Глава 10 · Цель номер два

– Дорога ли мне ученица? Странный вопрос, – ответила я холодно.

– Тогда почему ты подпустила к ней проплаченного соблазнителя?

Я внимательней взглянула на молодого мужчину, взирающего на лжеведьмочку с искренним восторгом.

Это как – проплаченный соблазнитель? Определение нового поклонника моего куратора заинтриговало.

– Напомню, что и я, и моя ученица всего один день при дворе. Если хочешь предупредить, говори прямо.

Фарийский прищурился, недовольно меня рассматривая.

– А как же хваленая ведьминская интуиция? Она разве не подсказывает, что от определенных мужчин юным девам нужно держаться подальше?

Издевается? Да нет, он явно на что-то намекает, только на что именно? На мое общение с придворным магом?

Момент не располагал к игре в загадки, и я не сдержалась:

– Фарийский, или проваливай, или говори прямо!

– Как мне нравится суровая Зея, – усмехнулся он. – Очаровательный молодой человек, который сейчас разговаривает с твоей ученицей, выполняет определенного рода щекотливые поручения. Обычно влюбляет в себя дебютанток, чтобы они сгоряча отказывались от выгодной партии, но порой и соблазняет глупышек, ломая им судьбы. Моя интуиция подсказывает, что в вашем случае будет второе: кто-то решил вывести Эффи, главную фаворитку смотрин, из игры.

– Ты уверен? – Я покосилась на довольного куратора.

Обеспокоенным тот не выглядел.

– У гаденыша полно влиятельных покровителей, но я ему все равно подпорчу улыбку, если обнаружу в бокале, который он принес Эффи, приворотное зелье.

Говорил Фарийский без эмоций, ровным голосом, но при этом тонкие ноздри длинного носа гневно трепетали.

«Останови его, Эффи, – мысленно взмолился куратор. – Он же мне всю игру поломает!»

Фарийский хрустнул пальцами, разминая кулаки, и решительно направился к воркующей парочке. Мне пришлось подбежать, чтобы догнать его.

– Стой, – прошипела я, вцепляясь в рукав терракотового камзола.

Маг развернулся.

– Ты меня останавливаешь, когда нужно спасать…

Я перебила:

– Зачем спасать? Он сам виноват.

Фарийский растерянно моргнул.

– Ты о ком, Зея? Я хочу спасти твою ученицу.

– Поверь, сочувствовать нужно коварному соблазнителю.

Пользуясь состоянием мага, я подвела его к столу, на то же место, где стояли ранее: там все еще никого не было, и мы могли спокойно разговаривать.

– Ты сейчас серьезно, Зея?

Я верила в Чейла, поэтому кивнула:

– Абсолютно. Не мешай девочке развлекаться.

Маг нахмурил темные брови.

– Ты так спокойна, когда твоей… – Фарийский помедлил, будто подбирая слово, – ученице, родной племяннице, могут навредить.

Уже не раз замечала, что он спотыкается на мнимой Эффи. Решил, что она не племянница, а моя дочь? Смешно. Хотя по возрасту подходит, да. А кто тогда папа?

Встретилась взглядом с магом. Сколько затаенной тревоги в его потемневших глазах.

Да ладно… не может быть! Или может?

Я схватила бокал с соком и поспешно запила неожиданную догадку. Точнее, потрясение от того, что у кого-то могут быть подобные догадки. Ох, а если еще точнее, ужас, что на некоторых магов зелье забвения действует плохо. Сколько же он вспомнил и что именно?

– Проверяй все, что ешь и пьешь во дворце, – строго потребовал маг и отнял у меня бокал.

Провел рукой над ним, кастуя заклинание на яды, и вернул.

Наши пальцы на миг соприкоснулись. Меня будто пчела ужалила, только вместо боли я испытала странные ощущения. Захотелось повторить. Естественно, чтобы понять, что это было.

– Представь себе, я понимаю, что хранительница всем мешает. Что, вернувшись, я внесла сумятицу в привычную жизнь, и хорошо насиженные стулья зашатались.

– Да, на ведьму без семьи сложно надавить, неизвестно, чего от нее ждать, поэтому кому-то выгоднее договориться, а кому-то проще устранить.

– Предлагаю не стесняться и называть вещи своими именами: отравить меня пытается верховная.

Я назвала наобум, ведь мешала и фавориткам короля, и сокурснице, но Фарийский не стал возражать.

– Раз ты понимаешь ситуацию, будь осторожнее, – тихо попросил он.

И это были не просто слова. Он, странное дело, переживал по-настоящему.

Неожиданное открытие. И такое несвоевременное!

– Зея, ты сейчас смотришь на меня так, словно увидела хаосита, – с легкой иронией произнес мужчина.

– Да вот удивляюсь, что ты такой заботливый, сочувствуешь ведьмам, – улыбнулась я подчеркнуто мило. – Жена перевоспитала? Дети появились и твое сердце смягчилось?

Лицо мага посуровело, на скулах заиграли желваки.

Помолчав мгновение, он в свою очередь поинтересовался:

– Перевоспитала? Разве я раньше был негодяем? Переходил рамки дозволенного? Разве за год обучения я обидел тебя или другую ведьму?

Вот это отповедь! И притом справедливая, если подумать хорошенько. Раньше я бы сказала, что да, обижал: усиленно мешал общению с принцем, появляясь в самый неподходящий момент. Но теперь с высоты прожитых лет искренне благодарна, что он невзначай останавливал наше с Кассием сближение.

– Нет, ты был как и все молодые маги из аристократических семейств.

– Как и все, – эхом с едва заметной горечью отозвался Фарийский и вдруг с кривой усмешкой добавил: – Я не женат, Зея, невесты или постоянной подруги нет.

Ого, как откровенно!

– Меня не интересует твое семейное положение, замуж за тебя не собираюсь, – надменно сообщила я.

Сердце почему-то предательски забилось быстрее. А как же мои проклятия? И стерва, которую я требовала у Судьбы для него?

Наверное, что-то было эдакое у меня на лице – маг вдруг хмыкнул:

– Какое огорчение, что не собираешься. Хорошо, что предупредила, пощадила мою гордость.

Ох, эта ирония! Я уже и забыла, каким едким бывает Фарийский.

– Раз вы, молодые, уже выяснили отношения, могу я вклиниться в вашу беседу? – прозвучал позади приятный голос магистра Торвеолы, который подошел бесшумно, как истинный боевой маг.

Фарийский его видел, но никак не дал понять о приближении. Одним словом, вражина, что еще можно сказать?

Растянув губы в легкой улыбке, я полуобернулась так, чтобы держать в поле зрения обоих мужчин.

– С умным человеком беседа всегда к месту и вовремя.

Фарийский вскинул бровь, будто спрашивая, с чего это я вдруг веду себя правильно, придерживаясь этикета.

Неужели не понятно, что эксклюзивные отношения только для него, дорогого недруга? А вот с его начальством я могу и полюбезничать.

– Лорд Фарийский, позвольте, я приглашу вашу собеседницу на танец, – официальным тоном произнес лорд Торвеола.

– Увы, как только что выяснилось, у меня нет права возражать, – с наигранной грустью отозвался Фарийский на простую фразу по правилам этикета.

Вот же зубоскал!

– Буду счастлив, если подарите мне еще один танец, госпожа Арбор, – произнес магистр Торвеола.

Слова кардинально отличались от тона голоса – сухого, резковатого – и выражения глаз, в которых застыли настороженность и предупреждение.

Он видел меня с Куаритисом и сделал правильные выводы. Будет переманивать на свою сторону? Угрожать? Ни один из вариантов мне не нравился, и если угадала, то разочаруюсь в магистре.

– С удовольствием, магистр.

Аликро – танец красивый, но быстрый и энергичный, мало подходит для беседы и человека, у которого болит нога. А она у магистра точно болела: я видела напряжение на уставшем лице. И один раз заметила гримасу боли.

– Будьте осторожны, госпожа хранительница, – произнес маг.

Ага, вот и начинается запугивание, чтобы не вздумала переходить на сторону противника. Как предсказуемо! Что ж, я ко всему готова и не жду от магов ничего хорошего.

– Я стараюсь проявлять осторожность всегда, ваше магичество, – отозвалась я нейтрально.

Лорд Торвеола покачал головой, будто уличив меня во лжи.

– У придворного мага нервная и крайне ревнивая жена, – сообщил он. – Знаю о двух случаях, когда леди Куаритис проявила неадекватность по отношению к дамам, с которыми долго разговаривал ее супруг.

Так это не угрозы, а дружеское предупреждение? Как и о поспешном отъезде верховной?

Приятно удивил во второй раз. Определенно с магами что-то не то, я помню их другими – эгоистичными, наглыми, вздорными, надменными аристократами. Они хотели только брать, не давая ничего взамен, и брать, невзирая на протест и сопротивление. Нет, были и хорошие ребята, благородные аристократы, которые ухаживали за моими сокурсницами.

Хм, ребята… А ведь двадцать лет назад я почти не общалась со взрослыми магами, преподаватели не в счет. Каковы маги – демонстрировали студенты, у которых гулял ветер в голове, кипела кровь в жилах, а шило в заду толкало на подвиги и глупости. Почему я об этом никогда не думала в Занебесье? Может, потому что было больно вспоминать прошлую жизнь? Или виноваты напряженные занятия и тренировки, после которых не оставалось мыслей о прошлой жизни? Или все дело в особой магии Занебесья, которая заставляла сосредоточиться только на учебе?

Ответа нет. В чем-то ситуация с ведьмами стала хуже, но многие или изменились, или я видела только определенную группку. Даже Фарийский не такой гад, каким казался прежде.

Похоже, я должна присмотреться к магам, увидеть их свежим взглядом без предубеждения. Иначе я, чванливая хранительница с шорами на глазах, хуже их в разы.

– Благодарю за своевременное предупреждение, лорд Торвеола, – искренне поблагодарила я.

– Не за что, – отмахнулся маг и поморщился.

В этот момент в танце полагалось поднять руки и соприкоснуться ладонями.

И я решилась узнать о магистре больше.

Кожа к коже – я раскрылась миру, чтобы ощутить и мужчину рядом со мной.

Миг – как капля густого меда. Застыл. Растянулся, утекая в вечность.

Люди смеялись, беспечно болтали о незначительном и безумно важном, зло сплетничали, ехидничали, подстрекали, плевались ядом, плели интриги…

Звенела тревожно магическая защита дворца – слишком много артефактов на гостях, давно обновляли и подпитывали. Дышал усталостью каждый камень в здании, мечтая об отдыхе.

Сад вокруг дворца мечтал сбросить оковы, освободить от магических пут своих жителей.

Мужчину рядом со мной переполняла тоска. Он смотрел на меня – и видел другую женщину, похожую внешне, но ершистую и дерзкую. Вспоминал с тоской ту, которая некогда воспламенила сердце и вымотала душу, чтобы исчезнуть навсегда.

К боли душевной примешалась и физическая. Незажившая рана. Левое бедро мага ныло и пульсировало, растекаясь жаром вниз к колену.

Как же ему плохо! Я едва не отпрыгнула в ужасе, уловив лишь отголоски чужой боли.

И как он терпит? Да еще и уверенно ведет меня в танце?

– Лорд Торвеола, а давайте поговорим в саду! – решительно попросила я.

Магистр вопросительно изогнул черную бровь:

– Вам надоело танцевать?

– Душно. Хочу подышать свежим воздухом.

– С удовольствием выполню ваше желание, – отозвался маг. – Нашу беседу лучше продолжить не здесь.

Я порадовалась, что не пришлось уговаривать, что не стал упрямиться.

Почему Торвеола не обращался к целителю повторно? Рана на ноге не вылечена полностью.

Хотя о чем я? Одна из моих названых сестер, вспоминая отца, выразилась как-то со злой иронией: настоящий воин идет к целителю, когда вражеский топор в спине мешает ее чесать. Похоже, магистр именно из таких: в бою смел, а к целителю обратиться страшно, некогда, а то и гордость мешает.

Или же думает, что долечится само, магией. И он был бы прав, если бы не одно очень жирное «но».

Что ж, теперь я его ошарашу и заодно отблагодарю за предупреждение.

– Желаете пойти в определенное место сада?

– Совсем его не знаю, на ваше усмотрение.

Магистр предложил опереться на его локоть, и я не отказалась, все еще чутко реагируя на состояние мужчины.

К боли примешалась тоска. Давняя, не проходящая. Он смотрел на меня – видел другую.

Я не до конца вышла из состояния открытости и все еще читала отблески чужих чувств. Магистр сожалел не о потере, а о том, что не защитил, не сберег, не удержал…

Не мои сожаления, но как же больно! Даже дыхание перехватило.

Смущенно хихикая, мимо нас проскользнули две девицы в светлых платьях. Обеих я видела в числе невест для принца Гектора.

– Ой! – Темноволосая девушка оступилась и припала на ногу.

Забыв о своей травме, магистр оказался рядом.

– Вы в порядке?

Девица кивнула и принялась горячо благодарить за сопереживание.

– Не переживайте, здесь даже растяжения нет, – с уверенностью заявила вторая, светловолосая, девушка. – Всего лишь новая обувь, которую я не советовала надевать.

– Да-да, и не болит совсем, – отозвалась первая.

Не соврала, что боли нет. При этом я четко чуяла подставу и поспешила увести магистра прочь.

Когда проходила мимо светловолосой невесты, она украдкой ткнула мне записку, которую я тотчас спрятала в карман.

Ага, не ошиблась, подстава, но не для магистра, а для того, чтобы передать послание мне. Жаль, узнаю только в своих апартаментах, что в записке.

Ночной сад освещали желтые фонари в виде стальных цветов, растущих из земли, голубой мох на стволах деревьев и крупные светлячки, безбоязненно садящиеся на плечи и головы людей.

Ощутив шевеление лапок в своих волосах, я сняла очередного жучка, который и не подумал слетать с ладони, пришлось стряхивать.

Вечнозеленые кусты луариты скрывали небольшую ротонду, увитую плетистыми белыми розами. К счастью для меня, цветы были обычные, не измененные магией, и потому не вызывали неприятия.

Не скрывая облегчения, маг опустился на покрытую мягким ковром скамью и потер ногу.

– Итак, будем откровенны, госпожа Арбор?

Я покачала головой.

– Разговоры потом. Снимайте штаны, ваше магичество!

Мужчина кхекнул и попытался встать.

Я легонько надавила ему на плечо.

– Снимайте штаны, иначе пожалеете! – велела строго, наслаждаясь выражением лица магистра и букетом его эмоций: удивление, смущение, разочарование и даже страх. Он не видел во мне симпатичную женщину, только возможного союзника. И единственное его желание: покровительствовать той, которая немного похожа на давнюю возлюбленную.

– Хотите заключить союз с хранительницей? – отрывисто спросила я. – Значит, доверьтесь мне и снимите штаны!

То, как магистр поведет себя сейчас, скажет многое о моем статусе в его глазах. В покровительстве я точно не нуждаюсь, а вот интуитивное доверие не помешало бы.

Чудо! Лорд Торвеола коснулся пряжки ремня.

– Приготовьтесь дать разумные объяснения, госпожа Арбор, – хмуро обронил он.

– Не успели толком познакомиться, а уже с магистра штаны сдираешь, Зея? – едко спросил Йенран Фарийский, выходя из-за завесы из роз.

– А чего стесняться? Я же ведьма! – огрызнулась я и полностью сосредоточилась на магистре.

Как и предполагала, рана на его мускулистом бедре залеплена абы как куском полотна. Ткань даже не пропитали целебным эликсиром!

– Ваше магичество, вас лечил коновал? – тихо спросила у магистра.

– Да вроде личный целитель, – усмехнулся он. – Притом со всеми регалиями.

Я без предупреждения рванула тряпку с раны – лорд Торвеола зашипел.

– Нож мне! И обработай заклинанием лезвие, – потребовала у Фарийского, не глядя на него.

Успел надумать обо мне гадостей, пускай. Главное, чтобы беспрекословно помогал сейчас.

На первый взгляд нога выглядела сносно: розовый след вокруг белого длинного шрама. Вот только болеть она не переставала и вскоре должна убить магистра.

– Госпожа Арбор, что вы хотите сделать? – спросил лорд Торвеола требовательно.

– Я союзник, ваше магичество, поверьте мне без объяснений, – попросила я. – Позже узнаете подробности.

Несколько секунд, драгоценных мгновений промедления, и магистр повелел:

– Йенран, дай ей то, что просит!

Отрезвляющий холод стали, внушающая уверенность приятная тяжесть – боевое оружие удачно легло мне в ладонь. Я еще успела заметить герб рода Фарийского на простой белой рукоятке из зуба какого-то чудовища, затем полностью сосредоточилась на ноге магистра.

Я не целительница, но тоже кое-что умею. Быстро заговорив кровь, провела острием ножа четко по линии шрама. Сделаю красиво, магистру еще с женщинами общаться.

Рана занемела, кровь застыла и не вытекала, но лорд Торвеола шумно выдохнул.

– Лучше отвернитесь, все равно Фарийский бдит и не позволит навредить вам, – посоветовала я.

– А ты хочешь навредить, Зея? – вдруг спросил мой давний враг.

– Разве что тебе, с магистром мы познакомилась только сегодня, – пошутила я, стараясь рассеять угнетающую атмосферу.

Но маг не понял и на полном серьезе уточнил:

– Почему ты на меня злишься, Колючка? Что именно я сделал и не помню?

Ой-ой, какой опасный вопрос! Забыл, да, но сделала-то я. И если он вспомнит, то быть мне объектом ненависти. Притом заслуженно.

– Фарийский, отстань, отвлекаешь! – прошипела я.

– Наш разговор не завершен, – предупредил мужчина отрывисто. – Я не отстану, пока не получу внятные ответы.

– Мне начинать бояться? – пробормотала под нос, цепко вглядываясь в разрезанную плоть.

Освещение в ротонде так себе, выручало ведьминское зрение.

Ткани не отмерли, тогда что же отравляло магистра, причиняя боль и влияя на магический резерв? Я ведь не могла ошибиться? Ясно чуяла вредоносное влияние эманаций… О! Вот же оно!

Я подцепила ногтем кусочек роговой пластины темно-зеленого цвета.

Лорд Торвеола потрясенно выдохнул, Фарийский хищно прищурился.

И куда это деть? Не держать же на ладони!

– Лорд Фарийский, сорвите листочек, чтобы я…

Не договорила: маг создал прозрачный мешочек из чистой силы и без помощи рук переместил туда улику. Несколько томительных секунд мужчины рассматривали то, что подтачивало силы магистра, медленно его убивая.

Осколок принадлежал зверю, который не водился в Архольме. Вдобавок от него фонило эманациями Хаоса. И излучение усилилось с того момента, как я вытащила кусочек из человеческой плоти.

– Что это? – нарушил вопросом тишину магистр.

Он по-настоящему растерялся на несколько мгновений, и мне стало его жаль. Узнавать о предательстве приближенных в любом возрасте и статусе больно, а еще основательно подрывает веру в людей и взращивает паранойю: кругом враги, одни враги…

Быстро очистив рану, я принялась сращивать края, водя над мужским бедром ладонью. Энергозатратное заклинание. Было для меня раньше. Но на всякий случай пусть маги продолжают так думать.

– Если не ошибаюсь, это кусок нагрудной пластины шипоморда из мира Хаоса, – буднично произнес Фарийский.

Магистр покачал головой и сухо обронил:

– Нет, меня не интересует из какой твари этот кусок. Важно понять, как он попал в мою ногу?

– Недавно вы сражались с шипомордом? – спросила я в надежде, что все-таки ошиблась и целитель не предавал ни главу Совета, ни свои клятвы перед богами.

Всего-навсего пропустил чужеродный элемент в ране высокопоставленного пациента. Случайно, ага.

– Нет, госпожа Арбор, – отчеканил магистр, – шипоморда последний раз я видел полгода назад.

– Тогда вывод напрашивается один, – мрачно объявил Фарийский. – Покушение руками вашего целителя.

Магистр ничего не ответил. Даже не спрашивая, закончила ли я с раной, молча натянул брюки.

– Я могла сделать неверные выводы, но лорд Куаритис обещал развал Совета. Мол, вскоре не останется лидера, вокруг которого держатся разношерстные маги, и придворная коалиция окончательно утвердится в своей власти.

Лорд Торвеола кивнул, принимая к сведению.

Сомневаюсь, что он без моих слов не догадался бы, кому выгодно его отравление Хаосом и мучительная смерть. Раскрывая карты Нила, я выбрала сторону, которой буду помогать.

Вечный, надеюсь, я не сделала ошибку, влезая между магами!

– Йенран, на тебе безопасность хранительницы, – сообщил магистр и, сняв с шеи кулон с алым камнем, бросил Фарийскому.

Естественно, тот ловко поймал.

– Понял, – отозвался Фарийский деловито, даже не взглянув в мою сторону. – Что делать с отпечатком Хаоса, который я обнаружил в южной части дворца?

Поколебавшись мгновение, магистр велел:

– Сообщи Куаритису, сам не лезь. Сейчас твоя задача – сопроводить хранительницу в храм до рассвета.

Чудненько! Фарийский будет моей тенью несколько часов. Всю жизнь мечтала, м-да. Чейл будет ржать.

– Приказ понял, – отозвался Фарийский и наконец посмотрел на меня.

Отстраненно. Холодно. Прицениваясь. Мол, много ли хлопот доставлю? Смотрел, словно я была не живым человеком, а стратегически важным предметом без чувств и эмоций.

Ни старшему, ни младшему магу даже в голову не пришло, что я могу быть не согласна с их планами. Мне не нужен Фарийский в охранниках!