Глава 48. Ничего кроме правды

Источник встретил тихим сиянием. Вода была спокойна: никаких волн, никакой набегающей на камни пены.

Саша шла смело, но у самой кромки засомневалась. А вдруг в этот раз Источник не вытолкнет ее на берег, а утопит? Вдруг посчитает врагом? Спросить бы у Магии, но где ее искать?

— Дюша! — Саша обернулась к выходу. — Я забыла поинтересоваться, ведь ты бы не отправил меня на верную смерть?

— Я мог. Ты же мне отказала в поцелуе, — донеслось из «предбанника».

— Алекс, не слушай его. В Источнике еще ни один маг не погиб, — на помощь пришла тетушка Зира.

— Ты будешь первая! — крикнул Дюша.

— Он все врет, — не унималась квалонка. — И красивых детей от него в жизни бы не дождалась. Он их променял на бессмертие. Голову только морочит.

— Я так и знала, что не прогадала, выбрав Гаррона, — вполголоса похвалила себя Саша, потрогав ногой воду. Та была ледяной.

— Зато я любовник отличный. У меня тысячелетний опыт, — детский голосок ангелочка диссонировал с саморекламой жеребца.

— Алекс, я пробовала, — эхо разнесло признание карлицы по всей пещере. — Так себе.

— Ах ты лгунья! А кто пришел ко мне на следующую ночь?

— Чего не сделаешь от скуки?

— Скуки?!

Послышалась возня, Саше даже показалось, что Дюша душит Зиру, поскольку ее голос утратил всякую звонкость.

— Да я просто дала тебе шанс исправиться. Первый-то раз сплоховал!

— Это потому, что ты все время смеялась, — вконец разобиделся Дюша. — Но раз я был так плох, отчего же в течение года насылала порчу на всех моих любовниц?

— Дурак! Забыл, что после твоих поцелуев в тебя невозможно не влюбиться?

Саша больше не слушала перепалку старых любовников, набрала в легкие воздух и нырнула ласточкой.

Холод обжег. Вода заволновалась, пошла кругами и, сделавшись воронкой, потянула пловчиху на дно.

* * *

Над Александрой застыл волк.

Болели шея, плечи, спина. Ворот куртки висел лоскутом.

Вдруг оборотень лизнул Сашину щеку. Язык оказался прохладным и влажным.

Инстинкт самосохранения начисто отказал, иначе как объяснить то, что сделала пленница? Со всего маха ударила кулаком по волчьей морде.

Хищник ощерился и щелкнул зубами в миллиметре от носа. Предупредил. Еще один подобный поступок, и лица у Саши не будет.

Волк отступил, не спуская глаз со своей жертвы.

Саша медленно поднялась. Она тоже пристально следила за хищником, боясь упустить момент, когда он кинется в атаку. В том, что предстоит бой, бывшая танцовщица не сомневалась. Хаюрб ни за что не простит ни побег, ни то, что она отдалась другому, ни последний оскорбительный выпад. По законам Хаюрбата женщина, а тем более рабыня, при приветствии господина должна была встать на колени, склонить голову и не поднимать глаза от пола.

Оборотень вскинулся на задние лапы и за долю секунды превратился в человека, облаченного в легкие штаны и просторную рубаху. Ткань такого же серого цвета, как и шерсть волка.

Но даже сейчас, когда перед Сашей стоял Хаюрб, она как никогда чувствовала в нем хищника.

— Раздевайся, — приказал он. — В этих вещах ты воняешь чужаками.

— Нет, — Саша быстро огляделась. Опочивальня с огромной кроватью и шеренгами ваз вдоль стены. Горделивые розы и пышные пионы. От их многоцветья резало в глазах. Воздух был сладок и тяжел. Оружие! Здесь было много оружия, что говорило именно о мужском характере помещения. Оно висело в простенках между окнами и гобеленами.

— Я сниму с тебя одежду лоскутами. Не удивляйся, если срежу вместе с кожей.

Александра отпрянула — в миллиметре от лица просвистело лезвие, а она даже не успела понять, как в руках короля появился нож. Рукав куртки повис так, будто умелая портниха распорола его строго по шву.

Саша метнулась к парным кинжалам, но успела схватить только один. Ее маневр стоил ей куртки. Хаюрб располосовал ее на спине по всей длине.

— Агрид испортил тебя. Я не узнаю мою Шашу.

— Я больше не твоя, — ее выпад ничего не дал. Король увернулся, но его клинок ужалил бедро. Штанина на глазах набухла кровью. Саша с шипением втянула воздух. Чтобы освободить руки, пришлось скинуть куртку, из-за чего Александра потеряла время и лишилась рукава рубашки.

Кинжал короля кусал и кусал, полосуя тонкую ткань.

— Ты можешь остановить меня, — произнес Хаюрб, одним движением срезая ремень с ее штанов.

— Нет, продолжай, — рукоятка кинжала скользила в ладони, не давала ухватить ее плотно. Сочащаяся из пореза на предплечье кровь делала оружие бесполезным. — Не надо меня жалеть.

Саша неожиданно ударила кулаком левой руки и достала бровь короля: его взгляд как раз был направлен на прыгающую под рубашкой грудь рабыни.

— Я хочу тебя, и я получу тебя, — произнес Хаюрб, смахивая кровь с лица. Его жалящий нож не замер ни на минуту.

— Нет, — ответила Саша, отступая. Ее спина коснулась стены… и вода перестала журчать в фонтане с золотыми рыбками.

Хаюрб прислушался, и улыбка задела его губы.

— Ты будешь кричать подо мной, но я останусь ненасытным.

— Нет, — произнесла Шаша, и на пол посыпались лепестки цветов, которые только что выглядели свежими.

Король наклонился к самому лицу Саши и с наслаждением втянул запах желанной женщины.

— Ты родишь мне ребенка с даром Палача, которого я воспитаю сам.

— Нет! — выкрикнула Александра, и разом потухли все магические светильники.

— Ты проиграла, — король растворился в обрушившейся тьме. — Оборотни могут видеть в темноте, а вот глупые рабыни — нет.

Он был прав. Окна оказались тщательно зашторены.

— Еще одно слово, и ты никогда не сможешь обернуться в волка, — Саша никак не могла понять, король слева от нее или справа. — Я лишу тебя магии так же точно, как только что отняла ее у цветов.

— Ну уж нет, — Хаюрб рассмеялся. — Я давно знаю, что магия Палача действует лишь на агридцев и их амулеты. Ты только что это подтвердила. Смотри, потухли светильники, сделанные в Агриде, магия рода Говорящих с травами больше не действует на давно срезанные цветы, не буду даже упоминать о силе, что заставляла циркулировать воду в фонтане. Шаша, я никогда не принес бы в свой дом бомбу с подожженным фитилем. Я же не безумец. Магия оборотня при мне. Так было всегда, так и останется. Ты не всесильна.

— Проверим?

— Давай.

Она угадала местоположение волка по загоревшимся в темноте глазам. Это был последний шанс. Саша прыгнула и вонзила кинжал куда-то вбок. Хищник взвыл и скинул наездницу с себя.

Хаюрб так и ушел с кинжалом в спине, не обращая внимания на забравшуюся под кровать рабыню.

Свет, на мгновение проникший в распахнувшуюся дверь, указал ей, где находится окно. Саша раздвинула тяжелые шторы и взглядом нашла истерзанную куртку. Пальцы невольницы дрожали, когда она, поминутно оглядываясь на дверь, шарила по карманам в поисках амулета перемещения.

— Сейчас, сейчас, — шептала самой себе Александра. — Так, успокойся. Амулет у тебя. Вдох, выдох…

Короткая команда, взмах рукой и… ничего не произошло. Ни рвущегося пространства, ни даже самой маленькой змейки-молнии. Амулет Ханнора не работал! Еще и еще раз попробовав открыть портал, Саша, наконец, поняла, что нечаянно и амулет сделала бесполезным.

- Бежать отсюда, бежать! — Александра кинулась к двери, подергала ее, проверила все окна, но стекла оказались толстыми, а запоры хитрыми. Она попала в собственную ловушку!

Хаюрб пришел ночью, когда усталость сделала свое дело — пленница заснула, предварительно перетаскав все самое тяжелое к двери. Но, увы, ее потуги оказались бесполезны. Дверь выломали, а в челюсти Саши вцепились сильные пальцы короля. Боль и льющийся в горло горький отвар заставили выступить слезы, а чуть позже распрощаться с сознанием.

— Шашу помыть, раны обработать, в комнате навести порядок. Свежие цветы и много свечей.

Слуги тенями выносили вазы с засохшими розами, зажигали свечи, не обращая внимания на рабынь, которые купали свою сестру по несчастью в принесенной лохани. Испачканное кровью белье на ложе заменили, уложили на него нагую танцовщицу и растворились в полумраке.

Хаюрб стоял над кроватью и молча наблюдал, как вокруг Шаши топчется огромный седой волк. Тот водил носом, втягивая запах женщины, лизал испарину, выступившую на ее коже, трогал лапой.

— Ну, — король проявил нетерпение. Седой волк спрыгнул с ложа. К Хаюрбу подошел уже не хищник, а человек. Старый, сгорбленный, с седыми лохмами до плеч.

— Ты прав, она беременная, — произнес он тихим голосом.

— Давно?

— Нет. Несколько дней. Может быть, неделя.

Хаюрб закрыл глаза.

— Тебе она нужна пустой? Я могу сделать отвар, и она скинет чужого ребенка.

— Делай.

— Он будет готов завтра вечером.

Хаюрб кивнул, соглашаясь.

— Мой господин! — в двери влетел запыхавшийся Казим-палач. — Уф, обманули, сволочи! Говорили, что портал откроется в ваших покоях, а меня выкинуло у конюшен.

— Казим? — Хаюрб движением руки отослал знахаря.

— Я, мой господин… — палач рухнул на колени и преклонил голову, в подобострастии стукнувшись лбом об пол. — Не велите казнить, Ваше Величество, но я принес дурную весть. Ваш наследник…

— Пойдем отсюда, — Хаюрб покинул помещение, и тьма вновь поглотила комнату.

Саша дернулась, собираясь выбраться на поверхность Источника, но боковым зрением заметила пятно света и поплыла к нему. Попав в ярко освещенный круг Александра нашла себя в одной из опочивален королевского дворца рядом с Самфирой. Надувшая губы принцесса стояла так близко, что Саша не удержалась от соблазна потрогать ткань ее платья. Рука провалилась в пустоту.

— Я не так планировала, — капризно заявила принцесса и, топнув ногой, резко отвернулась. Юбки, шурша, описали полукруг.

Элькассар Третий сидел в кресле с высокой спинкой. Его локоть упирался в подушечку на подлокотнике, а ладонь поддерживала голову. На лице кислое выражение. Разговор с дочерью, судя по всему, длился долго.

— В последнее время я постоянно иду тебе на уступки. Сейчас твоя очередь.

— Нет!

— Хорошо. Тогда я отпускаю Гаррона, и он возвращается к своей девке. Как думаешь, насколько быстро они объявят о зачатии наследника рода Меняющих лики?

Теперь у Самфиры лицо прокисло.

— Но при всех… — она растеряно повела рукой. Кроме них двоих в спальне принцессы находились Первый советник и старший брат Самфиры, он же наследник королевства Агридского — их Саша узнала сразу. На диване сидела какая-то беременная жаба и с ненавистью смотрела на отвернувшегося от нее смазливого полукровку, похоже, эльфийских мастей.

— Это бастард короля принц Кларидий и его жена леди Дэйте, — шепнул кто-то на ухо Саше. Она от неожиданности дернулась, вызвав возмущение воды, но была удержана сильными руками. Александра повернула голову, и взгляд ее потеплел.

— Рон!

— Т-ш-ш-ш! Смотри, — Гаррон обнял Сашу со спины.

— Ты мою историю тоже видел? — она подняла голову. Цессир-младший кивнул.

— Решайся, — король повысил голос. Впору ему было топать ногой. — Или мы отпускаем Гаррона, или ты разделишь с ним ложе. Мы все засвидетельствуем, что инициатива исходила от него.

- А потом?

- Он не отойдет от тебя ни на шаг, пока на твоей шее висит амулет Вожделения. Гаррон ничего не сможет с собой сделать. Ты для него будешь единственной и самой прекрасной женщиной на свете.

— А она?

— Уверяю тебя, на нее он даже не посмотрит. А вот его девка пускай видит, как ее муж сходит с ума от другой женщины. Он первый изъявит желание развестись.

— А вдруг лорд Цессир догадается, как я соблазнила его сына?

— Во-первых, кроме Магистра об амулете Вожделения никто из живых не знает…

На этой фразе принцессу передернуло.

— А во-вторых, Цессирам отступать некуда. Они не пойдут на прямую конфронтацию. Никто не хочет войны. Вашим браком мы решим сразу несколько задач, основная из которых — связать Гердиху руки. Слишком длинные они у него стали.

Принцесса немного помялась.

— Хорошо. Что я должна сделать?

— Сними с себя лишнюю одежду и сделай вид, что больна.

— А вы?

— А мы будем ждать финала.

Самфира покраснела, догадываясь, какой финал придется по нраву ее родственникам.

Двери открылись, и слуги внесли легкую ширму, с помощью которой перегородили ту часть комнаты, где, устроившись на диване, ждали своего часа свидетели. Первый советник отчаянно потел, поэтому беспрестанно вытирал лысину, бастард пребывал в глубокой задумчивости, а Дэйте оглаживала беременный живот, время от времени косясь на мужа. Наследник надел на лицо каменную маску, пряча за ней эмоции, но его выдавали пальцы, лезущие в карман за часами. Он вытаскивал их, но, спохватившись, засовывал назад, так и не взглянув на циферблат.

Элькассар раскрыл небольшую коробку и извлек из нее кристалл памяти.

— На всякий случай, — установив его на каминной полке, король кивнул Самфире. Принцесса, решившись, подняла подол объемного платья и потянула его через голову.

— Может, позовем служанок? — запутавшись в юбках, произнесла она. — Пусть помогут.

— Сама-сама. Нам не нужны лишние глаза.

Элькассар, убедившись, что капризное дитя выплывет живым из вороха кружев, сделал кому-то знак рукой и скрылся за ширмой.

— А вот и я, — шепнул Гаррон Саше на ухо.

Когда ее муж вошел в комнату принцессы, у Александры сжалось сердце. Хотелось прокричать «Подстава!», но Саша вовремя вспомнила, что Источник показывает прошлое, а потому всякие предупреждения бесполезны.

Рон огляделся, недоумевая, зачем его позвали в столь неподходящее место.

Самфира полулежала в глубоком кресле и обмахивалась веером.

— Лорд Цессир, будьте любезны, подайте мне стакан воды, — она слабой рукой указала на небольшой столик, где стоял графин. — Что-то мне нехорошо…

— Ваше Высочество? — из-за высокой спинки Гаррон не сразу заметил Самфиру. — Я ожидал увидеть здесь вашего отца. Мне назначено.

— Папа сейчас придет, — принцесса не стремилась помочь гостю. Не подалась вперед, не протянула руку, отчего гостю пришлось наклониться и, приподняв голову Самфиры, приложить стакан к губам.

Саша с ужасом наблюдала, как изменяется ее муж по мере того, как склоняется над принцессой все ниже и ниже.

— Отчего вы так прекрасны сегодня? — произнес он непослушными губами. Его глаза лихорадочно блестели, ворот явно душил, поэтому Гаррон рванул его, освобождая шею. По полу поскакали пуговицы, следом полетел форменный сюртук.

«На записи будет похоже, что он первый начал раздеваться».

Когда звякнула пряжка ремня, Александра зажмурилась. Она поняла, что муж не сможет противостоять магии вожделения, а потому…

— Смотри, — Рон ущипнул Сашу за попу. — Ты пропустишь самое интересное.

Когда на Цессире-младшем осталось лишь нижнее белье, Самфира сама потянулась к нему, в наигранном смущении опустив ресницы. Поцелуй оказался каким-то слизким и… размашистым. Принцесса открыла глаза и закричала. Перед ней стоял, вывалив язык, огромный пес.

Александра от неожиданности ахнула.

— А как еще я мог противостоять им?

— А раздевался зачем? Под действием амулета? — рот Саши растягивала широкая улыбка.

— Нет. Парадную форму было жалко.

А в круге света визжала Самфира.

Ширма с грохотом упала, явив обескураженных «свидетелей». Возбужденный криками пес носился чуть ли не по стенам, громко лаял и брызгал слюной.