Глава 16

Ужин в большой семье выдался шумным. Детки рассказывали о том, что произошло с ними за день, что нового они узнали, а взрослые спокойно давали им выговориться, внимательно слушая и не перебивая. Никаких нравоучений по поводу тишины за столом не было. Лишь иногда старшие грозили пальцем, когда особо резвый отпрыск начинал озорничать, дразня остальных.

Опустевшие тарелки наполнялись снова по мере необходимости, пока в какой-то момент, наевшись, мальчишки не начали клевать носами прямо за столом. Тогда-то Марья их и отправила спать, причём, никаких возражений со стороны молодого поколения даже не последовало, что говорило о непререкаемости родительского авторитета.

Все пятеро, молча, сползли с лавок, пожелали нам спокойной ночи и гуськом направились из кухни в горницу, где спали на широких лежанках. Вот только самый младший немного задержался, и, бросив на нас настороженный взгляд, подхватил под мышку разомлевшего ауку, наевшегося до отвала жареного мяса, а потому потерявшего бдительность, растянувшись неподалёку от входа. Правда, попыток вырваться из детских рук не последовало, он лишь попытался лизнуть мальчишку в нос, в знак симпатии, но, не дотянувшись, просто затих. Проделан манёвр был настолько стремительно, что опомнились мы уже после того, как малец скрылся за дверью.

- Ну, что ты с ним будешь делать! - покачал головой кузнец, вставая из-за стола. - Пойду, заберу вашего зверёныша, а то присвоил уже себе.

- Не надо, - остановила я его, - если вашему сыну это так важно, пусть Пушик побудет у него, тем более протеста со стороны ауки я не увидела.

- Видимо он просто смирился со своей участью, - усмехнулся Миша, как-то уж чересчур горько, будто речь шла вовсе не о зверёныше и младшем Берендее.

- Может так и надо? - сделав соответствующие выводы, пожала плечами. - Если что-то нельзя изменить, нужно это принять и жить дальше. Другое дело, если выход всё-таки есть, тогда можно и побороться.

- Принять и жить дальше, - задумчиво пробормотал Михей, - что ж, возможно, это и к лучшему. Кто я такой, чтобы перечить воле Богов?

Как только дети покинули кухню, начались как раз те самые вопросы, о которых изначально предупреждал кузнец.

- Так что же вас привело в наши края? - дождавшись, пока вернётся жена, спросил он.

Пришлось рассказать, не во всех подробностях, конечно, только в общих чертах, но про бесконтрольную магию, про долг лорда перед моей семьёй, и про моё желание у него учиться, я сказала как есть.

- Но в замок сейчас не пробиться, - закончила свой рассказ, - ваш сват Митяй сказал, что лорд никого не принимает, а долго ждать я не могу. Магия может проявиться в любую минуту. Что если она выйдет из под контроля? А я даже не знаю, как этого избежать.

- Да-а, дела, - протянул хозяин, переглянувшись с женой. - Знавал я одного необученного мага. Это всё равно, что жить на пороховой бочке: может рвануть в любую минуту. В итоге он перегорел, не справившись с очередным всплеском...

- Тиша, - перебила его жена, - нашёл время, о чём говорить.

- Ну, а что такого, я лишь хотел сказать, что девочка права, ждать нельзя, - смутился тот, виновато на меня посмотрев. - Прости дочка, язык без костей, что хочет, то и лопочет. Я не собирался тебя пугать.

- Всё в порядке, - успокоила мужчину, хотя у самой живот скрутило узлом от страха.

- Знаете что, - внезапно оживилась Марья, - есть у меня одна идея, только ты должна поклясться, что никаких дурных мыслей у тебя относительно лорда Эрбрайена и его семьи нет.

- Клянусь, что не желаю причинить вреда ни ему, ни его семье, - искренне произнесла я.

- Я тебе верю, - улыбнулась хозяйка.

- Ну, давай уже, говори, не томи, - поторопил её муж, ожидавшей продолжения с не меньшим любопытством, чем я.

- Сейчас из наших подбирают для его детей няню, можно попасть под этим предлогом. Завтра я, как жена старосты, должна буду отвести нескольких претенденток на эту должность, могу взять с собой и Настю, - поделилась Марья вполне жизнеспособным планом, который может запросто сработать при должном старании и капельке актёрского мастерства. С последним, конечно, у меня туго, а вот первого хоть отбавляй. - Только сначала с девушками разговаривает нянюшка нашего лорда, находящаяся в замке в должности экономки, а уже с теми, кого она одобрит, будет говорить и сам лорд.

- Я об этом даже не подумал, - хохотнул кузнец, - ай да жена, ай да умница. Это раньше лорд справлялся сам, а теперь на него легло бремя правления. Представляете, был десятым наследником на престол, стал первым, все остальные странным образом погибли. Если бы не знал лорда лично, подумал бы, что это его рук дело, но уж больно он благородный, чтобы участвовать в подобном. Мне, как старосте этого поселения, приходилось общаться с ним ни раз, поэтому я знаю, о чём говорю - он хороший мужик, правильный. Да даже его поступок по отношению к собственной жене дорогого стоит. Ведь так? - Тихомир обратился к Марье за поддержкой. - Другой бы на его месте голову ей оторвал.

- Да, так, - кивнула она, продолжая его мысль. - Все знают, что брак был договорным, дабы скрепить союз между соседями, ведь с севера может в любую минуту напасть общий враг, и любви в их отношениях даже близко не было. Уважение - да, но не более того. Не скажу, что одобряю это, но ради мира на что только не пойдёшь.

- Именно, - перехватил инициативу её муж. - Это у нас такое не принято, а у других рас встречается довольно часто: наследники-то могут рождаться и не от любимой женщины, вот и пользуются почём зря, плодя на свет несчастных детей, не знающих что такое быть желанными. Так вот, обычно в замке работали мои медведи, все проверенные, женатые, а тут приехал дальний родственник и попросил помочь с обустройством. Отказать я не мог, вот и повёл к лорду. Там-то он его жену и увидел. Сорвало парню крышу, ночей не спал, тайком пробирался в замок лишь бы на неё посмотреть одним глазком, а она возьми да ответь ему взаимностью.

- Полюбила леди искренне, - продолжила Марья, когда Тихомир замолчал, задумавшись о своём, - и вместо того, чтобы бежать, пришла каяться к мужу. Мы с Тишей думали, что всё, прибьёт обоих и даже не запыхается, а он возьми и отпусти их на все четыре стороны. Так до сих пор никому из родственников и не рассказал правды, чтобы не опорочить имя жены. Все считают, что леди пропала в лесу. Знают лишь избранные и теперь вы в их числе, но я уверена, что сохраните эту тайну. Конечно, леди приезжает навещать детей, сердце же болит за кровиночек, у нас останавливаются с Гришей, мужем её новым, но в тайне от всех, чтобы не тревожить, не бередить рану. Хотя, несмотря на это она счастлива. Вот такие дела.

- Вот так история, - присвистнул Михей, - даже не представляю, чего этому Эрбрайену стоило отпустить жену, пусть даже и не любимую. Знать, что она променяла его на другого... Бр-р, не хотел бы я оказаться в его шкуре.

- И не надо, - откликнулся Тихомир, бросая то на меня, то на парня выразительные взгляды,

- дождись своей единственной, и она от тебя уже точно никуда не денется.

- Да, дождись своей единственной, - сорвалось с языка, поскольку недосказанность была невыносима, и лучшим вариантом казалось озвучить свои мысли прямо здесь и сейчас, так сказать расставить все точки над «и», - будем дружить семьями. Помнишь, что Софья Ильинична говорила, когда мы стояли возле моста?

- Что ещё наши дети будут бегать по нему в гости друг к другу, - взгляд оборотня прояснился, и даже плечи распрямились, будто с них сняли непосильный груз.

- Точно, - улыбнулась я, - так что всё будет хорошо.

Даже на душе стало сразу легче, и появилась уверенность в том, что я поступила правильно.

Ночь прошла довольно спокойно, если не считать того раза, когда я проснулась около полуночи от тревожного сна, в котором увидела тех самых волколаков, что нас преследовали. Они искали меня и Маришу, рыскали по городам и сёлам, причём, как мне показалось, именно здесь, в Тридевятом царстве, поскольку ни машин, ни многоэтажных домов видно не было, да и одежду тех немногих путников, что на свою беду встречались им на пути, не спутаешь ни с какой другой. Но если это правда, то как они сюда попали? Ведь Софья Ильинична точно не могла их пропустить.

Я видела горящие злобой глаза и оскаленные пасти как наяву, казалось, что даже ощущаю резкий звериный запах, идущий от их шерсти. И эта яркость восприятия пугала больше всего. А когда один из волколаков, тот самый, который разговаривал со мной возле площадки из жёлтого песчаника, вскинул голову, уставившись прямо на меня, и протяжно завыл, сердце ухнуло в пятки.

Проснулась я в холодном поту от того, что меня трясёт за плечо Марья.

- Проснись, тебе надо проснуться, чтобы прервать свой кошмар. Это всего лишь сон, всё хорошо, всё хорошо. - твердила она и, похоже, ни в первый раз.

Рядом с матерью стоял перепуганный Климушка, прижимая к себе Пушистика, глаза которого мерцали в свете луны.

- На, пусть он будет с тобой: с ним не стр-ррашно, - протянув ауку, сказал маленький Берендей, и серьёзность его тона говорила об обдуманности поступка, что было не свойственно его возрасту.

- Спасибо, - прохрипела я, с благодарностью принимая тёплого зверёныша дрожащими руками.

- Расскажешь, что тебе снилось? - заботливо поправляя одеяло, спросила Марья, когда малыш, с чувством выполненного долга ушёл в свою комнату. - Кстати, это Клим услышал твои метания и разбудил меня.

- Хороший мальчик, - улыбнулась, постепенно успокаиваясь.

- Да, хороший, - согласилась женщина, задумчиво глядя ему вслед, - но с вашим приходом у него словно появился интерес к жизни - он стал более живым, подвижным, любопытным, заинтересованным... В общем, Тиша прав, сами Боги послали вас к нам. Так что насчёт сна? В семье, где я росла, было принято относиться к ним довольно серьёзно. Считалось, что кошмары - это вестники, посланные нам Богами, своего рода предупреждение о грядущей беде. Расскажешь?

- Можно утром? - зевнув, чувствуя себя разбитой, попросила я. - Сейчас глаза закрываются сами собой, хоть спички вставляй, - попыталась пошутить, чтобы смягчить отказ, но вышло не очень, поэтому решила объяснить как есть. - Просто после нашего разговора мне стало спокойно, и не хочется снова вспоминать весть тот ужас. Понимаете?

- Понимаю, - погладив меня по голове, откликнулась хозяйка, - тогда отдыхай, и пусть этот маленький зверёныш, - Марья указала на Пушика, - бережёт твой сон.

Оставшаяся ночь пролетела без сновидений. Казалось, я только закрыла глаза, а когда открыла их снова, на улице уже вовсю светило солнце, и в кухне раздавались звонкие детские голоса. Прошедший кошмар остался в воспоминаниях лишь смазанными картинками, поэтому беспокойства больше не вызывал. Мало ли что могло присниться. Тем более грела уверенность - в эти земли наши враги проникнуть никак не могли: Хранители бы их не пропустили. Откуда мне было знать, что между мирами существуют тайные тропы, по которым иногда в наш мир и проникали русалки, лешие, домовые, становясь прототипами героев сказок.

- Проснулась? - заглянула в комнату Марья. - Хорошо. Давай одевайся, сарафан с рубахой лежат на стуле, и иди завтракать, зеркало, кстати, за ширмой в углу, там как раз можно переодеться. А так же не забудь продумать то, что будешь говорить нянюшке лорда.

Подмигнув, хозяйка скрылась за дверью, оставив меня в гордом одиночестве. Осмотрев место своей ночёвки, я улыбнулась, сладко зевнув и потянувшись. Маленькая комнатка под самым чердаком служила хозяевам гостевой, здесь мне и предложили переночевать на одной из кроватей. Михе же пришлось ютиться в кухне на сдвинутых лавках, на которые для мягкости положили соломенный тюфяк, поскольку спать незамужней девушке в одной комнате с холостяком, по словам хозяев - негоже, и даже то, что мы столько времени провели в пути вместе - значения не имело.

«Одно дело в дороге, когда другого выхода нет, и другое - в доме», - объяснил своё решение кузнец, видимо, ожидая возражений с нашей стороны, но мы оба лишь безразлично пожали плечами и разошлись по разным углам, успокоив хозяина окончательно.

Я прекрасно понимала, что кузнец искренне переживает за Михея, разглядев в нём родственную душу, поэтому и отселил меня подальше от него, чтобы не бередить раны. Понимал это и сам парень. Но, ни он, ни я вида не подали, что просчитали на раз замысел Тихомира, окончательно смирившись со своей судьбой. Я хотела для Мишки лишь счастья, и, судя по его поведению, для меня он хотел того же.

Поднявшись с постели и подхватив приготовленную Марьей одежду, зашла за ширму, наткнувшись на собственное отражение в полный рост. За время пути я заметно осунулась, а круги под глазами выдавали затаившуюся печаль. В остальном же путешествие по Тридевятому царству на моём внешнем виде никак не отразилось, и даже пробудившаяся магия не прибавила мне ни светящихся глаз, ни побелевших волос, как в фэнтези фильмах, которые часто смотрела дома по ноуту. В общем, серая мышка во всей своей красе.

Никогда не отличалась яркой внешностью, но меня это нисколько не трогало, а сегодня почему-то захотелось видеть в отражении красавицу, но пришлось довольствоваться тем, что есть.

Накинув рубаху, а сверху сарафан, я покрутилась перед зеркалом. Потом, расчесала гребнем волосы и заплела косу, всё ещё не признаваясь себе, что попросту тяну время перед встречей с экономкой, от которой зависело - встречусь ли я сегодня с лордом в спокойной обстановке, или придётся прорываться к нему с боем.

- Профессиональная няня решит все ваши проблемы! - скривив рожицу, я процитировала фразу из известного молодёжного фильма. - Что? У вас нет проблем? Стоит мне появиться в вашем доме, и вы сразу же поймёте, как сильно ошибаетесь!

Репетируя перед зеркалом речь, с помощью которой надеялась попасть сегодня в замок, я даже не подозревала, насколько та окажется пророческой: проблем с моим появлением у лорда прибавится точно.

На завтрак были блинчики с творогом и малиновым вареньем, пшённая рассыпчатая каша с яблоками и сушёной черникой, а так же жареное мясо, без которого не обходилось в этом доме ни одно застолье. Если младшие, и я в их числе, налегали на сладкое, то мужчины всему прочему предпочитали пищу поосновательнее, уплетая за обе щеки кусочки жаркого.

- Готова? - спросила хозяйка, после того как мы в четыре руки убрали и перемыли с ней посуду, оставшуюся после завтрака.

- Я бы так не сказала, но выхода всё равно нет, - распрямив плечи, решительно выдала я, настраиваясь на боевой лад.

Так или иначе, но увидеть лорда мне сегодня надо. И если он такой благородный, как расписывал его кузнец, то всё поймёт, простит обман и не откажет в помощи. Услуга за услугу. И пусть кольцо моим родителям давал не он сам, а его отец, всё равно это ничего не меняло. Наверное. Но лучше скрестить пальцы на удачу и поплевать через левое плечо, чтобы уж наверняка.

Попрощавшись с домочадцами и Михеем, наказав хорошенечко следить за аукой, я отправилась с Марьей и ещё несколькими девушками к замку на телеге, запряжённой пегой лошадью. Солнце палило нещадно, но от волнения руки были ледяными.

- Ты кто такая? Что-то я в селении тебя не видела, - окинув меня надменным взглядом, спросила одна из девиц - высокая, с косой пшеничного цвета и глазами голубыми как небо. Девушка была красавицей и прекрасно это осознавала, отсюда и превосходство в голосе, и презрение во взгляде. Но я уже столько повидала за свою недолгую жизнь, что меня подобным было не пронять.

- Это Настя, моя родственница, - ответила за меня Марья, предупреждающе сжав руку, тем самым давая понять, чтобы я молчала, - так что спокойнее Аглая, придержи свой яд для других.

- С чего бы это? Она метит на моё место, а я должна оставаться спокойной? - поджав губы, возмутилась та.

- Она метит в няни, а не в любовницы к лорду, как ты, так что будь любезна, заткнись, слушать твоё возмущение, желания нет совершенно. А если чем-то недовольна, можешь пожаловаться старосте, он быстро рассудит, кто прав, а кто виноват.

- Ага, пожалуешься тут. Только дура будет жаловаться оборотню на его жену, - проворчала та, под тихое хихиканье других девушек, - а я не такая.

Небольшая хитрость Марьи сработала, поэтому оставшийся путь до замка прошёл в тишине, и я может, даже смогла бы насладиться дорогой, если бы не тревожное предчувствие, разрастающееся в груди.