Глава 10

Сухо сообщив мне о моей дальнейшей судьбе, наг хлопнул в ладоши. Тут же в кабинет вошла девушка, в необыкновенно красивом наряде — длинном, закрытом темно-синем платье, поверх которого лежала прозрачная накидка, украшенная вышивкой серебристого цвета. На голове незнакомки был берол, полностью скрывавший ее волосы.

— Латифа, — обратился лорд к девушке. — Вы приготовили комнату?

— Да, мой лорд, — она слегка поклонилась. Мне хватило одного взгляда, чтобы понять — незнакомка нагиня. — Мы с точностью исполнили ваше указание.

Равшан величественно кивнул и посмотрел на меня:

— Сейчас тебе покажут твои покои. Располагайся. Если что-то понадобится, можешь обратиться к Латифе. Она управляющая в моем дворце, и сможет тебе помочь.

Я просто кивнула, давая понять, что услышала его. На данный момент мне хотелось только одного, как можно скорее оказаться в своей комнате, и чтобы все происходящее было сном, но увы, гадюшник уже давным-давно стал моей реальностью. Какая разница какую комнату мне выделили? Что в ней есть, а что отсутствует? Ведь задерживаться в этом замке я не собиралась. Очередные оковы лишили меня свободы выбора, но несмотря на это моя решимость стала еще сильнее. Возможно, кто-то может сказать, что это бред, и мне предложили лишь занять должность няни в этом дворце, но я уже давно не была наивной девочкой и прекрасно понимала — если Равшан захочет, он может взять меня в любой момент, или вновь продать, или подарить. Моя судьба была полностью в его руках, и жизнь, действительно потеряла для меня смысл, я бесконечно устала бороться…

— Шейла, ты слышишь меня? — я почувствовала осторожное прикосновение к плечу. — Идем.

— Да, конечно, — мгновенно очнулась от своих размышлений. Латифа поклонилась гаду, я повторила за ней, и мы покинули кабинет лорда. Вновь многочисленные переплетающиеся коридоры и видимо, мы попали в жилую часть дворца правящей семьи. У входа стояла охрана, два нага в истинном виде, которые лишь на секунду мазнули по мне заинтересованными взглядами и вновь превратились в застывшие статуи. На стенах висели гобелены, вышитые золотом, мягкие ковровые дорожки, повсюду стояли большие вазы с цветами, сладкий аромат которых витал в воздухе.

Я удивленно оглядывалась по сторонам, осматриваясь, и Латифа, заметив мой интерес, тихо пояснила:

— После того, как наложниц распустили, гарем пустует, и хозяин отдал приказ закрыть это крыло замка. В гостевых покоях идет ремонт, ведь скоро время траура закончится и во дворце опять начнутся приемы и торжественные балы. Тебе приготовили комнату в жилом секторе правящей семьи. Здесь множество свободных апартаментов и лорд Равшан посчитал это более разумным, чем вновь открывать покои в гареме.

Я, слушая Латифу, продолжала осматриваться. Мы прошли уютный небольшой зал с множеством низких диванчиков с разноцветными подушками и огромной террасой, и вышли на площадку, с которой вверх в разные стороны уходили две лестницы.

— Нам сюда, — Латифа стала подниматься по одной из них. Я последовала за ней и не успела пройти несколько ступенек, прежде чем, откуда-то со стороны второй лестницы, раздался оглушающий, даже пугающий, детский крик. Замерев, испуганно посмотрела на Латифу, надеясь, что она прояснит происходящее.

— Маленькая госпожа капризничает, — пожала плечами девушка и как ни в чем не бывало, продолжила свой путь. И вновь этот дикий крик повторился. Ну не может ребенок просто так плакать, не может… Ведомая непонятными чувствами, я быстро помчалась к другой лестнице.

— Шейла, туда нельзя, — воскликнула моя сопровождающая, но я даже не обернулась, продолжая бежать, перепрыгивая через ступеньки.

Миновав пролет, очутилась на полукруглой площадке со множеством дверей и арочных открытых входов. Крик повторился, где-то совсем близко, а потом из бокового коридора на меня вылетела с громким ревом заплаканная девочка лет трех.

— Маиса, сейчас же вернись! Немедленно, — послышался раздраженный женский голос и поспешный топот.

Тем временем, малышка увидев меня резко затормозила и поскользнувшись на паркете, шлепнулась на попу. Плач стал еще громче.

Испугавшись за ребенка, бросилась к девочке. Подхватив ее на руки, автоматически покачивая, взволнованно спросила:

— Ну все, моя хорошая. Не плачь. Ты ударилась? Где болит? Скажи?

Малышка неожиданно замолчала, изумленно разглядывая меня. В ее темных глазах необычного виридианового цвета было столько удивления, что я невольно улыбнулась.

— Маиса!

Повернувшись на голос, увидела взбешенную Лису, в сопровождение девушек служанок, видимо ее личной свиты. Увидев меня, женщина строго спросила:

— Что ты тут делаешь? Посторонним вход сюда воспрещён. Сейчас же отпусти наследницу! Быстро!

Я попыталась поставить девочку на пол, но она, вцепившись в мою одежду, вновь оглушительно и, как-то зло, заорала. Рабыни из сопровождения Лисы поморщились, а сама нагиня подозрительно прищурив глаза, спросила то ли у нас с Латифой, то ли у ребенка:

— Ну и что это значит?

Малышка обхватил меня крепко за шею и уткнулась носом в мою ключицу.

— Вот несносная девчонка. Маиса немедленно вернись в свою комнату. Твое поведение возмутительно! — девочка обернулась, показала ей язык и вновь прижалась ко мне. Разозлившись, Лиса решительно шагнула к нам. — Что ты себе позволяешь?

Малышка еще крепче прижалась ко мне и обхватив мою талию ногами, повисла на мне, как обезьянка. Я ласково погладила ее по спинке:

— Не бойся маленькая.

— Отец слишком разбаловал ее, — Лиса потянула девочку на себя. — Я кому сказала в комнату! Быстро!

— Вы что творите? — искренне возмутилась я. — Ей же больно!

В подтверждение моих слов девочка расплакалась. По детским пухлым щечкам катились горошинки слез и мое сердце сжалось от жалости. Я стала покачивать ее на руках, пытаясь успокоить.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌- Она совсем маленькая, — укоризненно посмотрела на нагиню. — Разве можно так…

— Да она неуправляемая. Никто ей не указ, — огрызнулась женщина, и бросив на притихшего ребенка недовольный взгляд, пригрозила. — Маиса я все расскажу твоему отцу.

Девочка, проигнорировав слова Лисы, положила головку мне на плечо. Женщина что-то гневно прошипев, обошла нас и стала спускаться по лестнице. Ее свита последовала за ней и вскоре на площадке остались лишь моя сопровождающая и я.

— Ну и что нам теперь делать? — задала я риторический вопрос. Малышка посмотрела на меня, и я поняла, что у нее невероятно красивые большие темные глаза, виридианового цвета, пушистые ресницы, пухлые алые губки. Маиса была очень очаровательным ребенком, и я невольно залюбовалась ей. Девочка зевнула и опустила голову мне на плечо.

— Латифа, она хочет спать. Надо уложить ее.

— Шейла, сюда нельзя. Вход в эту часть дворца разрешен только членам семьи и их приближенным. Тебя накажут, и меня вместе с тобой, — девушка испуганно посмотрела на нас. — Нельзя.

— И что ты предлагаешь? Не видишь, ребенок почти спит, — я автоматически покачала сонную девочку. Бросив взгляд на растерянную Латифу, решила взять ответственность на себя:

— Раз туда вход запрещен, веди меня в мою комнату.

— А как же маленькая госпожа? Ей нельзя покидать этот этаж.

— Латифа! — разозлилась я. — Туда нельзя, сюда нельзя. Ты предлагаешь оставить малышку на лестнице? Я уложу ее у себя, а ты сообщишь Лисе, лорду или кому там еще положено, что девочка здесь. Идем!

Спускаясь вниз, обернулась. Девушка сначала шла позади нас, а потом обогнала и стала показывать куда идти. Проводив до апартаментов, Латифа оставила меня наедине с ребенком и поспешила доложить своему хозяину о случившемся. Уложив уже спящую малышку на кровать, укрыла ее покрывалом и погладила по пухлой ручке. Такая маленькая красивая кроха. Она почти ничем не отличалась от других детей ее возраста, и лишь только глазки необычного цвета с вертикальным зрачком давали понять, что она не человек.

«Змееныш, — усмехнулась я. — Такая маленькая, а уже с характером. Интересно и за что ее так невзлюбила Лиса?».

Девочка заворочалась и захныкала.

— Тшшшш, — осторожно погладила ее по голове, и малышка всхлипнув, перевернулась на бок и прижалась ко мне. Как только я пыталась отодвинуться, раздавалось хныканье, и мне пришлось прилечь рядом. Едва я это сделала, девочка закинула на меня руку и затихла.

Я смотрела на спящего ребенка, и думала о том, что гнала от себя все эти годы. Поймав в ловушку и перетащив в этот мир, Торр лишил меня не только привычной жизни, но и права быть матерью. Когда-то я прочитала очень интересную мысль о том, что рождение ребенка для женщины — это шанс прожить еще одну, новую жизнь, в которой все будет лучше, умнее, чище, достойнее, чем получилось у нее самой.

И сейчас, как никогда, осознала, что это так и есть. Все эти годы я не встречала детей, а увидев эту крошку, поняла, как бы хотела иметь своего малыша. Неважно, мальчика или девочку. Ребенок действительно дает женщине смысл в жизни, и нет большего счастья, чем обнимать свою кровиночку. Но мне матерью было стать не суждено. Змеелюди не могли иметь потомства ни с кем, кроме женщин своей расы, исключение составляли эффы. Но кто это такие? Миф, легенда…

Я прикрыла глаза и мысленно перенеслась в далекое прошлое. Почему-то вспомнились Лена, маленький Ванюшка. Наверное, сейчас, он стал уже совсем большим. Время многое стерло. Лица, когда-то близких людей почти забылись, как и многие события. Слез больше не осталось, лишь теплая тихая грусть по былому…

В какой-то момент встрепенулась, почувствовав, что в комнате не одна. Оказывается, я уснула. Темноту в спальне рассеивали светильника на стенах. Маиса спала рядом, тихо посапывая. Обвела взглядом пространство и заметила в кресле тень. Сначала испугавшись, дернулась. Но прежде чем я успела вскочить с кровати, раздался знакомый мужской голос:

— Не бойся.

Мужчина немного наклонился вперед, и рассеянный свет бра попал на его лицо. Это был Равшан. Он не отрываясь смотрел на меня. Сама, не понимая почему, пробормотала:

— Я уснула…

— Ничего страшного, — ровным голосом произнес наг, переведя взгляд на дочь. — Маиса так безмятежно спит. Удивительно. Как тебе удалось найти с ней общий язык?

Я растерялась, не зная, что на это ответить. Вроде ничего особенного не делала, просто проявила немного внимания и капельку сочувствия. Мое молчание, наг понял по-своему. В его голосе зазвенели металлические нотки:

— Я жду ответа. Моя дочь никого к себе не подпускает. Гувернантки не выдерживают и дня, при виде Лисы она закатывается в истерике, даже рядом со мной девочка спит беспокойно, а сейчас… Я наблюдаю за вами уже давно, и она ни разу не проснулась. Что ты сделала с моей дочерью?

— Ничего. Маиса плакала, и я просто приласкала ее, — спустила ноги с постели и пригладила разлохмаченные волосы. — Лиса кричала на нее, требовала повиновения, но разве можно что-то требовать от такого маленького ребенка?

— Но она не человек. Почему ты ее пожалела? Ведь могла пройти мимо. Плачет и плачет, что здесь такого? Прислуга даже не обращает на это внимания, не говоря о том, чтобы пожалеть.

— Да как так можно? — искренне возмутилась я. — Какая разница человек или нет? Только моральный урод может обидеть ребенка, котенка, щенка, змееныша…

Осознав, что сказала, осеклась на полуслове, опустив взгляд в пол.

— Хм, — наг поднялся. — Удивительно, но я оказался прав. Женщины твоего мира действительно другие — теплые, отзывчивые, и теперь уверен, что ты поладишь с моей дочерью. Завтра для тебя приготовят комнату рядом с детской. Ты должна быть с Маисой постоянно. Надеюсь, ты не обидишь ребенка?

Ответить я не успела. Девочка заворочалась и захныкала. Автоматически легонько ее похлопала по ножке, успокаивая.

— Нам пора, — Равшан шагнул к постели и подхватил дочь на руки. — Из дворца лорда Тахира передали твои вещи. Их уже разложили в шкафах. Но как няня наследницы ты должна одеваться по-другому. Утром Латифа отведет тебя к портнихе. Закажи несколько наших традиционных платьев, ну и всё, что еще нужно.

После этих слов, наг покинул мою комнату, оставляя меня в одиночестве. В голове творился хаос. Наверное, за время, проведенное в мире нагов, я привыкла к липким жадным взглядам змеелюдей, желающих попробовать редкую рабыню. А Равшан… он был каким-то другим. Властный — да, но не жестокий, и в его глазах я ни разу не увидела жажды обладания мной. Наверное, он действительно любил жену, и поэтому даже не рассматривал меня в качестве постельной игрушки. Ведь одно дело выдерживать траурное время на словах, а другое, когда действительно на сердце печаль. Мне стало интересно почему умерла его супруга, и я решила спросить у Латифы, уверенная в том, что никакой особой тайны в этом нет.

Пока все складывалось неплохо, и мои мысли о смерти, сами собой как-то отступили назад. Появилось вновь желание жить.

* * *

Утро началось с суеты. Меня разбудил довольный громкий настойчивый стук в дверь. Я испуганно подскочила, не сразу поняв, что происходит. Оказалось, что это пришла Латифа, которая принесла мне завтрак. Как выяснилось во дворце был принят ранний подъем. Затем мы посетили портниху, которая к моему удивлению оказалась пожилой нагиней. На вид ей было за пятьдесят. Несмотря на почтенный возраст женщина была довольно красивой — темные зеленые локоны, прореженные салатовыми прядками, в высокой прическе, небольшие морщинки в уголках губ совсем не портили прекрасное лицо. Глаза женщины сияли безупречным изумрудным цветом. Нагиня была в какой-то степени величественна, ну и как все змеелюди — довольно эмоциональна холодна. Трижды измерив меня со всех сторон, она скрупулезно записала мерки в блокнот, и отстранено поинтересовалась, что из одежды я предпочитаю и какие цветовые гаммы мне нравятся.

Пожав плечами, не задумываясь, ответила:

— Лорд Равшан сказал надо заказать несколько традиционных платьев, и еще что-нибудь. Но если честно, я не знаю, в чем положено ходить няне наследницы. Поэтому полностью надеюсь на вас. Думаю, у такой женщины как вы изумительный вкус.

Нагиня впервые посмотрела на меня с интересом. Окинула внимательным взглядом и внезапно рассмеялась.

— Не только красивая, но и умная. Редкое сочетание. Обычно рабыни, а поверь, я повидала их немало, пока лорд держал гарем, глупы… и всегда думали не о том. А ты другая… Удачи тебе, девочка.

Расстались мы довольные друг другом. Мне удалось относительно наладить отношения с нагиней, а Карина, именно так звали пожилую женщину, была довольна тем, что я польстила ей и доверилась ее вкусу. Кроме того, у портнихи нашелся почти готовый наряд для меня. Она лишь подогнала длину, и я стала обладательницей красивого зеленого платья. Сам наряд был довольно открытым — глубокий вырез на груди, корсет, отсутствие рукавов. Но к нему в дополнение шла тонкая прозрачная кофта, вышитая необычным рисунком и украшенная жемчугом. Невероятно красивое сочетание. Мне очень понравилось и переодевшись, я поблагодарила женщину.

Затем мы с Латифой отправились в детскую. При виде нас охранники прижали правые руки, сжатые в кулак, к сердцу и чуть поклонились.

— И что это значит? — полушепотом спросила я, когда мы стали подниматься по лестнице.

— Ты воспитательница маленькой госпожи, и наги таким образом, выказали тебе почтение и дали понять, что теперь твоя жизнь, как и жизнь Маисы в приоритете.

— Жизнь?! — я чуть не споткнулась. — Что нам может угрожать во дворце?

— Всякое может случится, — неопределенно ответила Латифа.

— Что, например?

— Да всякое, — отмахнулась она, явно давая понять, что не хочет разговаривать на эту тему.

— Латифа, а от чего умерла супруга лорда Равшана? — решила, что сейчас самое подходящее время, чтобы это выяснить.

Девушка остановилась, внимательно посмотрела на меня, явно собираясь указать на мое место рабыни. Ведь им не положено задавать вопросы. Но потом как-то сдулась, выдохнула, и тихо произнесла:

— Думаю, ты должна знать. Она умерла при очень странных обстоятельствах. Ее нашли в детской, мертвой на полу. Леди убили. Задушили.

— Задушили?! — удивленно воскликнула я.

— Тшшш, — девушка сделала испуганное лицо и покачала головой. — Об этом не принято говорить. Да, шелковым платком. Виновных не нашли. Как это произошло, никто не видел… кроме Маисы. С тех пор малышка молчит.

— Какой ужас, — я прижала руку ко рту. — А куда охрана смотрела?

Латифа развела руками:

— Они клялись, что никто из посторонних не входил и не выходил из апартаментов правящей семьи. Казнили всю смену, заменили прислугу, но толку то… Теперь охрана отбирается лично лордом, проходит тщательную проверку, и в жилую часть правящей семье никому чужому доступа нет. Туда имею право заходить я, Лиса, как наследница второй ветви, ее сопровождение, несколько рабынь, которым доверяет лорд и теперь ты.

— Неужели малышка видела убийцу своей матери?

— Не знаю, — Латифа покачала головой. — Маиса молчит. Она может кричать во время плача, иногда рычит, часто бывает довольно агрессивной и почти неуправляемой.

— Не удивительно. Бедная девочка, столько пережила. Такая кроха, — мое сердце затопило волной жалости. Страшно было представить, что пережила маленькая девочка, осиротевшая так рано.

Латифа промолчала и вновь стала подниматься по лестнице. Вскоре мы оказались на полукруглой площадке со множеством дверей и арочных открытых входов.

— Смотри, — тихо шепнула девушка и бесшумно повернула фигурку змеи, украшающую верхушку перил.

В одно мгновение все пространство вокруг рассекли тонкие алые лучи. Они брали свою начало где-то на потолке и тянулись в хаотичном порядке до самого пола: сверху вниз, слева направо, наискосок и спиралеобразно.

— Что это?

— Защита. Никто чужой не пройдет. Это сигналки. Стоит только задеть одну и вся охрана дворца будет здесь, — пояснила Латифа. — Все, у кого есть разрешение, носят специальные украшения, в которых вшит код доступа, и мы беспрепятственно проходим в это крыло дворца. У меня это цепочка с кулоном.

Я посмотрела на драгоценность и заметила в золотой оправе зеленый камень в виде капельки, такие же были на моих браслетах. «Странно. Получается Равшан дал мне доступ сюда, даже не познакомив с дочерью. Неужели он был заранее так уверен, что мы поладим?»

Но подумать я об этом не успела, потому что Латифа схватила меня за руку и потащила за собой:

— Это гостиная.

— Тут столовая. Теперь ты будешь кушать здесь вместе с Маисой.

— Музыкальный зал, а это танцевальный.

— Здесь покои леди Лисы.

— Это апартаменты лорда Равшана.

— Твоя спальня.

Мы вошли в большую комнату с роскошной обстановкой — кровать с балдахином, темная мебель, ковер на полу, стены, украшенные вышитыми гобеленами, на которых красовались прекрасные леса. Было очень уютно. 1439f7c

— А здесь дверь в детскую. Покои совмещены.

Латифа толкнула ее, и мы вошли в светлый зал с огромными панорамными окнами. На стенах были изображены яркие рисунки — равнина, горы, океан. Повсюду валялось множество игрушек — странные пестрые звери, куклы, какие-то неправильной формы фигуры из непонятного материала. Казалось здесь прошел ураган и перевернул все с ног на голову, натворив этот бардак.

— Маленькая госпожа опять капризничала, — пояснила Латифа и очень тихо, крадущимися шагами подошла еще к одной двери. Я бесшумно последовала за ней.

— Здесь детская спальня, — шепотом сказала Латифа, пропуская меня вперед. В комнате царил полумрак из-за плотно закрытых штор. В колыбели спала Маиса, то и дело похныкивая. Боковым зрением заметила в углу кресло и сидящего в нем Равшана. Тут же обхватив себя руками, низко поклонилась.

— Наконец-то вы пришли, — недовольно прошипел наг. — Я вас уже заждался.

Мужчина поднялся и направился к выходу. Поравнявшись со мной, он замедлил шаг, окинул меня взглядом и еле слышно произнес:

— Тебе очень идет этот наряд, — а затем как ни в чем не бывало пошел дальше. От изумления открыв рот, я обернулась, но наг уже вышел, плотно закрыв дверь, отрезая меня и свою дочь от всего мира.

Я плюхнулась на диван, не понимая, показалось ли или действительно правящий лорд Равшан Беспощадный сделал мне комплимент.