь выпустила несколько пузырей и проплыла внутрь каменного зала. Каменные плиты, после того, как мы оказались внутрь, вновь заняли свое первоначальное положение. Однако медуза явно позаботилась и об этом. По ту сторону стены, в такой же кучи обломков, лежало что-то похожее на черепаху. С помощью фигурки можно было выбраться обратно. Это открытие поразило нас и открыло для наших исследований самое сердце этих пещер.

Мы очутились в том же каменном зале, в котором я оказалась не так давно заточена. В потолке красовалась трещинка, которую другие медузки позволили мне проделать. На булыжнике по-прежнему лежала моя записная книжка. Однако сегодня в этом зале не было медузок. Наша провожатая, поняв, что сделала для нас все то, что могла, уплыла, давая возможность осмотреться.

Для меня в этом зале уже не было чего-то нового или же неизведанного, но для Миндартиса и супруг Рэнэ это была настоящая сокровищница неизведанного. Меня же в большей степени интересовал зал над нами.

Проведя в зале классический осмотр, потратив на него около двух часов, мы наконец поднялись наверх. К счастью, в нашей компании все были преимущественно худыми и высокими, а потому в разлом пролезли все без каких-либо трудностей. Однако в комбинезоне он был все-таки тесноват нам.

Вопреки моим ожиданиям мурены не было на месте. Я не знала, какой новостью это считать: хорошей или же плохой. Зато мы могли осмотреть не только зал, но и то строение в центре, которому я не смогла уделить должного внимания в прошлый раз. Тогда мурена обвивала его, а рыбы подкладывали камни. Сейчас мне было ясно, что эта конструкция походит на какую-то башню со странными символами вокруг. Каменная башня возвышалась почти до самого потолка. Строительство значительно продвинулась, ведь что-то столь большое я бы точно заметила. Однако предназначение сооружения так и оставалось неясным, как и то, какую ценность оно представляет. Конструкция не казалась кому-либо из нас надежной, а потому мы не рискнули прикасаться к чужому труду.

На некоторых стенах зала мы обнаружили каменные фрески, которые за то долгое время, что находились здесь, заросли мхом и прочей растительностью. Мы с господином Рэнэ острыми камнями срезали заросли, чтобы рассмотреть произведение искусства. Это, кончено, было не совсем тем, чем нам стоило бы заняться, но куда уж нам без здорового любопытства? Как то обычно и бывает, на стенах были изображены не то важные пиршества, не то обряды, которые принадлежали эльфийским кланам.

Так как мурена в зале отсутствовала, то и вся остальная живность куда-то подевалась. Это нас немного расстроило, ведь Глапурон был основной причиной исследования данного квадрата, а все остальное — лишь сопутствующие детали.

Когда мы закончили с осмотром и уже хотели возвращаться назад, то где-то за пределами каменного зада послышался знакомый вой мурены. Почти сразу же кусочки стен отъехали в сторону, выпуская из нор всех рыб. В том числе и вид Глапурон. Когда все обитатели покинули свои «домики», то камни вновь заняли свои места так, словно никогда и не откалывались — создавалось ощущение, что стены здесь монолитны и представлены частью какого-то когда-то большого камня. Но только что нам предоставилась возможность убедиться в совершенно обратном.

Мы тут же оказались в центре внимания рыб. Я была готова поспорить, что к нам вновь подплыли те же рыбы, что подплывали ко мне. Также по их взгляду мне показалось, что они узнали меня. После этого подплыла наша медузка, которая словно появилась из воздуха. И выпустила несколько пузырей. Мы с коллегами переглянулись, не зная, что стоит предпринять сейчас. Почему-то у меня создавалось впечатление, что сегодня нам здесь не так уж и рады.

Рыбы оплыли нас несколько раз и развернулись, поплыв в противоположную от нас сторону. Медузка подтолкнула нас, словно намекая следовать за ними. Нас подвели к стене, к которой также приложили какой-то осколок скалы. Мы оказались в небольшой не то комнатке, не то пещерке. Уровень воды там был ниже, а в потолке красовалась дыра с веревочной лестницей. В пещерке сидела даже на вид старая рыба блеклых оттенков. Она также оплыла нас, а затем взяла какой-то камень и нацарапала на другом какую-то надпись. Символы были смутно знакомыми, но разобрать их я не смогла. Зато поняла, что данный вид настолько опередил в развитии всех остальных, что обладает письменностью. Уму не постижимо… Сейчас это — необъяснимый прорыв в области науки и магии одновременно. Конечно, существуют разумные животные, но чаще всего они подчиняются своему хозяину, который наделяет их частичкой души и магии. Либо же вид Глапурон настолько гениален, либо же есть что-то или же кто-то, кому они подчиняются. Может ли этим «кто-то» быть та мурена?

Пока я раздумывала над данным феноменов, Миндартис активно начал жестикулировать руками. Наш эльф, который знал несколько языков и очень этим гордился, явно знал перевод. Однако жесты были для нас пустым звуком — пантомиму мы понимали плохо, да и не в нашей ситуации было в игры играть. Понимая, что объяснять нам что-либо жестами — бесполезная идея, он также взял камень и нацарапал на нем то предложение, только уже на родном нам языке. Надпись гласила: «Берите из библиотеки все необходимое для ваших исследований и уходите. Обычно мы рады гостям, но Ваше присутствие может помешать ритуалу. Если вы хотите поговорить с предводителем клана, то приходите через две недели после завершения строительства».

Мы с коллегами переглянулись, а Глупурон подтолкнул нас к веревочной лестнице, ведущей куда-то наверх. Судя по всему, именно в библиотеку. Мы уже были готовы подняться наверх, но Миндартис решил использовать тот козырь, которым обладал в данной ситуации. Они стали о чем-то переписываться с Глапуроном, Минд по ходу их «беседы» даже делал некоторые заметки. Мы ничего не могли сделать, а потому послушно поднялись в то место, которое рыбы называли библиотекой.

Так как уровень воды понижался еще в пещере, то в зале выше мы могли снять кислородные маски и обсудить все то, что нам довелось увидеть. В библиотеке было достаточно сыро и влажно, практически все деревянные полки прогнили, а книги были свалены на полу. В этой библиотеке никого не было. Однако в зале было достаточно светло — на потолке красовался витраж, через который проступали солнечные лучи. По моим прикидкам, уже вечерело и от солнца не могло поступать столько света, также учитывая то, на какой глубине мы находимся. Наша магия работала здесь со сбоями, а потому воспользоваться левитацией, чтобы осмотреть витраж и верхние полки мы не могли. Приходилось довольствоваться стремянкой, у которой также, как и у полок, прогнили ступени.

— Я даже не знаю, что нам делать, — пробормотала я, оглядывая несчитанное количество старинных книг и фолиантов. Большинство из них имели обложки из кожи или обработанный коры деревьев, что могло многое рассказать о тысячелетиях их создания. — Мы не сможем унести отсюда все, но и уйти ни с чем было бы глупо.

— Нужно отсортировать книги и выбрать самые «полезные» и «важные», — предложил господин Рэнэ, листая хрупкие летописи.

— Я полагаю, что нам стоит взять отсюда лишь несколько образцов, которые потом передать археологам. Пусть специалисты занимаются своей работой, — не согласилась госпожа Рэнэ с мужем.

— Я думаю это наилучший вариант, — поддержала я женщину, — неизвестно, где мы еще окажемся сегодня. Боюсь, если возьмем слишком много, то груз может помешать нам.

— Тоже верно, — потер господин Рэнэ подбородок, — я просто боюсь, что другой возможности может не выпасть нам…

— Мурена скоро вернется. Если рыбы сказали, что нам стоит уходить, то, возможно, в этом есть доля истины. Давайте сделаем снимки библиотеки и сегодня вечером сообщим об этом высшему начальству и администрации. О таком мы уже не можем умалчивать, — я вздохнула, понимая, что подводные библиотеки уже намного серьезнее, нежели чем какие-то туннели, работающие на магической основе.

— Что ж, тут я полностью согласен с вами, госпожа Ангрэ, — кивнул мужчина, поджав губы. — Все-таки, эти пещеры удивительны. Старинная библиотека, витражи, разумные существа и каменные фрески. Если быть честным, то я бы вновь отправился сюда уже вместе с археологами.

— Если же местные обитатели будут не против, — подметила госпожа Рэнэ, складывая несколько книг в водонепроницаемый рюкзак.

Пока мы осматривались, переговаривались и немного отдыхали, Миндартис провел у рыбы целое интервью. Когда Минд позвал нас обратно вниз, то все камни той маленькой пещерки были исписанные странными символами. Миндартис показал нам свой блокнот и жестом поторопил нас выбираться отсюда. В каменном зале вой мурены нарастал. Мы не задавали лишних вопросов и выбрались из обители так, как нам показала медузка. Миндартиса явно переполняли эмоции, но отвечать на вопросы сейчас эльф отказался, решив объяснить все уже на главной лодке в присутствии других исследователей.

По прибытии мы поспешили переодеться и перекусить, так как в процессе исследования времени на обеденный перерыв у нас не было. После этого мы отправились в главный зал, где к нам присоединились наши коллеги, которые также исследовали данный квадрат местности.

— Данный вид рыб, как вы все уже знаете, не только разумен, но и может поддерживать с нами контакт, при помощи староэльйфиских слогов. В настоящее время они не используются, но многие старые книги и пособия написаны именно на нем. Та особь, с которой мне удалось выйти на контакт, ответила на многие мои вопросы. Согласно тому, что мне удалось узнать, письменностью владеет лишь одна десятая часть. В семействе есть некоторая иерархия, которая определяет работу и навыки той или иной рыбы. Кто-то призван следить за порядком, кто-то прислуживает мурене, кто-то заботится о потомстве и многое другое, — Миндартис рисовал на доске в зале небольшую схему для наглядности собственных слов.

— Значит ли это, что вид Глапурон подчиняется мурене? — встряла я в его монолог, пытаясь прояснить детали.

— Отличный вопрос, Итари! — воскликнул Миндартис и принялся воодушевленно рассказывать. — Если я все верно понял, то все совсем наоборот. Вид Глапурон вырастил мурену для особого ежегодного ритуала. Сейчас они прислуживают ей, чтобы немного задобрить. Этот ритуал они проводят для рождение потомства. Рыбки вылупляются только после сильного магического всплеска и впитывают в себя его частицы. По моим предположениям, именно из-за этих частиц в их генах происходит мутация и они могут изменять магический фон. Поэтому мурена в этих пещерах вовсе не та, кого бы стоило опасаться. У вида существует кто-то вроде вожака или главаря, как и в любой группе особей. Увы, но узнать подробнее о нем мне не удалось — особь отказывалась отвечать на вопросы, связанные с этой темой. Строительство той башни также предназначено для ритуала. Та рыба призвала нескольких вожаков, и они согласились сотрудничать с нами и другими исследователями, что навестят их пещеры позже. Они попросили не проходить в залы и не тревожить мурену, иначе это может помешать ритуалу и новое потомство может не вылупиться. На этом вроде бы все, — Минд несколько устало плюхнулся на стул. Все исследователи обдумывали услышанную информацию.

— Я полагаю, что мы за эти несколько дней узнали даже больше, чем планировали, — покачала я головой. — Возможно, нам стоит прислушаться к ним и не заходить в каменные залы в ближайшее время. Они весьма вежливо и настойчиво попросили об этом. Спасибо, Миндартис. Без тебя мы бы навряд ли узнали все это, — я признательно кивнула эльфу, а господин Рэнэ усмехнулся:

— Госпожа Ангрэ, вы немного преувеличиваете заслуги господина Норгена в этом вопросе. Мы бы всегда могли вызвать специалиста по староэльфийским слогам и решить эту проблему. Но вы действительно неплохо справились, — все-таки не поскупился господин Рэнэ на комплимент горделивому. Миндартис же улыбнулся ему, стараясь не слишком гордиться собой в данной ситуации.

— Благодарю вас, но и вы проделали не меньше работы. Боюсь, без вас и вашей супруги нам не удалось бы проделать тот объем работы, что нас ожидал, — сказал Миндартис, поучительно кивнув госпоже Рэнэ.

После небольшого обмена любезностями, в конце концов все решили, что вся экспедиция принесла успехи лишь благодаря мне и той случайности, из-за которой я оказалась в каменном зале. Я не стала спорить с коллегами. Отправиться домой нужно было уже через два дня, а значит то время, что у нас есть нужно провести с максимальной пользой.

Я хотела немного подремать, а затем поработать в лаборатории. Добрые рыбы одолжили немного своей чешуи, вновь доказывая нам щедрость подводные обитателей. Вначале щупальца медузы, теперь чешуя. Приятно, что еще сказать? Такие ценные дары нужно тщательно исследовать. Образцов в лаборатории прибавлялось, а потому и завтрашний день я предлагала провести на подводной лодке или же выехать на исследование близлежащей к пещерам территории, чтобы помочь другим группам, у которых также много работы. Коллеги поддержали мое предложение и задали резонный вопрос: чем же заняться в последний день? В последний день обычно и так бывает много хлопот и забот, но я предложила осмотреть пещеры, чтобы забрать кристаллы наблюдения и все перепроверить в последний раз. Идея также была одобрена и когда это небольшое собрание было окончено, мы разбрелись по каютам. Сегодня я заснула почти сразу же.

Из-за нашего неправильного графика работы я проснулась в три часа ночи с четким ощущением того, что я выспалась. В гостиной было пусто, а потому я, стараясь не шуметь, заглянула в соседнюю комнату. Миндартис крепко спал.

Не став будить горделивого, я направилась в лабораторию, прекрасно зная, что там кто-нибудь все равно да есть. Я не ошиблась, ведь в лаборатории действительно работа шла полным ходом, несмотря на поздний час. Поприветствовав коллег и взяв список еще не исследованных материалов, я отметила в системе те позиции, за которые хотела взяться, дабы никто не делал двойную работу. Мне было не принципиально, что исследовать, все равно стоит сделать всю работу, не важно в какой очередности.

Присев за анализатор, который был моим фаворитом среди всей исследовательской техники, я принялась за изучение каких-то рыбешек, которые принесли мои коллеги. Стоило провести несколько анализов и сканирований, а затем отпустить их в аквариум, имитирующий окружающую среду. Далее те исследователи, которые отвечали за образец, решали, что с ним делать: отпустить к своим сородичам или же подробнее изучить вид в научном центре.

Когда время близилось к восьми часам утра, то в лабораторию ворвались несколько обеспокоенных охранников. У них был такой вид, словно у нас пробоина и мы скоро утонем. Однако проблема, которой они нас огорошили, была не менее серьезна. На второй подложке, которая отправилась на квадрат исследования А-2, случился взрыв из-за неправильного обращения с токсичными веществами. Сама лодка никак не пострадала, но вот помещения, образцы и некоторые сотрудники очень даже. Коллеги не имели смертельных ранений, лишь несколько хороших порезов и ушибов. Им повезло, что их задело не пламя, а лишь осколки. Критические ситуации случались всегда и без этого навряд ли могло обойтись, однако взрывы случаются не каждый день. Когда я об этом узнала, то мне захотелось выкинуть биотехнических специалистов и всех тех, кто следит за перевозкой биоматериалов, в океан на корм хищникам. Так как случившееся все же отчасти было в моей компетенции, то я и еще несколько исследователей и добровольцев отправились к коллегам помогать устранять поломки — исследования не должны пострадать из-за чьей-то оплошности. Дорога на достаточно большой скорости к другой подлодке заняла не меньше трех с половиной часов. Подводное судно данной группы было намного больше, чем наше и знакомых лиц я там встретила достаточно много. Коллеги встретили меня радостными возгласами, а какая-то практикантка с какого-то перепугу даже бросилась обнимать меня. Подобное поведение меня насторожило — не припоминала я того, что между мной и сотрудниками были столь теплые и доверительные отношения, особенно с практикантами. Кажется, взрыв чересчур сильно повлиял на неокрепшую нервную систему студентов.

Большую часть дня я провела у коллег, помогая им ликвидировать последствия взрыва и потери ценных образцов. Раз уж я тут, то стоило все основательно проверить. Меня мало интересовали другие отделы, у которых были свои руководители, которые должны следить за ними, а потому я прошлась по этажу биологической океанологии. Меня занимали не только исследования, но и тот порядок, который они поддерживают в мое отсутствие. Порой, если я уезжаю на конференции, то по приезде в лаборатории был настоящий бардак. Я не против «творческого беспорядка», но не на работе, когда подобное нарушает некоторые техники безопасности. К счастью, мужчина, который во время моего отсутствия был за главного, поддерживал все в идеальном состоянии. Не только коллеги и их добросовестная работа были поводом для положительных эмоций, но и их некоторые находки. Например, окаменелости ортоцерасов. Было очень интересно, как и где же они их обнаружили, но коллеги лишь весело переглянулись и уклончиво ответили, что это слишком длинная история и они расскажут мне ее чуть позже. Найти головоногих моллюсков прошлых тысячелетий, которые были предками современных кальмаров и наутилусов, поистине удивительно. Я, конечно же, не отказалась взглянуть на образцы своими глазами. Кажется, когда мы вернемся с экспедиции, то дома у нас работы будет неменьше, чем во время самой поездки.

В конце концов, на свою подлодку я отправилась в девять часов вечера, а приехала уже к полуночи. Хоть мои планы были немного нарушены сегодняшним происшествием, коллеги без меня не скучали и посоветовали мне хорошенько отдохнуть — завтра последний день и предстоит многое успеть.

Когда я пришла в каюту, то Минд вновь предложил сыграть в карты, но я отказалась — слишком уж насыщенным вышел денек. После моего отказа Минд в качестве альтернативы предложил выпить чаю или же кофе. Я согласилась на чай. Пока была в душе, то на журнальном столике уже были горячие бутерброды и чай. Поблагодарив горделивого, я взяла с полки случайную книгу и неторопливо перекусила, углубившись в сюжет. После этого мы с Миндартисом разошлись по комнатам, решив не засиживаться.

***

— Кажется, здесь ничего не изменилось. Нам точно стоит проплыть все туннели? — уточнил у меня Миндартис, активно работая веслами, а я лишь утвердительно кивнула.

Было решено в последний раз осмотреть туннели и собрать кристаллы наблюдения, прежде чем мы покинем это удивительное место и отправим сюда команду археологов и некоторых членов администрации. Конечно, для нас тут еще есть работа, но ее мы закончим при следующей поездке.

— Миндартис, тебе не кажется, что пахнет чем-то паленым? — нахмурилась я, когда мы повернули налево.

— Правда? — Минд удивился и принюхался. — Я ничего не чувствую, — пожал он плечами. — Правда, у меня сегодня, как и в наш первый день пребывания в пещерах, не лучшее предчувствие. Знаешь, я очень чувствителен к изменениям как в магическом, так и эмоциональном фоне. Как будто может случиться что-то плохое, — Минд передернул плечами. Если бы я знала, насколько прав внутренний голос Минда, то немедленно бы развернула каяк к нашей субмарине, однако…

После того как я почувствовала запах чего-то горелого в ушах послышался какой-то звон, а голову пронзила внезапная боль. Ее нельзя было назвать сильной, лишь слегка неприятной.

— Миндартис, у меня такое чувство, что нам пора выбираться отсюда, — мне стало немного душно и я расстегнула защитный комбинезон. — Мне кажется, что теперь и я чувствую то, о чем ты говорил. Воздух словно бы стал в десятки раз тяжелее.

— Я думал, я просто устал и это опять мои догадки, — покачал головой Миндартис, забирая висевший в туннеле кристалл записи. — Этот был последний. Мы закончили работу, поэтому нам так или иначе пора назад. Чем быстрее, тем лучше. Возможно, мы пришли сюда в какое-то неподходящее время, — пробормотал эльф.

Единственное что меня радовало — мы находились в туннеле, а не в ходе мурены, чтобы подозревать ее в подобных изменениях. Я не могла найти причин тому, что мы чувствовали. Возможно, это все же связано с обитателями этого места или сбоями магии, которые так часто фиксируются здесь. И я не беспокоилась о плохом самочувствии — долгое пребывание на глубине может вывести из колеи даже самых стойких и случайности бывают, однако случайности не стоит путать с последовательно случающимися событиями. Когда мы почти выплыли из широкого проходя, погасли наши датчики, отслеживающие передвижение внутри пещер, чтобы мы не заблудились. Мы уже неплохо здесь ориентировались, но это было недобрым знаком.

— Если моя память мне не изменяет, то сейчас нам нужно повернуть направо, — постаралась оптимистично улыбнуться я эльфу, пытаясь стукнуть прибор, чтобы привести его в чувство. Увы, но этот фокус не сработал.

— Уверена? — уточнил у меня Миндартис, хмурясь. Ему явно не нравилась эта ситуация.

— Нет, — я усмехнулась и взяла моноприемник для того, чтобы оповестить семью Рэнэ о нашей проблемке. Объяснив им то, где мы находились, они подивились подобному сбою и сказали, что прибудут через час — сейчас они находятся в противоположном конце пещеры.

Торопиться нам было некуда, и мы решили остаться на месте, чтобы не уйти еще глубже. Туннели хоть и не бесконечны, но блуждать по кругу и заходить в тупики здесь можно долго.

— Сыграем в карты? — весело рассмеялся Минд, разминая руки. Наша экспедиция и каяк явно заменили ему неделю хороших тренировок.

— Неужели ты и сюда их взял? — изумилась я, не понимая подобной тяги к играм в последние дни.

— Здесь не так много увлечений, поэтому я хотел сыграть партию пока бы мы плыли на главную подлодку, — объяснил Миндартис.

— Здесь не так много увлечений, но здесь достаточно работы для того, чтобы не скучать, — не без улыбки подметила я и все-таки махнула рукой. — Что еще делать? Доставай. Если уронишь в воду, то сам будешь объяснять следующей группе исследователей, откуда здесь подобное, — решила предупредить я Миндартиса.

— Без проблем, Итари. Во что ты хочешь сыгра… — Миндартис не успел договорить и достать карты, так как наши фонари замигали и в конце концов погасли.

Мало того, что у нас ломался радар, так мы еще остались без света в туннелях без единственного источника освещения. Почему такое не могло произойти хотя бы в том зале, где сидели светящиеся улитки?

— Кажется, сегодня нам действительно не везет, — закатила я глаза, щелкая пальцами, чтобы зажечь парочку светящихся огоньков.

— Действительно. Почему ты без толку щелкаешь пальцами? Колдовать разучилась? — цыкнул Миндартис.

— Раз такой умный, то сам попробуй. — призвала я горделивого к действиям, пытаясь смириться с тем осознанием, что в пещерах пропала и магия.

Миндартис несколько раз попытался зажечь свет, но у него, как и у меня, ничего не вышло. Сидеть в темноте без магии было как-то уж совсем грустно.

— Итари, может быть, ты обладаешь ночным зрением? — напряженно уточнил у меня Миндартис.

— Нет, — категорично ответила я, обдумывая, что можно сделать в этой ситуации. В конце концов, ко мне действительно пришла отличная мысль. — Мой рюкзак с твоей стороны? — учинила я и попросила. — Дай мне его.

Идеи было две. Первая — простая и вполне разумная. Вторая — сложная и имеет меньшую доля успеха. Начать я решила, конечно, с первой. В моих рюкзаках на «всякий случай» должен был лежать запасной повышенной яркости фонарик как на магической основе, так и самый простой. Ни один из двух, вопреки моим наивным ожиданиям, не заработал. К этому стоило быть готовой, а потому я перешла ко второму плану. В каком-то из карманов должен был лежать небольшой накопитель, в который я поместила частицы той магии, которую мне когда-то пожертвовали медузки. Я выбралась из пещер тем днем, не израсходовав своих силы полностью, а потому перенесла их, дабы исследовать или применить в критической ситуации позже. Не могу сказать, что там было слишком уж много магии, но на то, чтобы осветить туннель хватит с избытком. Правда, я не помнила, в какой именно из отсеков положила этот накопитель — портфель я укомплектовывала каждый вечер заново, вечно перекладывая вещи между карманами. Искать стоило осторожно, все-таки каяк достаточно узок.

Миндартис не задавал лишних вопросов, давая мне возможность спокойно наощупь найти амулет. Он, как назло, оказался на самом дне как та вещь, которую я сочла наименее полезной в сегодняшней поездке. Какие-то вещи я давала подержать Минду, ибо рюкзак был набит всем, на мой взгляд, необходимым под завязку. Однако я была не всегда аккуратна и, если судить по характерному всплеску, что-то упало в воду. К счастью, сегодня у меня с собой не было действительно важный вещей, которыми бы стоило дорожить. С каждым моим действием атмосфера в туннеле лишь становилась напряженнее. Но в конце концов, я нашла накопитель и взяв из него немного магии зажгла три огонька вокруг каяка. Не знаю почему, но свет вышел немного фиолетовым. Исправлять оттенок освещения я не стала — мы с Миндом не такие придирчивые.

— Отличный ход, Итари, отличный, — одобрительно протянул Миндартис и снова весело предложил. — Будем играть?

— Не думаю, что сейчас это уже хорошая мысль, — не согласилась я с горделивым, осматриваясь. Почему-то у меня было подозрение, что сейчас мы находимся не в том тоннеле, что ранее. Но, возможно, это всего лишь игра света.

— Не стану спорить, — согласился Минд и корячась, словно неуклюжая ящерица, попытался развернуться ко мне. Видимо, в данной ситуации Минду не хотелось сидеть ко мне спиной. — Господин и госпожа Рэнэ приедут через час? — переспросил эльф и без меня прекрасно зная ответ на свой вопрос.

Какое-то время мы с Миндартисом сидели в тишине, прислуживаясь к окружающим звукам. Ничего не происходило ровно до того момента, пока Миндартис не захотел подсесть ко мне поближе, со словами о том, что вблизи люди кажутся красивее. Не знаю, кого из нас двоих он имел в виду, но совершить маневр ему не удалось — наш каяк резко качнуло.

Мы с Миндом встрепенулись, пытаясь найти причину того, что произошло. Она действительно была. В тоннеле, где мы находились начинал закручиваться водоворот, который по каким-то причинам светился изнутри, а вода вокруг нас превращаться в подобие водяного купола или стены. Вот это уже точно было не к добру.

— Миндартис, что нам делать? — я с долей здравого опасения взглянула на эльфа. Мы все-таки на каяке, а глубина этого туннеля внушительная.

— Для начала можно надеть кислородные маски, — пробормотал он и быстрым движением достал трос для подводных погружений, зацепил конец за какую-то неровность стены. Нам повезло, что мы старались передвигаться вдоль стен, ведь если бы мы находились чуть дальше, то провернуть подобное навряд ли бы удалось.

Я не стала пренебрегать советом Миндартиса и ловко надела лежащие под рукой маски. Вначале на себе, а потом и на эльфа, так как он был занят установкой троса. Водоворот усиливался с каждой секундой и трос уже был натянут. Не до предела, но все же. Шанс того, что мы можем оказаться в воде достаточно высок, а потому стоит обеспечить себя запасом кислорода.

— Есть идеи, что нам делать сейчас? — решил уточнить у меня Миндартис, глядя в водоворот, свечение из которого лишь становилось ярче. — Есть вероятность, что это портал куда-то, но я не могу гарантировать это. А также… — Миндартис притронулся к водному куполу, который пытался подтолкнуть нас к воронке и тут же отдернул руку, пояснив. — Такое чувство, что в воде есть немного магии. Она достаточно больно ударила меня, — Минд показал мне покрасневшую ладонь.

— Я могу попробовать вновь применить магию из накопителя для того, чтобы послать на главную подлодку сигнал об экстренной помощи. Но сигнал может не сработать на такое расстояние, да и группа помощи может не успеть к нам.

— А портал? — Минд пытался подтянуть наш каяк за трос ближе к стене, но течение было сильнее.

— Я не пробовала открывать портал данной магией. Могут быть сбой и погрешности — можно сделать только хуже, — тихо ответила я, обдумывая ситуацию. — Давай я попробую — нам не остается большего, — все-таки решила я, вновь беря в руки накопитель с небольшими крупицами сил.

Миндартис сохранял спокойствие, не паниковал и лишь ободряюще улыбался, когда наши взгляды пересекались. Меня это радовало. Пока я занималась магией, Миндартис пытался сохранить равновесие каяка, который сильно качало. В какой-то момент водоворот замер и нас с Миндом оглушил пронзительный рев. Наверное, это была мурена, однако мы не могли ручаться за это наверняка. После этого водоворот в туннеле забурлил с новой силой, а из него стали выплывать странные черные сгустки. Но этой заминки Минду хватило, чтобы обвязать трос вокруг еще одного выступа на стене и уйти от воронки.

Я прикрыла глаза, пытаясь сосредоточиться. Одно дело — свет, другое дело — телепорт. Я попыталась сфокусироваться и отогнать лишние эмоции, которые все-таки присутствовали. Во-первых, эта магия хоть и поддается мне, но я не могу быть уверена в том, что могу полностью ее контролировать. Во-вторых, из-за отсутствия магии мы можем и не переместить на подлодку. Например, мы можем оказаться в случайной точке океана и выбраться оттуда может быть не проще, чем отсюда. Хищников за пределами пещеры никто не отменял, и они уж точно не будут разбираться в том, откуда мы и чего хотим как другие разумные существа. Были и другие риски, но они были уже менее вероятны, чем эти.

Миндартису с трудом удавалось поддерживать наш каяк в равновесии. К счастью, у него были защитные перчатки, которые помогли не стереть в руки в кровь об этот трос. В какой-то момент, когда я почти закончила плести нити для телепорта, я невольно передернулась от пронизывающего взгляда откуда-то из глубин пещеры. Плетение распалось, а я оглянулось. Мне точно не могло показаться то, что за нами кто-то или что-то наблюдает из темноты…

— Миндартис, ты не чувствуешь странную тёмную энергию с той стороны? — я сглотнула, прислушиваясь к собственным ощущениям и указывая туда, где должен бы находиться тупик.

— Прости, Итари, но я ничего не чувствую, — Миндартис прикрыл глаза, а на его лбу выступили капельки пота от тех физических усилий, что он прикладывал сейчас. — Итари, я не хочу на что-то намекать, но мне достаточно тяжело держать трос. Если ты не поторопишься, то мы рискуем попасть на дно.

Я поморщилась, понимая, что действительно слишком уж опрометчиво прервала плетение. Смотрел кто-то и смотрел, нельзя разве? Нужно выбраться отсюда, а уже потом думать и переживать о каких-то мелочах и взглядах. Прикрыв глаза, я вновь попробовала ухватить непривычные нити, сплетая телепорт. Мне данное искусство никогда не давалось просто и, как маги из известных романов, я не умела открывать их щелчком пальцев.

Кое-как я сплела нити телепорта, и очень вовремя. Силы Миндартиса кончились, он отпустил канат и трос лопнул от сильного натяжения, отчего нас понесло в самое сердце водоворота. На миг мне даже показалось, что телепорт не сработал, так как наш каяк почти перевернулся, но в самый последний момент, когда наше судно опасно наклонилось, яркая вспышка затмила свет водоворота. Свечение поглотило, а купол, окружавший нас, лопнул, окатив водой.

Спустя несколько мгновений мы с Миндартисом оказались в воде. Погрешность дала о себе знать и сейчас мы были явно не на нашей субмарине. Радовало лишь то, что кислородные маски все еще были на нас. Каяк также оказался погружен в воду. Не знаю, почему он перенесся вместе с нами, однако спасать тяжелые рюкзаки в этой ситуации особого желания не было. Из-за непроглядной темноты трудно было сказать, где именно мы находились, однако я умудрилась об что-то удариться головой во время переноса. В этом было мало приятного. Мало того, что синяк с моего предыдущего удара еще не успел зажить, так тут еще и повторное падение.

В темной воде ничего не было видно и Миндартиса, как бы я ни хотела, увидеть не могла. Умирать так просто в воде от удара головой было бы глупо и весьма обидно. Я попыталась по внутренним ощущениям определить то, где находиться поверхность или же Минд. Хотела выпустить несколько пузырей кислорода или же просканировать местность, но, к сожалению, удар оказался сильнее, нежели чем я думала. Поправив маску кислорода, я была готова к тому, чтобы потерять сознание. Минду, наверняка, досталось не меньше, а потому верить в чудесное спасение было бы несколько наивно с моей стороны. Так или иначе, даже если я потеряю сознание, то не умру от этого, у меня есть кислород и после того, как очнусь, смогу что-нибудь придумать. Полежу на дне, передохну. От сотрясения, конечно, бывают смертельные исходы, но удар должен быть очень сильным и должно начаться внутреннее кровотечение для образования гематомы, но мне все-таки казалось, что дело было в простом ушибе.

Когда я опустилась на каменистое дно, то, прежде чем отключиться, поняла, что мы вероятнее всего находимся в одном из туннелей. По крайней мере, в ближайшей округе преобладает песчаное дно. Если мы действительно находимся в подводных пещерах, то это плюс. Однако, что толку было переноситься при помощи телепорта, избегая водоворота, если мы с тем же успехом вновь оказались в воде?

Не знаю, как долго я лежала на дне, но очнулась от того, что в руку впивалось что-то острое. Судя по всему, это просто был какой-то камень, на который я так неудачно «легла». Увы, но, как бывает в тех же самых романах, пока я спала, прекрасный принц со совей спасательной группой не пришли за мной. А жаль, мне бы хотелось. Понимая, что спасать нужно себя саму, я поднялась со одна. Трудно было ориентироваться, когда ничего не видно. Магии также не наблюдалось.

Проведя разумную аналогию, что дно противоположно моему предполагаемому выходу, поплыла наверх. Я старалась плыть возле стены, чтобы не сбиться с маршрута, но ощупывала все выступы перед собой руками, чтобы вновь не стукнуться головой. В конце концов, я действительно выплыла на поверхность, где был кислород.

— Миндартис! Ты слышишь меня? — крикнула я в кромешную тьму, однако на ответ не надеялась. Хотелось верить, что Минд не пролеживал бока на дне, в отличие от меня, а уже далеко отсюда и приведет подмогу.

В темноте мне никто не ответил. Лишь где-то вновь раздался протяжный рык и вой мурены. Сейчас я была бы даже не против столкнуться с ней. Хоть от ее рычания и раздавалось эхо, я могла предположить, где находился каменный зал, а потому поплыла в противоположную сторону. Плыть под водой мне было проще, а потому я вновь нырнула, стараясь придерживаться за стену. У меня не осталось и крупицы магии — телепорт высосал все силы. По моим скромным подсчетам я плыла в неизвестном направлении около двух или же двух с половиной часов, иногда меняя направления от воя мурены. Не была уверена, что наткнусь на кого-нибудь или что-нибудь, но либо же наша субмарина, либо же семья Рэнэ, а может и спасательная группа точно должны были мне встретиться. Конечно, я делала своевременные перерывы, чтобы не выдохнуться раньше времени. Есть мне не хотелось — все-таки данная ситуация является стрессом для организма и все пищеварительные процессы приостанавливаются.

Мои усилия не были напрасны, а потому в какой-то момент я наткнулась на свет в глубине туннеля. Я на миг замерла, пытаясь понять, что это и двигается ли оно. Если глаза не врали мне, то свет действительно приближался. Я поплыла субмарине навстречу, подавая сигнал замедлиться. Судя по всему, это была наша с Миндом лодка. Об этом свидетельствовала окраска субмарины — нежно желтая, словно гроздь спелых бананов.

Я подплыла к ней и ловко взобралась по лестнице. Люк был открыт. Я пролезла внутрь, готовая радостно броситься в объятия Миндартиса, однако внутри никого не было… От этого мне вновь стало не по себе — ведь кто-то точно находился за рулем и открыл мне люк. Я вновь почувствовала на себя пристальный взгляд. Сейчас, в замкнутом пространстве, он был мне не более приятен, нежели чем в темной пещере. Чтобы как-то избавиться от назойливых чувств, я зажгла свет настолько ярко, насколько могла и обошла всю субмарину, чтобы не встретить непрошенных гостей. Кажется, это эта ситуация чересчур вымотала меня и мне начинает казаться то, чего нет на самом деле. Не очень хороший знак, если быть честной.

Вся произошедшая ситуация напоминала мне один еще мало изученный магами феномен под названием «пространственный карман». Забавная вещица, связанная с отсечение от магического фона и игрой нитей магии. Очевидцы часто говорят, что чувствуют чье-то присутствие и темные силы, которые из этих «карманов» или же по-другому «пространственных дыр» пытаются пробраться в наш мир. Явление редкое, крайне опасное и необычное, но очень многие в него попавшие, конечно, выживают. Удивительно, что мы с Миндом такие везучие, раз умудрились попасть в нечто подобное. Я, конечно, не могу быть уверена наверняка, но слишком уж много косвенных фактов на это указывают.

К моему огромному удивлению, оборудование в субмарине работало, а потому я просканировала все переходы и ходы. Где-то в глубине, если верить датчикам, был кто-то живой. Субмарина госпожи и господина Рэнэ все еще находилась в другой части подводных пещер. Неужели это опять игры с временем и здесь не прошло и нескольких минут?

Стараясь подумать об этом позже, я связалась с супругами, описывая чрезвычайную ситуацию и то, что я отправляюсь на поиски Минда. Пришлось подчеркнуть, что я не могу быть уверена, найти его именно там, куда меня ведет радар, поэтому им стоит пристальнее следить за всем, что двигается — телепорт мог сработать везде.

В конце концов, со мной связалась семья Рэнэ, говоря, что они действительно нашли Миндартиса, который плыл, как и я совсем недавно, вдоль стеночки, пытаясь найти выход или источник освещения. Когда я получило это сообщение, то смогла облегченно выдохнуть. Все-таки сбои оборудования никто не отменял.

Повернув субмарину, я направились к выходу из подводных пещер. Кажется, этот осмотр все-таки не стоило делать, как и использовать чужую магию в столь аномальном месте.

Уже на главной подлодке я увидела Миндартиса, с которым мы обменялись кивками. На нечто большее сил уже не было. Миндартису явно досталось при переносе: был бледен, но все-таки не жаловался и на все вопросы отвечал так, словно только что вернулся с увеселительной прогулки. Я не старалась делать вид, что все хорошо и попросила проводить меня в медицинский кабинет. Миндартис вначале мешкал, но когда на него немного надавили, то признался в плохом самочувствии. Геройствовать было поздно.

Пока мы с Миндартсиом приходили в себя в руках опытных лекарей, то неторопливо рассказывали о случившемся. В процессе оказалось, что наши с Миндартсиом версии событий сильно разняться. Он утверждал, что портал не сработал и мы с ним попали в водоворот, нас унесло течением. Все это время я была рядом с ним, и мы пытались найти выход. Но в какой-то момент я просто пропала. Миндартис начал переживать, что со мной что-то случилось и все это время провел на одном месте, пытаясь найти меня. Когда я поведала свою версию происходящего, то Минд посмотрел на меня так, словно я объелась мухоморов и пыталась доказать, что это очень вкусно.

Доктора и наши коллеги, с интересом слушая историю, подтвердили мои опасения и факт того, что мы побывали в пространственном кармане. Если люди попадали туда группами, то он разъединял их, создавая фантомы и водя путников за нос долгие часы, а порой и дни. Нам еще повезло, что темная энергия не стала долго мучать нас, опустив через несколько часов. Что насчет реальности, то там действительно не прошло и десяти минут. Так или иначе, но мы остались живы, а работу закончили. Хотя толку с этого все равно мало, учитывая то, что мы потопили каяк…

Супруги Рэнэ предлагали вернуться и достать наш каяк, но мы убедили их, что это может быть опасно, учитывая последние события, да и никаких важных вещей там не было. Они согласились с нами. Попросив нас хорошо отдохнуть, они пообещали уладить все дела и заполнить отчеты за нас. Мне не очень хотелось перекладывать на них свою работу, а потому я просто попросила принести бумаги нам в больничное крыло. Заполнить документы можно и на кровати, для этого не нужно прилгать особых усилий. После того, как нас покормили, я принялась за неспешное оформление отчетов, который я должна была предоставить как руководитель. Увы, но бумажную работу никто не отменял даже в экспедиции. Порой мне очень хотелось себе секретаря, который бы забрал себе если и не всю, то большую часть бумажной волокиты. Когда я заикнулась об этом на одном из собраний, то начальник был не против, но намекнул, что моя зарплата может «случайно» уменьшиться на двадцать процентов — пришлось изменить свою точку зрения по данному вопросу.

— Итари, зачем взваливать на себя весь груз ответственности, когда добрые коллеги готовы помочь? — слегка недовольно пробурчал Миндартис, с неохотой беря первую из папок для заполнения. — Что это вообще? — он нахмурился, вчитываясь в название. — Журнал наблюдений… — обреченно пробормотал он.

— У госпожи и господина Рэнэ и так забот хватает, — осадила я Миндартиса. — Не ной, а работай.

— После всего случившегося ты слишком жестока ко мне, — пробурчал Минд. — Знала бы, как я волновался о тебе, когда ты случайно пропала.

— Пропала не я, а фантом, — резонно подметила я, но все-таки также призналась в ответ. — Минд, не думай, что мне все равно. Я тоже и переживала, даже испугалась, но уже поздно наводить панику. Мне проще смириться с тем, что уже произошло, нежели чем вновь прокручивать события в голове и думать о том, что могло бы быть. Разве не лучше отвлечься от ситуации?

— Да, ты права, Итари. Но разве работа может помочь отвлечься? Намного лучше провести время за приятной беседой, — Минд поудобнее устроился на кровати, отодвигая папки в сторону. — Итари, — позвал меня Минд какое-то время спустя.

— Что? — уточнила я, даже не поворачиваясь к горделивому. Я не преувеличивала и не кривила душой, когда говорила, что у нас много работы. Не хотелось судорожно доделывать отчеты дома ночью, чтобы успеть сдать их администрации по утру.

— Итари, можешь что-нибудь рассказать мне о своем парне? Как его зовут хоть? — полюбопытствовал Миндартис, а я точно пришла к выводу, что с эльфом все в порядке, раз уж он снова интересуется подобными деталями.

— Отстанешь, если скажу? — устало уточнила я, а Минд с самыми, что ни на есть «честными» глазами закивал. Я уже была почти готова поведать Минду некоторые детали, как в палату вошли несколько лекарей, дабы проверить наше самочувствие.

— Так, что? Продолжим? — без замедлений спросил Минд, как только за нашими докторами захлопнулась дверь. — Кто он?

— Он — эльф, — уклонилась я от подробностей, понимая, что настрой говорить об этом пропал. — Но, если быть честной, то я скучаю по нему, — улыбнулась я, вспоминая Сариэля и наши прогулки.

— Если вы влюблены, то в этом нет ничего удивительного, — согласно подметил Миндартис, немного призадумавшись. — Итари, а как ты объяснила ему свое недельное отсутствие?

— Я не говорила ему деталей, просто сказала, что отправляюсь в рабочую поездку. Все-таки мы не настолько близки. У него также есть дела. Он уехал на неделю в соседний город.

— Мило, — Миндартис улыбнулся каким-то своим мыслям. — Итари, можно вызвать тебя на откровенный разговор? — понизил голос Миндартис до полушепота, а я закатила глаза, кивая. — Я бы хотел кое-что прояс…

Минд не успел договорить, как к нам опять вошли лекари уже другого крыла. Все очень беспокоились и желали проверить наше самочувствие. Не знаю, что именно хотел сказать к Минд, но к этой теме мы больше не возвращались. Так или иначе, я рада, что с Миндом и его душевным покоем все в порядке.

Но Миндартис со своей болтовней напомнил мне о Сариэле. Я не преувеличивала того факта, что скучала по мужчине. Кончено, не так сильно, как по брату и Кузнечику, но все же. Как только окажусь дома — сразу же напишу ему. Может быть, мы встретимся, обсудим новости и прогуляемся по парку? Так или иначе, я буду очень рада видеть его.

Наш последний день подходил к концу и подводные лодки направлялись к берегу. Все судорожно заканчивали последние дела и собирали вещи и оборудование. Отправиться в поездку я была рада не меньше, чем вернуться из нее. Всем сотрудникам, что были в экспедиции, давалось дополнительных три выходных дня, которые нужно использовать до конца месяца. Я еще не знала: стоит ли выходить на работу завтра или же отлежаться дома? Принимать решение самой не хотелось, а потому уже дома решила обсудить планы с Кливием.

Домой мы прибыли вечером, но из порта я ушла только в десять часов. Требовалось проследить за разгрузкой подводных лодок и убедиться, что все сотрудники отправились либо по домам, либо в научный центр. Уже довольно-таки поздно и порт — не самое безопасное место для ночных прогулок. Так как с Миндартисом нам было по пути, то в общежитие мы отправились вместе. Попрощавшись в лифте, я вышла на своем этаже, прекрасно зная, что Кливий уже спит, а Кузнечик занят оригами.

Кузнечик встретил меня радостными объятиями и тут же поспешил накормить меня ужином, полагая, что на подводной лодке меня морили голодом. Я не хотела беспокоить близких мне людей пустяками, а потому не стала рассказывать Кузнечику обо всем, что с нами приключилось в пещерах, разумно упуская некоторые слегка опасные эпизоды. Ни к чему переживать об уже прошедших событиях.

После небольшого перекуса, я поспешила принять душ и переодеться. Дома можно было по-настоящему расслабиться и мое тело подсказало, что завтра я навряд ли захочу идти в главный корпус. Возможно, мне правда стоит сделать перерыв? Я даже не взяла монофон и письма из тумбочки, сразу завалившись спать. Накопившаяся почта никуда от меня не денется.

***

Утром я проснулась от того, что отлежала руку. Это было не самым лучшим началом дня, но и не самим плохим. Я все-таки выспалась.

Поднявшись с постели, я выполнила все необходимые процедуры, которые полагается выполнять утром и стала перебирать накопившуюся за неделю почту: письма коллег, других научных центров, приглашения на какие-то выставки и музеи — исключительно деловая корреспонденция. Когда я взяла в руки артефакт связи, то против воли открыла «базу данных». Мне на колени тут же упал небольшой конверт — письмо от Сариэля. Через артефакт связи можно было отправлять не только магические, но и материальные сообщения. Внутри письма Сариэль рассказывал о своей поездке в соседний городок. Он сопровождал свое повествование красочными симками, которые вложил внутрь. Я была в том городке по работе, а потому прекрасно понимала, что Сариэль обошел самые живописные места и сделал весьма удачные снимки. Получить от Сариэля письмо было приятно.

Улыбаясь, я вложила письмо Сариэля в небольшой блокнотик, в который я записывала свои мысли. В том числе, и мысли о Сариэле. Я стараюсь не забывать важные детали, но мелочи все равно ускользают из вида, а потому записать надежнее, нежели чем пытаться держать все в памяти. Я записывала какие-то факты о Сариэле, его вкусы, предпочтения, увлечения, хобби и все то, что казалось мне важным для того, чтобы не забыть. Письмо я приложила к этим же данным.

Я не стала сразу отвечать на сообщения Сариэля, так как и без этого было множество других дел. Однако меня весь день не покидали мысли об эльфе. Мы очень хорошо общаемся и… не пора ли нам быть более честными друг с другом и снять иллюзии? Не тороплю ли я события?

Пока я ломала голову над «важными» вопросами об эльфе, кто-то настойчиво постучался. Брат проснулся и пришел на семейные посиделки. Пришлось вновь позавтракать. Пока мы болтали о каких-то пустяках, в дверь вновь постучали — подруги принесли немного продуктов, на случай, если я без сил и нет времени сходить в магазин после поездки. Такая забота была приятна, но пришлось напомнить, что у меня есть Кузнечик и брат, которые всегда обо мне позаботятся. Как только они ушли на горизонте нарисовались новые гости. На сей раз это была соседка напротив, которая куда-то уезжала и просила присмотреть за фикусом. Я не возражала и пристроила горшок с растением рядом со своими цветочками на подоконнике в гостиной. Мой дом начинал превращаться в какой-то проходной двор — только Минда и родственников не хватает до полного счастья.

Своими мыслями я сама на себя накликала не то беду, не то просто очередного гостя — Минда.

— Тоже фикус? — уточнила я на всякий случай, увидев в руках эльфа какую-то коробку.

— Что? — опешил он от такого приветствия, а я отмахнулась:

— Забудь. Что ты хотел? — я приподняла брови, не собираясь пускать мужчину в квартиру.

— Хотел кое-что отдать тебя, — Миндартис лучезарно улыбнулся мне и впихнул в урки коробку. — Внутри пара мелочей и приглашение на конференцию. Я, в отличие от тебя, — Минд усмехнулся, — был сегодня в отделе администрации. Так как мы с тобой побывали в пространственном кармане, то нас приглашают на конференцию, посвященной этой проблеме. По воле случая, она проходит у нас в столице через две недели.

— Хорошо. Спасибо за информацию, — признательно кивнула я Миндартису, пытаясь заглянуть внутрь коробки. — Если без шуток, то что внутри? — вновь спросила я, понимая, что она какая-то уж слишком легкая для своего размера.

— Пара приятных мелочей. Тебе понравится. Это дружеский подарок. Только прошу, Итари, не возвращай ничего в магазин, в котором это было куплено, — строго попросил меня Миндартис, а я пожала плечами, выгнув бровь:

— Означает ли это, что я со своей стороны также должна подарить тебе подарок? — нахмурилась я, не понимая, что я должна сделать в этой ситуации.

— Единственное, что ты должна сделать со своей стороны — сказать мне «спасибо», если тебе понравится содержимое коробки. Я не прошу от тебя больше, — улыбнулся Миндартис и поторопил меня. — У меня много дел, Итари. Мне пора идти, — Минд сделала вид, что он самый занятой сотрудник на свете. Это меня позабавило.

— Иди уж, — фыркнула я и вновь кивнула. — Спасибо за информацию.

Так как конференция была только через две недели, то коробка отправилась в угол гостиной. Потом открою. Однако кое-кому ее содержимое было намного интереснее, нежели чем мне.

— Итари, Светлые Леса, что это? — воскликнул Кливий, вскрыв упаковку.

— Кливий, откуда мне знать, что внутри, если я ее не открывала? — закатила я глаза, подходя к брату.

— Эээээ, — прокомментировал содержимое Кузнечик.

Внутри лежали два обещанные конверты и бело-синее платье с ажурным воротом. Строго и симпатично. Коробка была из того бутика, в котором Минд приобрел платье для посиделок с его друзьями. Я примерно помнила цены того заведения, а потому с любопытством искала его на не то подарке, не то подношении. Неужели Минду опять что-то нужно от меня? Решил позаботиться заранее о моей благосклонности? Увы, но какой-либо пояснительной записки приложено не было.

Кузнечику также понравилось платье, и он бережно повесил наряд в шкаф, не забыв упаковать его в специальный чехол для одежды. Решив оставить Минда и диалог об одежде на потом, я вновь начала заниматься домашними хлопотами. После недолго отсутствия было много каких-то мелких дел.

К двум часам дня я сделала все то, что хотела и у меня было свободное время. Решив не откладывать устройство личной жизни в долгий ящик, я позвонила Сариэлю.

«— Тари? Как я рад тебя слышать, — воскликнул Сариэль тогда, когда я уже хотела прервать нити связи. — Как прошла твоя рабочая поездка? Все прошло успешно?».

— Неделя выдалась очень насыщенной, — улыбнулась я и не стала ходить вокруг да около. Нет ничего лучше прямолинейности. — Сариэль, если ты сегодня свободен, то почему бы нам не встретиться этим вечером?

«— Встреча? Звучит отлично», — воодушевленно воскликнул он, а я сделала небольшое уточнение:

— Почему бы нам не рискнуть? Давай встретимся без иллюзий? — хоть я и испытывала доли сомнения, голос звучал достаточно уверенно.

«— Оу, — Сариэль на миг замялся, но тут же нашел подходящие слова, — знаешь, Тари, это действительно неплохая мысль. Ты действительно весьма симпатична мне, а потому мне было бы очень приятно узнать тебя вне «базы данных». Я свободен сегодня. Встретимся в парке на нашем месте в шесть часов?» — предложил мужчина, а я без промедлений согласилась. Но, прежде чем попрощаться, я предупредила его:

— Я буду в платье светло-зеленого оттенка и с распущенными волосами, — в моей голове достаточно быстро сложился образ для сегодняшней встречи.

«— Договорились», — в голосе мужчины мне слышалась улыбка. Я была довольна проделанной работой, но все же испытывала смешанные чувства: а что, если что-то пойдет не так?

До пяти часов я проводила время с Кзунечиком и Кливием — мы приготовили ужин и даже посмотрели какой приятный фильм. Настроение было отличным. Кливий предложил подвезти меня до парка, и я не стала отказываться от щедрого предложения. Идти на встречу без иллюзии было приятно и немного волнительно, в хорошем, конечно, смысле. Было бы глупо всерьез переживать из-за подобных мелочей. Даже если что-то пойдет не так, то у нас нет каких-то связей или обязательств друг перед другом.

Кливий пожелал мне удачи и уехал на дополнительные занятии. Я не терпела опоздания даже на свиданиях, а потому, благодаря моим настойчивым просьбам, я была в парке за двадцать минут до начала встречи. Кливий намекнул мне, что прийти на свидание раньше мужчины может быть не лучшим началом, пусть и не первого, но знакомства. Я лишь пожала плечами, продолжая стоять на своем: лучше прийти раньше, чем опоздать. Не думаю, что Сариэля могут смутить подобные мелочи.

Я подошла к ветвистому дереву, под которым мы всегда встречались, и присела на скамеечку, с любопытством оглядывая прохожих. Вдруг один из них — Сариэль? А что, если это мой знакомый или даже коллега? Как я отреагирую, если первая в очереди тех, кто против любых служебных романов?

— Господа Ангрэ? — на меня кто-то окликнул, а повернувшись, я увидела господина Рэльда с букетом синий роз в руках.

***

— Господин Рэльд? — удивилась я, не ожидая увидеть руководителя в парке в такое время. — Вы… — я перевела взгляд на букет точно тех же роз, что мне всегда дарил Сариэль. Сердце замерло, но я старалась не делать поспешных выводов. — Красивые цветы, — пробормотала я.

— Спасибо, госпожа Ангрэ. Вы тоже хорошо выглядите, я даже не узнал вас сразу, — непринужденно рассмеялся мужчина, присаживаясь рядом со мной на скамеечку. — Ждете кого-то? — уточнил он мимо ходом.

— Нет, никого не жду. Пришла посидеть на лавочке, — ответила я наобум, чтобы избежать «случайностей» или чего-то еще. Мое богатое воображение подсовывало много образов. — А вы?

— А я жду кое-кого, — господин Рэльд хитро улыбнулась. — Мы договорились встретиться ровно в шесть, — пробормотал он, поглядывая на наручные часы. — Она… — он не успел договорить, как его монофон завибрировал. — Да, любимая, — ответил он на звонок. — Что? Возле кафе? Я думал, что возле дерева, — рассмеялся руководитель и поспешил подняться. — Госпожа Ангрэ, извините за беспокойство, я перепутал место встречи со своей супругой. Хорошего вам вечера.

— И вам того же, — я облегченно выдохнула, понимая, что это всего лишь шутка судьбы надо мной.

Вот почему стоит меньше доверять всяким сервисам! Что если бы это действительно был кто-то знакомый или какой-то пожилой мужчина, который надел иллюзию красавчика и просто водил тебя за нос? Любовь — прекрасно, но если говорить об этом масштабных планах, то партнер должен обладать преимущественно позитивными качествами для создания потомства, которое по идеальным законам эволюции должно быть более приспособлено к окружающему миру, чем свои родители. Именно поэтому самки многих животных отбирают самцов — чтобы выбрать того, кто сможет дать наиболее качественное потомство. И любовь любовью, но есть много критериев, по которым спутник может внешне не «подойти». Если бы для меня это не имело никакого значения, то и не назначила бы встречу без иллюзии. Но если быть честной, то здесь есть и моя доля вины: стоило попросить Сраиэля описать свой наряд, чтобы не строить пустых догадок.

Переведя дух, я посмотрела на часы. До нашей встречи оставалось семь минут. Сариэль никогда не опаздывал, а потому я была уверенна в том, что и сегодня он придет. Однако…

Когда до шести часов оставалось пять минут, я увидела в конце парка Миндартиса. Куда уж без него. Я решила не обращать на горделивого внимание, понимая, что он направляется на встречу к своей очередной «девушке». Но эльф был явно со мной не согласен, так как остановился напротив меня, удивленно приподняв брови.

— Минд, что ты здесь забыл? — недовольно шикнула я на эльфа, понимая, что Сариэль должен прийти с минуты на минуту.

— У меня здесь назначена встреча, — ничуть не растерялся Миндартис и нагло присел рядом со мной. Пришлось невольно подметить, что у него в руках был точно такой же букет, что и господина Рэльда. Наверное, это какой-то популярный сорт. — У меня возникает закономерный вопрос: что ты здесь делаешь? — Минд нахмурился.

— У меня тоже встреча, но не кажется ли тебе это странным? — с напором повторила я.

— Парк небольшой, хороших мест немного, — отстраненно ответил Минд, а я сделала глубокий вдох.

— Почему ты всегда оказываешься рядом тогда, когда тебе не просили об этом? Я пришла первая сюда. Разве ты не можешь подождать у дерева напротив?

— Могу сказать тебе тоже самое, — парировал Минд. — Моя спутница будет ждать меня именно здесь и нигде больше. Если не нравится, то уходи, я не заставляю тебя быть здесь, — Минд красноречиво отвернулся от меня, но через минуту молчания спросил. — Кого ждешь?

— Парня, — кратко ответила я, даже не зная, как поступить? Уйти? Или просто сделать вид, что я не знаю этого вурдалака?

— Мило. У меня назначена встреча с девушкой. Она придет с минуты на минуту, — ответил эльф, хоть я и не спрашивала.

— Как и он. Он вот-вот придёт, — кивнула я, а Минд подметил:

— Мир не треснет надвое, если мы пару минут посидим на одной скамье, — Минд поправил воротник своего белоснежного костюма, а я не стала никак комментировать подобное заявление.

Мы с Миндартисом молча сидели и ждали своих спутников. Мы ждали пять минут, десять минут, двадцать минут. Толпы людей сменяли друг друга, а Сариэль и девушка Минда так и не появились. Я покосилась на эльфа — он был слегка раздражен и недоволен. Он даже достал монофон и отправил кому-то магическое сообщение, видимо желая поторопить женщину. Я же продолжала сидеть: внутренне чутье подсказывало мне, что Сариэль все-таки придёт и сможет объяснить свою задержку весомыми аргументами.

— Хочешь булочку с вишней? — неожиданно спросил Миндартис доставая последнюю из кожаного портфеля. — Можем поделить ее пополам, — Минд разломил ее, протягивая мне обещанную часть. Хоть сейчас я не горела желанием видеть Минда, но от булочки действительно не отказалась.

— Спасибо, — пробормотала я, откусывая кусочек. Изделие действительно было вкусным.

— Итари, можно задать тебе вопрос? — Минд повернулся ко мне, когда мы с легкостью расправились с его сладкими запасами.

— Ты уже сделал это, — закатила я глаза, а Минд усмехнулся:

— Хорошо. Можно задать тебе второй вопрос? — я молча кивнула, и эльф задумчиво наклонил голову набок. — Почему ты гоняешься за мужчинами?

— Что? — я закашлялась от подобного не то вопроса, не то заявления. — Я не ослышалась? Ты на что намекаешь? — тут же возмутилась я, а Минд жестом призвал выслушать его.

— Итари, давай будь честны хотя бы друг с другом, — эльф вздохнул и серьезно посмотрел на меня. — Ты как будто не знаешь, чего действительно стоишь. Это уже дважды.

— Ближе к сути, — потребовала я объяснения от Минда.

— Та ситуация, в которой ты находилась тогда, когда мы поспорили. Спустя полчаса он не пришел, а ты остался на этой же самой скамейке сидеть и ждать чуда, — припомнил мне Миндартис случай с Пэтрэлем. — И сейчас, — Минд, словно в чем-то обвинял меня, указал на свои наручные часы, — Ты, очевидно, ждешь парня, но его нет. Он не пришел и явно не собирается, а ты все же не уходишь.

— Может быть, он еще придет, — смело предположила я, а Миндартис поморщился.

— Итари, давай на чистоту. Тебе надо было уйти минут пятнадцать назад, Миндартис чуть грустно улыбнулся мне и ободряюще похлопал по плечу. — Тебе не нужно сидеть здесь и ждать этого вурдалака, — вздохнул горделивый.

Миндартис в чем-то был прав. Злая ли это шутка судьбы, случайность, но я действительно зря сижу здесь и трачу время. Сариэль бы предупредил, коль у него изменились бы планы. Означает ли это, что я поторопила события и мне не стоило назначать эту встречу? Почему-то, если быть честной, мне не верилось в то, что у мужчины могли возникнуть столь важные дела, о которых он не смог бы меня своевременно уведомить. Если вначале слова Минда меня разозлили, то сейчас я действительно видела в чем-то долю истины.

— Не думаешь ли, что достойна гораздо большего, нежели чем просиживать вечера в парках? — вновь заговорил Минд пару минут спустя, давая мне время на размышление.

— Кто бы говорил, — фыркнула я и с улыбкой подметила, — мы с тобой в одной лодке. Ведь ты тоже сидишь здесь и ждешь ту, которая уже навряд ли придет. Что на этот счет скажешь?

— В отличие от тебя у меня есть оправдание, — криво усмехнулся Миндартис, смахивая с плеча упавший на него листик.

— Оправдание? Какое же? — полюбопытствовала я, наклонив голову набок. Миндартис вновь чуть грустно улыбнулся и хмыкнул, прикрыв глаза:

— Я заслуживаю того, чтобы эта девушка проигнорировала меня. Это весьма закономерно.

— О чем ты? Пусть ты еще и тот ловелас и «очаровательный Грендаль», но никто не заслуживает такого, — не согласилась я с Миндартисом и практично уточнила. — Может быть, у тебя есть еще одна булочка?

— Нет, булочки у меня нет. Но… поверь мне, Итари, я это действительно заслужил, — Миндартис вопреки всем привычкам взъерошил волосы, нарушая идеальную композицию прядей.

Я думала, что по своему обыкновению Миндартис расскажет мне самую необыкновенную историю, связанную с каким-нибудь рождением новой звезды, однако этого не произошло. Он всегда был словоохотлив, но не сегодня. Это немного удручило меня.

— Если тебя что-то беспокоит, то можешь сказать об этом, — к собственному же удивлению, произнесла я. Все же слова Миндартиса меня немного заинтриговали. — Неужели ты где-то так оплошал, что не ты бросил девушку, а она тебя?

— Нет, Итари, все было совсем не так, — Минд рассмеялся. — Прости, Итари, но я не уверен, что тебе будет интересно выслушать еще одну душещипательную историю от меня. Да и не интересно это совсем. Я люблю рассказывать о своих достоинствах, а о неудачах, — подмигнул мне Миндартис, а мне пришлось признать, что он действительно прав.

— Ладно, — я решительно встала со своего места, не собираясь терять и минуты. — Мне пора идти. Вечер выдался не самым лучшим, — констатировала я очевидное.

— Почему же это? — Минд также встал со скамьи и улыбнулся мне, протягивая букет темно-синих роз, которые идеально сочетались с платком на груди. — Это предназначалось моей девушке, но думаю, что ты заслуживаешь его больше.

— Цветы чудесны. Уверен, что хочешь отдать их мне? — подобный жест меня удивил, но я приняла букет. Действительно, не выкидывать же их только из-за того, что девушка не пришла. — Я посажу их в нашем отделе, поэтому можешь не переживать об их сохранности, — пообещала я эльфу, прижимая благоухающие цветы к груди. Миндартис явно хотел что-то еще сделать, достаточно странно на меня поглядывая. — Что-то не так? — уточнила я.

— На твою голову села оса и я думаю о том, как лучше поступить, — пробормотал он, разглядывая мою макушка. — Может, мне поступить с ней так, как поступил бы твой дядя? — пробормотал он.

— А как он поступил с осой? Это какая-то неизвестная мне история? — удивилась я, рукой смахивая безобидное насекомое с головы.

— Если ты узнаешь правду, то навряд ли сохранишь мне жизнь за подобные мысли, — звонко расхохотался Миндартис, а я дала себе обещание позвонить деде и узнать детали. Эльф поторопил меня. — Уже поздно, иди домой.

— А ты не уходишь? Может, нам пойти в общежитие вместе? — внесла я свою идею. Миндартис задумался, но все-таки покачал головой.

— Я еще немного посижу здесь, хорошо? — Минд с улыбкой покосился на монофон и показал мне артефакт, в котором было пламенное сообщение какой-то девушки, которая извинялась за то, что не игнорировала его, а просто забыла о назначенной встрече. — Я не уверен, но вдруг она все-таки явится?

— Хорошо, — я не стала уговаривать Миндартиса. Прогуляться одной и проветрить голову было бы полезнее хорошей беседы. — Встретимся завтра в научном центре. Даже не вздумай… — начала я свою привычную песню, как Миндартис фыркнул.

— Знаю-знаю, я даже не поднимусь на ваш этаж, если только от этого не будет зависеть моя жизнь. Даже не посмотрю на девушек из твоего отдела, а если и да, то окину их презрительным и высокомерным взглядом, дабы оттолкнуть, — Миндартис положил руку на сердце, выражая искренность собственных побуждений.

— Отличный настрой, — довольно кивнула я и окончательно попрощалась с эльфом.

Медленно выходя из парка, я проверила монофон — от Сариэля не было никаких сообщений. Убрав артефакт связи, я поймала такси — возвращаться домой пешком и в одиночестве мне не хотелось. Когда я выходила к главным воротам, то увидела возле мусорки такой же букет. Кажется, сегодняшний вечер прошел неудачно не только у нас с Миндом… Тяжко вздохнув, я подняла и его — нечего цветами разбрасываться. Посажу одни в главном холле, а другие в своем кабинете.

Кузнечику и Кливию очень понравились цветы, но пришлось спустить их с небес на землю и сказать, что они будут жить в научном центре. Это немного огорчило умертвие, как любителя цветов, но я пообещала отдать ему свой следующий букетик. Наверное, мои ухажеры даже не подозревают, что, даря цветы мне, делают приятно и Кузнечику. Как-либо связываться с Сариэлем я не стала, надеясь все-таки получить связь и извинения с его стороны.

***

Я откинулась на спинку стула, разминая шею. От долгой сидячей работы у меня вновь начинала болеть спина. Может, мне снова стоит взять несколько сеансов массажа?

Отчетов, которые мне было нужно проверить и подписать после рабочей поездки, было немерено. Документы, графики, результаты анализов, постановления администрации, отчеты о прошедших конференциях — все это накопилось за неделю и легко на мои плечи. Сейчас экспедиция и пещеры казались мне отдыхом на курорте, который я не смогла своевременно оценить по достоинству.

Решив немного пройтись по кабинету и размяться, я встала. Время близилось к обеденному перерыву. Минд был загружен не меньше меня, а потому речи о том, чтобы пообедать вне лаборатории, даже не шло.

Когда я почти собралась выйти из кабинета, монофон завибрировал. Я хотела прервать связь, так как не люблю болтовню в рабочее время, но это был Сариэль. Любопытство было выше, да и своим обеденным временем я готова пожертвовать. Очень уж мне хотелось услышать, что произошло вчера и почему он не смог появиться в назначенном месте в назначенное время.

— Ты что-то хотел? — ответила я на звонок будничным тоном вместо приветствия. Я старалась не проявлять своего недовольства раньше времени — еще успею сказать, что я об этом думаю, если у него нет действительно разумного оправдания.

«— Что я хотел? — чуть удивлённо переспросил он. — Объяснение!» — казалось, что Сариэль был чем-то крайне возмущен.

— Что? — я аж закашлялась от подобного. То есть, он не пришел, но ждет объяснений от меня? Очень интересная позиция. — Мой милый друг, ты ничего не путаешь? — вкрадчиво уточнила я и с нажимом проговорила. — Не знаю, о чем ты думаешь, но это тебе следовало бы объясниться.

«— Тари, исправь меня, если я неправ, но…» — начал Сариэль, а я подметила, перебив его:

— Да. Ты — неправ, — вынесла я собственное утверждение. — Ты не пришел на нашу встречу, хотя сам согласился. Если ты понимал, что прийти не получиться, то можно было предупредить — это всяко лучше, чем оставлять кого-то в неведении. А также…

«— Да, но я не приглашал третьего на нашу с тобой встречу, — перебил меня Сариэль, а я замерла на полушаге. Прежде чем пазл в голове сложился, эльф продолжил. — Я действительно немного опоздал, и я очень сожалею, но я видел тебя с каким-то мужчиной и с пышным букетом. Я был очень расстроен, что даже выкинул те цветы, что предназначались тебе. Именно поэтому, я хочу попросить объяснить мне: что это было и как я должен расценивать подобное?»

Я закрыла глаза, поморщившись. Как знала, что встреча с Миндартисом до добра не доведет. Неужели он правда не мог сесть на другую скамейку? Да и Сариэль тоже хорош — неужели он мог подумать, что я увлеклась кем-то другим, что так наплевательски отнеслась к нашей встрече? И неужели те цветы, что я подобрала принадлежали Сариэлю? Так или иначе, но мы с ним оба виноваты, раз не смогли грамотно спланировать встречу, которой бы никто не мог помешать.

— Я могу объяснить то, что ты видел, — ничуть не растерялась я, а Сариэль призвал меня к рассказу.

«— Тогда, вперед. Мне интересно».

— Это мой коллега с работы. Мы с ним неплохо общаемся, и он также оказался в парке, потому что у него была назначена встреча. Он присел рядом лишь потому, что мы с ним знакомы и в этом нет чего-то предосудительного.

«— Правда? — слегка удивился Сариэль. — Возможно, мое поведение выглядит так, словно я ребенок, но я просто не ожидал подобного», — чуть запоздало пробормотал Сариэль, словно бы ему было неловко за состоявший разговор.

— Именно, — согласилась я и подметила. — Разве это могло послужить весомым поводом для того, чтобы уйти? Ты мог подойти ко мне сразу, чтобы услышать объяснения, а не придумывать ерунду. Я подумала, что что-то пошло не так и ты больше вообще не объявишься, — высказала я свои предположения, переодевая халат и прибирая лишние бумаги с рабочего стола.

«— Я бы никогда так не поступил, Тари. Мне очень жаль, что я оставил такое неверное впечатление и испортил твой вечер. Наверное, будь я на твоем место, то подумал бы точно также, — мужчина невесело усмехнулся. — Ты имеешь полное право злиться на меня, — Сариэль вздохнул и, какое-то время помолчав, спросил. — Я понимаю, что с моей стороны это будет звучать как-то странно, но не хочешь повторить? Давай попробуем встретиться еще раз? Я хочу загладить свою вину».

— Вчера я начала сомневаться, что это хорошая мысль. Может нам не стоит торопить события? — засомневалась я, вес еще испытывая смешенные чувства от нашего разговора.

«— Нет, Тари, мы должны встретиться, — уверенно заявил он. — К тому же, получилось не очень честно, ведь я уже видел тебя. Хочу заметить, что ты выглядела чудесно и была прекрасна в том платье. Давай дадим нашей настоящей встрече еще один шанс? Нечестно было бы расстаться и прекратить общение из-за одного глупого поступка».

— Хорошо, — согласилась я, подумав какое-то время. — Но на сей раз мы должны ответственно подойти к этому вопросу и оставить все домыслы, чтобы подобных «недоразумений» не повторилось.

«— В точку! — радостно сказал Сариэль. — Мы учимся на ошибках, не правда ли? Я сделаю все возможное, чтобы наша встреча прошла гладко и без происшествий. Как насчёт того, чтобы встретиться в кафе-террасе, где мы были с тобой на одном из свиданий? Там мы точно не сможем разминуться».

В конце концов, я согласилась. Встреча должна была состояться сегодня после работы. Я хотела бы перенести наше свидание на несколько дней, потому что как-то уж много работы взвалилось на мои плечи за последние сутки, но все-таки решила, что лаборатория всегда открыта ночью и поработать в тишине после хорошей встречи будет намного продуктивнее.

Когда рабочий день подошел к концу, я направилась в общежитие, чтобы переодеться. В коридоре перехода я столкнулась с Миндартисом, который явно куда-то торопился.

— Итари, тебе стоит быть осторожнее на поворотах, — рассмеялся он, когда мы с ним в прямом смысле столкнулись в проходе. — Мои волосы немного торопятся на важную встречу, — он подмигнул мне и поправил челку. — Ты же не меня искала? — уточнил он прежде, чем уйти.

— Нет. Я тоже спешу, — улыбнулась я и попрощалась с эльфом. — Хорошего вечера. Спасибо за отличную работу сегодня, — крикнула я уже тогда, когда заходила в лифт, нажимая кнопку нужного этажа.

Встреча была назначена через полчаса и мне стоило немного поторопиться. Хоть вчера и вышло недоразумение, я все равно не собиралась опаздывать. Кузнечик по моей недавней просьбе уже погладил мне одно летнее платье с цветочным узором, а потому я могла не беспокоится о том, что мне надеть. Надев босоножки, я пару секунд мешкала перед зеркалом, раздумывая о том, нужен ли мне белый платочек на шею? Сегодня мы с Армерией обсуждали данный вопрос, и подруга утверждала, что данный аксессуар смотрится женственно и нежно. Решив поэкспериментировать, я незамысловато повязала кусочек ткани на шеи. Кузнечику очень понравилось.

Так как Кливий сегодня занимался с Мирабилис, то подвезти меня было некому, а вести машину самой не хотелось. Решив, что до кафе можно дойти пешком, я вышла из общежития. Через десять минут я уже была на месте встречи. Снеговик из песка, который радовал всех посетителей широкой каменной улыбкой, неизменно стоял на своем месте. Настроение у меня было хорошим, однако из-за вчерашнего недоразумения я была готова к неудачам и не тешила себя напрасными иллюзиями.

Поднявшись по лестнице, я прошла в зал, который в вечернее время был полон посетителей. Сариэль прислал мне сообщение, что он зарезервировал столик на фамилию Ласгалэн. И в зале действительно был забронирован один столик у окна. Такая предусмотрительность меня радовала. Я невольно залюбовалась видом пляжа и порта, который был виден отсюда, что и не заметила, кто является моим соседом за столиком напротив.

Миндартис посмотрел на меня. Я посмотрела на Миндартиса. Он без сомнений пришел сюда раньше меня. Как так выходит, что мы дважды пересекаемся, когда даже не хотим этого? Миндартис приветственное улыбнулся мне, а я слабо кивнула, сделав вид, что не знаю его. Одной случайности мне хватило, но сегодня у меня действительно свидание и мне совсем нет дела до какого-то горделивого.

Я красноречиво отвернулась к окну, показывая, что я увлечена пейзажем. Когда Миндартис встал из-за стола и сделал шаг ко мне, то я приподняла брови, всем своим видом прося его не подходить ко мне.

— Одна тут? — улыбнулся Минд, не вняв предупреждению и подойдя к столику.

— Миндартис, Светлых Лесов ради, уйди отсюда, — тихо попросила я эльфа, махнув ему на его же столик. — Давай сегодня сделаем вид, что мы не знакомы?

— Эй, где твой позитивный настрой? — обиделся Минд. — Не рада видеть меня? Разве знакомые не должны здороваться, когда видят друг друга?

— Когда мы с тобой встретимся на работе, то я расскажу тебе удивительную историю, которая сложилась вчера, — пообещала я, но попросила. — Но это будет завтра или послезавтра, а не сейчас хорошо?

— Ладно, Итари, — Минд рассмеялся, — у тебя опять свидание? Не волнуйся ты так, я ничего не испорчу и не буду вам мешать, — эльф подмигнул мне и вернулся к своему столику. Когда Минд занял место напротив, я признательно кивнула ему. Однако присутствие горделивого в этом кафе я все равно не считала добрым знаком.

Сариэль сказал, что я, несомненно, узнаю его в толпе: он пообещал надеть костюм темно-коричневого оттенка, а в его нагрудном кармане должен быть красный бутон розы. Такого мужчину я действительно бы не упустила из виду, а потому не боялась не заметить Сариэля.

Спустя десять минут, когда время встречи неумолимо приближалось, Сариэль прислал мне магическое сообщение, спрашивая на месте ли я? Я ответила утвердительно, на что получило множество извинений: у эльфа появились дела, и он не сможет приехать. Он молил о прощении даже Священную Луну. Я как-то отстраненно читала сообщения. Не буду скрывать, что была готова к чему-то подобному. Либо с Сариэлем что-то случилось пока я была в экспедиции, либо я выгляжу весьма пугающе, раз бедный эльф уже дважды сбегает со свидания. Либо же он просто что-то замышляет. Ни один из вариантов не казался мне привлекательным, однако за то время, что мы знакомы я не уличала Сариэля в какой-то лжи или в подтасовке фактов. Хотя… то, что мы встречаемся под иллюзией, может легко ставить всю ситуацию под сомнение.

К Сариэлю у меня было много вопросов, которые хотелось бы прояснить, однако мужчина сам пообещал мне позвонить этим вечером и рассказать подробности. Но его слова и извинения не были единственными, что он оставил. Спустя несколько минут ко мне подошел официант, который поставил передо мной чашечку кофе, тарелку с высоким и замысловатым пирожным, а также шипастую розу с очень необычным переливом: от нежно синего до темного красного к лепесткам. Юноша сказал, что это мне попросил передать господин Ласгален в качестве извинения и комплимента. Было приятно, что Сариэль не ограничился лишь красивыми словами. К слову, я просмотрела меню и пришла к выводу, что он заказал фирменное и самой дорогой пирожное заведения. Стало вдвойне приятно, но мужчина от этого казался мне не менее загадочным.

Когда я расправлялась со вкусным десертом, колокольчик на двери звякнул, впуская новых посетителей. Внутрь зашла достаточно симпатичная девушка с короткими светлыми волосами. Она была одета в деловой костюм, словно возвращалась с работы или же шла на деловую встречу. Девушка оглядела зал, словно кого-то искала. Мой сосед напротив приветственно махнул ей рукой, а она расплылась в улыбке, быстро проходя к Минду. В какой-то степени я даже порадовалась, что с Миндартису пришла его спутница, так как у меня невольно возникали мысли, что этот эльф стал следить за мной, ибо я не могла объяснить то, как и почему он оказывался рядом почти в любой ситуации. У нас, кончено, город не огромен, но не настолько мал, чтобы встречать знакомых на каждом шаг. Скорее наоборот.

Так пейзаж за окном был мной полностью изучен, я перевела взгляд на зал, а если точнее на пару напротив. Женщина мило хихикала, когда Миндартис о чем-то говорил. Они вели неторопливую беседу, а когда я допила кофе, пошли в центре зала, чтобы немного потанцевать. Я была рада, что хоть у кого-то свидание удалось, и ушла домой.

Отдыхать не хотелось, а потому я вернулась в лабораторию. Работать с бумаги мне не хотелось, а потому я ушла в лабораторию, чтобы закончить с некоторыми образцами. Да и цветы мне стоило посадить — в рабочее время на такие мелочи попросту не остается времени.

Я долго выбирала место, где мог бы прижиться такой замечательный сорт. В конце концов, я решила, что комната моей приемной отлично подходят на эту роль. Садить их в главных залах отдела я не стала, так как знала, что у некоторых из сотрудников аллергия на розы и какие-то другие цветы. После того как я пронесла букеты, я предусмотрительно проветрила все те помещения, в которых была и запустила очищающую систему. Не хочу, чтобы кто-то заработал себе приступ аллергии из-за того, что я притащила в центр цветы.

Домой я не вернулась, оставшись на ночь в лаборатории. Работа в тишине действительно помогала расслабиться.

***

— Почему ты накинулся на меня с обвинениями? — нахмурилась я, отделяя оливки от общего салата.

— Это не обвинения. Я просто спрашиваю, — не согласился Миндартис со мной и вновь спросил. — Итари, зачем ты преследуешь меня?

— Да не преследую я тебя, — я недовольно цыкнула, когда оливка ускользнула от меня. — И вообще, это я должна задавать тебе этот вопрос: почему ты всегда оказываешь в том же месте, где и я?

— Парк, теперь уже кафе, — начал Миндартис загибать пальцы. — Итари, как я мог вчера преследовать тебя, если ушел из общежития сразу после того, как мы столкнулись? Ты пришла в кафе на двадцать минут позже меня. Очевидно, что ты преследовала меня, — констатировал Миндартис только одному ему известную «истину».

— Почему ты делаешь выводы на основе собственной фантазии? — я нагло отобрала у Миндартсиа ложку, которой он ел суп и, выловив оливки из салата, отдала обратно вместе с последними. — Из нас двоих только ты был тем, кто нуждался в чьем-то внимании и появлялся из ниоткуда. Зачем мне брать и следить за тобой?

— Это я и пытаюсь выяснить, — Миндартис прищурился, подозрительно посмотрев на меня. — Я сам говорил, что это совпадения, но ты меня пугаешь. Итари, может ты сама не осознаешь того, как следуешь за мной? Ты не сходишь с ума?

— Миндартис, если ты не дашь поесть мне в тишине, то я действительно превращу наши случайные встречи в твой ночной кошмар. Поаккуратнее со словами, — предупредила я эльфа, делая глоток чая. Сегодня у меня было скверное настроение и Миндартис явно этим пользовался, добивая меня своими идеями и предположениями.

— Я должен был это спросить, — передернул Минд плечами, все-таки оставил меня в покое. — Он опять не пришел? — заинтересованно подвинулся ко мне Минд несколько минут спустя.

— Не твое дело, — сухо ответила я, просматривая на папку с испорченными отчетами. Практиканта вошла в мой кабине, споткнулась на ровном месте и вылила вишневый сок на те бумаги, которые я заполнила. Как восстановить утрату я пока не знала.

— Тоже верно, — тут же стушевался Миндартис, съедая выбранные для него оливки. — Какие планы на завтра?

— Никуда с тобой не пойду, — тут же открестилась я от всех возможных предложений.

— А я тебе никуда и не звал, — Минд показал мне язык и улыбнулся. — Как Кливий? Сдал?

— Пока не знаю, — я перевела взгляд на часы.

Его преподаватель перенес дату пересдачи экзамена на сегодня. Я волновалась, но лишь немного и в раках разумного. Впервые я за все время видела, чтобы Кливий действительно учился. Это внушало мне немного доверия и уверенности.

— Даже я волнуюсь, — признался Миндартис и подметил, — твой брат неплох в химии, но в биологии не ас. Хотя для первокурсника его знания, может быть, не так уж и плохи, — рассуждал Миндартис и неожиданно спросил. — Итари, ты немного взгрустнула, хочешь я расскажу тебе интересную историю, которая приключилась со мной еще до того, как мы отправились в поездку? Я все забывал рассказать тебе о ней, но сейчас вполне подходящее время и…

— Нет, — оборвала я эльфа, пытаясь жевать и перезаполнять бумаги одновременно. Той практикантке повезло, что аквариум с акулами сегодня закрыт. Плаванье с хищниками в замкнутом пространстве очень полезено для здоровья.

— Зря отказываешь, — Минд отмахнулся и вопреки моим словам начал говорить. Правда, не мне, а кучке девушек, которые сидели за соседним столиком. — Юные нимфы, вы не поверите тому, что услышите! — многообещающе произнёс он. — Дело было ранним утром, когда я и мой старший брат отправились в близлежащий лес за грибами. Мы прогуливались по чаще и беззаботно общались, обсуждая прелесть местных пейзажей. И вдруг, — Минд сделал театральную паузу и понизил голос, — послышался странный шум. Топот. В тот миг мы заметили, как на нас мчится медведь бурой окраски. Он явно был молод. Зверь повалил нас с братом на землю в следующую же секунду — мы и опомниться не успели, хотя, знаете, это не так-то просто сделать, — Минд указал на свои руки, где якобы под костюмом скрывались мышц. — У нас не было иного выбора, кроме как вступить в медленный и смертельный танец с лесным зверем. На кону стояла наша жизнь. Как вы понимаете, прекрасные феи, у нас не было возможности применить магию в столь экстремальной ситуации, а потому я выхватил из кармана свою любимый грибной нож. Я нанес медведю несколько ранений, нож словно бы был продолжением моей руки, прямо как традиционные эльфийские клинки, только еще лучше, — Миндартис с восхищением взглянул на свою ладонь. — Я ударил его ножом, а медведь ударил моего брата. Он также сопротивлялся нападению, не давая слабины. Мне пришлось ударить его вновь и тогда он отступил, — девушки восхищенно воскликнули, а кто-то даже зааплодировал. — Я не медлил и поймал медведя в сеть. Его доставили в госпитали, залечили раны и выпустили в лес подальше от грибной тропы. Это история оставила большой след в моей памяти. Я и мой брат справились с медведем чуть ли не голыми руками.

У меня дернулся глаз, а потому я подхватила документы и пересела за столик подальше. Мне становилось плохо, когда кто-то рассказывал откровенный бред. То ли девушки были тупы, то ли им настолько нравился Миндартис, что они были готовы закрыть глаза на столь откровенное вранье. Можно упустить все боевые атаки и грибы, начав с того, что в наших лесах не водятся медведи. И рассказывает Миндартис историю недельной давности не потому, что только вспомнил о ней, а потому что только придумал ее.

Остаток рабочего дня прошел спокойно, однако, когда я задержалась после работы и заснула за рабочим столом, мне приснился сон, в котором за мной гонится медведь. Пришлось проснуться и тихо проклясть Миндартиса, из-за которого в моей голове теперь летают подобные картины. Из-за усталости я была немного рассеяна, а потому решила пойти домой.

Когда я пришла домой, то в квартире что-то хлопнуло, а с потолка посыпались конфетти. Повсюду висели воздушные шарики, словно у нас была какая-то вечеринка. И я почти не ошиблась.

— Ээээээ! — воскликнул Кузнечик с праздничным колпачком на голове.

— Итари, я сдал экзамен! — закричал Кливий и чуть ли не со слезами на глаза бросился в мои объятия.

Я была немного не готова к подобному и пошатнулась. Эта новость безумно меня обрадовала, но, к сожалению, не смогла взбодрить. Как только брат сдал экзамен, он поехал по магазинам, закупил продукты и приготовил грандиозный ужин, а Кузнечик украсил квартиру. Они очень хотели устроить мне сюрприз. Мне было очень приятно, и я от души поздравила Кливия. Все его усилия были оправданы результатом, доказывая, что для успеха нужно хорошенько потрудиться.

Выпив гранатового сока и отведав рыбы, я призвала всех разойтись и продолжить импровизированную вечеринку завтра. Мою идею поддержали, так как ребята знали, что последние сутки я провела в лаборатории и, несмотря на сон в комнате отдыха, вымоталась. Мои старания, как и Кливия, также были оправданы, потому что я закончила всю ту бумажную документацию по экспедиции и уже сдала ее. Можно было выдохнуть и вернуться к привычному темпу.

Я приняла контрастный душ и вышла из ванной лишь в одном полотенце.

— Эээ, — воскликнул Кузнечик, который караулил меня у дверей ванны. Я невольно вздрогнула от неожиданности, но приняла вибрирующий артефакт связи. Это был Сариэль.

— Спасибо, — поблагодарила я умертвие и поспешила в спальню, чтобы поговорить с горделивым. Слушать объяснения мне не хотелось, но ответить на звонок все же стоило.

«— Привет, Тари, — поздоровался Сариэль со мной. — Не спишь?»

— Собиралась, — устало ответила я. — Опять хочешь предложить встретиться? — перешла я к сути.

«— Ты читаешь мои мысли, — немного неловко рассмеялся он. — Надеюсь, ты не в обиде из-за меня. Я готов загладить свою вину. Увы, но то, что я хотел бы сказать в свое оправдание не предназначено для того, чтобы обсуждать по монофону».

— Я не тороплю тебя, — покладисто согласилась я. — Мне не нужно отчитываться. Спасибо за то, что предупредил меня, — честно сказала я.

«— Нас с тобой вечно с тобой разделяют судьба и неприятности. Поэтому я бы хотел предложить тебе кое-что другое. Почему бы нам не попробовать поговорить через зеркало?»

— Зеркало? — переспросила я, глядя на напольную штуковину в углу спальни. — Зачем?

«— Во-первых, я соскучился по тебе. Во-вторых, я хочу вновь взглянуть на тебя. В-третьих, я хочу, чтобы ты наконец увидела меня без иллюзии. Раз нам не везет с личными встречами, то почему бы нам немного не схитрить? У тебя же есть зеркало?» — решил на всякий случай уточнить Сариэль. Я почти ляпнула, что не умею ничего против, как сама не взглянула на свое отражение. Синяки под глазами, помятое лицо после сна на работе, мозоль на руке от переписывания документов. Ситуацию усугубляли порезы на руках, полученные в экспедиции. Когда собиралась на свидания, я прикрывала одеждой подобные мелочи, но сейчас я была чуть ли не голой. Пришлось признать, что сейчас не лучший момент для встречи. Было бы честно увидь он меня такой, но мне все-таки хотелось, чтобы наша первая встреча была красивой, если так можно выразиться.

— Боюсь, я нехорошо выгляжу для того, чтобы связаться с тобой через зеркало сейчас, — уклонилась я от столь прямого предложения. — Давай все-таки назначим дату встречи, — предложила я.

«— Я не против, но что не так сейчас?» — удивился Сариэль так, словно у меня что-то случилось.

— Я после душа и очень устала. Хотела бы лечь спать сейчас, а не болтать, — вновь намекнула я на то, что пора бы заканчивать разговор.

«— Хм, — Сариэль призадумался, — тогда что насчет фестиваля?»

— Какого фестиваля? — я приподняла брови, подавляя желание зевнуть.

«— Завтра в городе начинается фестиваль романтики. Он будет идти неделю — каждый день различные мероприятия и конкурсы. Я убежден, что мы должны принять в нем участие и ничего не пропустить. Он пройдет в том же парке, где мы всегда встречаемся с тобой. Но… нам явно не везет, — Сариэль досадливо цыкнул, — давай придем под иллюзиями. Так мы не ошибемся и нам будет проще, и только после того, как мы вес проясним и обсудим, снимем их. Как тебе такая идея?»

— Да. Мне нравится, — я удовлетворённо кивнула, понимая, что в этом есть доля здравого смысла. — Тогда договорились. Не обижайся, но я очень устала. До завтра, — попрощалась я с эльфом, прерывая связь.

Утро встретило меня ароматом чего-то съестного. Кливий, решив, что сдача экзамена — праздник для меня, активно хозяйничал на кухне, готовя для меня любимых креветок в сырном кляре. Было приятно.

Я вчера управилась с работой, а потому взяла сегодня второй выходной, который могла взять после экспедиции. Отдохну и спокойно соберусь на встречу с Сариэлем. Хотелось верить, что сегодня все пройдет гладко и я не встречу Миндартса. Я пришла к выводу, что Минд — нечто вроде амулета на неудачу, я хотела проверить данную теорию: как сложится день, если не встретить горделивого? Я хоть и не провидица, но подтверждено, что нити судьбы тесно оплетают нас и могут влиять на события, а потому стоит быть начеку.

Первую половину дня мы с семьёй провели вне дома. Сегодня было соревнование по складыванию оригами, в котором Кузнечик принимал участие. Мы отправились в молодежный центр, где проходило мероприятие. Мы с братом активно поддерживали Кузнечика, а его талант принес ему безоговорочную победу и первое место. Наверное, эльфам было обидно проиграть умертвию, однако с фактами было не поспорить. Так или иначе, но у Кузнечика нет никаких потребностей, присущих живым, и он может тратить все то время, что у него есть, на что пожелает. В том числе и на оттачивание своего мастерства. Возможно, если бы у других было больше свободного времени, они были бы не менее талантливы. Но сейчас это уже не имело значение — Кузнечка приглашали на региональное соревнование как победителя.

После обеда мы вернулись домой и немного передохнули. Моему организму был нужен дневной сон. После этого я начала сборы. Кливий рассказал мне множество приятных глупостей про предстоящий фестиваль, а потому я была настроена поучаствовать во всех мероприятиях, несмотря ни на что. На душе было тепло. Этот фестиваль проводился каждый год, но сегодня я шла на него впервые, всегда были какие-то дела, которые останавливали меня.

Благодаря брату я узнала множество подробностей, например, то, что название фестиваля переводится как «праздник цветов», а также то, в какой цветовой гамме будет торжество: розовый, белый, фиолетовый. Я выбрала белое платье средней длины и с небольшими рукавами. Чтобы соответствовать празднику, в волосы я вплела несколько азалий. Вышло достаточно неплохо.

Как оказалось, Кливий не с простого места знает столько интересных подробней и то, в какое время будет проходить самые интересные мероприятия. Его друг занимался подготовкой торжества, а также он сам сегодня идет на фестиваль с той самой девушкой, которая готовила его к экзамену. Стоило признать, что это отчасти было ожидаемо, поэтому на фестиваль я собиралась не одна. Кузнечик активно помогал нам в сборах и шутил, что ему нужно познакомиться с какой-нибудь умершей женщиной, можно даже и призраком и также сходить с ней на свидание. Кливия это позабавило, а я над этим всерьез задумалась. Стоит потом сходить на могилу бабули и спросить, что она думает на этот счет. Вдруг сможет что-нибудь посоветовать?

К пяти часам мы были готовы и вместе с братом отправились в парк. Машину мы брать не стали. Пожелав брату удачи в построении крепких отношений и дав ему парочку советов, о которых меня, конечно, не просили, я направилась к дереву встречи. В груди вновь было приятное волнение. Возможно, дело в настроении, но я была уверена, что сегодняшний вечер будет незабываем.

Пока я шла по главной аллеи, то не могла насладиться видом. Я ходила по этому парку почти каждый день, но сегодня он преобразился до неузнаваемости. Листья всех деревьев окрасились в бело-розовые цвета. Листья постепенно темнели и тогда, когда становились фиолетовыми, опадали на землю так, словно сейчас был разгар осени. Со всех сторон раздавалась ненавязчивая музыка, а вдалеке я увидела площадку для медленных танцев. Повсюду шли влюбленные парочки совершенно разных возрастов: от студентов до пожилых семей. В воздухе царила приятная атмосфера фестиваля: нежность, волнение, немного смущения и страсти. Подобный флакон был удивителен.

Как только я вошла в парк, прелестная женщина в пышном платье, словно она пришла на бал, дала мне билетик, который во время фестиваля было нужно заполнить. На билетике было место для небольших фотографий под каждым из развлечений, которые были на фестивали. Чем больше совместных фото, тем больше шанс после фестиваля получить какой-то приз. Это было интересной уловкой организаторов. Изучение брошюрки с мероприятиями я решила заняться чуть позже, так как вначале хотела повстречаться с Сариэлем.

Сегодня нашей встрече все-таки было суждено состояться, так как у знакомого дерева, которое за один день изменило свой цвет, помимо других эльфов действительно стоял Сариэль. Он был одет в белый костюм, а в нагрудном кармане был розовый пион. Даже наша одежда решила подыграть друг другу сегодня. Это было забавно.

— Привет, — улыбнулась я мужчине, когда подошла к дереву.

— Здравствуй, Тари, — он также расплылся в улыбке и взглядом предложил присесть. — Я должен объясниться перед тобой и… — начал он, а я перебила его, имея несколько другие планы:

— Давай забудем об этом? Давай сегодня насладимся фестивалем, а потом решим все дела и какие-то проблемы? — миролюбиво предложила я, вдыхая сладковатый воздух. — Я никогда не была на фестивале романтики, здесь столько интересного, — я с предвкушением оглядела небольшую полянку напротив, на которой стояло множество мольбертов и холстов.

— Тогда… — Сариэль немного призадумался, словно сомневался в чем-то. — Тогда я предлагаю тебе провести этот фестиваль под иллюзиями, а снять их в конце праздника, как его приятное завершение. Мы уже привыкли к таким образам друга. Ты, конечно, не из робкого десятка, но вдруг моя внешность смутит тебя?

— Не думаю, что такое случится, — усмехнулась я. — Но мне нравится. Давай так и сделаем, — я протянула Сариэлю ладонь, прося скрепить наш неписьменный, но все же договор рукопожатием. Сариэль не возражал и крепко сжал мою ладонь.

Недопонимание и неловкость, которые возникли между нами, из-за несостоявшихся встреч были улажены и забыты, уступив место только хорошему настроению и ярким эмоциям.

— Куда хочешь пойти вначале? — Сариэль мягко приобнял меня за плечи, а я прикусила губу, разглядывая билетики. Никакой приз мне не был нужен, а вот заполнить фотокарточку действительно хотелось.

— Можем начать по порядку. Организаторы придумали сценарий праздника для нас, поэтому не вижу смысла выдумывать что-то новое, — подметила я и ткнула в первый пункт. — Где-то здесь должна быть традиционная чайная лавка, — я задумчиво огляделась.

— Я видел ее в самом сердце парка, — радостно воскликнул Сариэль и потащил меня в толпу других таких же восторженных гостей фестиваля. Народу с каждой секундой становилось больше. — Если мне не изменяет память, то паре нужно выпить чая с листьями деревьев. По старым эльфийским традициям этот чай считался одной из частей обряда верности, но сейчас это лишь красивая традиция. К н и г о е д . н е т

— Правда? Я никогда не слышала чего-то подобного, — удивлённо покачала я головой. — У нашего народа столько традиций, что трудно уследить за всеми, — пришлось признать мне и указать на белый странный домик. — Кажется, это то, что мы ищем.

— В точку, — Сариэль довольно улыбнулся и взяв меня за руку, потянул внутрь.

Было немного странно, что несмотря на обилие народа мы были единственными посетителями, но Сариэль шепнул мне, что этот домик — магическое окошко, чтобы не было скопления эльфов. То есть, дверь в лавку — телепорт, откуда можно попасть в одно из нескольких окошек с точно такими же лавками. Очень удобно, стоит признать.

Потолок заведения был сделан из тончайшего стекла, благодаря чему мы могли видеть вечернее небо, повсюду стояли живые цветы. В воздухе витал аромат каких-то трав, а все баночки, что стояли на широких деревянных полках, были обвязаны тоненькими ленточками.

— Чем я могу помочь вам? — с улыбкой спросил хозяин, мужчина лет сорока, с неглубокими морщинами на лице. — Какой чай вы хотите отведать? — учтиво поинтересовался он, по очереди оглядывая нас.

— Моя спутница сделает выбор, — Сариэль хитро посмотрел на меня, пропуская к прилавку, на котором было разложено множество склянок с листьями.

— Я совсем не разбираюсь в чаях. Вы можете мне помочь? — попросила я хозяина, понимая, что травы для таких чаев имеют особое значение.

— Ни в коем случае, госпожа — мужчина усмехнулся, поправив длинные усы, — только вы сами сможете создать чай, наполненный вашими чувствами и эмоциями. Прислушайтесь к своему сердцу, — прошептал он и дал мне несколько склянок. — Оцените каждый аромат и никуда не спешите — ночь длинная, а чашку чая вы сможете выпить лишь одну.

Я не любила романтические фильмы, но сейчас чувствовала приятное предвкушение. Дух фестиваля знал свое дело и я, отбросив какие-либо предубеждения и сомнения насчет Сариэля, принялась за составление идеального сочетания. В какой-то момент Сариэлю надоело стоять в сторонке, и он также начал помогать мне. Выбирать травы и листья для чая было необычным и довольно увлекательным занятием. Мы пробовали заваривать различные ягоды, литья и даже веточки. Почему-то все ингредиенты пахли для нас по-разному, но несмотря на это нам все же удалось прийти к единому решению: веточки смородины, листья лимонного дерева, немного душицы, а в завершение капля меда. Это было удивительное сочетание.

— Хороший выбор, хороший, — проговорил хозяин, продолжая поглаживать усы. — Выпейте чай до дна, а стаканчики съешьте, — сказал он напоследок.

— Съешьте? — брови Сариэля взлетели вверх от удивления, а я подметила, присмотревшись.

— Если я не ошибаюсь, то это стаканчики из тончайших вафлей, — я покрутила в руках кружку с напитком, а владелец довольно покивал мне и цыкнул на Сариэля, который попробовал куснуть стаканчик раньше времени.

— Удивительно, — пробормотал Сариэль, когда мы с ним вышли на улицу.

Заняв одну из скамеечек возле парка, мы принялись за напиток. Это, наверное, был и не самый лучший чай, который я когда-либо только пробовала, но точно один из лучших. Чуть запоздало мы вспомнили о билете, который нужно заполнить совместными снимками. Как раз рядом продавались небольшие летающие лягушки-монофоты, которые сразу же выплевывали готовый снимок. Сариэль оставил меня недолго и купил нам это милое чудище, иначе назвать этот монофот у меня язык не поворачивался. Мило, но страшненько.

— Давай выпьем за нас и за этот чудесный фестиваль, — предложил Сариэль, поднимая вафельный стаканчик.

— А также за научные исследования, — внесла я и свою лепту. Сариэль усмехнулся:

— И за исследования. Это, кончено, не алкоголь, но все же, — он весело подмигнул мне и сделал глоток чая. — Какой теплый, — мужчина зажмурился от удовольствия, а лягушка громко квакнула и выплюнуло наш снимок.

Мы с Сариэлем смотрелись очень гармонично, а от чая даже на снимке шел пар. Отодрав липкую пленку, мы приклеили фото на первую ячейку. Так как мы были на фестивале как пара, то и карточка у нас была одна на двоих. Следующим пунктом нашего увлекательного путешествия была полянка напротив места нашей встречи.

— Старайся не смеяться, — попросила я Сариэля, пытаясь кистью вывести что-то, что походило бы на лицо эльфа. Влюбленные должны были нарисовать портреты друг друга.

— Я не могу не смеяться. Ты так мило стараешься, — Сариэль закусил губу под моим строгим взглядом, пытаясь принять серьезный вид. — Если у тебя не получится, то скажи, что все из-за того, что я мешал тебе, а не из-за того, что ты не умеешь рисовать, — хихикнул он, отдергивая ворот костюма.

— У всех свои недостатки, — фыркнула я, не собираясь скрывать того факта, что мои художественные таланты не то, что бы ниже среднего, они до категории среднего вообще не дотягивают. — Знаешь, Сариэль, в этом костюме ты похож на… — я осеклась, глядя на мужчину.

— На кого? — заинтересовался он. Я хотела сказать, что он похож на снеговика, но осознала, что с этим словом у меня немного другие ассоциации. Пришлось выдумывать нечто новое.

— Ты похож на вестника смерти. Ты знал, что у гномов цвет смерти — белый? — огорошила я Сариэля неожиданной информацией.

— Я слышал о чем-то подобном, — уклончиво ответил мужчина, продолжая сидеть на стуле и позировать мне. — А знаешь, на кого похожа ты? — тихо спросил он, как-то странно меня рассматривая.

— Боюсь предположить, — фыркнула я. — Кое-кто сказал, что я похожа на Хамелобивию.

— Тот, кто это сказал — настоящий глупец, — фыркнул Сариэль и задумался, прикрыв глаза, — ты похожа на розу или же лилию. Красную. По крайне мере, мне так кажется, — сделал мужчина уточнение и полюбопытствовал. — Тебе еще долго? У меня шея затекла так сидеть,

— Еще немного осталось, — пообещала я, перейдя к отрисовке волос.

Мы рисовали тушью и для меня это был уникальный опыт, из-за чего портрет получался еще хуже, чем мог бы быть. В районе глаз был небольшой подтек, а на шее жирная клякса. Увы, но, как и чай, портрет можно было нарисовать только один раз и ничего исправить было нельзя. Да и не хотелось на самом деле. Чаще всего первое изделие в любом деле и ремесле содержит в себе множество ошибок, которыми стоит дорожить. И даже такие ошибки в портрете не заставили бы меня начать все сначала.

Когда я поняла, что сделала все, что могла и портить в принципе уже нечего, развернула мольберт к Сариэлю. Он долго и пристально рассматривал мое творение, на которое я потратила не меньше получаса. Не знаю, о чем он думал, но он в конце концов рассмеялся и сказал, что в деле важна душа создателя и старание. Это было довольно мягко и утешительно с его стороны, потому что мне тушь впредь могла сниться только в кошмаре с участием медведя, который гонится за мной в лесу. Однако из-за того, что портрет Сариэля не удался я не совершенно не расстроилась, понимая, ведь то, что я вижу сейчас — всего лишь иллюзия. Возможно, нам стоило прийти сюда без иллюзий, чтобы был смысл пачкаться в этой туши. Но мы не были против. Рушить ту идиллию, в которой находились сейчас, никому не хотелось.

После того, как Сариэль убедил меня, в том, что любое произведение — настоящее искусство, мы поменялись местами.

— Поправь волосы с правой стороны. Улыбнись и смотри не на меня, а на дерево позади. Чуть-чуть наклони голову вперед. Поправь кулончик на шее. Идеально! — воскликнул Сариэль, когда я под его указаниями приняла нужную позу.

Я сидела на стульчике, наблюдая за действиями Сариэля. Он, в отличие от меня, явно умел управляться кистью, потому что с первой же минуты начал уверено наносить тушь. Сариэль пристально разглядывал меня, но подобное внимание не смущало, ведь я, пока пыталась нарисовать его, делала точно также, успев рассмотреть каждую деталь его иллюзорного лица.

— Здесь только черная тушь? — нахмурился Сариэль, оглядывая бутыльки.

— Я не нашла ничего другого, — подтвердила я, понимая, что прошло достаточно времени и у меня уже затекла спина. Другие пары, что сидели вокруг нас также о чем-то неспешно переговаривались, смеялись и рисовали. Однако они делали лишь приблизительные наброски, не углубляясь в детали. Нам же с Сариэлем хотелось по итогу получить качественный результат, на который мы только способны, а потому Сариэль выдохнул только через час напряженной работы.

— Готова? — мужчина хитро улыбнулся и повернул мольберт ко мне.

На потрете была изображена достаточно симпатичная девушка, внешность которой была моей иллюзией. Правда, Сариэль сделал несколько авторских штрихов — голубая прядь и глаза. Откуда он все-таки добыл другие оттенки я так и не поняла, но осталась приятно удивлена. Мало того, что Сариэль хорошо рисовал, так девушка на портрете действительно отчасти походила и на меня.

— Я все же видел тебя. Я не запомнил черты лица настолько, чтобы нарисовать по памяти полностью, но кое-что все-таки добавил, — улыбнулся мне мужчина, вновь заставляя восхититься его способностями и действительно доказывая то, что он видел меня тем днем.

— Это очень мило с твоей стороны, — пробормотала я, беря в руки свой портрет. Тушь еще не досохла, а потому я старалась быть аккуратной, чтобы не испортить чужую работу. Почему-то организаторы праздника предлагали нарисовать картину, но не предлагали, что с ней делать после. Не таскаться же с ними весь фестиваль?

Когда мы подошли к помощникам праздника, то они ответили, что мы можем забрать портреты друг друга себе. Однако, когда мужчина увидел то, что нарисовал Сариэль, он красноречиво намекнул, что мы можем подарить работы музею фестиваля. Мы все-таки хотели забрать то, над чем так долго старались, а потому не повелись у организатора на поводу. Сариэль сказал, что мы можем оставить портреты под пологом невидимости у одного из деревьев и забрать их позже. Я не отказалась, навряд ли кому-нибудь будут нужны чужие художества.

После того как мы сделали общую фотографию с итоговыми картинами, мы двинулись в следующую точку фестиваля — арки влюбленных. Этот «аттракцион» располагался в глубине парка среди густых деревьев. Белые арки были обвиты цветами и от них исходило приятное свечение. Нам предлагалось пройти через них для того, чтобы закрепить в нашей памяти те чувства, которые мы сейчас испытываем друг другу. Мне было очень интересно, ведь я довольно часто уступала место не эмоциям, а каким-то рассуждениям, не признаваясь себе в тех или иных мелочах. Любопытно узнать, что же я на самом деле испытываю к Сариэль: симпатия или дружеская влюбленность, которая сложилась на основе общих увлечений?

Когда мы подошли к аллейке, то нам пришлось немного приостановиться, глядя на несколько пар в свадебных облачениях. Мы с Сариэлем переглянулись и решили подойти поближе, чтобы разглядеть торжество. Около пяти пар собирались обручиться в этом парке и после пройти через арки. В этом не было ничего удивительного, ведь в этот день все эльфы старались сделать второй половинке предложение всей жизни или же обручиться.

— Нет дня лучше для бракосочетания, чем фестиваль романтики, ведь вокруг только положительные эмоции, — рассмеялся Сариэль, оглядывая красивые пары. — Кто знает, Тари, может мы тоже когда-нибудь будем на их месте? — шутливо сказал мужчина, повернувшись ко мне.

— На месте брачующихся? — переспросила я и довольно кивнула. — Мне нравится ход твоих мыслей, Сариэль. Надеюсь, к этому моменту мы будем знать, кто находится под нашими личинами, — подмигнула я эльфу, намекая, что пока что рановато о таком думать.

— Кто знает, — усмехнулся мужчина и поторопил меня, — давай пройдем к арке — нам нужно еще многое успеть.

Я не отказалась и вновь взглянула на пары, которые проходили обряд бракосочетания и посадки дерева. Гости и все прохожие аплодировали новой семье, а после того, как ритуал завершался, в небо взлетали хлопушки и фейерверки.

Мы с Сариэлем крепко взяли друг друга за руки и шагнули под нежное свечение арки. Перед глазами чуть-чуть поплыло, уступая место только чувствам и эмоциям, которые были скрыты глубоко внутри. Смятение, сомнение, опасение правды, с которой предстоит столкнуться совсем скоро, восхищение, заинтересованность, сильная симпатия, которая стояла на грани и уже была готова стать чем-то больше приятных эмоций, которые вызывал у меня Сариэль, его слова и поступки. Когда свечение погасло, то с арки упал один из цветков. Я не знала, чтобы это могло бы значить, а потому повернулась к Сариэлю. Он явно что-то понимал, но лишь отшутился, сказав, что организаторы плохо прикрепили декорации. Мы с Сариэлем не стали обсуждать то, что испытали, пройдя через арку, считая это все-таки чем-то личным и сокровенным.

Мы улыбнулись друг другу, а лягушка громко квакнула и выплюнула снимок, который успела сделать в самый нужный момент. Наши волосы парили в воздухе так, словно мы были одержимы демонами, а не проходили арку возлюбленных. Я постаралась оставить некромантские комментарии при себе. Так или иначе, но фото вышло забавным.

Через какое-то время, когда мы прошли с ним площадку для медленных танцев, разукрасили бумажный фонарик и повесели его на дерево возлюбленных, отведали немного сладостей из различных фонтанчиков, мы проголодались. Стоило отметить, что фонтан с шоколадом и сладким сиропом больше всего пришлись мне по душе, но перебить аппетит так и не смог. В наших планах было отведать мороженное на двоих, которое подавалось в каких-то особенных стаканчиках, но мы пришли к выводу, что простое мороженное не сможет удовлетворить наш аппетит. Сегодня кафе не работало, но было кое-что получше.

На другой стороне парка аллея была украшена яркими гирляндами, сновало множество людей и торговок цветами, а по обочине стояли палатки с различными яствами и безделушками. Это было похоже на какую-то ярмарку или нечто подобное, если бы не символы переплетенных сердец, что указывали на тематику мероприятиями.

Сариэль крепко держал меня за руки, чтобы мы с ним не потерялись в толпе. Этих лавок не было в нашем «списке», но нам все равно хотелось пройтись по торговым рядам.

— Цветы! Продаем самые лучшие цветы! Цветы из Шаганефса для вашей спутницы жизни, из Ромарина для вашей драгоценной супруги, цветы из Гномьих Гор для признания в любви! Цветы на любой вкус, — громко кричала грузная женщина средних лет. — Не пройдите мимо, ведь двести еловых ничего не стоят по сравнению с счастьем, которое вы можете обрести!

— Зонтик для влюбленных пар! — призывал к своему прилавку худощавый мужчина с длинным и узким носом, на кончике которых находились круглые очки. — Зонтик для влюбленных позволит целоваться вам во время дождя и сделать так, чтобы этого никто не увидел. Что может быть лучше? Купите зонтик! Платите за один, а получаете в подарок погремушку для вашего будущего ребенка!

— Купите карамельные пирожные с предсказаниями внутри! Лишь судьба знает, что попадется вам: признание в любви, лепесток розы или кольцо? Купите пирожное, найдите кольцо и обручитесь сегодня же!

— Автомат для быстрых свадеб! Приложите руки и обручитесь за пять минут, и не нужно тратить деньги на пышные свадьбы. Пять минут — вы женаты, господин! — крикнул он прудящему эльфу и переключился на какую-то девушку, которая шла по аллеи одна. — Не нужно искать свою любовь, если вы можете прямо сейчас выйти замуж за того эльфа, который вам приглянется! Найдите своего спутника и приходите к нам — свадьба за пять минут и срочный ритуал бракосочетания всегда рад вам. Цена: пять лиственных.

Каждый торговец пытался привлечь посетителя громкими криками и хотел выставить свой товар или услугу в более выгодном свете. Нас Сариэлем неоднократно пытались уговорить купить что-нибудь, используя самую безотказную фразу: «вы не пожалеете об этом». Это веселило меня, и мы с Сариэлем действительно купили несколько сувенирчиков, не забыв и о еде. В одной из палаток молодой орк продавал острые пирожки с капустой, которые запали мне в душу. Я съела пять штук и была готова поспорить, что это самый лучший набор острых специй, что я пробовала когда-либо. Сариэль же лишь со смешинками в глазах смотрел на меня, не являясь таким любителем острого. Когда я купила у прекрасного орка пакет с пирожками и намекнула, что была бы рада и рецептик узнать, Сариэль рассмеялся, попросив не настаивать у орка на раскрытии семейных ценностей, и потащил к следующей лавке. Сариэлю хотелось попробовать сладости. Я была любительницей пирожков, булочек и прочей выпечки, но сам шоколад меня особо не особо интересовал.

— Дайте нам, пожалуйста, шоколадные фигурки рыб, — попросил Сариэль прелестную женщину в красном одеянии.

— Для чудесной пары ничего не жалко, — широко улыбнулась она нам и указала на скульптуры. — Каких именно рыб вы желаете приобрести? — любезно уточнила она.

— Моя спутница сделает выбор, — вновь предоставил мне Сариэль единогласное право выбора. — Тари, прошу, — эльф галантно пропустил меня к прилавку.

Мягко приобняв меня за плечи, он стал следить за моим взглядом и прокомментировал:

— Та, что справа, похожа на вид Гернэсс, слева определенно Трехзубая акула, чуть выше ты можешь увидеть Ронранскую мурену. Верхняя полка… — Сариэль вздохнул, — я не уверен, но, возможно, это подвид одного распространенного вида. Меня немного смущает расположение ее хвоста и…

— Не нужно, — рассмеялась я, понимая, что Сариэль может долго говорить о представленных здесь видах, вновь доказывая мне свои знания в данной сфере. — Я тоже все это знаю, — усмехнулась я.

— Действительно, — Сариэль неловко взъерошил волосы на голове, — я совсем забыл. К слову, об этом, — он прищелкнул пальцами так, словно что-то вспомнил, — твоя работа на биологической конференции удивительна. Я не ожидал, что ты работаешь в научно исследовательском центре, — подметил мужчина.

— Почему? — теперь уже я немного удивилась. С самого начала было ясно, что мы с эльфом крутимся в схожих областях. — Можно нам, пожалуйста, одну мурену из темного шоколада и медузу из белого, — попросила я женщину, которая внимательно наблюдала за нами, не сводя взгляд.

— Конечно, милочка, — загадочно улыбнулась она и отвернулась, чтобы взять упаковку для заказа.

— Не знаю, — Сариэль задумчиво пожал плечами и непринужденно рассмеялся, — я был не готов к подобным мелочам. — Тари, а что будет, если тебе не понравится то, кем я являюсь? — неожиданно спросил Сариэль, немного посерьезнев.

— Ты спрашиваешь это так, словно у меня действительно есть причины для беспокойства, — пробормотала я, немного озадачившись. Женщина протянула мне наш заказ и взяла ситуацию в свои руки.

— Эй, влюбленные, — позвала она нас и, понизив голос, спросила. — Вы уже были у мудреца? — она странно улыбнулась и, не дожидаясь ответа, указала нам направление. — Сверните вглубь парка. Там будет узенькая тропинка в глубине деревьев. Там будет дуб, который вы не пропустите. Вы сможете задать этому старику любой вопрос, какой только интересует вас, — женщина усмехнулась, поправив массивное ожерелье, и шепнула напоследок. — Мерцающие огни укажут вам путь.

Она жестом попросила нас отойти от лавки и тут же улыбнулась следующей паре, что стояла в очереди. Мы с Сариэлем не сразу поняли произошедшее, но съев шоколадные фигурки, действительно увидели в билетике пунктик «Мудрец любовных вопросов и желаний».

— Звучит многообещающе, — хмыкнул Сариэль, когда прочитал название.

— Думаю, нам стоит это проверить, — предложила я, понимая, что этот мудрец будет походить на гадалку и скажет нам ровно то, что мы хотим услышать. Сегодня я не была против и согласна была на любую романтику и развлечения, пусть и такие.

— А у тебя есть вопросы к мудрецу? — заинтересовался Сариэль первым идя по слабо освещенной тропинке и отодвигая ветви деревьев так, чтобы меня они не задели.

— Нет, но я придумаю что-нибудь на месте, — пообещала я, порадовавшись что надела удобные босоножки.

— Не сомневаюсь. У тебя всегда была хорошая фантазия, — кивнул Сариэль, а вдалеке что-то блеснуло. — Кажется, это те самые мерцающие огоньки, о которых говорила та женщина, — пробормотал эльф.

Следуя за огнями, мы пришли к хорошо освещенному дубу. Это было нечто вроде дома на дереве, в котором горел свет. Возле дума стояли скамеечки, фонарики и гирлянды освещали полянку и листья деревьев. Так как домик мудреца располагался в глубине парковых деревьев, то отсюда совсем не было слышно праздничной музыки. Лишь пение цикад и каких-то других насекомых.

К деревцу вела каменная дорожка, перед которой стояла табличка, оповещающая нас о том, что мы совершенно бесплатно можем задать мудрецу один вопрос, которых касается дел любовных. Нас такие условия вполне устраивали.

— Кто первый? — уточнила я у Сариэля, остановившись возле самого домика.

— Конечно же ты, — улыбнулся мужчина и спросил. — Тебе помочь подняться по лестнице или ты сама справишься?

— Спасибо, но я справлюсь, — отказалась я от помощи, взбираясь на дерево по веревочной лестнице. С виду она не внушала доверия, но была довольно надежной.

Поднявшись на небольшую смотровую площадку, я махнула Сариэлю рукой и постучалась в обитель мудреца. Дверца тут же открылась мне, предлагая пройти внутрь. Я сразу же почувствовала яркий аромат каких-то цветов. Внутри стоял небольшой низеньких столик с резными ножками, за которым на самом полу сидел бородатый и седовласый старик. Он прикрыл глаза и сложил руки в медитирующем жесте. Мудрец был одет в белые одеяния, а на его голове был странный убор, похожий не то на шляпу, не то на какой-то цилиндр с кристаллом в центре. По всей комнатке были расставлены свечи, которые горели пламенем разных цветов.

Когда я вошла, а дверца за мной плавно закрылась, тихо скрипнув, старик открыл глаза, которые были светло серого оттенка, и задумчиво взглянул на меня. Он без слов оглядел меня с ног до головы и махнул рукой куда-то в сторону. Я посмотрела на стену, на которую он указал и увидела табличку, просящую снять обувь и пройти к столу. Я не противилась правилам и рассталась с босоножками, также присаживаясь на пол.

— Какой вопрос ты хочешь задать мне? — проскрипел мудрец, выставляя на темно-фиолетовую скатерть несколько переливающихся сфер. — Любовь прошлого, любовь настоящего, любовь будущего, — он поочередно указал на каждую из них, предлагая мне выбрать.

— Любовь будущего, — улыбнулась я, указывая на сферу какого-то не то клюквенного, не то малинового оттенка.

— Хорошо, — старец спрятал два оставшихся шара обратно под стол. — Что именно ты хочешь услышать? Задай мне точный вопрос, — попросил мудрец. Я успела уже достаточно подумать об этом, а потому прямо спросила без промедлений:

— Кем мне станет тот мужчина, что ждет меня сейчас? — я кивнула на небольшое окошечко, откуда могла видеть Сариэля. Заметив мой взгляд, он тут же помахал мне.

— Вас ждет распутье, и ты вправе сделать выбор в пользу любого пути, — мудрец прищурился, уставившись на выбранную сферу. — Вас ждет счастливое будущее или же пропасть темных глубин. Выбор только за тобой.

— А можно поподробнее? — с любопытством попросила я, пытаясь понять, провидец ли этот мужчина или же говорит лишь то, что от него сегодня требует вечер романтики.

— Ишь какая хитрая, — фыркнул мужчина и вновь прикрыл глаза, водя руками вокруг сферы будущего, которая засветилась нежно синим оттенком. — О каком из путей ты хочешь узнать больше? Это последний вопрос, на который я отвечу для тебя, — предупредил меня мужчина.

— Можно узнать подробнее о счастливом будущем? — улыбнулась я, желая услышать только хорошее.

— Можно, — мудрец кивнул, вновь начав водить руками. — Если вы сделаете правильный выбор судьбы, то у вас будет достаток, крепкая семья и дети. Но дети не скоро, чуть позже, — сделал он уточнение, заставив меня улыбнуться. — Это все, уходи, — мудрец кивнул мне на выход.

Было обидно, что мне не удалось услышать чего-то действительно пророческого, однако, прежде чем я ушла, он сказал:

— Куда собралась? А сферу будущего кто заберет? — Старик встал из-за своего столика и всунул мне в руки прохладный шар, который тут же погас в моих ладонях. — Спроси совета у нее, когда будешь на развилке судьбы. И… — мудрецы заглянул мне в глаза и, круто развернувшись, философски пробормотал. — Будь осторожнее с подарками, если не хочешь потом сильно удивиться.

— Благодарю вас, — я признательно кивнула ему за дополнительные советы и, не став задерживать мудреца, поспешила на выход.

Сариэль заинтересованно посмотрел на сферу, которую я еще не успела припрятать в самочку и без лишних расспросов поспешил внутрь, чтобы также спросить что-то у мудреца. Не знаю, кто этот старичок на самом деле, но есть в нем что-то такое, что заставляет поверить. Он весьма убедителен. Даже я поверила в приближающуюся развилку судьбы, что уж говорить об остальных? Может быть, дело в свечах, сферах времени и его наряде?

Сариэля не было не больше пяти минут, я даже не успела осмотреться в округе, как эльф спустился ко мне. Против воли я подметила, что в его руках была сфера настоящего. У каждого свой выбор.

У дуба было очень спокойно и умиротворенно настолько, что нам захотелось немного пройтись по едва протоптанным дорожкам рядом.

Когда мы поболтали о впечатлениях и тех эмоциях, которые на нас произвел фестиваль, мы засобирались на главную аллею. Совсем скоро была полночь и собирались запустить салют. Это должно было быть какое-то представление, и мы не хотели его пропустить. В нашей фотокарточке еще осталось несколько пусты ячеек, но мы с Сариэлем чувствовали себя слишком уж вымотанными для того, чтобы отправиться к небольшой реке и переплыть ее на лодках, и взобраться на скалу, на которой все раскрывали покрывала и устраивали пикники. О том, что мы захотим перекусить на полянке мы с эльфом не подумали.

На главную аллею вышли почти все пары, что пришли на фестиваль, а на дорожке неожиданно появилась череда фонтанов. Как нам подсказали организаторы — перед началом фейерверка нам нужно бросить в фонтан лепесток со своим желанием. Не стали пренебрегать данной традицией, а потому каждый из нас взял один из лепесток тех цветов, что присутствовали в нарядах друг друга, обменялись ими и, загадав желание, бросили в фонтан. Сариэлю было очень интересно, что же именно я пожелала, однако я не призналась и не поддалась на уговоры.

— Тари, — позвал меня Сариэль, когда салют и яркое зрелище должны были начаться с минуты на минуты, — может быть, сейчас тот самый момент, когда мы должны призваться друг другу? — эльф серьезно взглянул на меня с мягкой улыбкой.

— Думаю, это действительно будет хорошим завершением вечера, — согласилась я, уже будучи готовой в любой момент снять с себя иллюзию. — Готов? — я повернулась к Сариэлю, закусив губу.

— Я был готов с самого начала. Просто обстоятельства не сложились, — хмыкнул он и, словно бы немного волновался, сделал глубокий вдох.

— Давай снимем иллюзии с пуском первого фейерверка? — предложила я, понимая, что не чувствую никакого беспокойства. При первой встрече я правда переживала, но сейчас была уверенна, что снятие иллюзии никак не изменит моего мнения насчет Сариэля и не изменит наши взаимоотношения.

— Отличная мысль, но вначале…. — Сариэль, словно был фокусником, достал из внутреннего кармана пиджака белую розу теперь уже с красными нитями пигмента. — Тари, ты примешь эту розу от меня? — он широко улыбнулся, протянув мне цветок. Я, кончено же, не отказалась.

Когда в воздух взмыл первый снаряд и разорвался с необыкновенно яркими искрами и громкими звуками, а толпа одобрительно зааплодировала, я сдернула иллюзию. Я не закрывала глаза даже на миг, потому что очень уж хотела увидеть то, как с Сариэля спадают потоки магии. И я действительно увидела то, как иллюзия по слоям спадала с его лица, показывая мне все новые и новые черты.