Глава 36

– Куда мы едем? – скромно поинтересовалась я, когда поняла, что Олеся выехала за город.

– Скоро узнаешь, а пока секрет, – взглянула на меня гонщица.

Машину Олеся вела лихо, перестраиваясь из ряда в ряд на трассе. При этом, мне почему-то совершенно не было страшно, хоть порой Олеся и превышала допустимую скорость, а я вообще не любила быстрой езды. Но ее уверенная манера казалась мне надежной, что ли? Или я просто до такой степени научилась доверять этой девушке. Вот и на ее «секрет» я ни капельки не обиделась. Все равно скоро все узнаю.

В какой-то момент Олеся съехала на обочину и что-то проверила в своем навигаторе.

– Ага, через десять кэмэ будем на месте. Поселок Прибрежный… – пробормотала она, выстраивая маршрут.

Пока я только поняла, что именно в этот поселок она меня и везет. Но еще через какое-то время осознала, что мои предположения ошибочны.

– А нам разве не в Прибрежный нужно? – посмотрела я на Олесю, когда она с песнями проехала мимо таблички с указанием поворота на одноименный поселок.

– Не-а, – тряхнула Олеся головой. – Наш поворот следующий, – тут же свернула она с трассы на ухабистую дорогу вдоль лесопосадки.

Хорошо хоть снега было не много, иначе мы бы здесь могли увязнуть. И я еще меньше стала что-то понимать. Но кажется, Олеся знала, что делает.

Мы проехали еще с пяток километров, прежде чем Олеся затормозила возле какого-то бетонного забора, огораживающего приличную территорию, как я поняла. Что там за забором, я даже предположить не могла – был он гораздо выше человеческого роста. Но и вопросов больше не задавала, догадываясь, что и так все сейчас узнаю.

Олеся вышла из машины и позвонила в ворота. Кому-то сообщила, что мы подъехали. И тогда ворота принялись отворяться.

Каково же было мое удивление, когда за забором оказался просторный двор с огородом, плодовыми деревьями, теплицами и несколькими постройками явно хозяйственного значения. Имелся тут и добротный срубовый дом. Чем-то он мне напомнил деревенскую избу. А в целом это месте было похоже на частную ферму, о чем я и уточнила у Олеси.

– Почти угадала, – кивнула она, уверенно направляясь к дому. – Это хутор…

Ну теперь мне стало понятно, почему хозяйство это стоит особняком, ведь рядом больше ничего жилого не было. Лишь лес – с одной стороны, да поле – с другой.

Пока мы шли к дому по прочищенной от снега тропинке, из одного строения вышел парень в фуфайке и с топором. Равнодушно посмотрев на нас, парень принялся колоть дрова. Откуда-то до нас доносился звук работающего станка, типа столярного. Да и в воздухе пахло не то клеем, не то опилками, а может всем вместе.

В дом мы вошли без стука, а там нас встретил высокий и довольно пожилой мужчина в клетчатой рубахе и широких штанах. На его ногах я заметила самые настоящие лапти, и на миг мне показалось, что явился этот мужчина из прошлого. Да и всё вокруг, кроме, пожалуй, забора и звуков станка, выглядело как-то не современно, по-старинному.

– Олег Васильевич? – первая заговорила Олеся. – Я Олеся, мы с вами договаривались о встрече. А это Ангелина – сестра того парня, про которого я вам рассказывала по телефону.

– Проходите, девушки, – пробасил мужчина неожиданно сильным голосом. – Присаживайтесь за стол. В ногах правды мало, – улыбнулся он, обнажая крепкие желтоватые зубы.

К тому моменту я уже чувствовала себя крайне заинтригованной. Пока я только и поняла, что здесь мы из-за Тёмки.

Разговор у нас завязался не раньше, чем Олег Васильевич налил нам с Олесей чаю, да достал из печи чугунок с пирогами. Да-да, тут была самая настоящая русская печь, которая буквально привела меня в восторг.

– Ну а теперь можно и побеседовать, – присоединился к нам за столом хозяин всего тут, как я догадалась. – Только прошу вас не говорить громко, супружница моя отдыхает в это время.

Я-то вообще молчала до сей поры, а вот Олеся сразу же перешла чуть ли не на шепот. И еще я поймала себя на мысли, что интересно было бы взглянуть на жену этого стареющего гиганта. Почему-то она мне представлялась маленькой и сухонькой женщиной. Ну да ладно, это были лишь мои фантазии, которые вдруг разыгрались не на шутку. Но место это определенно нравилось мне все сильнее.

– Скажи-ка мне, девушка, как давно твой брат находится во власти этой дури? – прямо посмотрел на меня Олег Васильевич.

– Ну… колется он не очень давно, с полгода примерно, – немного растерялась я, хоть примерно этого и ждала. – А употребляет наркотики уже… около трех лет, – вздохнула, вдруг острее осознав, как же давно мой брат не принадлежит самому себе.

– А до того, как колоться начал, что он делал?

– В основном курил. И иногда, наверное, нюхал наркотики, но точно я не знаю, – вздохнула я. В этот момент я подумала, как же давно мы нормально не общались с Тёмкой. Еще со времен его жизни с Галкой-злодейкой. И постепенно брат от меня отдалялся все сильнее. Бывали, конечно, редкие моменты то ли проблеска в его сознании, то ли невольной нашей родственной близости. Но и такой последний был давно. Так давно, что я и вспомнить не могла.

С ответом Олег Васильевич не спешил – думу думал. Мне вдруг стало смешно, что глядя на этого мужчину, я даже мыслить начала по-старинному.

– А сейчас где твой брат? И в каком он состоянии? – снова заговорил Олег Васильевич.

Раньше, чем я успела ответить, Олеся вскинула руку на манер школьницы. И снова мне стало смешно.

– Можно я отвечу? – громким шепотом спросила она. Мужчина перевел на нее взгляд, улыбнулся и кивнул. – Он сейчас в больнице после сильнейшего передоза. Пробудет там еще с неделю.

– А сюда-то приехать захочет? – нахмурился Олег Васильевич.

– Еще как захочет! – твердо проговорила Олеся и тоже нахмурилась.

Глядя на нее такую, я могла предположить, что ослушаться ее Тёмка просто не посмеет. Если уж эта девушка за что-то бралась, то доводила дело до конца. Удивительная она, все же, – захлестнула меня волна горячей благодарности, и на глазах выступили слезы.

– Что ж… жить ему тут год, а то и больше. Никаких телевизоров и телефонов. Как и компутеров у него тут тоже не будет. Зато все мои книги в его распоряжении. А еще воздух и физический труд. Вставать придется рано, как и ложиться тоже. Залог полного излечения, прежде всего, в распорядке дня и самодисциплине… Привозите вашего наркомана, и, надеюсь, через год я его уже буду называть иначе.

– Привезем, – кивнула Олеся. – А навещать его можно будет?

– Не чаще раза в месяц и только одной из вас, ну или обеим, – улыбнулся Олег Васильевич.

– Олесь, это же, наверное, стоит больших денег? – спросила я, когда мы покинули дом, но не раньше, чем напились чаю и отведали вкуснющих пирогов с картошкой и мясом. Хозяйку, к слову, мы так и не увидели.

– Вообще-то, не очень и дорого, – взглянула на меня Олеся. – Да и вообще, когда речь идет о жизни и здоровье близкого мне человека, меньше всего я думаю о деньгах. Тем более, что есть они… И ты об этом не думай.

Возвращалась я в машину, впервые за долгое время преисполненная надеждой на полное выздоровление брата. А еще грели душу слова Олеси о близком человеке.