Глава 18 · Умножить на страсть, разделить на двоих
Мертвый лес – уникальное место, и всегда им был, не зря же Вечный решил устроить темницу для Хаоса именно здесь.
Мертвый лес – аномалия, в которой можно как быстро наполнить резерв, так и моментально опустошить.
И вскоре Йенран решил мне об этом напомнить.
– Видишь черные грибы?
Блестящие в капельках хрустальной росы, черней сажи, они притягивали взгляд.
– Да, такие попадаются на нашем пути.
– Ядовиты, – строго предупредил маг, – после одного кусочка можно умереть, а еще они предупреждают о лакунах, которые высасывают магию или блокируют резерв.
– И чаще всего эти энергетические дыры на болотах, – продолжила я. – Я выросла неподалеку, знаю почти все об опасностях Мертвого леса.
– Точно, твоя деревенька находится на границе с лесом. – Маг не смутился, сразу подобрал аргумент: – Но в Мертвый лес ты ведь не совалась, правильно?
Я промолчала, давя улыбку.
Пусть так думает, если ему спокойнее. А жаль, я бы многое рассказала о тех же грибах. Черные – да, ядовиты, с красной шляпкой – ослабляют, а вот белые можно есть, они еще не успели впитать в себя эманации Хаоса.
– Зея, – требовательно позвал маг. – Даже если ты бывала на окраине Мертвого леса, это ничего не значит. Его Сердце отличается от любых других районов. Прежде чем отходить в сторону и что-то рвать из растений, спроси у меня.
Ого! Я приятно удивилась. Йенран знал, где именно мы находимся: в так называемом Сердце, зоне, где губительное влияние Хаоса сильнее всего.
– Хорошо, буду тебя слушаться, – легко пообещала я. – А ты хорошо знаешь лес? Столько лет исследуешь.
– Это ничего не значит, здесь слишком много всего необычного, все не изучишь. Лишь хозяйка свободно в нем ориентируется.
– Хозяйка? – переспросила я.
За двадцать лет моего отсутствия здесь появилось нечто новое.
– Хранительница этого места. Она помогает попавшему в беду, выводит заблудившегося.
Хочет сказать, в полумертвом лесу есть дух, как в обычном? Сомневаюсь.
– Байки, – отмахнулась я. – Люди хотят даже в гиблом месте обрести надежду.
– Хорошо, – согласился маг, – но эта байка однажды спасла мне жизнь.
Ого, неожиданный поворот! Великий исследователь Мертвого леса признался, что плохо его знает и когда-то чуть не погиб?
Подробностей я не дождалась: Йенран остановился возле куста с фиолетовыми ягодами продолговатой формы.
– А вот и десерт, который я тебе обещал.
Сифелия? Вкусно и очень сладко, в категорию десерта попадет легко.
– Подожди! – остановил меня маг, когда я захотела сорвать ягодку. – Это специфическая ягода, нежная. Если раздавишь, черные пятна на пальцах продержатся несколько дней, никаким мылом не отмыть.
Он вытащил флягу из недр своего плаща и капнул содержимым на руки. Ядрено запахло чем-то хмельным.
Маг очистил зельем руки, свернул лопух конусом и принялся собирать туда ягоды. Наблюдала я молча, растеряв все слова от удивления.
– Прошу, очень сочная, не раздави. – Он протянул лист мне.
Сам Йенран успел испачкаться.
Меня посетило игривое настроение, и я пошутила:
– Может, тогда покормишь, чтобы я точно не запятнала руки?
Он молча выполнил мою просьбу, восприняв ее за чистую монету, и только потемневший взгляд выдал, что он взволнован.
Кисло-сладкие ягоды были не просто вкусными, но еще и хорошо утоляли жажду.
Я преспокойно ела сифелию из рук мужчины и не понимала, что с ним не так, пока кончики пальцев не задели мои губы. Ох… Меня будто молнией пронзило. Кормление больше не казалось веселым, невинным занятием.
– Спасибо за десерт, – поблагодарила я и сделала очередную глупость. Сорвав зеленую ягоду, потребовала: – Дай руку!
Маг подчинился. Я потерла темные пятна неспелой сифелией – и они моментально исчезли.
– Мылом не отмыть, да, а вот соком зеленой ягоды легко.
– Не знал, что так можно.
Йенран явно говорил о свойствах ягоды, но смотрел почему-то на мои губы.
Все-таки принимать еду из чужих рук – слишком интимное занятие. Недаром взаимное кормление – часть брачного обряда у жителей Степи.
Вскоре мы продолжили наш путь.
Из-за ягод я была так взволнована, что не смотрела под ноги. И это в болотистой местности!
Наступив на кочку, я поскользнулась и бесшумно ушла в затянутую травой и пестрыми цветочками грязь.
По горло ушла. Меня окатило холодом от кончиков пальцев до макушки.
Позвать шедшего впереди мага не успела, а сам он не заметил и не услышал. Я даже ахнуть не смогла – дыхание перехватило.
Лакуна… Я угодила точнехонько в место, высасывающее магию. Когда резко остаешься без силы, это больно… Внутри грызущая пустота, апатия… Нет сил барахтаться…
Глупая смерть, когда была в шаге от счастья.
– Зея! – ужаснулся маг.
В глазах посветлело – Йенран вытащил меня на тропу.
– Сейчас, потерпи. Здесь неподалеку река, сможешь искупаться.
Пока я восстанавливала дыхание, он успел очистить меня от травы, комков грязи и сам в них изгваздаться.
– Спасибо, – прошептала я, едва шевеля языком и губами. – Сейчас, еще немного полежу и пойдем.
– Так это не просто болото, лакуна была? – понял он.
Кивнув, призналась с грустью:
– Увы, я совершенно опустошена.
Йенран без всяких объяснений вдруг навис надо мной. Глаза в глаза. Какие же они темные, серьезные…
Он накрыл мои губы своими. Без спроса нежно поцеловал, вливая магию. Без просьб с моей стороны поделился силой, не раздумывая. Щедро. Неожиданно.
Маги не отбирают, а отдают добровольно? Я потрясена. Мои убеждения, что все они эгоисты, окончательно разрушены.
– Ты как? Лучше? – спросил Йенран настороженно. – Можем идти на реку?
Когда я кивнула, он помог подняться.
Поцелуй – всего лишь лекарство. А хотелось бы…
Ой, слишком многого!
* * *
Пока мы дошли до реки, грязь успела подсохнуть. Жесткое платье царапало кожу. А мои бедные волосы! Возвращение в Фирозию сказалось на них не самым лучшим образом: сначала стали естественно рыжими, теперь и вовсе похожи на корни высохших деревьев.
Пологий берег вялотекущей, неглубокой и прозрачной, несмотря на название «Черная», реки. Несколько нимфей ослепительно белело где-то посередине, больше растительности нет, даже ряски, и песчаное дно хорошо просматривалось. Самозабвенно квакали лягушки, заглушая птичьи трели. Красота!
– Сейчас светит солнце, опасаться нечисти не стоит, но все равно не зевай, – произнес обеспокоенно Йенран. – Может, я побуду рядом, пока купаешься? Ты ведь в одежде залезешь в воду?
Я покачала головой. Сейчас свидетели мне не нужны.
– Но потом-то я сниму одежду, – заметила резонно.
Вопреки моим ожиданиям, маг не стал нагло заявлять, что все видел двадцать лет назад.
– Хорошо, я буду рядом, за теми деревьями, – сдался он. – Если что, зови.
– Потереть спинку? – Мне не терпелось погрузиться в воду, и вопрос прозвучал резко.
Йенран спокойно ответил:
– Спинку тоже могу, а вообще хотел предложить помощь с волосами.
Так, что-то я веду себя слишком раздражительно. Да, грязная как чушка, кожу жжет от едкой зловонной жижи, но это не повод сердиться! Тем более на Йена.
– Прости, я устала и раздражена, – повинилась я.
– Я понимаю твое состояние, – отозвался маг. – Но не хочу рисковать. Мы в Мертвом лесу, Зея, лучше надолго не разделяться.
Я сдалась и призналась в своих планах:
– Хочу не только искупаться и постирать одежду. Я попытаюсь вернуть свою нынешнюю внешность. Выглядеть как своя несуществующая дочь – отвратительно. И ты правильно заметил, что это Мертвый лес. Здесь взломать чары Вечного мне будет легче, по крайней мере, очень на это надеюсь.
– Хорошо, но при малейшей опасности, даже если что-то покажется просто странным, зови.
– Договорились, – улыбнулась с облегчением.
Все-таки какой он понимающий! Выдержка лучше, чем у меня.
– Я оставлю плащ, сможешь на нем полежать, пока сушатся волосы, – заявил маг и расстелил упомянутую одежду на траве. – Да и мелкую нечисть он отпугивает.
А еще к нему не прилипала грязь, в отличие от моего заговоренного платья. Надо будет добавить на него вышивку, которая защитит ткань от болотной грязи.
Когда Йенран ушел, я с наслаждением окунулась в воду. Сначала просто плавала, отмокая, затем попыталась отменить чары Вечного. Не вышло. Даже на территории Мертвого леса они оставались неизменными и не поддавались, как я ни старалась. Устав после тщетных попыток, решила хотя бы перекрасить волосы в черный цвет. Увы, снова неудача.
Позлившись, немного поплавала на спине. Солнце припекало, я устала.
Маг меня не беспокоил. Странно. Он же говорил, что нам нужно держаться друг друга, не оставаться надолго в одиночестве. Передумал? Мне самой придется идти к нему? Я долго не выдержу в воде, слишком жарко. Настолько, что даже лягушки попрятались.
Минуточку! Лягушки не квакали! Как давно они замолчали? Птицы не пели, смолкли даже цикады в траве.
Открытие испугало до холодного комка в животе.
А еще я была полна сил. Столько попыток взломать чары Вечного – и я все еще полна сил!
Река их мне дала, а я и не заметила. Такие подарки не просто так. Меня словно отвлекли!
Я бросилась на берег, благо плавала недалеко. Когда выходила из воды, чуть не упала – ноги увязли в мокром песке по колено, но я все же выкарабкалась, цепляясь за траву.
Куда ушел Йенран? Направо? Кажется, туда собирался.
Я бежала, собирая босыми ступнями острые колючки.
В оглушающей тишине слышался громкий стук моего сердца и хриплое дыхание. Когда ветер донес серебристый женский смех, я чуть не споткнулась от неожиданности.
Быстрее! Если это то, что я думаю, Йен в беде!
В первую очередь я увидела моего мага, привязанного плетистым растением к поваленному дереву на берегу. Руки разведены в стороны и прикручены к толстым веткам, ноги прижаты к стволу. Рубашка порвана и висит лохмотьями на мускулистых плечах. К счастью, штаны все еще были на месте. Позвать на помощь Йенран не мог, только зло мычать – рот ему залепили широким листом.
В пронизанной солнечным светом воде сверкали серебристые тела. Не большая рыба, нет. Водяницы. Хищная нечисть, обожающая наделенных магией существ.
Обожающая в гастрономическом плане. Сначала водяницы выпивали эмоции, потом – силу, затем – кровь и напоследок закусывали плотью. Главное условие – пробиться сквозь естественный щит, окунуться в эмоции жертвы. Чтобы она сдалась, ее соблазняли манящим видом.
Что я сейчас и наблюдала.
Одна из водяниц походкой от бедра вышла из реки. Золотистые волосы, большая грудь и длинные ноги. Лицо невыразительное, но кто на него смотрит, когда выдающиеся прелести обнажены?
Принявшая завлекательный образ нечисть застыла возле Йенрана. Томно потянулась, повертела попой. Наклонившись, протянула когтистую руку и тотчас отдернула.
Зашипев злобно, блондинка ретировалась в воду, чтобы уступить место следующей твари.
Новая красавица оказалась темноволосой и смуглой. Тоже неудача.
Третья водяница – пухленькая шатенка с широкой улыбкой – напоследок мелкозубо оскалилась, когда и на нее не последовало никакой реакции.
Йенрана ментально прощупывали, выискивая образ, который ему нравился, опутывали флером, туманя разум.
Он мужчина, с определенными инстинктами и физиологией. Сколько продержится, пока они не найдут нужный облик? А и правда, сколько? И почему я стою, ничего не делая?
Первый шок, что мое шуточное проклятие практически исполнилось, прошел.
Нет уж! Я не позволю, чтобы десяток водяниц отлюбили насмерть моего мага!
«Твоего? – шепнула насмешливо река. – Ты в этом уверена?»
Я сделала шаг, запнулась и упала, больно ударяясь ладонями и коленками. Пока пялилась, ошарашенная зрелищем, колючий хмель успел обвить мои щиколотки.
– Этот мужчина мой! – ответила я вслух.
«Чем докажешь?» – провокационно спросила река.
– Я не собираюсь что-либо доказывать мелкому речному духу! – рявкнула я.
И выдавила из своего сознания чужака, который решил потягаться с хранительницей.
«Здесь ты никто, – хихикнул невидимый собеседник. – Командуй у себя дома, ведьма!»
Поднялась я на ноги с трудом и сразу же посмотрела на Йенрана. Как он там?!
Не сдался, слава всем богам! Он трепыхался, стараясь порвать сковывающие магию и тело путы.
Из реки вышли сразу две твари, приняв внешность рыжеволосых миловидных близняшек.
Йенран на миг замер. И этого хватило. Радостно взвыв, водяницы, не возвращаясь в реку, подправили облики.
Мгновение – и возле поваленного дерева стояли две Эффизеи Арбор! Притом повзрослевших! Я действительно так выглядела, когда покинула Занебесье.
Ах он!.. Узнав правду о моей внешности, Йенран пытался представить, как я выгляжу сейчас, по-настоящему? И запал на нарисованный в воображении образ, как мальчишка. И этот облик выловили ушлые твари…
Боги, нет!
Десять водяниц, покачивая бедрами, выскользнули из воды – все как одна рыжие.
Флер усилился, задев краем и меня. Тело окатило жаром.
Стиснув зубы, я принялась остервенело рвать хмель на ногах. Боги, только бы добежать! Выдеру сучкам все патлы и плавники!
– Руки прочь, мерзкие гадины!
Увы, меня не услышали.
Первая лже-Эффизея дернула за пояс штаны притихшего зачарованного мага…
…и завизжала!
Завыла в ужасе и ее товарка, стоящая рядом. Царапая когтями глаза, водяницы попятились.
Это что там у мага в штанах?!
(Двадцать лет назад меня же не испугало…)
Удивление придало сил.
Зажмурившись, вскинула руки.
– Прости, я не могу иначе! – попросила у леса прощения.
И взбурлила реку с ее враждебными обитателями.
Я отпустила свой внутренний огонь, выпестованный за двадцать лет в Занебесье во всепоглощающее пламя.
Вода вскипела, как в гейзере.
Сейчас будет уха!
Передо мной возникло нечто эфемерное.
«Не-е-ет! – завопил речной дух. – Нет, хранительница! Пощади моих дочерей глупых! Пощади!»
Губить реку, кусок леса и даже кровожадную нечисть я не хотела.
– Зарок! – потребовала я.
«Все что угодно, великая! Клянусь водой!»
– Одаренных не убивать, больше никогда!
«Мы же погибнем без харчей…»
– Разрешаю пить эмоции и силу, но не до конца! – уточнила я.
«Будет исполнено…» – прошелестел дух, исчезая.
Я остановила огонь и бросилась к магу.
Он успел освободиться и, удерживая в каждой руке по файерболу, пытался отплеваться от водорослей.
Я опустила взгляд… и заржала.
А-а-а!
Трусы!.. На Йенране были трусы из кожи янтарного питона!
– Что? – удивился маг и проследил, куда я смотрю. – А, это… Там еще и руны против нечисти вышиты.
Защитил самое дорогое…
Я рассмеялась, а затем расплакалась от облегчения, что все закончилось благополучно. Боги, а ведь могло и иначе!
– Все хорошо, Зея.
Йен обнял меня крепко-крепко.
– Испугалась?
Кивнула и спрятала мокрое лицо у него на груди.
– Ну и зря. Водяницы предпочитают нападать на мужчин, ты была в безопасности.
Я заплакала еще сильнее.
– Испугалась, что тебя съедят! И это я виновата… Я прокляла тебя, пожелав, чтобы водяницы отлюбили раз десять.
Ну вот. Призналась в самом страшном. За такое не прощают.
А он взял и рассмеялся.
– Не отлюбили, значит, плохо проклинала.
– Я была на тебя так зла, что всякого нажелала: в том числе и жену-стерву.
Йенран почему-то хмыкнул.
Странная реакция на ужасное признание.
– А позволь узнать почему? Чем я тебя обидел, Зея?
Я растерянно пожала плечами.
– Сейчас понимаю, что злилась на саму себя.
– Какое совпадение, я ведь тоже злился на самого себя. – Йенран сорвал с себя остатки рубашки.
Ох, какие мускулы…
Засмотрелась на литой торс и чуть не упустила важное.
– Почему злился на себя? – удивилась я. – Нелогично.
– Потому что не решился перейти дорогу принцу и упустил тебя. Что после той ночи ты сбежала, а нужно было тащить в храм.
– Боюсь огорчить, но последнее не помогло бы. Они забрали бы меня и замужнюю.
– То есть нужна была именно ты? – понял Йенран правильно.
– Как выяснилось позже, да.
– Жестко, – прокомментировал он.
Я промолчала. Фирозии нужна хранительница, общее выше личного – так сказал Вечный. Что ж, сейчас я с этим согласна.
Я первой опомнилась.
– Может, мы пойдем? Нужно найти твой плащ и мою обувь. Скоро вечер.
И мы пошли. Недалеко.
– Ай! – Первый же шаг наполнил тело болью.
– Что, Зея?
– Колючки…
Маг подхватил меня на руки и отнес на поваленное дерево. Я поежилась, увидев обрывки скукоженных растительных пут.
В Мертвом лесу порой такие экземпляры флоры и фауны попадаются, что самый заядлый исследователь удивится.
Йенран опустился на одно колено.
– Да, дела… Колючка насобирала колючек. Где ты отыскала столько? Твоим ногам может позавидовать старый лысеющий еж.
– Ежики не лысеют, – хмыкнула я.
– Даже старые? – притворно удивился Йенран.
– И они тоже.
– Странно, а я видел.
Где именно, спросить не успела – ойкнула. Мои ступни будто в снег окунуло.
– Тихо, я уже выдернул, пройдет.
– Что выдернул? Все колючки за один раз?! – восхитилась я.
– Силовыми нитями зацепил и дернул.
– Деликатная работа.
– Нет, просто неоднократно отработанное заклинание, – не принял похвалу Йенран. – В западной части леса водятся фежики, мелкая нечисть, немного похожая на ежей. Если испугать, вмиг утыкает иголками. Пока поняли, как ее избегать, все ребята из моей команды успели изучить и хорошенько отработать заклинания.
Рассказывая, Йенран подхватил меня на руки.
– Зачем? Ты же вытащил иглы!
– Нужно обработать зельем, – невозмутимо заявил маг. – Да и новых можешь насажать заноз.
– А ты? Ты сейчас сам соберешь все колючки.
– С чего вдруг? Я успел одеться, когда на меня напали водяницы.
Точно, подзабыла, а все вид мускулистого торса виноват…
Йенран принес меня в нужное место и даже не запыхался.
Пока он обрабатывал мои раненые ноги, я вдруг вспомнила слова речного духа.
Мой мужчина… Или не мой?
Нет определенности, и от этого горько. Не соблазнять же его!
Хм… А почему и не да? Двадцать лет назад он сопротивлялся, но был в итоге не против.
– «Притихшая ведьма замышляет каверзу, бойся ее», – процитировал кого-то маг и пощекотал мне ногу. – Мне опасаться, Зея?
Чуть не лягнув его, предупредила:
– Бойся! Особенно этой ночью, ай!
Йенран замер.
– Плохая шутка.
– А я разве шучу? – в сердцах воскликнула я и тоже застыла.
Я утонула в каре-желтых глазах Йенрана, серьезных и полных надежды. Нить понимания протянулась между нами, тонкая, но крепкая.
Мы смотрели друг на друга, разговаривая без слов.
Мои страхи. Его опасения. Общее разочарование, что двадцать лет назад счастье было так близко. А мы не поняли, упустили. Что между нами встал кто-то третий: принц, долг.
Сейчас мы были свободны, вместе. Он пришел за мной в логово Хаоса.
– Зея, ты меняешься.
Благодаря ему я поверила, что маги и ведьмы могут договориться…
– Что?!
Я не сразу осознала услышанное.
– Твое тело, оно… – Йенран закашлялся и вдруг густо покраснел!
В мгновение ока я создала магическое зеркало, потянув воду из реки.
Бедра стали чуть шире, подчеркивая тонкую талию. Подсохшие волосы лежали идеальными прядями и сверкали в лучах солнца, напоминая… янтарь!
Мои зрелые шикарные формы вернулись, четче обозначились скулы, в глазах прежняя уверенность… Но демоновы волосы… они рыжие!
Я столько лет красилась в черный, я брюнетка! Брюнетка!
Кастовала красящее заклинание и… пшик. Не подействовало.
– Я натуральная рыжая. Похоже, навечно, – мрачно сообщила магу.
– Ты огненная, самая прекрасная ведьма в мире, и я влюбился бы в тебя сейчас, если бы не любил все эти двадцать лет, – тихо заметил Йенран.
Признание? Боги, это признание в любви!
– Йен…
Договорить не успела – порывисто наклонившись, он накрыл мои губы своими.
Поцелуй, наконец-то полный страсти, а не нежности!
– Зея, моя Зея… – Столько эмоций в простых словах.
Он гладил мои волосы и плечи, осыпая невесомыми поцелуями лицо.
Невысказанное признание жгло губы.
Чуть отклонившись, прошептала:
– Я тоже тебя люблю, Йен. Пусть и не сразу поняла.
– Раз любите друг друга, женитесь! Нечего тут подавать дурной пример подрастающему поколению, – насмешливо произнес женский голос.